Её Выбор. Его Любовь

Однако здесь меня ждал сюрприз. Я понял, почему бывший одноклассник не хотел пускать меня дальше входа.

Если ещё издали я заметил, что моё место занято, то подойдя поближе, увидел кем. Юлианна Исларская собственной персоной. Мало того — на девушке было так мало одежды, что мне пришлось приложить все усилия, чтобы смотреть ей в лицо, а не на открытые части тела. Впрочем, меня она до сих пор не замечала.

Девушка занималась чтением моих личных документов и что-то там даже черкала в них.

Увиденное меня так рассердило, что я недовольно поинтересовался:

— По-твоему, ты имеешь право тут находиться?

Юлианна вздрогнула и повернула ко мне голову, а затем, видимо решив, что я не представляю для неё опасности, недовольно потыкала тупым кончиком карандаша по моим записям:

— Ты вообще в школе учился? Здесь ошибка на ошибке! Ты считать вообще умеешь?

— Не лезь в мои записи, — рассердился я. — Это конфиденциальная информация, что ты здесь делаешь?

— Пфф, не смеши меня, эти записи могут быть конфиденциальными только для детского сада. У меня впечатление, что ты не спал всю ночь и вместо сна писал вот это!

Я всерьёз рассвирепел:

— Дай сюда и не трогай мои вещи! Мне не нужна жена, которая роется в моих бумагах!

— Отменишь свадьбу? — тут же ухватилась она за идею.

— Вот ещё, — я мгновенно сбавил обороты, понимая, что меня просто выводят из себя.

— Вот, посмотри сам, — всё же не выдержала Юлианна и протянула мне мои же бумажки.

Я оглянулся и пододвинул поближе второе кресло, чтобы плюхнуться в него и недовольно уставиться в свои записи. Поверх моих ночных записей виднелось много правок и исправлений карандашом, причём этот наклонный почерк я хорошо узнал. Пары минут мне хватило, чтобы понять, что правки Юлианны расставлены действительно по делу.

Всё же не спать всю ночь оказалось не самым лучшим решением. Теперь исправление в расчётах займёт не меньше часа.

Юлианна же смотрела на меня с лёгкой полуулыбкой, откинувшись на спинку кресла.

— Послушай, как я поняла, всё, что здесь написано, относится к стратегии экономии. У Флорентии, что, большие проблемы с финансами?

— Это не твоё дело, — огрызнулся я.

— Могу поспорить, — она усмехнулась. — Если нас всё-таки поженят, то это окажется как раз моим делом, потому что это будет моя страна.

— Даже не надейся, что нас поженят, — я решил всё же расставить все точки над «и». — Я не позволю этого, да и тебе это не нужно. Я люблю другую.

***

Её лицо на мгновение потемнело, но потом она тряхнула головой и почти радостно поинтересовалась:

— Да что ты говоришь? И поэтому ты прячешься здесь? Чтобы не жениться на мне?

Я осмотрел её хмурым взглядом и заметил:

— По-моему, я здесь не один.

— Да, ты прав, я тоже прячусь. От гнева батюшки, как и ты. И что нам делать? Выйти к отцам и сказать: «Извините, но мы друг друга не любим, давайте отменим отбор и свадьбу?»

Она нервно рассмеялась, так же, как и я, прекрасно понимая, что подобное — вообще не повод для отмены ни того, ни другого.

— Почему ты не откажешься? — я очень хотел это узнать. Сейчас я вдруг подумал, что смогу понять — у неё должна была быть причина чуть более серьёзная, чем просто каприз.

— Я — девушка, — сказала она, будто это всё объясняло.

Я непонимающе уставился на неё, и ей пришлось продолжить:

— Ты хоть знаешь, как относятся к женщинам в Исларии? Нет? Если я не хочу попасть под замок до конца своей жизни, я не должна перечить отцу.

Я опешил. Нет, я знал, что там порядки куда более патриархальные, чем во Флорентии, но, к своему стыду, никогда об этом даже не задумывался — некогда было. А Андриан, в прошлом, и подавно не забивал голову подобными вопросами. При таком раскладе, если, конечно, она не преувеличивает, навязанная невеста действительно может хотеть испортить о себе впечатление.

— Ну, а ты? — её взгляд говорил: откровенность за откровенность. И неожиданно для себя я признался:

— А я — паршивая овца в семье, и если откажусь от свадьбы, то подорву последние крохи королевского доверия. И это, — я потряс папкой с листами, — никогда не увидит свет.

— Только не говори, что у тебя детская травма, — снисходительно улыбнулась принцесса, — и она объясняет твоё поведение и все твои похождения.

