Стараясь выглядеть совершенно спокойным, хотя давалось мне это с большим трудом, я повернул ключ. Двигатель тихонько заурчал. Машина плавно двинулась и покатилась прочь.
Я все время поглядывал в зеркало заднего обзора, не хватятся ли меня, не передумают ли. Вот сейчас бравый лейтенант Войцюк выскочит из машины и схватится за голову, а может, даже за пистолет, воскликнув: «Черт побери, у нас в руках был сам Милославский!» И опять начнется погоня. Нет, не буду я больше с ними наперегонки ездить – неблагодарное это занятие. Лучше уж сразу того, голову на плаху возложить.
Переживал я вовсе не из-за нарушения ПДД, а из-за проклятого телевизора, что сейчас валялся у меня в мешке в измельченном виде. Вдруг стиральная машинка или холодильник все-таки предали меня и настучали куда следует, и вот-вот официальная информация поступит всем нарядам. И завопят планшеты, надрывая свои крохотные динамики: «Всем, всем, всем! Задержать «Жигули» белого цвета. Преступник не вооружен, но очень опасен!»
Но нет. Текли тягучие, словно ириски, секунды, а ничего не происходило. Затем оба инспектора забрались в машину, и та тронулась с места, направляясь в совершенно противоположную сторону. Кажись, пронесло… И все же я так ничего и не понял. Столько дел натворил, и тут на тебе: невиновен! Хотя… Искусственный интеллект – штука довольно высокомерная, страдающая манией величия, то бишь всезнания и непогрешимости. Ну, сами посудите: кто управляет автомобилями? Правильно, братья его меньшие! А раз тем приспичило носиться по улицам сломя свои электронные головы, значит, на то у них причина веская была. Ладно бы одна машина с ума спятила, так ведь нет – целая колонна разом! Такого в принципе быть не может. Следовательно, во всем виноват непонятный форс-мажор. И откуда интеллекту знать, что имя форс-мажору – Федя Васильев, и он сам себе интеллект, и машина у него допотопная, мыслит не шире капота…
Ну ладно, будем считать, повезло на этот раз. Однако от мешка избавиться не мешало бы. Как говорится, нет улики – нет дела. Стал я крутиться по подворотням, раз уж сюда заехал, вдруг где бак мусорный попадется… Ага, вот они родимые кучкой плотной стоят! А большие какие, матерь божья! С меня ростом не меньше. Повезло, думаю: в такой мешок провалится, и не заметишь его там. Остановился неподалеку от баков, в бардачке порылся, очки темные нацепил – мало камера где торчит. Лицо ладонью прикрыл, чтоб уж совсем наверняка, выбрался из машины, открыл багажник, достал из него пакет и к мусорному баку побежал.
На каждом из них надпись. Один для органики, второй для текстиля разного, третий для стекла, четвертый и пятый для металлов черного и цветного соответственно, пятый для пластика. Еще есть отдельный для опасных отходов, и для химии использованной, и даже для прочего мусора! Так и написано «Для прочего». С ума сойти! Это ж сортировать замучаешься, в самом деле. Кинулся было я к тому, который для стекла, но задумался. Вроде бы стекло есть, но ведь и пластик присутствует! И еще металлы разные. Насчет черных не уверен, а вот цветные точно имеются. На один бак посмотрел, на другой, на третий – никак сообразить не могу, в какой из них мешок запихнуть. Вот же наказание на мою голову! Хоть в самом деле бери и сортируй.
Долго метался я без толку от бака к баку с мешком, пока не плюнул на все и не решил сунуть его в «прочий» – видать, именно для такого случая, как мой, поставили. Сами потом разберутся, куда что.
Откинул я тяжелую крышку рукой, поднял мешок с земли и через бортик перекинул. Все! Дело сделано. Но только решил закрыть крышку, как из бака приятный женский голос донесся.
– Простите, но я вынужден (странная женщина какая-то, чес-слово! Почему «вынужден», а не «вынуждена»?) просить вас забрать мусор.
Я так и подскочил на месте. Этого еще не хватало, чтобы баки мусорные со мной разговаривали!
– По какому праву? – гундосо спрашиваю я, все еще продолжая зажимать лицо ладонью.
– Что вы сказали? – переспросил бак. – Повторите, пожалуйста, я ничего не понял.
– Я спрашиваю, почему я должен забрать мусор?
– Это не мой мусор.
– Разумеется, не твой! Он мой.
– Вот и возьмите его себе обратно, – проворковал бак. Нет, как вам это, а?
– С чего вдруг? – спрашиваю.
– Я принимаю только прочий мусор.
– Так я тебе и дал прочий.
– Это не прочий! – уперся бак. – А вполне конкретный: стекло, пластик, цветмет… Вот керамику я могу взять.
– Ну и бери!
– Давайте!
– Я уже дал.
– Нет, так не пойдет. Забирайте! – Крышка бака начала приподниматься, внутри него что-то загудело, и мой мешок начал вылезать наружу.
– Не заберу! По какому, собственно, праву? – вспылил я, бросился к мешку и взялся запихивать его обратно. – Это произвол.
– Не пихайтесь!
– Буду пихаться! – прохрипел я, уминая мешок руками, но тот упорно вылезал обратно.
– Заберите!
– Не заберу! Если ты такой умный, то возьми свою керамику, а остальное отдай соседям.
– Не могу. Сортировка в мои функции не входит. Сейчас же заберите свой мешок! Что за хулиганство? Я буду жаловаться! – мешок преодолел мои усилия и вывалился к моим ногам.
Бак победно хлопнул крышкой и заткнулся.
– Ах, так! – упер я руки в бока, потом схватился за крышку и начал ее приподнимать, напрягая руки. Она вдруг стала неимоверно тяжелой, похоже, бак ее нарочно придерживал.
– Прекратите безобразничать, – заголосил бак, – вы, вандал!
– Ты заберешь у меня мусор! – прорычал я, толкая мешок изо всех сил в образовавшуюся щель.
– Не буду я его брать! Помогите!
И тут я наконец нашел скрытый за сеточкой динамик и угрожающе приставил к нему указательный палец.
– Ты видишь?
– Что? Что такое? – заволновался бак, прекратив выпихивать мешок.
– У тебя зрение есть?
– К сожалению, я лишен возможности видеть. Но что происходит?
Это совсем неплохо, по крайней мере никто не узнает, кто я такой. Если только по голосу?
– Тогда внимай мне! – добавил я металла и торжественности в голос, и еще хрипотцы и немного баса. – Еще одно слово, и хана твоему говорильнику!
Бак затих, потом что-то внутри него зашуршало. Видимо, шевелил «прочим» мусором, размышляя, как поступить.
– Чего молчишь?
– Думаю.
– Заберешь мусор?
– Не могу я, понимаете? У меня проблемы потом будут.
– Да какие у тебя проблемы могут быть? – удивленно воззрился я на бак.
– На профилактику отправят. Полная разборка-сборка.
– Ничего, отдохнешь месячишко-другой.