Кругосветка. Часть 1. Средняя Азия

День 14. В сердце Тянь-Шаня

Дождавшись, пока солнце хоть немного прогреет воздух, собираю лагерь и продолжаю путь на вершину хребта. Поначалу кажется, что мои легкие дышащие кроссовки станут проблемой для такого восхождения, ведь никто и не думал проектировать их с учетом прогулок по колено в снегу. Но опасения не оправдываются.

Когда я поднимаюсь выше трех тысяч метров, начинается большая снежная шапка. Там убеждаюсь: тропить ступеньки можно и в легкой обуви, пусть и не с такой лёгкостью. Излишняя упругость подошвы компенсируется весом. Не зря говорят, что в горах каждые сто грамм, особенно на ногах, ощущаются как полноценный килограмм.

Да, двигаться приходится быстрее, чтобы ноги надолго не оставались в снегу. Но обилие здоровых валунов решает и эту проблему. Они выступают чем-то вроде островков безопасности, где можно перевести дух и согреться.

Почему я не выбрал другую обувь? Не взял запасную? Все дело в легкости и возможности приспособиться. Хорошая треккинговая обувь весит от семисот до тысяча двухсот грамм за пару, требует более бережного отношения и, что немаловажно, стоит серьезных денег. На этапе подготовки это не проблема, но это может стать серьезным аргументом, когда потребуется оставить лишний вес позади и переобуться во что-то полегче на теплом участке пути.

Я стараюсь не привязываться к вещам и при первой необходимости легко с ними прощаюсь, адаптируясь к новым условиям. Так проблему летней обуви в почти зимних условиях решают теплые носки, если достаточно активно двигаться. А легкую ветровку дополняет наличие множества слоев одежды.

Не без усилий поднимаюсь на хребет и оттуда наконец-то вижу горный Тянь-Шань во всей его красе. Неподалеку возвышается пик Таштамбектор-Баши, высотой около 4463 метров. А за ним – пик Каракол, 5216.

Я же нахожусь чуть ниже – порядка 3700 метров, но и этого достаточно, чтобы ощутить силу и первозданность этих мест. Отсутствие туристической тропы лишь усиливает ощущения и придает дух первооткрывателя.

Как бы красиво тут ни было, находиться на гребне долгое время – не лучшая идея. То и дело задувают резкие порывы ветра. Начинаю искать маршрут для спуска.

Где-то далеко внизу, в долине, где нет и намека на снег, виднеется маленькая речушка. Но до нее предстоит сбросить около 750 метров высоты.

Склон представляет собой разношерстную породу – от совсем мелкого щебня до огромных валунов. Идти по щебню было бы легче, но намного опаснее из-за его сыпучести. В случае неудачи можно проехать метров четыреста вниз и разбиться о камни. Выбираю место с более крупной породой, чтобы успеть среагировать в случае чего.

Такие «каменные реки» в горах называют курумником. Они несут особую опасность неподготовленным путешественникам – постоянно двигаются под ногами. На них легко можно подвернуть или зажать ногу. Причем от размера камня, как правило, не зависит его подвижность – сдвинуться может даже пятиметровый валун.

К счастью, я много раз ходил по таким участкам, и с грузом, и без. Однажды даже с двумя рюкзаками, когда моему другу Диме в горах потребовалась помощь.

Секрет успешного прохождения таких участков на самом деле очень прост. Нужно относиться к ним как к опасной головоломке. Каждый шаг должен учитывать вероятность того, что камень побежит. Надо думать на три шага вперед, ведь следующий камень тоже может податься в бега. По большинству из них сразу видно, насколько они устойчивы и в каком направлении могут покатиться. Остается лишь быть как можно внимательнее.

Через несколько часов такой головоломки сталкиваюсь с неожиданностью. Постепенный спуск превращается в обрыв глубиной около семи-десяти метров, и стены ущелья резко смыкаются, почти не оставляя обходных путей.

Тогда я аккуратно сбрасываю рюкзак вниз по покатой стене. И медленно, прижавшись телом к другой стене, прохожу к месту, где есть возможность безопасно спуститься. Такие трюки и длительный спуск истощают почти все силы. Словно я был на этом склоне уже десяток часов. К счастью, дальше ничего опасного. Спуск становится более пологим. Могу передохнуть.

