Энциклопедия юридическая в 15 томах. Том 9 (М-Н)
О позитивном аспекте ответственности писали Л. Оппегейм, О. Эйхельман, Д. И. Фельдман и Г. И. Курдюков. Несколько подробнее этот вопрос рассмотрел П. М. Курис, однако и он выступил против концепции позитивной ответственности в международной ответственности государств. П. М. Курис международно-правовую ответственность государства определяет как реализацию в рамках международных охранительных правоотношений, порожденных нарушением международно-правовой нормы, обязательства государства-правонарушителя претерпевать государственное принуждение в виде определенных ограничений материального и нематериального характера и права потерпевшего государства, других государств или международных организаций применять эти ограничения с целью обеспечения соблюдения норм международного права.
Г. И. Тункин, внесший большой вклад в разработку вопросов проблемы международной ответственности, писал, что международно-правовая ответственность – это юридические последствия нарушения норм международного права. Содержанием международно-правовой ответственности являются те правовые последствия, которые наступают для государства в результате нарушения им норм международного права (Тункин Г. И. Теория международного права. – М., 1970. – С. 430—431).
Международно-правовая ответственность:
1) состоит в применении к государству-правонарушителю санкций международно-правовых норм;
2) наступает за правонарушение;
3) направлена на обеспечение международного правопорядка;
4) связана с определенными отрицательными последствиями для правонарушителя;
5) реализуется в международных правоохранительных правоотношениях.
Важным вопросом для уяснения смысла и содержания международной ответственности является проблема о соотношении международно-правовой ответственности и санкции в ретроспективном аспекте. В этом аспекте международная ответственность – прямое следствие международных правонарушений и выражается в обязанностях правонарушителя претерпевать негативные для него последствия. В каждом конкретном случае государство-правонарушитель «привлекается» к ответственности и претерпевает указанные последствия. Можно сказать, что ответственность первична, а санкция вторична.
Вопрос о соотношении международно-правовой ответственности и международно-правовых санкций исследуется подробно в работе В. А. Василенко. Применение международно-правовых санкций может быть вызвано любыми международными правонарушениями, каждое из которых является предпосылкой, порождающей возможность применения санкций (Василенко В. А. Международно-правовые санкции. – Киев, 1982. – С. 47).
Среди международных правонарушений различаются, с одной стороны, сопряженные и несопряженные с применением вооруженной силы правонарушения, а с другой – единоразовые и длящиеся правонарушения. Основанием применения санкций является отказ государства-правонарушителя выполнить обязательства, вытекающие из его ответственности или отказ государства-правонарушителя прекратить международное правонарушение. Другими словами, основанием международной ответственности является совершение конкретного правонарушения, а основанием применения санкции является не само по себе правонарушение, а отказ виновного государства выполнить обязательства по своей ответственности или прекратить международное правонарушение. Такой отказ представляет собой вторичное правонарушение, которое посягает уже на сам принцип ответственности и является основанием применения к государству-правонарушителю санкций.
Международно-правовые санкции, подчеркивает В. А. Василенко, всегда проявление правомочий потерпевших субъектов международного права и выражаются в формах, свойственных этим правомочиям и обусловленных характером принудительных мер: в формах реторсий, репрессалий, непризнания, разрыва дипломатических и консульских отношений, самообороны, приостановления, непризнания, разрыва дипломатических и консульских отношений, самообороны, приостановления прав и привилегий, вытекающих из членства в международной организации; отказа в членстве; исключения из международного общения; коллективных вооруженных мер. Применение санкций происходит вопреки воле правонарушителя и представляет собой внешнюю реакцию потерпевших субъектов, призванную заставить правонарушителя выполнить обязанности, порождаемые его ответственностью.
Международно-правовая ответственность как вид социальной ответственности имеет два значения:
1) ответственность за исполнение обязанности, предусмотренной нормами международного права: субъекты международного права соблюдают предписания правовых норм, не нарушают международный правопорядок;
2) ответственность за нарушение требований международно-правовых норм: субъекты международного права не соблюдают требования правовых норм, поступают безответственно, совершают международное правонарушение.
