Тучи нахмурились, сконцентрировались и обрушили на землю новую порцию дождя. В просветах между разноцветными домами сверкнула молния, которую через секунду-другую нагнал боевой гром. Жахнуло так, что даже стекла витрин задрожали, а мой желудок решил поддержать раскат грома голодным ворчанием.
Взвизгнув от десанта капель, скользнувшего за воротник плаща, я заскочила под ближайший козырек и начала отчаянно рыться в поисках зонта.
Ну, был же! Точно помню, как кидала его утром в сумку.
Правая рука немного пришла в себя, однако нормально функционировать пока отказывалась и вообще просилась в отпуск по собственному желанию. Удача, по всей видимости, уже загорала где-то в теплых странах, потому что на небосвод вкатилась массивная туча и грянула с утроенным энтузиазмом.
Орудуя одной левой, я случайно уронила сумку в лужу. Быстро наклонилась, чтобы поднять, и со всей дури треснулась локтем о стену. Попыталась придержать дно сумки коленом, оступилась и влезла в лужу. Перерыла все содержимое женского баула, ласково именуемого сумочкой, но так и не обнаружила зонта-спасителя и окончательно заклеймила этот день штампом «неудачный».
Поздравляю, Фелисити Локвуд! Еще немного, и фонд «Пострадавших и пожизненно проклятых» проникнется сочувствием и примет тебя в свои тесные ряды неудачников, чтобы доплачивать за вредные условия труда и жизни.
Подперев спиной дверь подъезда, я уставилась на улицу, смазанную косыми линиями дождя, и насторожилась.
Абсолютно все улицы Великих домов застраивали по одному проекту. Проект чертили, вероятно, трясущимися от оказанной чести руками, не иначе как в пьяном бреду, компанейском угаре и приступе помешательства. А командовал всем мистер Пофиг.
Начнем с того, что команда креативщиков поссорилась с прямыми линиями, и все, начиная с проезжей части и заканчивая фасадами, петляло замысловатыми волнами и поражало кривизной.
Всего на улице было четырнадцать домов, по два дома на каждую магическую практику. Начало и конец, словно большие кривые скобки, венчали два П-образных дома с величественными арками в виде равнобедренного треугольника – Белые ворота, и обрезанной снизу пятиконечной звезды – Алый тупик. И это было еще ничего.
В середине процесса мастера-проектировщики так упоролись… Эм, в смысле так уработались, устали, умаялись, что впопыхах перевернули чертеж и спроектировали несколько домов в отрыве от горизонтальной поверхности, крышами вниз.
Но и этого команде с логарифмическими линейками показалось мало.
Они задумались о цвете своего творения!
Нумерация начиналась с дома, выкрашенного в белый, далее шел серебряный, черный, синий, зеленый, желтый и алый…
Думаю, что вы уже поняли главное: ребята очень постарались.
Дождь загнал меня под козырек дома, где некогда селились маги земли, но после Падения Черной Элиты, случившегося добрую половину века назад, владык тверди не осталось. Вот почему два черных дома друг напротив друга таращились на улицу выбитыми окнами и заколоченными дверьми в подъезд. Но даже мрачный приют козырька, спасавшего от непогоды, не тревожил струны моей обычной впечатлительности.
Что-то было не так.
Что-то по-крупному было не так!
Смутная догадка резвилась в омутах подсознания, но всплывать на поверхность не желала. А потом стало и того хуже: внезапный приступ необъяснимой тревоги накрыл меня своим покрывалом. Пульс участился, внутренности сжала когтистая лапа страха, тело дернулось от накатившего озноба.
– Вот она! Лови мерзавку!
Я быстро оглянулась на вопль, опознала представителей городской стражи и как законопослушная гражданка без единого привода… зачем-то пустилась в бега!
– Сто-о-ой! – надрывались преследователи, но я только прибавила скорости.