Тропа к реке по мягкой поверхности лугов, что еще вчера меня раздражали, становится настоящим счастьем для коленей и амортизирует каждый шаг. А речка, которую видел с перевала, оказывается намного глубже, чем я ожидал. Вода настолько прозрачна, что там, где на первый взгляд было едва ли по колено, на самом деле можно уйти по пояс. Приходится искать наиболее широкий участок, чтобы перейти вброд и попасть на другую сторону. Ботинки до этого момента успели вновь намокнуть, так что брод не становится для них чем-то новым.

И снова подъем. В этот раз уже больше ползу, чем иду. Мокрая обувь и уставшие ноги не способствуют быстрому штурму еще одного перевала.

Чтобы хоть как-то восполнить силы, делаю небольшой привал. Сплю полчасика, развалившись прямо на склоне.

Небольшой тайм-аут придает сил, и я отправляюсь на последний рывок.

За перевалом меня уже ждет река Тургенаксу. Она берет начало где-то у подножий одного из пиков, что я видел ранее, – Таштамбектор-Баши. Но до нее еще нужно спуститься.

Ноги ощущаются как ходули. Но нельзя расслабляться – большая часть происшествий случается именно на спуске, когда человек чувствует, что самое сложное уже позади.

В этот раз спуск не представляет особой сложности. Видно, что здесь частенько ходит скот. Для меня под рюкзаком – это исследование и приключение, а для кого-то – рутинная повседневность.

У Тургенаксу наконец-то встречаю деревья и большие зеленые поля. На тех высотах, где я был, это большая редкость. Сложно описать радость такой встречи. Это нужно испытать самостоятельно.

В горах все происходит очень быстро. Быстро начинаешь скучать по чему-то. Быстро понимаешь, кто тебя окружает. Быстро меняешься сам.

Добравшись до дороги, иду в сторону Ак-Булака, где проходит основная трасса в сторону Каракола. При худшем раскладе – двадцать три километра за шесть часов. К ночи буду там.

Спустя час или два на дороге показывается машина. Она подвозит меня даже чуть дальше, чем я ожидал, – к небольшому поселку Ак-Суу. До Каракола остается меньше пятнадцати километров. Но солнце уже почти село. Приходится искать место для лагеря. Ночевать в поселке очень уж не хочется.

Темная улица. То и дело лают собаки. Бродят пьяницы. И вот ты, незнакомец, чуждый этим местам. Не могу сказать, что люблю такие ситуации.

Быстрым темпом выхожу за пределы села. Через заросли кустарника сворачиваю к реке. Открываю для себя отличную полянку под палатку. Ночь обещает быть теплой. Ну или явно теплее тех, что я провел в горах. Только село неподалеку слегка беспокоит.

День 15. Необычная известность

На этот день решаю не устраивать никаких приключений. Просто перевести дух. Отправляюсь в один из хостелов в Караколе, чтобы разобрать снаряжение и смонтировать видео с гор. Развешиваю мокрые ботинки во дворе. Оставляю стираться вещи. Иду готовить на кухню.

Там меня ждет настоящая неожиданность. Стоит зайти в помещение, как встречаю какого-то индийца. Он очень удивленно смотрит на меня, словно мы уже встречались.

– Миша? – спрашивает он и повергает меня в ступор, пока я не понимаю, в чем дело.

Варун, с которым я путешествовал в Жыргалане, видимо, уже опубликовал какие-то истории со мной. Теперь его подписчики, что считают его своим наставником, знают немного и обо мне. Что ж, теперь меня начнут узнавать на улице. По крайней мере в Индии.

Шубхам рассказывает о себе. О том, как в свои восемнадцать лет уже объехал автостопом ряд стран и не думает останавливаться. Это, конечно, круто. Но наша случайная встреча кажется еще интереснее.

Какой же маленький и взаимосвязанный мир нас окружает! Как легко встретить человека, что связан с тобой через общего знакомого. Прямо теория шести рукопожатий какая-то. В Караколе есть десятки хостелов. Но мы попали именно в этот. Как тут не поверить в чудеса?

Немного перекусив, возвращаюсь в сад. Там мне успел сильно приглянуться гамак под деревьями с яблоками и грушами. Самое время отдохнуть перед тем, как увидеть великий Иссык-Куль.