В международно-правовой литературе в целом преобладает понимание международно-правовой ответственности государства как правоотношений, возникающих в связи с совершением международного правонарушения. Государство, поведение которого нарушает требования норм международного права, является ответственным за свое неправомерное поведение. Однако существуют различные точки зрения о природе оснований ответственности государства за международные правонарушения.
П. М. Курис полагает, что предпосылки международно-правовой ответственности государств заключаются в наличии правового регулирования международных отношений и в относительной свободе действий государств в международных отношениях. Правовое регулирование международных отношений является объективной предпосылкой международной ответственности (Курис П. М. Международные правонарушения и ответственность государств. – Вильнюс, 1973. – С. 25—26).
Некоторые авторы усматривают предпосылки международной ответственности государств в международно-правовой субъектности государств исходя из единства ответственности и правосубъектности, поскольку государству как субъекту международного права присущи права и обязанности, постольку и способность нести международную ответственность. В. А. Василенко считает, что предпосылки ответственности государства следует искать в его международно-правовой субъектности. Таким свойством в социальном плане является свобода воли государства, которая воплощается в суверенитете, дающем ему возможность действовать в качестве субъекта права, обладающего право- и дееспособностью. Следовательно, отмечает автор, предпосылкой ответственности государства необходимо считать его свободу воли (см.: Василенко В. А. Ответственность государства за международные правонарушения. – С. 14).
Своеобразную точку зрения по данному вопросу высказал Н. А. Ушаков. По мнению автора, поскольку юридическая ответственность неотделима от самой сущности права, более правильно рассматривать предпосылки права вообще, а не задаваться специально вопросами о предпосылках международной ответственности. Иначе говоря, все, что составляет предпосылки международного права в целом, является предпосылками и такого его необходимого элемента, как международная ответственность государств (см.: Ушаков Н. А. Основания международной ответственности государств. – М., 1983. – С. 16).
В настоящее время никто не подвергает сомнению тезис о том, что невыполнение государством международных обязательств порождает его ответственность перед потерпевшими субъектами международного права. Это закреплено в первой статье Проекта статей об ответственности государств, одобренного Комиссией международного права ООН: «Всякое международно-противоправное деяние государств влечет за собой международную ответственность этого государства».
По внутригосударственному праву термин «основание ответственности» употребляется в двух смыслах:
1) нормативное основание юридической ответственности, под которой имеется в виду совокупность правовых норм, в соответствии с которыми устанавливается и применяется юридическая ответственность;
2) фактическое основание применения юридической ответственности – совершение правонарушения.
В международном праве под нормативным основанием ответственности понимают международно-правовые акты, устанавливающие международные обязательства, нарушение которых квалифицируется как международное правонарушение.
Правонарушение как юридический факт составляет юридико-фактическое основание ответственности, то есть за что субъект международного права привлекается к международной ответственности.
Характер международной ответственности за правонарушение зависит прежде всего от вида нарушенного обязательства и юридической квалификации конкретного правонарушения. Разграничение обязательств государств по отношению друг к другу и отдельного государства перед международным сообществом позволяет увидеть одно из объективных различий между обычными нарушениями норм международного права и международными преступлениями, а также уяснить, что субъектами правоотношений ответственности или вторичных охранительных правоотношений могут быть либо государство-правонарушитель и непосредственно пострадавшее государство, либо государство-правонарушитель и другие государства и международные организации.
Международное правонарушение – это сложное социальное и правовое явление, элементами которого выступают:
– противоправность;
– вина государства-правонарушителя;
– ущерб, причиненный противоправным виновным деянием государства-правонарушителя;
– причинно-следственная связь между противоправностью и ущербом.
Все четыре элемента правонарушения не существуют изолированно друг от друга, они взаимосвязаны с правосубъектностью государства и его поведением как правонарушителя. Отсутствие одного из элементов правонарушения не дает возможности констатировать, что государство совершило международное правонарушение.