— Нет, — равнодушно пожал плечами. — Я просто избалованный отпрыск богатых родителей с поганым характером.

Юлианна кивнула, будто её этот ответ удовлетворил, и замолчала, обдумывая мои слова. Но ненадолго.

— Ты серьезно считаешь, что твои расчёты и нововведения могут как-то спасти экономику Флорентии? Удивляюсь, что тебе интересно подобное.

Я снова пожал плечами.

— Ты обо мне многого не знаешь.

— Я даже не уверена, что хочу узнавать.

— Это взаимно, — заверил её.

Какое-то время мы молчали.

— Послушай, — наконец, обратилась ко мне Юлианна, — ты уверен, что твоей стране поможет лишь экономия?

Я насмешливо посмотрел на неё.

— То есть, ты тоже против экономии? Боишься, что я могу лишить тебя новых платьев?

Она отмахнулась, даже не обратив внимания на мой выпад.

— Я не об этом. Я говорю о новых рынка сбыта. Вы могли бы наладить торговлю с соседними странами.

— И чем же? Если ты не знаешь, Флорентия — небольшая страна, у неё нет полезных ископаемых, точнее, практически нет. Я считаю, что самое главное — это остановить неправильные расходы. Поверь, я знаю, о чём говорю.

Она задумчиво посмотрела мне в глаза, и я почувствовал себя неуютно. Сейчас мало что напоминало в ней прежнюю Юлианну.

Я не хотел обсуждать экономические вопросы с принцессой, но больше было не с кем, и вдобавок, она уже и так посмотрела все записи.

С одной стороны, конечно, я на неё очень сердился из-за этого, с другой — я сейчас мог немного пообщаться на интересующую меня тему с тем, кому это хоть как-то интересно. Как итог недолгих размышлений — я решил воспользоваться ситуацией, потому как говорить самому с собой крайне неудобно.

— У вас есть магические приспособления, — невозмутимо ответила Юлианна. — Изобретения в бытовой магии. У нас нет многого из того, чем у вас во Флорентии пользуются практически все. Даже крестьяне. Почему вы раньше до этого не додумались?

Я, как кот, почуявший запах рыбы, выпрямился и пододвинулся к ней поближе.

— В Исларии нет бытовой магии?

— Есть, конечно, но она не развита так хорошо, как у вас. Разве ты этого не знал?

— Твоя родина — закрытая страна. Откуда мне это знать?

— Может, просто никто не считал нужным рассказывать такие вещи непутёвому принцу?

Она насмешливо закатила глаза. А я даже не мог опровергнуть её слова. Кто знает, возможно, и так...

— В общем, у нас такого нет, — продолжила Юлианна.

— Но ты понимаешь, что любое магическое приспособление должно подзаряжаться время от времени?

— Да, я понимаю это, но вы могли бы продавать накопители.

Я немножко подзавис, а потом наклонился к ней поближе.

— Ты имеешь в виду накопитель энергии?

— Да, именно так.

Я задумался. В её словах был толк. Ещё какой. Юлианна на поверку оказалась весьма умна.

— А какие изобретения вам интересны?

— Давай начнём с магических светильников, — она отбросила официальный вид и схватила ручку, чтобы быстро начать записывать. Сейчас девушка походила на нетерпеливого дельца, рассчитывающего на золотую жилу. — Я думаю, что Ислария могла бы у вас получать их, даже если не в виде государственных закупок, то по договору взаимной торговли. Или вы можете привозить и торговать просто на рынках. Вряд ли это сразу станет большим рынком сбыта, но при должной рекламе, думаю, вы без клиентов не останетесь. Можешь сам поговорить с моим отцом. Я могу, конечно, спросить, но не факт, что он не поступит с точностью наоборот, чтобы не идти на поводу у дочери.

Я кивнул, принимая аргументы.

— А что ещё, кроме магических светильников?

Юлианна задумалась.

— У вас есть приспособления для приготовления пищи, также аппараты, которые стирают одежду; моя горничная с восторгом рассказывала о том, что огромные агрегаты стирают платья в один миг, и для этого не нужно самим заниматься подобной ерундой.

Юлиана старательно подбирала слова, как будто хотела сказать одно, но говорила совершенно другое. Какая-то мысль пыталась зацепиться за мой разум, но каждый раз ускользала, как только я пытался о ней подумать получше. Что-то не сходилось в её поведении...

— Тебе нравится комфорт? — перевёл я тему.

— Я думаю, всем нравится комфорт, — она пожала плечами.

Её слова заставили меня всерьёз задуматься. Но нам всё же помешали.

У входа в библиотеку послышался неясный шум, а потом я услышал звук, который совершенно сейчас не собирался слышать.