День 16. Иссык-Куль

Перекусив горячей самсой из тандыра в местной забегаловке, я отправляюсь на встречу с одной из главных жемчужин Кыргызстана: с озером Иссык-Куль, что в переводе с местного означает «горячее озеро».

Большую часть пути проезжаю с парнем по имени Султан. Он никак не может поверить в мои планы, но оживленно рассказывает о лучших местах на побережье.

Выхожу из машины чуть дальше поселка Тамга, что он так рекомендовал. Неподалеку в озеро впадает речушка. Ее вода оказывается для лагеря очень кстати.

Кто-то задастся вопросом: но ведь под рукой есть огромное озеро, одно из самых глубоких и больших в мире? Я тоже так думал. Пока не сделал для себя открытие. Оно немного солоноватое. Именно это позволяет ему не замерзать зимой, но что важнее – мешает использовать его воду для питья, в отличие от того же Байкала.

Именно факт солоноватости придает моей встрече с Иссык-Кулем особую атмосферу – легкую волну ностальгии. Солоноватый воздух напоминает мне мою первую встречу с Японским морем на Дальнем Востоке в одном из первых моих больших путешествий. Да, я и раньше бывал на море – в детстве на Черном. Но это было совсем другое. Когда ты стоишь один на один с прибоем, чувствуешь характерный запах и далекий крик чаек, весь мир словно перестает существовать. Вероятно, в каждом из нас осталась частица моря. Она неминуемо зовет нас к себе.

План погрузиться в уединение на берегу озера проваливается с треском. Стоит мне начать готовить, как из кустов выбегает дворняга. Хотя можно ли называть так собаку, что живет на берегу озера, а не во дворе? Хороший вопрос.

Однако мой кулинарный вкус ее быстро разочаровывает. Ни тебе мяса, ни овощей. На ужин я приготовил обычную кашу со сгущенкой и яблоками. Их в Кыргызстане в изобилии. Каша, впрочем, псу тоже понравилась.

День 17. Восполняя силы

Утром обнаруживаю интересную деталь. Речушка, что впадала в озеро, изменила свое русло за ночь. Волна намыла небольшой островок песка и перекрыла прежний путь реке.

Да и озеро обрело совсем иной вид. Если вчера этот могучий великан спал, то сегодня ветер то и дело пытается его разбудить, раскачивая волну. Приходится даже переставить палатку торцом по направлению к воде, чтобы скаты тента не принимали на себя удар стихии.

Поглубже присыпав тент, наконец-то могу расслабиться. Солнечная панель пытается вытянуть хоть лучик света для зарядки телефона.

Попытки поймать рыбу не увенчались успехом. Даже донка не справляется с этой задачей – волна с легкостью катает груз по пологому песчаному дну. Остается только готовиться к вечеру. Собирать дрова и рассматривать горизонт. Иногда взору открываются белоснежные вершины гор, что как стена обрамляют Кыргызстан со всех сторон. Удивительно, что их видно – ведь до них больше восьмидесяти километров.

Пес и не думает покидать меня. А когда я выкапываю небольшую ямку в песке под вечерний костер, он, полный решимости, сворачивается в ней калачиком. Решил, что это его новое место. На улице-то уже не лето. Задувают холодные ветра, а в местах повыше то и дело идет снег.

Мое решение купить теплый спальник трудно недооценить. Теперь можно больше времени проводить лежа под звездами, пока костер мерно потрескивает неподалеку. Греет не только меня, но и моего гостя. Хотя он, вероятно, считает гостем меня.

День 18. Сказочный путеводитель

На завтрак решаю попробовать новое блюдо – яблоки со сгущенкой. Не потому что сильно хочется. Просто остальные продукты почти закончились. К моему удивлению, эксперимент проходит успешно. Кисловатые яблоки отлично сочетаются со сладкой сгущенкой и чаем! Главное, чтобы ничего не слиплось.

Погода налаживается. На озере устанавливается штиль. Отправляюсь дальше, в сторону столицы страны – Бишкека.

Чем дальше уезжаю на запад вдоль озера, тем масштабнее становится степь вокруг. Но стоит только потерять из вида Иссык-Куль, как хребты вновь воспаряют ввысь, обрамляя трассу высокими скалами. Начинается большой Кыргызский хребет. Именно он отделяет страну от Казахстана.