В идеальном случае в нормах международного права и двусторонних или многосторонних международных договоров должны быть четко определены условия наступления международной ответственности государства-правонарушителя и критерии определения видов и объема международной ответственности государства-правонарушителя.
Специфика современных международных отношений и самого международного права делает невозможным возложение бремени доказывания существования международного правонарушения на потерпевшее государство. Для того чтобы потерпевшие или уполномоченные международные органы могли начать процесс привлечения к ответственности, достаточно объективного факта нарушения государством международного обязательства, выражающегося в международно-противоправном действии или бездействии его органов или должностных лиц.
По этим проблемам в международной практике имелись два подхода. С конца XIX в. американские страны больше придерживались той позиции, что государство не отвечает за действие его органа, если не будет доказано, что он выполнял указания вышестоящего органа.
Другая позиция, отражавшая практику европейских стран, заключалась в том, что государство несет ответственность за любые действия своих должностных лиц.
В правоотношениях двух государств не имеет значения степень превышения органом одного государства своих полномочий, когда его действие в нарушение требований международного права наносит ущерб другому государству.
Поведение государства, не отвечающее требованиям его международно-правовых обязательств, всегда ведет к посягательству на права других субъектов международного права, причиняет им ущерб. Нарушение международного обязательства является одновременно и нарушением права субъекта международного правоотношения, ибо каждому международному обязательству соответствует право другого субъекта международных отношений. Поэтому международное правонарушение можно определить как противоправное виновное действие или бездействие государства, нарушающее его международное обязательство.
Противоправное поведение является следствием неправомерного, виновного проявления воли государства. Противоправность и вина неотделимы друг от друга. Чтобы установить факт правонарушения со стороны государства, необходимо, чтобы воля государства объективизировалась в противоправном действии или бездействии этого государства. Но деятельность государства в международных отношениях проявляется только через деятельность его органов, осуществляющих суверенную волю данного государства. Значит, поведение государства, нарушающее его международно-правовые обязательства, объективно выражается в поведении соответствующих государственных органов. Доктрина международного права, практика государств, международная судебная и арбитражная практика признают принцип ответственности государств за противоправное поведение его органов. Это поведение присваивается государству независимо от международного или внутреннего характера его функций и вышестоящего или нижестоящего положения его в рамках государственной организации (Курс международного права. Т. 3. – С. 209). Здесь речь идет о субъектах международной ответственности.
Нарушить международно-правовые нормы и нести международную ответственность могут и должны лишь субъекты международного права.
Г. И. Тункин полагает, что субъектами ответственности по международному праву являются субъекты международного права, прежде всего государства. В отдельных случаях имеет место ответственность физических лиц за преступления против мира, военные преступления и преступления против человечества. За названные преступления физические лица несут уголовную ответственность (Тункин Г. И. Теория международного права. – М., 1970. – С. 431). Д. Б. Левин полагает, что ответственность физических лиц «вытекает из нормы международного права и национального права» и по своей юридической природе принципиально отличается от ответственности, которую могут нести субъекты международного права (Левин Д. Б. Ответственность государства в современном международном праве. – М., 1966. – С. 40).
Международно-правовую ответственность за совершение международных преступлений наряду с государствами могут нести и виновные физические лица, отмечал М. Х. Фарукшин (Международная правосубъектность. – М., 1971. – С. 180). По мнению И. И. Карпеца, формы международно-правовой ответственности государств отличны от ответственности за уголовные преступления. Ответственность в уголовно-правовом смысле предполагает ответственность конкретных людей (Карпец И. И. Преступления международного характера. – М., 1971. – С. 23).
Бесспорно, что международное уголовное право, как и внутригосударственное национальное право, имеет дело с преступлениями. Субъектами ответственности в этих случаях являются преступники, конкретные физические лица.
В национальном уголовном праве имеются нормы, предусматривающие уголовную ответственность в области международных отношений: о выдаче преступников, о действии закона в пространстве, об ответственности иностранцев за совершенные преступления в другом государстве. В национальном уголовном законодательстве есть статьи об уголовной ответственности за преступления международного характера. К их числу относятся нормы уголовного права, предусматривающие ответственность за совершение таких преступлений, например, как терроризм, угон самолетов, распространение наркомании и незаконная торговля наркотиками, контрабанда, подделка денег и ценных бумаг, торговля людьми, пиратство, распространение порнографии, преступления, посягающие на окружающую человека среду, посягательство на национально-культурное наследие народов.
