Господи, в его голосе было столько злости. Никогда бы не подумала, что это он, если бы не увидела собственными глазами. Эрик выглядел… эффектно.
На нем были разорванные джинсы, которые слишком низко сидели на талии. Одна штанина практически полностью отсутствовала. А майка была выпачкана чем-то красным. Я предпочла думать, что это кетчуп. Неопрятный сумасшедший? Да, это на него похоже. И, собственно, это было все. Ни обуви, ни куртки. О, еще огромная железяка в руке. Предположительно кочерга.
– Отошел от нее, – процедил Эрик.
На месте Калеба я бы наложила в штаны. Даже у меня по коже пробежались мурашки. А я ведь в команде Принстона.
Но Калеб был пьян, глуп и полагался на поддержку своих дружков.
Он кивнул на меня и расплылся в садистской улыбке.
– Ты про нее?
Чтобы спровоцировать Эрика, он залепил мне пощечину и начал мерзко лапать.
Сначала я только слышала крики и звуки боя, а затем увидела собственными глазами: Эрик расчищал дорогу ко мне с такой же легкостью, с какой Щелкунчик клацал орешки. Они нападали со всех сторон одновременно. Пытались схватить за руки, прижать к стене и поразить в самые болезненные места. Но ни одному из них этого так и не удалось сделать. Принстон был очень быстрым, легко уворачивался, прогибался, отклонялся и подпрыгивал на высоту человеческого роста. А кочергой он владел, казалось, лучше, чем вилкой и ножом.
Я только и могла, что смотреть за реинкарнацией Брюса Ли с отвисшей челюстью. Как и Калеб со Стивом. Но в какой-то момент они переглянулись, и Стив достал из-за пояса пистолет. А Калеб нож.
– Эй, Принстон! – позвал Стивен, направляя на меня оружие.
Эрик застыл в то же мгновение, полностью оценив ситуацию.
– Бросай свою палку, – потребовал Калеб. – Иначе я вспорю это сучку.
Двое парней встали за его спиной. Один из них ударил Эрика по ноге, но тот даже не поморщился, хоть и пошатнулся. Его взгляд был прикован ко мне. Он будто пытался что-то сказать.
– Калеб, прошу тебя, – отозвалась я. – Давайте просто забудем и…
– Заткнись, – зло процедил Стив.
– Хорошо! – громко вскрикнул Эрик. – Я бросаю. Смотрите.
И он действительно бросил кочергу. Правда, упала она не на землю, а на голову Стивену, который в ту же секунду прилег отдохнуть, утащив с собой пистолет.
А дальше началась суматоха.
– Эмбер, беги! – проорал Эрик, пытаясь отбить новые атаки. Теперь уже врукопашную.
Я автоматически выполнила его указание. Просто сорвалась с места, слыша только удары собственного сердца. Но кое-что заставило меня резко остановиться. У Калеба был нож. И он собрался ударить Эрика со спины.
Наверное, первое, что приходит на ум в экстремальных ситуациях, является самым глупым, но в то же время действенным.
Добравшись до Стива, я выхватила из его ослабленной руки пистолет и дважды выстрелила в небо.
Это заставило их всех застыть. Мои руки ужасно дрожали, когда я нацелила оружие на парней.
– Раз-зошлись все. Быстро!
– Эмбер, все хорошо, – напряженно произнес Эрик.
– Ага! – нервно кивнула я, бегло его осматривая. – У тебя кровь.
– Это кетчуп, малыш, – заверил он меня будничным тоном.
Я улыбнулась, но мой подбородок задрожал. Если он сейчас будет называть меня ласковыми словами и успокаивать, я точно сорвусь. Истерика этим вечером мне гарантирована. Я отвлеклась всего на секунду, но этого хватило, чтобы Калеб успел напасть на моего спасителя. Эти двое снова закружили в бою, а еще трое начали надвигаться в мою сторону.
– Стоять! – крикнула я. Где-то издали раздался вой сирен. Ну, наконец-то, срань господня!
Мне пришлось еще дважды выстрелить в землю, чтобы до тугодумов дошло, что ко мне в таком состоянии приближаться не стоило. Но не это их остановило, а вероятность оказаться за решеткой. Подняв Стива и остальных вырубленных, они оттащили Калеба от Эрика. А затем, как и полагается трусам, сбежали.
Я тоже побежала. К Принстону.
Он выглядел неважно. И «кетчупа» на майке стало значительно больше.
– Надо сматываться, – констатировал он, держась за бок.
Мы бежали что было сил. Едва нас осветили фары полицейской машины, юркнули за угол. Вдалеке звучали крики офицеров, но мы не останавливались. Я потащила Эрика через соседский участок, и спустя две минуты мы были на заднем дворе отцовского дома. Обошлось.
Конечно, я решила пригласить его внутрь.
Открыв кухонную дверь, на цыпочках прошла в дом. Из гостиной доносились тихие звуки телевизора. Обернулась, чтобы махнуть Эрику, но он оказался прямо за моей спиной и передвигался абсолютно бесшумно. Правда, на полу после него оставались капли крови.
– Иди наверх. Я отвлеку отца, – шепнула ему. Эрик уверенно кивнул и свернул на лестницу. А когда заскрипела первая ступенька, я громко позвала папу.
– Па-а-а! Я дома!
– Э-э-эм! М-м-м-м….
– О, нет, – застонала я. Он опять сорвался. Почему именно сегодня?
Обычно мой пьяный отец – жалкое зрелище. После развода с мамой ему пришлось нелегко. Он то уходил в запой, то кардинально менял свою жизнь. На прошлой неделе уволился с должности заместителя директора в старом антикварном магазинчике, где проработал восемь лет. Купил крутую фотокамеру и решил стать фотографом. Я, конечно, поддержала его. Но спустя два дня он разбил камеру в порыве гнева. И сейчас оказался временно безработным.
– Лизи? – протянул папа, увидев меня в проеме двери.
– Нет, пап, – я обреченно выдохнула. Он «в стельку». Даже не отличает меня от мамы. – Это я, Эмбер.
– А какая разница? Вы обе те еще…
Он поднял указательный палец, взмахнул им в воздухе и уставился на него, будто впервые увидел. Я проверила лестницу и, убедившись, что Эрик поднялся, пошла отбирать у отца выпивку. Сегодня он был немного буйным, но быстро успокоился, когда я пригрозила, что разобью его любимую вазу какой-то там китайской династии. Спрятав в шкаф две бутылки рома, всучила ему минералку и уложила спать все на тот же диван. К моменту, когда я дошла до своей комнаты, с первого этажа доносился громкий храп.
Первым делом я наткнулась на окровавленную майку. Эрик стоял в моей ванной, рассматривая себя в зеркале. Обнажённый торс впечатлял, но я задвинула эти мысли подальше. Ему требовалась помощь.
– А твои подружки знают, что твой отец пьяница? Боже, Эмбер! Что же теперь будет с твоей репутацией, если я раскрою этот маленький секрет? – спросил он. В его исполнении это не звучало грубо или насмешливо. Я знала, что он подкалывал меня. Потому проигнорировала.
– Вот. Сюда сядь.
Подставила ему табурет и заставила усесться.