Книги жанра культура и искусство
«Нам сообщили отзыв одной из лучших Французских газет о сочинении князя А. Д. Салтыкова. Читателям и вообще каждому Русскому, без сомнения, любопытно и приятно будет прочесть этот отзыв о нашем соотечественнике и о путевых письмах его, изданных на Французском языке и частью уже известных у нас по вашим журналам. Здесь было бы неуместно упрекать путешественника в том, что он писал письма свои не н…
«Как ни желалось бы мне, а не умел бы я выразить перед вами чувства живейшей признательности и глубочайшего умиления, с коими принимаю радушное и обязательное свидетельство внимания вашего ко мне. Сердца ваши поймут и доскажут то, что я высказать не в силах. Изъявление вашей благосклонности драгоценно сердцу моему и лестно моему самолюбию…»
«Давно ли музы отечества оплакивали смерть поседевшего в славе любимца своего, Державина? и ныне еще поражены они новым ударом, не менее для них чувствительным! По крайней мере, Державин совершил свое поприще и заплатил последнюю дань природе в те лета, в которые человек перенес уже важнейшую утрату – утрату всего того, что, так сказать, живого было в жизни…»
«В Париже напечатаны на-днях стихотворения Ахилла дю-Клезьё (Achille du Clésieux) с замечательным предисловием знаменитого Балланша. Предлагаем читателям несколько выписок из него…»
«Вот еще новое любопытное дополнение к загробной литературе св. Елены, которая уже подарила нас многими примечательными и живейшею занимательностью дышащими творениями. Кто не читал исторических диктовок славного изгнанника? Ими на уединенной скале услаждал он свои муки, сокращал долгие дни и бессонные ночи! Ими, по неутолимой жажде своего властолюбия, покушался он еще предписывать законы мнениям …
«Отыскивая в моем походном и, как я, кочующем, архиве воспоминания мои о И. И. Дмитриеве, набросанные мною тому несколько лет, напал я на письмо мое в С. С. Уварову, министру народного просвещения. Конечно это несколько сухое, полемическое письмо, не может для современного читателя, иметь живость и занимательность биографического и анекдотического очерка…»
«Каждая эпоха имеет свой отличительный характер, не тот, который придается ей современными страстями и заблуждениями: сей характер есть недуг преходящий, означающий перелом из одного возраста в другой, но не самый характер того возраста. Характером должно назвать только те свойства эпохи, которыми она совершает успехи на поприще образованности и народного благосостояния. Успехи сии передаются зало…
«11 и 20 июня даны были в Москве два пиршества, достойные сохраниться в памяти Московских жителей: первое членами комитета выставки и отделений мануфактурного и коммерческого советов, другое фабрикантами, участвовавшими в Московской выставке…»
«Московская выставка продолжает обращать на себя общее внимание. Каждое утро она сборное место многочисленных посетителей: на бирже, на площадях, в гостиных, в смиренных жильях простолюдина, в кабинетах ученых, она предмет общих разговоров, наблюдений, пересудов. Москва более нежели когда-нибудь столица мануфактурная…»
«Ривароль, французский автор, известный в республике словесности по прекрасному переводу Данте, Рассуждению о всеобщем употреблении французского языка, мелкому лексикону великих мужей и по многим другим произведениям, был одарен большим остроумием. По мнению французов в уме Ривароля была и сила Монтескье, и пылкость Дидерота, и тонкость Фонтенеля, и острая живость Пирона…»
«Ты спрашиваешь у меня, любезный друг, что у нас нового на Парнасе? По обыкновению новостей много, а нового ничего. Все такое же, как и старое. Право, без разных имен, стоящих на книгах, можно бы почесть все эти новые творения произведениями одного пера. Вялый слог, бесчисленные ошибки против правил языка, совершенная пустота в мыслях, вот что можно сказать о большей части оригинальных книг…»
«Ты спрашиваешь у меня, любезный друг, как показались мне Липецкия воды. Что сказать тебе о них? Воды как воды! И если главным достоинством воды, как и всеми признано, есть совершенное отсутствие вкуса, то Липецкия воды могут спорить о преимуществе со всеми водами в свете. В сентябре месяце произошла в них неожиданная перемена, поразившая всех здешних натуралистов…»
«Господин Гётце, известный ученой публике прекрасным переводом на Немецкий язык лиро-эпического гимна Державина на изгнание Французов из России в 1812 году, занимается ныне сочинением о народном Русском стихотворстве…»
«Сила в соединении; польза в единодушии. Глупость и бесчестие имеют свои приюты укрепленные: Академия и присутственные места; ум и честь слоняются у нас по белому свету сверхкомплектными тунеядцами. Счастливый случай и дружба соединяют нас: нам должно воспользоваться союзом, предположить себе цель действия и идти к ней твердыми неутомимыми шагами…»
«Стихотворения В. Л. Пушкина давно уже известны любителям Русской поэзии. Первые опыты его принадлежат эпохе преобразования, введенного в наш язык творениями Карамзина и Дмитриева, которые освободили его от тяжких оков, на него наложенных неудачными последователями Ломоносова, Петрова и Державина, и от сухой принужденности и черствого однообразия, приданных ему слишком удачными подражателями Сумар…