Перерождение. Серия «Синдикат». Книга 4

Глава 1

Шестьдесят второй день после инцидента в Хьюстоне

Северная Африка

Алжирская Народная Демократическая Республика

В ста милях от столицы

Карантинная зона

Неподалеку от лагеря инфицированных под кодовым обозначением «Аль-Джазира»

15:03

Джулия Стайлз мрачно рассматривала открывающуюся сверху панораму: ослепительно-белый песок, яркое солнце и гнетущее ощущение обреченности. Последнее, правда, отношения к картинке за окном вертолета не имело. Дело не в жаре, не в пустыне и не в предстоящей высадке в самом сердце карантинной зоны, где ежедневное количество новых трупов исчисляется не сотнями и даже не тысячами. Дело в другом. В тотальной неспособности противостоять обрушившемуся на планету злу.

Прошло всего два месяца с первого случая заражения в Хьюстоне, но уже, кажется, нет такой точки на Земле, куда бы не проник страшный вирус, по сравнению с которым даже бубонная чума в Средние века кажется всего лишь насморком. Два месяца… Всего лишь шестьдесят дней, а мир изменился до неузнаваемости. Многих государств уже нет на политической карте, а те, что остались, раздираемы внутренними волнениями, голодом и зачастую абсолютным хаосом. Единственным оплотом стабильности, скалой, за которой можно укрыться, лучом надежды во всеобщей мгле оставалась корпорация Cromwell Global Group.

Да-да, все так. Транснациональная корпорация, что никогда не занимала первые строчки рейтингов и уступала многим гигантам, неожиданно вырвалась на первые позиции, превратившись де-факто в кризисный центр управления всей планетой. Оказалось, уже выстроена целая сеть бункеров, связывающая все континенты, во главе с Цитаделью, глобальным убежищем, вмещающим несколько десятков миллионов человек. Оказалось, у корпорации имеется целая армия, в арсенале которой тяжелое вооружение и новейшие разработки, способная молниеносно перебросить свои силы в любую точку. Оказалось, корпорацией по всему миру построено более сотни военных баз, что позволяет теперь контролировать не только любую область Земли, но и, похоже, происходящее за ее пределами. В общем… Из транснациональной корпорации CGG за несколько недель превратилась во всепланетное правительство. Удивительно, да?

Может, для кого-то это и было удивительно, но только не для Джулии. Она прекрасно понимала, кто именно прикрывается логотипом Cromwell Global Group. Как понимала и то, что все это — лишь малая часть имеющихся возможностей. Все еще впереди. Ужасающий до дрожи во всем теле план запущен, и Синдикат от него не отступит. А остановить возомнивших себя богами людей попросту невозможно. Некому. Она? Да что она может, если даже Белый дом под полным контролем теневой организации. Теперь, правда, не такой уж теневой… Но не в этом суть. Будь даже в ее распоряжении все спецслужбы США, они вряд ли бы смогли сильно осложнить воплощение сатанинского плана Синдиката. Слишком тот силен. Слишком долго вел подготовку, чтобы отступать. А самое главное — вирус уже на свободе, повсюду сея смерть. Вот почему единственное чувство, какое еще оставалось внутри в последние недели, — тотальная обреченность.

Из ФБР пришлось уйти сразу же после инцидента в Хьюстоне, поскольку дальше оставаться в структуре, подконтрольной Синдикату, не имело смысла. Некоторое время Джулия просто пребывала в депрессии, наблюдая, как стремительно рушится привычный мир. В каждом городе, где выявляли инфицированных, вводился жесткий локдаун по примеру Хьюстона: город делили на сектора, полностью изолируя их друг от друга. Впрочем, помогали ли подобные меры, сказать было трудно. По крайней мере, вирус продолжал свое победное шествие, каждый день захватывая все новые и новые территории. И сейчас, спустя два месяца после начала пандемии, вряд ли можно было отыскать место, где отсутствовал KJ-вирус.

Месяц назад Джулия приняла для себя единственно возможное и верное в текущей ситуации решение: пусть не в ее силах остановить Синдикат, однако бороться с происходящим она может. Значит, будет. Больших успехов добиться пока не удалось, но все же… Вода камень точит. Так и ее, на первый взгляд, незначительные действия вполне могут, слившись с другими, обрушить в какой-то момент планы теневой организации.