Нормы об уголовной ответственности содержатся во многих договорах, начиная с Женевской конвенции 1906 года об улучшении участия раненых и больных в действующих армиях и кончая многочисленными соглашениями самых последних лет о борьбе с преступлениями международного характера. Принятые и ратифицированные законодательные акты международного уголовно-правового характера должны быть внесены в национальное уголовное законодательство. Задержанные за совершение таких преступлений, а также за общеуголовные преступления преступники подлежат уголовной ответственности согласно национальному уголовному праву. Они должны быть выданы государству, гражданами которого они являются, для привлечения к уголовной ответственности либо отбытия наказания.
Исходя из особой социальной опасности некоторых уголовных преступлений индивидов для всего сообщества государств международное право выделяет такие преступления в особую категорию преступлений международного характера. Это достигается в процессе соглашений между государствами, приводит к созданию обычных или конвенционных норм универсального или многостороннего характера. Международное право обязывает участников преследовать в уголовном порядке индивидов, виновных в уголовных преступлениях международного характера. Поэтому неотвратимость наказания достигается обязательством государства либо судить преступника, либо выдать его для суда в другом государстве. Для обеспечения уголовного преследования таких преступников допускается установление государством экстерриториальной и эксперсональной юрисдикции.
Обязанность преследования (или выдачи) и универсальная юрисдикция участников соглашения установлены Международной конвенцией о пресечении апартеида и наказаний за него от 30 ноября 1973 года, Конвенцией о борьбе с незаконным захватом воздушных судов от 16 декабря 1970 года, Конвенцией о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации, от 23 сентября 1977 года, Конвенцией о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов, от 14 декабря 1973 года.
Что касается возможности введения «международной уголовной ответственности государств», то, как подчеркнула Комиссия международного права, «механическое перенесение в сферу межгосударственных отношений положений уголовного права и требования создать международный уголовно-судебный орган, которому было бы поручено в каждом конкретном случае устанавливать „уголовную“ ответственность государства, противоречит основам теории международного права».
Международное правонарушение как целостное явление характеризуется совокупностью признаков (элементов), образующих состав международного правонарушения. По мнению некоторых авторов, в составе международного правонарушения имеются следующие элементы: противоправность деяния субъекта, ущерб, причинно-следственная связь между противоправным деянием и возникшим ущербом, вина правонарушителя (Василенко В. А. Ответственность государства за международные правонарушения. – С. 119). В литературе имеется точка зрения, что общий состав международного правонарушения включает в себя элементы: объект противоправного деяния; противоправное поведение государства, выражающееся в действиях или бездействии его органов; вред, являющийся следствием противоправного поведения государства; причинная связь между противоправным поведением государства и наступившими вредными последствиями.
Государство – сложный социально-политический институт, обладающий собственной волей, которая хотя и учитывает, но не является простой суммой воль его органов, граждан и юридических лиц. Функции государства обусловлены его социальными потребностями и интересами, исходя из которых государство осознанно ставит цели, определяющие способ и характер его деятельности. Поведение государства в международных отношениях определяется его внешнеполитическими целями. Воля государства, являясь источником его целенаправленной деятельности, зависит от многочисленных международных и внутригосударственных объективных и субъективных обстоятельств. Воля государства, будучи детерминированной независимыми от него обстоятельствами, является свободной настолько, насколько оно обладает возможностью выбрать определенный вариант поведения из существующих вариантов. Государство, свободно приняв волевое решение, несет ответственность за свой выбор. При совершении государством международного правонарушения проявление его воли носит виновный характер. Вина, отмечал В. А. Василенко, это неправомерно реализуемая воля государства-правонарушителя, проявляющаяся в противоправных деяниях его органов.