Водители останавливаются охотно. Знакомлюсь с массой хороших людей, что едут недалеко, но с удовольствием соглашаются подвезти гостя.

Меня даже угощают еще одним из блюд национальной кухни – хошаном. На вид он чем-то похож на большой жареный пельмень, но очень мягкий и нежный.

В сотне километров от Бишкека меня подбирает Саня на своем погрузчике. Русский мужик, что волей случая попал в Кыргызстан и осел, остепенился. Хороший климат, вкусная кухня, любящая семья, работа. Полный комплект.

Приближение к городу чую за несколько десятков километров. Горит городская свалка. А стоит выехать на объездную, как попадаем в пробку. Запах становится еще более острым. Настолько, что приходится закрыть окна в машине.

У въезда в город прощаюсь с Сашей и выхожу. Он едет дальше, а я хочу заглянуть в Бишкек.

Тем временем полностью стемнело, и мне ничего не остается, кроме как поставить палатку за городом. Присматриваю на навигаторе водохранилище неподалеку и начинаю пробираться к нему, ориентируясь только на GPS.

Запах гари уже не ощущается так сильно. Ветер несет его в город, минуя меня. Страшно представить, каково жить под таким гнетом. Ах да, точно. У нас же в Красноярске тоже есть режим «черного неба». Как я мог забыть? И месяца не прошло.

За день у меня почти кончается вода, но предстоящая ночевка у берега придает ощутимый оптимизм. Шаг за шагом я иду по лесу, что то и дело переходит в небольшие полянки, пока наконец-то не дохожу до водохранилища. Так, по крайней мере, говорит навигатор. Но воды нет.

Перезапускаю карту, перепроверяю данные. Да, на моем месте должно быть большое водохранилище. Но под ногами лишь песок. Пройдя еще метров двести в темноту, все-таки натыкаюсь на нечто, похожее на озеро. Но его запах и обилие мусора на берегу отбивают всякое желание пользоваться такой водой даже в технических целях. Утка, что барахтается в воде и не может улететь, лишь укрепляет уверенность: одну ночь я проживу как-нибудь и без воды.

Приходится потратить остатки запасов на кружку чая и личную гигиену. Нет ничего хуже, чем после дня в пути грязным ложиться в спальник. Для утоления голода в очередной раз в дело идут яблоки. Они все никак не могут закончиться от самого Каракола. Стали моим завтраком, обедом и ужином. Моим хлебом.

День 19. Бишкек и старые друзья

Рано утром я просыпаюсь от едкого запаха дыма. Ветер, по-видимому, сменил направление за ночь. Укутываюсь в спальник поглубже, и мне удается поспать еще пару часов. Но это не избавляет от неприятного ощущения – возможно, утром я надышался дымом и немного отравился.

При свете дня обнаруживаю: от водохранилища почти ничего не осталось. Лишь небольшая грязная лужа. Надежды на воду разбиты. Ничего не остается – быстро собираю лагерь и отправляюсь в город в поисках воды и продуктов. Питаться яблоками четвертый день уже не хочется.

Столь неприятное (я бы даже сказал токсичное) начало дня скрашивает одно серьезное открытие. Когда углубляюсь в город, я натыкаюсь на памятник Махатме Ганди. А после и на бульвар, названный в его честь. Это очень необычно. Мы привыкли видеть памятники другим героям: солдатам, писателям, полководцам. Но Ганди был кем-то большим – и философом, и военачальником одновременно. Но целью его завоеваний были не земли и богатства, а сердца и умы.

Для меня это один из самых ярких примеров гуманизма. Основоположник ненасильственного сопротивления. Пример человека, что всю жизнь посвятил борьбе, но не насилием, а своей жизнью. Его много раз сажали в тюрьму, где его здоровье ухудшалось, а сам он продолжал говорить: «Моя жизнь – моё послание». Он боролся за независимость Индии от Великобритании и создал целое движение людей, убежденных в том, что огнем нельзя потушить огонь. Что ненасилие – это сила.

Почему я так впечатлен этим памятником?