Так оно, в общем-то, и могло получиться. Об обрушении планов Синдиката, конечно же, говорить пока не приходилось, но некоторые результаты стали заметны. Ее сотрудничество с продолжавшими работать международными структурами вроде Красного Креста, Всемирной организации здравоохранения, а также такими новыми образованиями, как «Армия освобождения» и «Стоп CGG», приносило свои плоды. И главным было даже не противодействие планам корпорации, а та информация, которую она по крупице собирала везде, где только могла. Мало-помалу обрывки стали складываться в общую картину, благодаря чему впервые за два месяца в сердце блеснул лучик надежды. Пусть пока крохотный, но все же.

Голос пилота в наушниках отвлек Джулию от тяжелых размышлений:

— Сопроводительный отряд Красного Креста просит разрешение на посадку!

Ответили практически мгновенно:

— Доступ разрешен!

— Доктор Стайлз, — теперь обращались к ней, — взгляните вправо.

Джулия, бывший агент ФБР, а ныне имеющая статус доктора в Красном Кресте, так и сделала. Повернулась, глядя сквозь боковое окно вертолета. Внизу раскинулся огромный палаточный городок, обнесенный пятью рядами защитных барьеров, состоящих из металлической сетки под напряжением. По всему периметру лагеря виднелись наблюдательные вышки, а между барьерами постоянно дежурил патруль на бронемашинах. Спецлагерь «Аль-Джазира» был лишь одним из десятка тысяч подобных, возведенных по всему миру, где врачи пытались бороться за каждую жизнь. И раз за разом проигрывали.

— До посадки две минуты!

— Принято!

— Статус зеленый!

— Доктор Стайлз, готовьтесь к посадке!

Джулия кивнула. Она готова. Всегда готова. Вся ее жизнь после инцидента в Хьюстоне превратилась в сплошные поездки и перелеты. Так что командировка в Алжир была обычной рутиной, не более того. Единственным отличием являлось отсутствие команды. Узкоспециализированной команды, если точнее. Обычно в карантинную зону летели как минимум десяток сотрудников Красного Креста или ВОЗ. Сегодня же в составе группы, кроме нее, значился только один ассистент, не считая шести бойцов сопровождения.

— Приближаемся к зоне высадки!

Вертолет быстро пошел на снижение, и Джулия плотно стиснула челюсть, ощущая, как желудок подкатил куда-то к горлу. Раньше она с легкостью переносила полеты, однако в последнее время начала ощущать недомогание. Особенно при взлете и посадке. С чем связаны подобные изменения? Хороший вопрос. Будь она настоящим доктором, наверняка смогла бы на него ответить. Беспокоить же других подобной ерундой Джулия не собиралась. Мир на глазах исчезает, а у нее тошнота при посадке… Чрезвычайная проблема, ага.

— Двадцать футов! — отчитался пилот. — Десять!

Небольшой толчок, и тут же голос пилота в наушнике оповестил об успешной посадке.

— Мы сели! Доктор, у вас не более часа. Затем мы возвращаемся на базу.

— Поняла!

Доведенными за последние два месяца до автоматизма движениями Джулия проверила герметичность костюма биологической защиты. Вроде все в норме.

— Идем! — повернулась она к сидящему рядом ассистенту, на лице которого выступили заметные даже через стекло шлема белые пятна. Оно и понятно: первый выезд — и сразу в красную зону.

Спрыгнув на пыльную землю, Джулия слегка пригнулась и сделала рывок на три ярда вперед, преодолевая сопротивление воздуха от все еще крутящихся винтов. Ассистент по имени Говард, выпускник Кембриджа и восходящая звезда науки в прошлом, а теперь всего лишь рядовой сотрудник Красного Креста, последовал за ней. Не очень удачно: сделав два шага, запнулся о неровность почвы и упал на одно колено, выронив при этом сумку с ноутбуком.

Джулия выругалась и в два прыжка оказалась рядом с коллегой — правда, совсем не для того, чтобы помочь ему встать на ноги. Два месяца, прошедших после инцидента в Хьюстоне, имели глубокие последствия для каждого. В том числе и для нее. Так что… Джулию не волновала судьба ассистента, а вот за содержимое ноутбука она без особых колебаний убила бы любого.

— Доктор Стайлз?

К ней спешили три человека. В отличие от Джулии, на них не было костюмов биологической защиты. Впрочем, и ее костюм не более чем дополнительная мера предосторожности, которую она соблюдала лишь по причине строгого регламента внутри отряда сопровождения. Нарушь она правила — и парни улетят на базу без нее. И как тогда быть? Приходилось подчиняться.

— Верно. — Джулия махнула рукой и подошла к встречающим.

Окликнувшим ее оказался невысокий мужчина в белом медицинском халате, маске-респираторе на лице и довольно запыленных очках. Сопровождали его смуглая девушка в голубом халате и высокий чернокожий мужчина.

