Чудная Деревня. 1. Начало. 2. Скользкие вершины. 3. Русалочье озеро

Любава заплакала, - надо же он знал, что она мне нравиться и не забыл об этом, - растрогалась она, прижимая вазу к груди.

Мне Домовой поклонился и произнес, - Иван Ваныч, оставил тебе Елена много книг.

Я растерялась и не знала, что сказать. Весь вечер я старалась просто не расплакаться, а подарок мне он уже сделал. Книги — это хорошо, но как я их потащу сейчас и вообще мне казалось это совсем не важным и не нужным.

А Домовой вдруг улыбнулся и сказал, -я попросил мужчин, идущих в вашу сторону отнести по связке книг к твоему дому. - Так что тебе их тащить не продеться и не переживай он давно хотел тебе их отдать... - Да все как-то не решался и это сейчас к месту. – А, вот это Иван Ваныч попросил передать лично тебе, - и протянул мне небольшой, объемный пакет плотно замотанный бумагой и запечатанный сургучом.

Я поклонилась Домовому, вытерев слезы. Все-таки не удержалась и со слезами вышла из дому.

Питирим ждал нас с Любавой у крыльца спросив, - все забрали? - Возвращаться сюда уже нельзя, - пояснил он мне, - у нас так принято. - Если хозяин умер, то дом после поминок закрывают и до следующего владельца входить в него нельзя. - Почему так я не знаю, - отмахнулся он от меня, - и кто будет следующим хозяином тоже не знаю. - У колдунов свои секреты, я же только буду следить за исполнением его завещания.

Он проводил нас до дома и уже у калитки сказал, - завтра к обеду к вам зайду, – поговорить нам с тобой нужно.

У калитки обернутые в бумагу и старые газеты лежали кипы книг. Питирим помог нам перетаскать их в дом и быстро ушел к себе домой.

- Вот и до рассвета недолго, - сказала Любава, - ложимся отдыхать, слишком тяжело нам пришлось за эти сутки. - Завтра уже посмотришь, что тебе оставил Иван Ваныч.

Несмотря на то, что спала я недолго проснулась ну почти рано в девять утра, и тут же услышала шум внизу, Любава тоже уже была на ногах. Быстро оделась и схватив пакет спустилась к Любаве. Она как раз искала место для вазы, и все ей было не хорошо.

- Не терпится посмотреть, - спросила она рассеяно, пристраивая вазу у окна и окидывая ее придирчивым взглядом.

- Ага, - я быстро распечатала увесистый пакет и вытащила сначала плотный конверт с документами, а затем серебряную очень изящную небольшую шкатулку и письмо обычного размера. На конверте почерком Ивана Ваныча было написано коротко, - Елене. Я так заволновалась почему-то и сразу взяв конверт в руки присела на стул, не решаясь его распечатать.

Любава присела рядом, и сказала, - не томи, открывай и читай.

Я распечатала письмо и вытащила лист бумаги на котором аккуратным почерком Иван Ваныча было написано.

"- Елена я хотел все это вручить тебе сам, но вот как получилось. Я привязался к тебе как к дочери, и сам от себя не ожидал таких чувств. И поэтому хочу, чтоб подарки от меня ты приняла, они все от чистого сердца. Я оставляю тебе счет в банке он оформлен на твое имя давно. Это тебе на взрослую жизнь подспорье. Еще оставляю тебе квартиру в Москве, тоже на тебя переоформил, когда делал паспорт. Своя недвижимость в столице тебе пригодится всегда. В документы вложен счет с которого оплачивается квартира, там надолго еще хватит... сам уже давно ей не пользуюсь, но продавать не хотел. Ты еще только собираешься в большой мир, тебе пригодиться. Хочу, чтобы у тебя было что-то свое при вступлении во взрослую жизнь. Ювелирный набор заказывал специально для тебя... хотел подарить его тебе лично на совершеннолетие. Хотел, чтобы этот набор, стал твоей семейной реликвией. Набор заговорен, но ты не бойся это только для тебя на здоровье и удачу. И книги оставляю тебе, они пригодятся для работы. Жаль, что я так и не решился сам тебе сказать об этом. Думал мое сердце зачерствело... много чего на мне накопилось за очень долгие годы. Считал слабостью сказать тебе, что-то хорошее и не только тебе конечно, а теперь уже ничего не исправишь. Любава пусть не сердиться на эти подарки. Знаю, что ей это не понравиться. Я хотел все это подарить постепенно и предварительно поговорив с ней, а вот получилось так немного несуразно. И береги ее Елена, она тебе самая родная. Иван Ваныч."