Всесторонняя оценка поведения государства в международных отношениях неизбежно предполагает и оценку его субъективных намерений в конкретной ситуации. В правоотношениях международной ответственности, безусловно, необходима оценка того, является ли противоправное поведение государства свободным проявлением его воли или же оно обусловлено факторами, не зависящими от воли государства.
Государство-правонарушитель не может не осознавать причинной связи между своим поведением и его последствиями, противоправности этого поведения, противопоставления своей воли интересам других государств. Поэтому категория вины применима для оценки противоправного поведения государства. Все авторы независимо от того, признают ли они вину как условие международной ответственности государства, указывают на неприменимость понимания вины государства как психологической категории.
Противоправное поведение государства появляется в неправомерных деяниях его органов, нарушающих международное обязательство, носителем которого является данное государство. Противоправность деяния государства, которая проявляется или в действиях, или в бездействиях его органов, состоит в несоответствии его поведения международному обязательству, приводит к причинению ущерба другим субъектам международного права, а в отдельных случаях всему международному сообществу в целом.
Международное обязательство может быть нарушено различными деяниями государств, перечислить которые невозможно. Если обязательство устанавливает конкретное поведение, то нарушение этого обязательства налицо, когда поведение государства не соответствует поведению, предусмотренному этим обязательством. Если обязательство предусматривает обеспечение определенного результата, то поведение государства, не обеспечивающее достижения этого результата, представляет собой его нарушение.
Принцип, по которому каждое противоправное деяние государства влечет за собой его международную ответственность, не имеет исключений. Поэтому в международном праве не существует обстоятельств, которые могли бы оправдать нарушение международного обязательства, составляющее международно-правовое деяние.
Любое международное противоправное поведение государства неизбежно приводит к причинению ущерба другим субъектам международного права, а в отдельных случаях всему международному сообществу. Такое поведение посягает на права других субъектов международного права и причиняет им ущерб.
Ущерб является составным элементом всех международных правонарушений и подлежит возмещению в той мере, в какой он является следствием нарушения международного обязательства. Материальный или моральный ущерб обязательно присущ в рамках международного права любому нарушению субъективного права государства. Параметры ущерба и соотношение их материального и морального видов определяются в зависимости от обстоятельств и характера правонарушения. В некоторых случаях причиняется значительный материальный ущерб (имущественные потери, начиная от территориальных потерь и кончая упущенной выгодой), а нематериальный ущерб может быть незначительным, и наоборот (различные формы ограничения государственного суверенитета, урон чести и престижа данного государства). Поэтому субъектами международных правоотношений ответственности могут быть государства, которые совершили правонарушение и государства, законным интересам которых нанесен ущерб. В зависимости от характера и объема ущерба, причиненного данным правонарушением, определяют индивидуальную ответственность государства-правонарушителя.
Ущерб – как следствие международного правонарушения – это урон, порожденный противоправным деянием. Параметры ущерба весьма подвижны в зависимости от вида международных правонарушений и с учетом причиненного ими урона, он может выражаться в незначительных величинах, оказывает характер причинно-следственных связей между правонарушением и его вредными последствиями.
Как уже отмечалось, ущерб является следствием противоправного поведения, поэтому, предъявляя претензию государству-правонарушителю, потерпевшее государство должно обязательно указать то обстоятельство, что между противоправным действием этого государства и причиненным ущербом есть причинно-следственная связь.
Является ли причинная связь прямой или косвенной, необходимой или случайной, типичной или нетипичной, от этого зависит определение объема ущерба. Весь причиненный ущерб, который называют действительным ущербом, подразделяется на прямой и косвенный. Ущерб, возникший в силу необходимых причин, относят к прямому ущербу, а ущерб, возникший в силу случайных обстоятельств, – к косвенному ущербу. Материальный ущерб делится на положительный ущерб (состоящий из стоимости понесенных утрат и из сумм, которые необходимы на их восстановление) и упущенную выгоду. Так, если в результате правонарушения утрачено имущество, налицо положительный ущерб, а если утрачена возможность извлечь экономические выгоды в будущем, налицо упущенная выгода.