Дело в примере для подражания. Когда ребенок с детства узнает о таком человеке, его истории, в его системе ценностей укрепляется важность отстаивать мир вокруг себя. Человек же губка. Если его окружает общество, что исповедует культ силы, нет ничего удивительного в обилии бытового насилия, низкой ценности эмоционального и умственного интеллекта. Да, есть масса великих солдат и военачальников, что отличились в «патриотическом порыве», и их часто ставят нам в пример. Но для формирования здорового общества мало одной лишь «любви» к родине. Без уважения и ощущения ответственности за окружающих, без демонстрации альтернативного насилию пути – не может быть мира без бессмысленных кровопролитий.

Конечно, я идеалист. Я понимаю, что нельзя взять и просто перерасти насилие. Поэтому тем важнее создавать достойные подражания примеры и ставить на постаменты не только «эффективных менеджеров», но и «моральные камертоны» вроде Ганди.

Гуляя по городу, вновь встречаю богатыря кыргызского эпоса – Манаса. На своем бронзовом коне Ак-Куле он смотрит на гигантскую площадь свысока.

Тем временем в парке напротив разворачивается интересная сценка. Маленький мальчик, подойдя к мусорке, уточняет у мамы: в правильную ли урну он бросает баночку из-под йогурта. Баков несколько – для раздельного сбора мусора. Еще один хороший пример. Как окружение и достойные примеры для подражания формируют достойных людей.

Пройдя весь центр Бишкека и сполна насладившись архитектурными изысками, понимаю: сил выходить на десять-пятнадцать километров пешком за город уже нет. Пополняю запасы в супермаркете и жду автобус на остановке.

Там и обнаруживаю на себе паука. Очень похож на каракурта из семейства черных вдов. Но он и не думает проявлять агрессию и мирно покидает мое общество. Позже узнаю: это был всего лишь ложный каракурт. Не представляет угрозы для жизни человека.

Когда дожидаюсь свой пригородный автобус, еще раз удивляюсь тому, насколько доброжелательно могут вести себя незнакомые люди. Целых три человека, включая водителя, дают рекомендации, где лучше выйти, чтобы без проблем поймать машину.

Ее, кстати, тоже не приходится долго ждать. Белек и Дима останавливаются не раздумывая. Вместе доезжаем до Кара-Балты, душевно общаемся о путешествиях, рыбалке и людях. На прощание Дима оставляет свою визитку. Добавляет фразу: «С такими людьми ты, наверно, еще не общался. Ведь в России нас считают террористами». Я ненадолго прихожу в замешательство, но визитка все проясняет. Под «террористической организацией» имеется в виду религиозная группа «Свидетели Иеговы»*.

*– запрещены на территории РФ.

Да, что может быть страшнее! В наше время вообще не трудно стать экстремистом и террористом в глазах РПЦ или государства. Так что подобный статус уже давно никого не пугает. Главное, чтобы человек был хороший. И в крестовые походы с инквизицией не ходил да камнями за иноверие никого не избивал.

Меня приглашают переночевать в дом. Но до захода солнца остается еще несколько часов. Решаю просто пойти вдоль дороги – погода только способствует!

Столько мыслей за день. Такой эмоциональный контраст: от дурного утра до теплого прощания вечером. Самое время поставить лагерь и переварить пережитое. Набраться сил для поездки к горной реке, что посоветовал Саня, водитель, с которым мы ехали до Бишкека.

Трасса уходит к горизонту и совершенно пуста. Как вдруг на ней показывается джип, что едет навстречу. Не придаю ему большого значения, думаю о месте под палатку. Но когда он приближается ближе – не верю своим глазам! Поравнявшись со мной, джип останавливается, и из него выбегает несколько крепких мужиков. Я машинально направляюсь к ним, все еще не веря в происходящее.

Это ребята из AsiaProject! Они уже возвращаются из Таджикистана и Узбекистана и подводят итог своей экспедиции. Они такие же энергичные и веселые, но в этот раз еще и изрядно загоревшие. Подумать только. Последний раз мы виделись десять дней назад. В другой стране, в тысячах километров отсюда. И вот… снова встреча.

Как после такого верить в случайность происходящего?

Лучшая демонстрация эффекта бабочки. Каждое мое знакомство, каждый выбор, даже маленькое решение – могли изменить все. Если бы я согласился остановиться на ночлег у Димы, наша встреча с парнями не состоялась бы. Если бы вчера проехал мимо Бишкека с Саней дальше, то уже был бы в горах и так же пропустил автоколонну. Если бы не встретил Варуна и не отклонился от пути на несколько дней – то же самое. Любое решение изменило бы все.