Мы сидели с Любавой молча. Никакими словами не выразить наши чувства сейчас. Любава открыла шкатулку и ахнула, увидев содержимое. Серебряный набор! Длинные серьги, широкий браслет на руку. Подвеска на цепочке, и перстень необычный на всю длину указательного пальца. Все украшения выполнены в едином очень оригинальном стиле. Ажурное серебро в середине крупный изумруд и россыпь крохотных бриллиантов вокруг.

- Набор сказочный и нереально дорогой, - прошептала Любава, - как и все его подарки и как я на него сердится то буду! -Он ведь давно тебе все приготовил и скрывал, стеснялся.

А я, - я просто заплакала. Таких подарков я не ожидала, и мне очень приятно получить их и жаль от того что он сам не смог вручить. И я бы их все их с удовольствием обменяла на его жизнь. И так больно, что он никогда не говорил, что я ему дорога, скрывал это. А ведь, когда он дал мне свое отчество я уже знала, что он относится ко мне как к родной, но как-то выразить свои чувства не могла. Мы все так приучены. Колдун и знахарка стали моей родной семьей.

Любава дала мне выплакаться, потом утерла мне слезы и сказала, - он всегда будет с тобой... сколько ты его будешь помнить столько он и будет жить. – А, теперь умывайся, приводи себя в порядок, - и добавила, - доченька моя!

Когда пришел Питирим, я заканчивала таскать наверх и разбирать книги, отданные мне Иван Ванычем. Много книг оказалось по медицине, ботанике, физике. Он отдал мне почти все альбомы с репродукциями картин и несколько рукописных книг по ведовству и целительству. Когда я спустилась вниз Любава как раз наливала чай Питириму.

- Добрый день, - обратилась я к нему.

- Добрый, - добрый, - отозвался Питирим, разглядывая меня с каким-то непонятным интересом. - Ну что рассказывай Елена как так получилось, что твой морок не только двигался, а еще и говорил. - Я думал, что это невозможно... - Во всяком случае я столько просмотрел старых книг и нигде не нашел что бы морок разговаривал осмысленно, а я сам своими ушами слышал, как ты разговариваешь со Змеем!

Я растерялась и села за стол, приняла из рук Любавы кружку с чаем. Я уже поняла, что произошло в охотничьем домике, но решила скрыть это. Это уже было мое личное уменье и мое преимущество перед другими магами. И мне пока не хотелось делиться знанием.

- Ну что я могу вам сказать, - обратилась я к Питириму, - боюсь не смогу ничего рассказать... - Я была так напугана, очень напугана, я просто не соображала ничего от страха тогда. – А, когда поняла, что Змей сам может и не войти в избушку отправив за мной своих слуг то меня как пеленой накрыло что все сорвется ... и что-то сделала. - Сама не поняла, что и как. - Может со временем и разберусь, но пока при попытках все разложить по полочкам меня просто трясет от ужаса до сих пор. – Ведь то что случилось... э-э-э нас со Змеем как закоротило. - И я чувствовала его боль, когда он горел, - голос мой дрогнул и меня снова стало заколотило как от холода. - Я ни хочу ничего вспоминать! - Тогда я потеряла много сил и просто думаю, что это как-то связано с мороком. - Как-то мы с ним слились ... может крови я больше пролила... не знаю.

Руки мои уже тряслись, и я осторожно пристроила чашку с чаем на столе, Любава так прикипела к печи слушая мой рассказ и стала белее извести.

- Н – да, - озадачился Питирим, - такое бывает, что со страху делаешь и потом не помнишь ничего. - Ладно, со временем страх уйдет! - Прошедшие события уже не будут так мучить тебя и может ты все и вспомнишь.

- А, почему его сожгли? - быстро спросила я Питирима

- Убить чародеев сложно, - ответил он, - а огонь самое то... и не простой! – Алексей мой ученик и тоже ведьмак ко мне в гости удачно приехал. - Как раз на охоту ушел один и задержался на наше счастье в охотничьем домике. - Его никто из слуг Змея не видел. - Я ему позвонил да сказал, что делать, но сам бы он не успел подготовится. - Оборотни наши соседи ему помогли... и нам тоже в битве. – У них тоже погибшие есть... – Видишь ли чародеев даже сжигать нужно умеючи. - Обычный огонь вреда Змею бы не доставил, я ведь тоже почуял как он уже насквозь прогорел и был еще жив, - Питирим тоже передернулся от воспоминаний. – Лешка весь дом обрисовал нужными знаками, руны спрятал, яму тебе обороты прорыли на склон. - Мы с Иван Ванычем и Агриппой сварили специальные составы. – Яд на все оружие для его слуг и очень необычную жидкость, воспламеняющую все на что она попадет. - Пламя невероятного жара в нем.… плавить металл в нем можно. - Михей сковал особые гвозди, а ведьмы их заговорили и вымочили в своей крови. – Анна Леонидовна подожгла охотничий дом издалека и не давала пламени разлететься искрами.