— Доктор Мохаммед Савфат, директор «Аль-Джазиры», — представился мужчина, протягивая руку в белых перчатках.

Джулия ответила на рукопожатие. Все равно никакого телесного контакта. А значит, безопасно.

— Идемте! — Доктор Савфат махнул рукой в сторону широкого прохода между плотно поставленными друг к другу палатками преимущественно темно-зеленого цвета. Хотя встречались и белые, и голубые, и даже ярко-красные. — Извините, что не могу предоставить вам транспорт. — Начальник лагеря, извиняясь, развел руками. — У нас огромный дефицит топлива. Транспорта в наличии предостаточно, однако заправлять попросту нечем. Имеющиеся запасы используем только в экстренных случаях.

Джулия понимающе кивнула. Мир за шестьдесят дней сильно изменился. Причем последствия коснулись всех без исключения. Вместе с исчезающими в пучине хаоса странами, так же, а может, и еще более стремительно исчезали ресурсы. Оно вполне объяснимо: практически все логистические связи оказались разорваны, да и большинство компаний, осуществлявших добычу или переработку ресурсов, были не в состоянии продолжать деятельность. Единственной, у кого не возникло никаких проблем, оказалась корпорация Cromwell Global Group. И это понятно. Синдикат заранее позаботился о собственном обеспечении, как и о логистике, перебрасывая топливо и другие ресурсы от базы к базе. Правда, делиться с остальным миром корпорация явно не собиралась.

— У нас в карантине чуть более тридцати тысячи человек. Мертвых почти семь тысяч. На первой стадии одиннадцать тысяч, и почти столько же на второй. Тех, кто переходит в третью…

Доктор замолчал. Но Джулия и так поняла, о чем начальник лагеря предпочитает не говорить: перешедших в третью стадию они убивают. Так поступали почти везде, поскольку сдержать переживших мутацию зараженных было практически невозможно. А позволить им покинуть карантинную зону означало ускорить и без того стремительное распространение вируса. Добровольный суицид планетарного масштаба, в общем.

— Мы испытываем острую нехватку не только лекарственных препаратов, еды, воды и топлива, но и людских ресурсов. Мы хоть пока и контролируем распространение вируса в пределах «Аль-Джазиры», тем не менее каждый день выявляем инфицированных среди персонала. — Доктор досадливо махнул рукой. — Ежедневный отток, доктор Стайлз. И вместе с тем нулевой приток. Такими темпами скоро останется лишь открыть двери лагеря и отойти в сторону.

Джулия снова кивнула. Она прекрасно понимала директора карантинной зоны. Точно такие же проблемы существовали во всех тех лагерях для инфицированных, в которых ей довелось побывать до прилета в «Аль-Джазиру». Нехватка продовольствия, нехватка питьевой воды, нехватка топлива, нехватка электричества, нехватка даже самых простых медикаментов, нехватка здоровых людей… Такого рода сложности наблюдались везде. И не только в спецлагерях, но и просто в городах, постепенно превращающихся в закрытые зоны. Вирус побеждал. Причем с разгромным счетом.

— Я надеялся, Красный Крест направит нам дополнительный персонал… Хотя бы двух-трех специалистов вроде вас…

Джулия отрицательно мотнула головой. Не направит. Ни одного. Доктор Мохаммед Савфат еще не знает: вчера вечером Красный Крест ввиду отсутствия финансов, человеческого ресурса и возможности обеспечивать хотя бы минимальную поддержку сотрудников объявил о прекращении своей деятельности. Нет теперь никакого Красного Креста. Следующая на очереди — Всемирная организация здравоохранения, что еще подает слабые признаки жизни. А затем останется лишь всемогущая корпорация Cromwell Global Group, чьим логотипом прикрывается Синдикат.

Очередная победа врага.

И очередной ее проигрыш…

***

Шестьдесят второй день после инцидента в Хьюстоне

Соединенные Штаты Америки

Лос-Анджелес, штат Калифорния

16:09

Джек шел по Гранд-авеню, стараясь сохранять баланс между быстрым шагом и легкой пробежкой. Не хотелось привлекать к себе лишнее внимание. Вместе с тем было желание как можно скорее убраться с улиц закрытого на карантин города.

