? Совсем люди от жары с ума посходили, ? бесцветно сказала пожилая женщина, проходившая мимо.
Я засмеялся еще громче. Женщина прибавила шагу.
? Ты чего? – удивился Игорёк.
? Просто удивительно, как я не понял сразу.
? Чего не понял?
? Море.
? Ну и что море?
? Осталось только море, больше у меня ничего нет.
? Поехал я, ? сказал Игорёк, ? от таких разговор я дурею больше, чем от жары. Если не можешь сказать ничего вразумительного, тогда до встречи.
? До встречи, юнга.
Игорек сунул под мышку thalassa и покатил дальше. Я смотрел вслед и ликовал. Мой мир точно поднялся из глубин и возвращал к себе.
7
Уже лет десять я шел по жизни как по палубе. Куда? Вперед, мимо могил, сказал бы Гёте. Да просто вперёд, скажу я. И это всегда было во мне: жизнь – море, города – гавани, балконы высоток – капитанские мостики, а дома ? корабли, вросшие в землю до прилива. И никуда от этого не деться, если хочешь жить. Жить как океан, не зная, как поведешь себя.
Замерев с минералкой в руках, я чувствовал, что стоит сделать движение, и море примет меня, и я буду только с ним, пока мир по-настоящему не шевельнет своими плавниками.
? Ладно, ? подмигнул я минералке, ? деваться некуда. Поплыли.
И вода полилась. Не успел я этим как следует насладиться, слабо брякнул звонок и рядом, шурша шинами, остановился знакомый велосипедист.
? Слушай, ? обратился Игорёк, как пить дать вернувшийся сообщить нечто интересное, ? я утром читал статью о загадочных явлениях в мировом океане. О высших существах, которые живут по соседству с нами в морских глубинах. По гипотезе они дали жизнь человечеству и могут стать причиной гибели нашей цивилизации.
? А ты знаешь, что греческое слово «ихтюс», то есть рыба, состоит из начальных букв Иисус Христос Сын Божий? – спросил я.
? Знаю, ? кивнул Игорёк.
? Думаешь, это как-то связано?
Игорёк странно посмотрел на меня и покатил дальше.
Через дорогу я увидел вывеску кафе «У боцмана» и решил там перекусить, последние два дня я питался только орешками.
За стойкой маячил крепкий малый, стилизованный под морячка, в тельняшке и бескозырке. Над стойкой висел телевизор, настроенный на европейский музыкальный канал. Видеоклипы сменялись без перерыва. Когда принесли заказ: омлет с сыром, теплую лепешку и салат «Сахалинский», на экране появились два усатых дядьки из группы «Yello» и предложили свое видение реальности. Композиция называлась «To the sea». Люди ныряли в город как в море. Под водой они как ни в чем не бывало ходили по улицам, ездили на машинах и сидели в кафе. Некоторые в купальных костюмах забирались по стенам небоскребов и прыгали вниз. Среди всего этого безобразия усатым мужикам подпевала девица, похожая на золотую рыбку, она плавала у витрин и окон, пуская пузыри, и звала за собой. Однако мало кто обращал на нее внимание.
Не успел я поковырять вилкой в морской капусте и огурцах, как в следующем видеоролике еще одна длинноволосая красотка, потерявшая что-то в глубинах океана, преспокойно занырнула в пасть белого кита и попала в иную реальность. Когда красотке повстречалась девочка-циклоп, левитирующая лежа на спине, я не выдержал зрелища и напрягся.
Вскоре на экране появился ви-джей и представил зрителям двух ребят: ди-джея Ме и ди-джея You. Они болтали о музыке, а я взялся за омлет.
? Кем бы вы хотели стать в следующей жизни? ? спросил ведущий своих гостей.
? Дельфином. А еще, может, чьей-то губной помадой, ? игриво ответил ди-джей Ме.
? Китом, потому что киты могут нырять очень глубоко в океан, ? с серьезным видом сказал ди-джей You.
Чудес на утро было достаточно, я не стал ждать продолжения, расплатился и вышел.
8
Любителю греческой мудрости скифу Анахарсису как-то задали вопрос: кого на свете больше, живых или мертвых? Он переспросил: «А кем считать плывущих?»
Можно долго болтаться между жизнью и смертью. Хотим мы того или нет, но жизнь и смерть части одного целого, где последняя всего лишь помощница в переправе на ту сторону житейского моря. Однако истинное пребывание между ними в движении по воде. Тот, кто идет по воде, вне жизни и смерти. Можно это делать одному. Если же набирается команда, то нужен корабль.
У меня не было ни корабля, ни команды, ни умения ходить по воде. Это не смущало, я знал чего хотел. Хорошее судно, я был уверен, можно вызывать силой мысли, а команду нужно собрать из старых дружков, из тех, кому нечего терять в городе. Самым беспокойным слыл Беря, о его неприкаянности ходили легенды. Бродяжничество и безудержность сидели у Бери в крови: он жил где придется, принимая что дают. Работал Беря отделочником, делал всё быстро и качественно. За это ему прощали, что он жил на объектах и выпивал. Иногда ему везло, но он как будто не ценил удачу. Последнее, что я о нем слышал: он на несколько месяцев по большой любви сошелся с порядочной женщиной, но вскоре стал вести себя безобразно и поколачивать подругу, и она выставила его за порог. Беря вернулся к прежнему ? бродяжничал по знакомым. Я знал последний адрес.
Дверь была не на замке. В доме мечтательно бормотал Игги Поп: «the fish doesn’t think, because the fish knows everything».
Хозяев не было. В одних трусах Беря стирал джинсы и варил чечевичную похлебку.
? Какими судьбами? – обрадовался Беря.
? Такими вот, ? я пожал мокрую ладонь. – Искал тебя.
? Опять что-то задумал, ? предположил Беря.
? Как думаешь, какие корабли безопаснее? – спросил я.
? Вытащенные на сушу, ? сразу ответил Беря.
? Ха-ха, ? удивился я. ? Ну ты даёшь!
? Говори прямо, чего хочешь.
? Хочу набрать команду и отправиться в плавание.
? На чём?
? На корабле.
? Где ты его возьмёшь?
Беря осторожно отжимал джинсы.
? Корабль будет, я уверен. Сила мысли уже работает. Пока решил сколотить команду.
? Силой мысли, говоришь… Серьезно? – Беря убежал на кухню мешать похлебку и крикнул оттуда: ? Я давно готов отправиться куда угодно! С тобой тем более!
? Вот и хорошо, ? я сел за стол и налил воды из банки.