Я обалдела, услышав сколько совместных усилий сильных магов потребовалось на убийство одного чародея и нескольких его слуг... и при этом мы потеряли Иван Ваныча, а ведь он невероятно сильный колдун, так-то. Питирим ухмыльнулся, глянув на мое растерянное лицо.

-Так что Елена если бы он нас ослабил, то с легкостью бы и уничтожил... запомни это, -затем улыбнулся и глянул на Любаву.

- Кстати Марина к Елене собирается в гости зайти на днях... ты уж Любава не пугайся. - Они к вам обеим со всем уважением, Елена хорошо им помогла.

Он еще подумал и вынес вердикт, - мы твой дар и силу его понять не можем. - Без английского ты точно проживешь, а приспичит еже ли тебе так сама выучишь это проблемы точно не составит. - Поэтому с осени будем тебя магии обучать. - Той, что знаем сами ... вдруг у тебя еще какие таланты откроются. - Интересно, что ты еще можешь, и будет ли от тебя польза. - Ты молодец Елена, - похвалил Питирим скупо, - я знал, что ты все сделаешь правильно. - Просто я так испугался и чуть не выскочил из засады, когда услышал, как ты на Горыныча из домика кричишь. – Чуть сам Горыныча из домика то не выпустил, думал уже что ты не выбралась… не успела, - он вздохнул, - хорошо Лешка удержал сказал, что он уже спрятал тебя. - Ох, сам до сих пор не верю, что мы это чудо - юдо обхитрили. - Матерый был Змей прятался хорошо и гадил исподтишка через слуг своих. - За ним многие охотились! - Он столько натворил за свою долгую жизнь... не перескажешь. - И смерть около него ходила... можно сказать на пороге стояла... - Он хоть и жил очень долго, но все же не бессмертным был. - Он тоже за вашей семьей давно приглядывал, а потом ты хоп и исчезла. - Ох - он и искал тебя! всех знакомых ваших перетряс. - Твоей матери денег столько отвалил, чтоб и она тоже тебя искала... и это все при его то скупости. – А, что мы тебя спрячем он об этом, почему-то не подумал. - Считал, что мы то раз волшебников не жалуем и тебя не примем. - Ты вот исключением стала. - Твоя кровь с берегиней Ладой связана, как не знаю... - У вас хоть прямая линия крови не прерывалась, но знания затерялись. - Даже твоя бабушка не знала, что такое ваш дар и как его нужно принять. - Видимо все, кто знал погиб... и ритуал безопасного перехода дара оказался утерян. - Волшебницы вашей крови зла никогда никому не делали, а вот их убивали постоянно, поэтому мы тебя спрятали здесь и обучаем. – Мы надеемся, что ты научишься защищать себя и не дашь просто так себя убить как все твои предшественницы. - Вы, то в основном целительницы или лесные покровительницы. - Доброты в вас много, а защищаться совсем не умеете и гибните почем зря. - Ты ведь тоже хоть и боялась, а за Ольку чуть не побежала к Змею сама, не подумав головой, что он бы ее все равно убил. - А если бы Змей Горыныч до тебя добрался, то смерть у тебя бы лютая была. - Ему годы твои непрожитые нужны, чтобы еще одну длинную, очень длинную и паскудную жизнь прожить. - Для этого тебя он и искал... поэтому пока в силу не вошла... берегись. – А, в силу войдешь, еще сильней берегись и оглядывайся. - Кто знает, кто еще за тобой охотиться решится. - Вот и попробуем тебя научиться защищаться.

Питирим и сам разволновался, отчитывая меня. Встал и-за стола и стал расхаживать по комнате поглядывая на меня сердито.

- Надо думать прежде всего, как врага убить, а не жертвой сдаваться... хитрить нужно... всяко - разно используя любые способы чтобы выжить. – А, то совсем недолго проживешь, а ты нам все дорога стала, - пожурил меня Питирим и приобняв на последок ушел.

