«Следует доверять пожилой госпоже», – сообщил Корпус.
– Давай прямо завтра отправимся на север! – предложил Уховёрт. – В тех краях, говорят, за стекло хорошую цену дают. Деньги у нас теперь есть. Купим фургон, запасёмся товаром, да и покатим потихоньку. Глядишь, и отыщем твоего лекаря.
– Я, вообще-то, хотел трактир, – вздохнул Вегрик.
– Придёт время, и трактир купим. Поехали!
– Будь по-твоему, – согласился сапожник. – Только завтра не получится. Барон пригласил на церемонию по случаю строительства какой-то башни. Неудобно отказываться. Я, всё-таки, почётный гость города.
***
Северная башня была проклятьем властителей Вилира. Двенадцать раз возводили её, и двенадцать раз она рушилась, не простояв и месяца. Сказано же в пророчествах: «С севера придёт Божья кара, и не заслонишься от неё камнем». А раз так, то чего зря силы тратить? Можно и без башни обойтись. В последние полвека никому уже и мысли не приходило вновь взяться за строительство. О былых попытках напоминали только поросшие травой груды камня у крепостной стены.
Однако Ригудий Маленький, получив баронский титул, заявил: «Раз у замка должна быть Северная башня, у него будет Северная башня!» и с жаром взялся за дело.
Среди местных каменщиков желающих работать на строительстве не нашлось: вдруг ещё придавит очередным обвалом. Ригудий выписал мастеров из северных земель. Они пришли, хмурые, коренастые, с косматыми бородами по грудь, и принялись за работу. Вроде бы, северяне никуда не спешили, трудились размеренно, но башня росла быстро. Городские строители посматривали с усмешкой на кривые швы, выпирающие камни и приговаривали: «Ну-ну. Посмотрим-посмотрим. Раньше-то она хоть месяц стояла, а теперь, видать, рассыплется ещё до конца стройки!» Жители Вилира слушали их с уважением и обходили башню стороной. Меж тем и года не прошло, а северяне уже заканчивали верхние зубцы.
На церемонию завершения строительства Северной башни и был приглашён Вегрик Два Гвоздя.
***
Торжество проходило за городской стеной. Рядом с башней стояли только каменщики-северяне в кожаных фартуках и Ригудий Маленький в шляпе с зелёными перьями. Городская знать, музыканты и стражники старались держаться подальше от сомнительной постройки. Простая же публика и вовсе наблюдала за церемонией с соседнего холма.
Вегрик поздоровался с бароном и был встречен радостной улыбкой:
– Господин рыцарь! Я вас ждал. Сегодня большой день для города! То, что не удавалось веками, наконец-то, почти завершено. Это будет большой… толчок. Да, наверное, толчок. Для развития.
– Вы про башню? – уточнил сапожник.
– Башня – это всего лишь символ, – пояснил барон. – Она только начало славных свершений. Здесь дело не в башне. Просто двести лет никто не мог её построить, а я сумел! Понимаете, в чём дело?
Вегрик кивнул, хотя не понимал ничего.
Утопий, стоявший за спиной сапожника, проговорил тихонько:
– В Арентене коровники лучше кладут. Давай-ка подальше отойдём. Эта куча, и правда, того гляди развалится.
Вегрик не стал спорить. Они отступили шагов на пятьдесят – туда, где расположилась городская знать и стража. Многие дамы, увидав Вегрика, расплылись в улыбках.
Барон подал знак, забили барабаны. Трубы выдали несколько жалобных хрипов и смолкли. Появились два стражника. Одного из них Вегрик сразу узнал. Это был тот самый усач, что охранял его в тюрьме. Перед стражниками шагал мальчик лет десяти. Он улыбался и весело тряс непомерно большой головой под барабанную дробь. В каждой руке у него было по пирогу. Позади шла женщина в синем платье. То и дело она замирала, будто в сомнении – не повернуть ли назад, но потом продолжала путь. Казалось, стражники тяготились выпавшей им работой. Они не поднимали голов, разглядывая пыль под ногами, и всем своим видом старались показать, что ни к мальчишке, ни к женщине в синем платье не имеют никакого отношения.
Процессия добралась до башни. Барабаны смолкли. Барон подозвал мальчишку:
– Ну-ка, иди скорее сюда!
Стражники, посчитав, что их дело сделано, поспешили подальше, в толпу зрителей.
– Ну что, сорванец, – с улыбкой спросил барон, – готов ли ты помочь родному городу?
– Ага, – кивнул мальчик головой на тонкой шее. – А ещё пирогов мне дадут?
– Дадут, – пообещал барон. – Конечно, дадут. А теперь ступай с тем дядей!
Вперёд выдвинулся огромный северянин с кустистой бородой до пояса. Он подхватил мальчика под мышки и понёс к башне. Тот молчал, не трепыхался и лишь время от времени ухитрялся откусывать от пирога.
Только теперь Вегрик увидел небольшую нишу в основании башни. Туда-то и посадили мальчика.
Женщина в синем стояла чуть поодаль и, казалось, не замечала, как грызет рукав своего платья.
Каменщики принялись за работу. Двое размешивали грязь в корыте, двое подносили камни. Длиннобородый северянин, дождавшись материала, начал закладывать нишу.
– Мамка, я тебя вижу! – хохотал мальчик, уплетая пирог.
Камни поднимались выше, добрались до его колен. Женщина в синем платье бросила рукав и теперь кусала пальцы.
– Мамка, я всё ещё тебя вижу! – улыбался малыш ртом, измазанным черничной начинкой, а камни закрывали его по грудь.
Северяне работали неторопливо, но кладка быстро росла. Вот уже из-за стены виднелась только половина несуразно большой головы мальчика, а он говорил весело:
– Мамка! Теперь я тебя плохо вижу.
Ниша почти закрылась. Оставалось положить лишь несколько камней.
– Мамка! Я тебя не вижу! – засмеялся мальчуган.
Женщина в синем платье упала навзничь и принялась грызть землю. Городские стражники не решались подойти к ней. Тогда двое северян оставили работу, подхватили женщину под руки и отнесли прочь.
– Дайте ему ещё пирогов, – неуверенно сказал барон. – Я же обещал.
В небольшую дырку закинули какой-то снеди, после чего длиннобородый северянин заложил её камнями и замазал раствором.
– Это что тут произошло? – не понимал Вегрик.
– Понятно, что, – проворчал рядом усатый стражник. – Всё эти северные каменщики! Их тамошний мудрец сказал: чтобы башня стояла, в неё надо человека замуровать. Вот и купили у вдовы несчастной детёнка тугодумного. У неё их пять, а старший – головой тронутый. А за него десять гульденов предложили. На такие деньги можно две коровы купить. Вот и отдала. Других-то кормить надо.
– Вот дрянь-то! – воскликнул Вегрик.
– А куда деваться, – покачал головой Утопий.
***
Вечером через окно гостиничного номера Вегрик наблюдал, как процессия каменщиков с севера, получив вознаграждение за труды, покидает город.
– Молодцы! – возмущался сапожник. – Справились! Замуровали сопляка и идут как ни в чём не бывало!
– Да. Паршивая история, – согласился Утопий. – Надо уходить из этого города. Разве можно спокойно жить, если рядом мальчишка так умирает? Он, наверное, орать начнёт. Как думаешь, будет его через стенку слышно? Ни есть, ни спать не смогу от этих мыслей. Давай-ка завтра в путь! Подходящий фургон я уже присмотрел, а товарами где-нибудь по дороге разживёмся.
– Нет! Я этого так не оставлю! – кипятился сапожник.