Когда все насытились, австралиец прервал молчание, предложив каждому высказать своё мнение о том, каким способом усилить безопасность поселения. Откликнувшийся Бешеный Бык заметил, что одного дежурного мало, все согласно закивали головами.
– Двух человек вполне хватит для этого, так как лагерь находится на вершине скалы, с одной стороны совершенно неприступной, – заметил египтянин.
Второй бразилец вызвался соорудить несколько сюрпризов для непрошенных гостей в небольшой чаще, находившейся на восточной стороне и являвшейся наилучшим местом для наблюдения за их посёлком. В свою очередь, француз предложил совершить разведку с целью выяснить расположение остальных поселений. «Очень удачно», – подумал Игорь и заявил, что готов это взять на себя. Бешеный Бык поддержал его, выразив желание идти вместе. Голицын согласился, но по понятным причинам предложил разделиться. Он, знавший точное расположение всех поселений, решил отправить бразильца на восток, ближе к Виминалу. Договорились выходить после заката солнца.
В заключение небольшую речь держал американец, он предложил каждому заняться поисками золота индивидуально, на свой страх и риск, а вот вылазки с целью привести пленников делать группами.
– Разумно, – поддержал его Игорь, – но, думаю, на поиски следует выходить по очереди, а не всем одновременно.
Поговорив ещё немного на разные темы, связанные с их существованием в лагере на острове, все понемногу стали расходиться. Поймав взгляд молодой украинки и улыбнувшись ей на прощание, Игорь направился в свою обитель. Как оказалось позднее, эта улыбка стоила ему нескольких интересных минут.
Ожидая захода солнца, Игорь думал о том, какого чёрта он бросился в водоворот непредсказуемых событий, оставив свою привычную жизнь. Смерть родителей, с которыми он был сильно связан? Возможно, потрясение было слишком сильным, и он воспользовался удобным случаем – предложением Ледогорова, чтобы забыться. Патриотизм, желание послужить Родине? Да, это тоже было одной из причин: его воспитали в духе любви к своей стране. Отец и мать научили понимать слово «долг». В данном случае это был долг гражданский, точно такой же, который заставил его пойти служить. Как всё это вязалось с его предназначением, с той дорогой, на которую он вступил, став офицером Будды Вайрочаны, хранителем Дханур Веды? Свати Шарма, его духовный отец и друг, во время их последнего свидания сказал следующее: «Овладев нашими знаниями, став брахманом и воплощением паравидии, ты остался человеком другого мира, но тень Вишны Пурану подтвердила на священном совете все твои полномочия. Мир несовершенен, ибо несовершенны пути его познания. Если наступит такое время, когда Дханур Веда будет нуждаться в твоей защите, ты выполнишь предназначение».
Неожиданно раздался шелест завесы, закрывающей вход в жилище. Игорь открыл глаза – перед ним была Вика. Улыбаясь, она проскользнула внутрь и со словами «не вставай» прилегла на край деревянного ложа:
– Ты так улыбнулся мне, что я не могла не прийти.
***
Катрин, после того как мать указала ей на возможность следить за выбранным участником шоу, не теряла из виду этого русского. Секунду назад девушка любовалась им, раскинувшимся на кровати. У неё были, как говорила её бабушка, любови, но они напоминали лёгкое дуновение ветерка. Катрин казалось, что она просто выбрала прототип героя своего нового комикса и всё. Секунду назад любовалась, а сейчас ненавидела. «Как он мог позволить этой нахалке развалиться у него на кровати? Боже!» Ей в голову пришла страшная мысль: сейчас они будут любить друг друга на её глазах!
Кэт потянулась к пульту, чтобы выключить экран, но потом, стиснув зубы, передумала и откинулась на спинку кресла, до боли сжав руки.
…Ледогоров удобно полулежал на диване и с интересом смотрел, как развиваются события в капитолийском лагере. Находящиеся в загородном доме Грамштайна оперативники следили за каждым шагом Голицына, благо, аппаратура “Blue Entertainment” работала изумительно, качество изображения было безупречно. Генерал ждал ночного выхода Игоря, часы показывали 1.30, до захода солнца в Перу оставалось полчаса, и тут неожиданное появление девушки. «Кажется, её зовут Вика, – вспомнил Вадим Петрович. – Интересно, Игорь не будет совмещать приятное с полезным? – промелькнуло в голове генерала, когда девушка прилегла на кровать Голицына. – Хотя против таких ног противоядия ещё не изобрели», – усмехнулся про себя примерный семьянин с тридцатилетним стажем.
Игорь почувствовал близость девушки, а тут она к тому же неожиданно обхватила его голову и поцеловала прямо в губы, и это было очень-очень приятно. Однако он нашёл в себе силы отстраниться, затем улыбнулся, погладил её по руке, встал и произнёс:
– Чёрт побери, я чуть не забыл, где мы находимся, но вот эти глаза, – он указал на встроенную в потолок камеру, – вернули меня к действительности. При других обстоятельствах я был бы счастлив, что привлёк внимание такой девушки, как ты, но в этой ситуации останемся друзьями. О'кей?