Когда я попала в Чудную деревню лгать я не могла совершенно. При любых попытках вранья я краснела, бледнела и чуть не падала в обморок. Мои воспитатели это знали прекрасно и хоть считали мой недостаток для выживания опасным, но решили, что переделать меня нельзя. Это редкий «дар» и обычно он исправлению не подлежит. Я же со временем тоже решила, что с таким «талантом» не выживу в обычной жизни и задумалась, как мне можно измениться. И путем долгих тренировок, научила себя не прямой лжи. Не знаю, как бы объяснить понятно. Я просто уговаривала себя какое-то событие укрыть. Не врать, а утаить и спрятать его в глубинах памяти. То - что прятала я одновременно помнила и не знала, о чем идет речь... и у меня стало получаться. К тому же меня учили общим знаниям, а если у меня получалось что - то особенное, свое, то я тоже стала это откладывать в личную копилку.

Жизнь наша снова стала успокаиваться после смерти Иван Ваныча, а через неделю после всех событий пришла Марина очень радостная.

- Спасибо тебе Елена! - вскричала она, только увидев меня у калитки. - Я не могла прийти к тебе раньше, да и сейчас тороплюсь. - Ты сделала меня самой счастливой, - засмеялась Марина, - сама до сих пор не верю, что теперь здорова. - Стала вот только матерью, а ведь и не надеялась уже... - Наши знахарки помочь не могли, и врачи тоже. - Никак поверить не могла пока уже ребенок во мне не зашевелился. - Я твоя должница. - Вдруг чем, когда помогу, и дружбу тебе от всей души предлагаю.

- Спасибо Марина — это очень много для меня значит, - ответила я, - мне приятно это слышать. - Да вы же и так нам уже недавно помогли, так что какие еще могут быть счеты.

- А, это со Змеем то, - Марина махнула рукой, - это общий враг. - И вот еще держи, - это амулет для Любавы. Она протянула руку и сказала, - клянусь луной, даю это от чистого сердца и без злого умысла. - Носительницу амулета не тронет ни один оборот, а в беде поможет как своей.

- Спасибо, - я поклонилась Марине и произнесла, - принимаю этот дар и принимаю дружбу твою и свою предлагаю. - Да не будет между нами крови, Луной клянусь, - и взяла из рук Марины амулет.

Мы, глянув друг на друга рассмеялись, такие лица у нас торжественные были в этот момент. Марина очень похорошела. Материнство пошло ей на пользу…, и красота стала мягче, женственней. Она не поправилась, а округлилась в нужных местах. Она сама это понимала и выглядела счастливой. Быстро обняв меня, она ушла.

Этой же зимой открылась книга, которая досталась мне от моей бабушки, но открылась не вся ... видимо я еще не совсем доросла до нее. Открылись те страницы, которые рассказали мне о нашем происхождении. Книгу начала писать еще моя пра – пра - пра бабушка. Я долго пробиралась по завитушкам букв непривычного старого алфавита, но общий смысл слов поняла быстро. Чуть позже пересказав его в упрощенной форме Любаве и записав его для себя просто на листок со своими же пометками.

Когда Берегини - духи леса озер и рек стали уходить в Навь. (Это произошло, когда Русь приняла христианство и о берегинях стали забывать.) То одна из Берегинь – уходя, решила оставить часть себя здесь на земле и выбрала для этого мою далекую прародительницу. Она подошла ей по каким-то особенностям и тем что у нее уже была совсем крохотная искра дара. Легенда записана уже намного позднее и основана только на рассказах. Берегиня по имени Лада через ритуал отдала часть себя выбранной девушке. Сила у Берегини великая, а девушке досталась лишь малая часть. Но даже эта малая часть сделала ее великой волшебницей. А богиня, уйдя в Навь и погрузившись в глубокий сон могла наблюдать за тем, что происходит на земле глазами девушки. (Примерно, как и мне удалось создать своего фантома и видеть через свое второе я.) Первая из нас - (история не сохранила ее имя) прожила долгую по человеческим меркам жизнь. У нее были дети, внуки и правнуки, но сила принадлежала только ей. Когда ее время пришло уходить у нее родилась то ли дочь или внучка. И искра дара родилась с ребенком. Пока девочка росла волшебница старилась как обычный человек. Сила постепенно переливалась как из сосуда в сосуд. Когда наследница овладела даром в полной мере старая носительница умерла спокойно и без мучений. Так продолжалась долго. Позже другие волшебники стали охотиться на нас что бы получить знания, заложенные в даре и продлить себе жизнь. Ведь все мы носительницы дара не умели защищается и при этом обладали великой силой. К тому же не всякая девочка нашей крови могла принять нашу силу. (Как и случилось с моей теткой Верой). И нашу семью постигло не проклятье, а это дар он живой пытался выжить хоть капельками в крови всех моих родных, пока не нашел подходящею ему носительницу. И почти все в нашем роду волшебницы были целительницами, самыми сильными в этом мире.