Жизнь в последние месяцы сильно изменилась. И если, к примеру, его близкому другу повезло застать пандемию в относительно безопасном месте, каковым оказался Юнион-Сити в округе Фултон, штат Джорджия, то Джек не успел покинуть Лос-Анджелес до того, как власти объявили о полном локдауне… Ну как власти…

Джек искоса глянул направо. На стеклянном офисном здании размещался огромный экран, где по спирали крутился логотип корпорации Cromwell Global Group в виде красно-белого мальтийского креста. Именно корпорация взяла Лос-Анджелес под контроль чуть больше месяца назад, после чего объявила о полном закрытии как въезда, так и выезда. Город поделили на сектора, сообщение между которыми осуществлялось только по спецпропускам. Фактически вместо одного Лос-Анджелеса теперь появилось почти три десятка независимых друг от друга образований. Объединяло их только одно — полный контроль CGG. Вместе с закрытием города новая власть ввела дополнительные ограничения, такие как комендантский час, запрет на ношение оружия — и это при том, что ты в любой момент мог ожидать нападения зараженного, — запрет на свободное перемещение и так далее. То есть сейчас Джек, по сути, нарушал одно из правил. В случае если на пути попадется патруль, будет крайне сложно объяснить цель своего передвижения по улице. А шансы наткнуться на бойцов корпорации весьма велики — улицы практически пустые. Точно в Лос-Анджелесе проживает не пять миллионов, а пять тысяч человек, и то с большой натяжкой.

Сейчас, к примеру, он подошел к перекрестку с бульваром Уилшир, и на всем пространстве, насколько хватало зрения, кроме него, Джек заметил лишь пару человек. И всё.

Он уже сделал первые шаги по пешеходному переходу, когда на стеклянном здании страхового центра впереди появилось лицо молодой привлекательной блондинки в белоснежном медицинском халате, с притягивающей внимание ослепительной улыбкой. Особенно эффектно девица выглядела на фоне пульсирующего позади огромного логотипа корпорации. Блондинка успела лишь слегка улыбнуться, как за считаные секунды ее лицо радикально изменилось. Сначала появились пятна, потом на коже возникли огромные багровые пузыри, следом произошло заметное глазу изменение черепной коробки, и вот уже спустя пять секунд существо на экране бросилось вперед, раскрыв рот в жутком оскале. Учитывая, что картинка транслировалась в объемном формате, зрелище получилось по-настоящему впечатляющим. Джек даже отпрыгнул назад. И вроде разум понимал всю абсурдность бегства от простого изображения, но инстинкт самосохранения все равно требовал каких-то действий.

Происходящее на объемном экране в ускоренном темпе демонстрировало изменения, происходящие с инфицированными KJ-вирусом. Здесь это заняло пять секунд, в реале — три-четыре дня. Итогом была — если, конечно, «повезет» выжить, — третья стадия, которая до сих пор, спустя уже два месяца с начала пандемии, считалась необратимой. Впрочем, не только она. Каждая стадия считалась необратимой. Если вирус попадал внутрь, перспектив у инфицированного имелось только две: либо гибель, либо полная трансформация организма на третьей стадии. До сих пор не было зафиксировано ни одного случая возвращения к нормальному состоянию. Единственное, чего добились ученые, — замедление перехода от второй стадии к третьей. На двенадцать часов. Охренеть какой прогресс, ничего не скажешь.

Как оказалось, трансформацией миловидной блондинки сюжет на экране не закончился. Мутировавшее существо исчезло, а его место занял мужчина в темном костюме с логотипом корпорации на рукаве. Чуть смугловатая кожа, волевой подбородок, трехдневная щетина и холодный, пронизывающий до мурашек взгляд. Джек знал этого человека. Очень хорошо знал. Когда-то они были друзьями. Когда-то бок о бок делали вместе хорошие вещи, очищая планету от плохих ребят. Когда-то Джек спас ему жизнь, о чем сейчас сильно жалел. Уж лучше бы Джаред Кромвель, экс-майор спецгруппы «Кракен», президент корпорации Cromwell Global Group и человек, ответственный за все ныне происходящее, сдох тогда под пулями террористов. Но теперь уже поздно. Ничего не изменить. Джаред недосягаем. Остается только в бессильной ярости смотреть в его лицо на экране.

— Нас разъедает болезнь. — Низкий голос бывшего друга вызвал неприятный холодок. — Как кислота, она подступает к горлу, оставляя после себя лишь горечь…

И без того мрачное лицо президента CGG, стало совсем невыносимым. Он продолжил:

— Болезнь поразила весь мир, изменив прежний, знакомый всем нам уклад жизни до неузнаваемости. И только признав недуг, можно надеяться на выживание. — Пауза. Долгая. Мучительная. — Корпорация CGG дает такую надежду.

Лицо Джареда исчезло с экрана, сменившись панорамой огромного бетонного сооружения с высоты… даже не птичьего, а, кажется, космического полета. Настолько впечатляющие размеры имел громадный купол, скрывающий под собой многоуровневый город.