Вика покачала головой: в её контракте было ясно написано, что каждая ночь, проведённая с мужчиной, увеличивала гонорар на тысячу долларов.
– Не в этот раз, – вздохнула она, – я понимаю: не то место, не то время. Конечно. А сейчас, я думаю, тебе надо отдыхать. Завтра тяжёлый день.
Голицын отдёрнул завесу, провожая девушку, и посмотрел на солнце: осталось минут десять.
«Есть!» – крикнула про себя Катрин и радостно закружилась по салону. Вот так и должен поступать её герой – благородно и гордо.
Ледогоров покачал головой: «Да, наверняка решение Игорьку далось нелегко».
Глава 23
«Чудеса, ну и везёт же нам! – подумал Трезубцев, глядя из своего кемпервана, как рабочие ставят забор вокруг нового места раскопок непосредственно вблизи озера Титикака. – Подумать только – всего два дня работы, и обнаружены плиты с иероглифами – следами, возможно, ольмекской культуры».
Естественно, сразу же о находках было сообщено в министерство культуры Перу. Профессор удостоился любезного разговора с самим министром, в беседе было решено прервать на некоторое время работы и подождать приезда сотрудников Института археологии из Лимы – таковы были процедуры.
Размышляя о том, как будут развиваться события, если Голицыну удастся обнаружить таинственные врата в бездну земли, профессор задремал. Неожиданно раздался стук в кабину, Трезубцев вздрогнул и не успел произнести «Войдите», как в салон втиснулся майор Бережной.
– Ну, голубчик, вы не майор Бережной, вы – майор Вихрь!
– Простите, Владимир Сергеевич, но один из рабочих-аймаров очень захотел получить мой плащ и предложил обменять его на какое-нибудь своё сокровище. Я, смеясь, согласился, и сегодня он принёс кучу каких-то камней, фигурок. Одна из них произвела на меня сильное впечатление, если я правильно думаю, то это как-то не вяжется с… А что там говорить, вот она.
Трезубцев только сейчас обратил внимание, что майор держал в руке свёрток. Бережной аккуратно развернул его. Владимир Сергеевич надел очки, приблизился к артефакту, поставленному на стол майором, и внимательно посмотрел на фигурку какого-то странного животного, напоминающего койота, но с очень длинным хвостом и лапами, как у крысы или мыши.
– Забавно, этот зверёк весьма похож на чупакабру. Во всяком случае, именно так люди, столкнувшиеся с ней, её описывают. Не слышали? Почитайте в Интернете, материал там собран довольно интересный.
– Может, это специально для туристов, исследователей с богатым воображением? – предположил вслух майор.
– Трудно сказать. Не думаю, что индейцы аймара шныряют по Интернету, – усмехнулся профессор и добавил: – Постарайтесь, голубчик, заставить его принести побольше таких фигурок. Раскопки нам пока не вести, так что если ваше прямое начальство позволит, то поиграйте в аргонавта и принесите золотое руно. Может, вам будет принадлежать слава открытия происхождения этих мистических, пока, я повторяю, пока, тварей.
Профессор рассмеялся.
– Пока не будет подан сигнал, время есть, так что попробую, – улыбнулся в ответ Бережной.
Глава 24
Игона Карита ожидал мага в небольшом помещении, находящемся в самой отдалённой части царского дворца. Расписанная необыкновенно красочными изображениями, рассказывающими об истории династии Карита, комната эта служила местом тайных встреч царя. Дворец был построен с помощью спустившихся с небес сыновей Солнца. В дальнейшем оставшийся с людьми небесный всадник научил их строительному мастерству и, самое главное, показал, как обрабатывать различные горные породы. После неудавшегося заговора Аганы Кариты в целях безопасности царской семьи дворец перестроили так, что из него можно было проникнуть во все восемь основных гигантских тоннелей.
Охрана правителя после мятежа удвоилась и насчитывала шестьдесят отборнейших воинов верхнего царства, она же выполняла ещё одну функцию: использовалась как сила, отвечающая за порядок в государстве. Остальные отряды, подчиняющиеся главе касты воинов, были разделены: одни несли вахту там, где проходила граница с глубинным царством, другие находились в самых отдалённых уголках, чтобы своевременно отразить нападение готров. Воины также охраняли помещение с источниками, дающими царству свет и воздух. Если бы для спасения жизни жителям понадобилось уходить вглубь земли, то только маг Вантаату обладал необходимым знанием, чтобы войти внутрь и забрать с собой эти таинственные предметы.
Знание это он получил от своего предшественника, тот – от своего, и так повторялось с того момента, когда небесный всадник понял, что скоро превратится в камень. Вантаату не принадлежал ни к одной касте, но именно он обладал решающим голосом в совете старейшин, если вообще рассматриваемое там событие его интересовало. Такую власть магов можно было объяснить тем, что их знания были ключевыми для существования подземной жизни. Вантаату к тому же основал школу для, как он их называл, божьих детей, один из них должен был стать его преемником.