— Отец! — воскликнули мы оба и вскочили одновременно с кресел.

Голос Эрика порол какую-то чушь и пытался задержать незапланированных гостей, но толку от этого было немного.

Мы с Юлианной переглянулись и поняли, что пока оба наши родителя не оказались здесь, пора делать ноги.

Не раздумывая больше ни секунды, я схватил её за руку и понёсся внутрь сквозь стеллажи. Мы петляли как зайцы, обходя острые углы, и бежали к спасительной двери.

Я открыл проход и затолкал туда девушку, закрыл за нами дверь и прошептал ей на ухо:

— Не двигайся и желательно не дыши.

Она возмущённо фыркнула, но всё же постаралась сидеть тихо как мышка. Какое-то время было тихо, а я в этот момент нащупывал рукой тайный проход, который обнаружил здесь пять лет назад, — с помощью него можно незаметно попасть в дворцовые сады. Сейчас я хотел им воспользоваться, чтобы сбежать от отцов вместе с Юлианной.

Наконец, рука нашарила прохладу старой проржавевшей ручки. Последний раз я пользовался им два года назад и даже не был уверен, что дверь сохранилась, так что сейчас выдохнул с облегчением.

Как только дверь открылась, мы понеслись дальше по коридору, всё ещё держась за руки и даже глупо подхихикивая, как подростки.

Наконец, вылетели в залитый солнцем королевский сад и перевели дух.

— Вроде успели, — пробормотала она, испуганно оглядываясь назад.

— Ты так боишься своего отца? — я подумал о том, что очень мало знаю о своей будущей возможной невесте.

Она передёрнула плечами.

— Не сказать, чтобы сильно, но я очень мало его знаю. Понимаешь, мы как-то не очень близки.

Это я понимал — так как со своими родителями тоже не был близок, хотя сейчас, наверное, сделал бы всë по-другому.

— Мои записи остались там, — заметил я. — А если так, может, сейчас прогуляемся? Здесь есть одно очень интересное место.

— Давай, — Юлианна поправила ремешок обуви, а затем выпрямилась. — Я нигде не гуляла, кроме аллеи, которая видна из моего окна. Принцесс не пускают одних бродить по саду.

— Да, в этом плане принцам проще, — я повёл её вдоль дорожек по направлению к озеру.

— Ой, — спохватилась она, — мне лучше не отходить далеко от библиотеки. Я же ждала свою горничную, она должна принести мне одежду.

Я непроизвольно взглянул на её ноги, а она, смутившись от моего взгляда (впервые с момента встречи!), стыдливо прикрыла коленки полами коротенькой сорочки.

Я отвёл взгляд от гладкой кожи.

— Твоя горничная всë равно не придёт пока здесь твой отец. Вдобавок, она ушла вместе с Эриком. Так что, скорее всего, он поможет ей нас отыскать, когда всё уляжется.

— Эрик — твой друг? — спросила Юлианна с улыбкой — она явно видела влюблённую парочку.

— Да, что-то вроде того.

— А как он нас найдёт? Мы ушли далеко от дворца.

Я достал небольшой артефакт и показал ей.

— Я ему скажу в ещё одно магическое устройство. И прежде чем повезу его в Исларию, если у вас такого нет, обязательно сделаю патент на изобретение. Это моя личная разработка, — я замялся, потом исправился: — Точнее, моя идея, а исполнение одного мастера, живущего в пригороде столицы.

— Оу, понятно, — неопределённо отозвалась она, глядя куда угодно, только не на меня. — И как вы его назовёте?

— Как? — я задумался и кивнул своим мыслям. А чего мудрить? — Телефоном назову.

***

Юлианна

Он сказал это так спокойно, будто понимал, что никто в этом мире и не догадается, о чём он говорит. Никто бы и не догадался... Кроме меня.

В течение всего дня я замечала одну странность за другой, одну за другой. И вот теперь мои подозрения укрепились и превратились в уверенность.

Я не одна живу на два мира. Мой земной босс, мой начальник и мой навязанный жених — одно лицо.

А ведь я чувствовала, что что-то не так, подозревала. Уж слишком много совпадений. Слишком.

И вот теперь глаза открылись. Остался только один вопрос: кто из них настоящий? И что делать мне?

Сердце застучало как бешеное, ладони вспотели, а взгляд заметался по ровным аллеям сада. Сказать? Не сказать? Знает? Не знает?

В какой-то момент Андриан дотронулся до моего плеча, и я, испуганно обернувшись, уставилась на него.

— Юлианна, всё в порядке?

Всё было не в порядке. Впервые в жизни я перенервничала настолько, что позорно грохнулась в обморок.