Точно перепуганная кошка, улепетывающая от стаи бродячих собак, я поскакала по дороге. Оттоптанная стариком нога еще пыталась протестовать и заикаться о боли, но бегущий в крови адреналин, секунду назад успешно заткнувший даже голос разума, проигнорировал потуги нижней конечности восстановить справедливость. Видя все это, здравый смысл покрутил пальцем у виска, спешно собрал пожитки и скрылся в неизвестном направлении.
– Стой! Стой, воровка! – летело мне в спину. – От нас не уйдешь!
Как говорится, не попробуешь – не узнаешь. Так что вперед, господа стражники.
Подхватив длинный подол зеленого платья, я неслась вперед, презрев все «уроки вежливости», годами вбиваемые в неокрепшее детское сознание воспитателями и учителями.
Судя по тому, как быстро улепетывала я, во мне погиб прекрасный спортсмен. Основываясь на наблюдении, что четверо тренированных стражников никак не могли нагнать одну шуструю девушку, бегали парни исключительно в магазин за корюшкой и пивом.
Грохнули ставни, в окно высунулись три любопытные моськи. Внуки старухи Джонсон моментально оценили шоу, выбрали сторону и принялись скандировать:
– Фе-ли! Фе-ли! Фе-ли!
С группой поддержки спасаться бегством оказалось куда приятнее. Я ловко вильнула, уклонилась от загребущих ручищ стража и перемахнула глубокую лужу, в которую с веселым матерком влетел на всем ходу представитель порядка.
Когда наша честная компания неслась мимо книжного магазинчика, из дверей выскочили перепуганный дед с Габриэлем.
– Лисичка?
– Дедушка! – пискнула я, даже не сбавив скорость.
– Что происходит? – властно уточнил Габриэль.
– Воровка! Лови! – пролаяли увлеченные азартом погони стражники, прогромыхав тяжелыми сапогами мимо застывших в недоумении мужчин.
Туча, явно обиженная отсутствием интереса к себе, такой большой и мокрой, психанула. Пасмурное небо расколол смачный зигзаг молнии, а через удар сердца грохнуло так, что мама не горюй!
Я инстинктивно вжала голову в плечи, на полном ходу запнулась о валяющуюся на тротуаре трость и с диким визгом рухнула на четвереньки.
– Попалась! – возблагодарили девичью неуклюжесть стражники, заломили мне руки и резко дернули, поднимая с тротуара. – А теперь шевелись. В участке тебя уже заждались.
Вот так Мастер Масок подставил меня в первый раз.
Глава третья. О подставах и законниках
– Я вас слушаю, – вооружаясь ручкой, сухо проинформировал следователь.
Он скрючился за узким столом. Нагрудный шеврон к темно-серой форме городской стражи пришит криво. Белый воротничок форменной рубашки хвастался темным отпечатком грязного пальца. На сутулых плечах лежал ровный слой перхоти, осыпавшейся с коротких, уже редеющих волос.
А еще у мужчины были серые глаза замкнутого человека.
Даже казенная плитка на полу казалась более приветливого оттенка, чем устремленный на меня взгляд.
Ручка, зажатая в пальцах блюстителя порядка, тоже знавала лучшие времена. Колпачок изгрызен до самого основания, чернил оставалось на донышке, а сам керамический шарик на кончике приспособления уже трижды попытался скончаться смертью храбрых трудоголиков, но был хладнокровно расписан-воскрешен на бумажном клочке следователем-некромантом.
Участок городской стражи располагался в трех улицах или семи минутах позорной прогулки под конвоем. Допросная не баловала ни взгляд, ни пятую точку. Видимо, цинично решила, что если людям будет здесь удобно, то они, чего доброго, захотят остаться, почувствуют себя как дома, начнут двигать мебель и просить чай с печеньем.
Я с опаской ерзала на хлипком казенном стуле, чья сидушка могла с легкостью посрамить даже твердость алмаза, и старательно отвечала на вопросы.
– Имя, фамилия, адрес регистрации и проживания, – поинтересовался сержант и аккуратно внес мои данные:
«Фелисити Локвуд. Девятнадцать годочков от роду. Проживает по адресу: Золоград, Большой магический тупик, дом 13».
– Замужем?