«Наконец-то», – подумал Игона Карита, когда дверь приоткрылась и в комнату вошёл высокий мужчина средних лет с необычайно светлыми глазами и суровым лицом. Вантаату поприветствовал надлежащим образом владыку царства, и они расположились на роскошном ковре. Хозяин неторопливо поведал гостю о произошедшей встрече с Аганой-Ика, о разговоре с главой странников и возникших после этого опасениях, что Агана-Ика попытается проникнуть в послепотопный мир. Вантаату молчал, попивая аразаму – напиток, сопутствующий долгой и важной беседе. Затем оба не спеша раскурили трубки, и приятный аромат стал распространяться в помещении. После двух-трёх затяжек маг наконец прервал молчание:
– Я уже некоторое время слежу за происходящим в глубинном царстве. Тревожная аура, окружающая его, вызвала у меня беспокойство. Мне удалось узнать, что там грядут громкие события, и виной тому будет сын царя Агана-Ика, недовольный правлением отца.
Игона Карита задумался: таинственные способности магов послужили царству не один раз. Вот и сейчас он был уверен в достоверности услышанного. Вантаату же, затянувшись и сладко выдохнув, продолжил свой рассказ:
– Много лет назад, превращаясь в камень, небесный всадник заговорил на своём родном языке. Его речь понимали двое братьев, бывшие с ним неразлучно. За долгое время общения посланец богов, оставшийся со спасёнными ими людьми, тоскуя, научил братьев своему языку. Именно один из них должен был стать его преемником. Угасая, небесный всадник рассказывал о Золотом городе, открывающемся перед его глазами, о волшебном пении птиц, о прекрасных женщинах и мужчинах, дарящих ему своё тепло, об ярком солнце, никогда не уходящем с горизонта, о небесной глади, расстилающейся перед ним, и огромных летающих кораблях, где еды и питья вдоволь. Постепенно тело всадника превратилось в камень, и он замолк со счастливым выражением лица. Двое братьев отреагировали на произошедшее по-разному. Мой предок, Кунато Маано, взял на себя ответственность за могучее копьё, и пока не было странников, выходил с ним на поверхность. Другой же брат, Кунато Рами, под влиянием увиденного и услышанного провозгласил себя новым пророком Золотого города, описанного небесным всадником, и его жрецом в подземном царстве. Своей горячей верой и гипнотическими способностями Кунато Рами удалось разжечь религиозный пыл некоторых соплеменников. Правитель и верховный жрец Двух Солнц не применяли силы против не опасной, по их мнению, религии.
Однако неистовствующий в своей экзальтации Кунато Рами не остановился на достигнутом. Он объявил, что к нему снизошёл ушедший небесный всадник и показал путь, который может привести к благословенному существованию в стенах полного счастья и нечеловеческого блаженства божественного Золотого города. Для этого надо было проводить во сне большую часть времени, очищая своё подсознание и готовя его к пониманию, что есть Золотой город. Следующим этапом было лишение себя зрения для перенесения своей души из несовершенного мира в другую идеальную реальность. А он, пророк Золотого города, должен стать их поводырём.
Когда верховный жрец Двух Солнц наконец решил покончить с ересью, то было поздно. Кунато Рами увёл своих последователей, около пятидесяти мужчин и десяток женщин, вглубь разрушенного пятого тоннеля – одного из восьми гигантских. Более того, он унёс семена увапа и захватил с собой двадцать овец. А великий правитель знает, что увапа даёт плоды, даже если её корни нести в руках, овцы же дают и пищу, и одежду. Как раз в это время был поднят мятеж Аганы Карита, и о Кунато Рами забыли.
Вантаату прервал повествование, чтобы освежить горло благородным напитком. «Как рассказ мага связан с Аганой-Ика? Считалось, что последователи культа Золотого города давно исчезли», – подумал царь.
Между тем Вантаату невозмутимо продолжал:
– Великий правитель, наверное, задаёт себе вопрос, какое это имеет отношение к Агане-Ика?
Игона Карита вздрогнул: проницательность мага пугала.
– Самое прямое, – продолжил Вантаату. – Спустя некоторое время один из ушедших с Кунато Рами вернулся и имел продолжительный разговор с Кунато Маано. Из рассказа этого юноши, не пожелавшего быть ослеплённым, мой предок узнал, что последователи культа Золотого города нашли пристанище в глубоком тоннеле на берегу подводного озера. Рассказал он и о том, что Кунато Рами собрал ушедших с ним и объявил, что верховный правитель Золотого города открыл ему истину, согласно которой Врата Золотого города откроются только для мужчин, а женщинам надлежит быть поводырями оных в нынешнем существовании. Их предназначение – быть глазами будущих жителей Золотого города. Вот мы и дошли до сути моего рассказа. Девушки нужны были Агане-Ика для последователей культа, созданного Кунато Рами: видимо, это было условием заключения между ними союза.
Правитель задумчиво гладил огромную собаку, которую во время повествования мага осторожно впустил в комнату доверенный слуга.
– Но почему он не отдал девушек из своего царства?
– Но у него ещё нет царства, великий правитель.