– Разрешите представится, Павел Дымов. Инженер, по профессии и призванию.
– А я думала, вы – пират. Ой, – она опять покраснела, понимая, что ляпнула глупость.
– Елизавета, – протянула узенькую ладошку. – Архивариус, я здесь рядом работаю. Шла мимо на обед, а дверь открыта. Не удержалась и заглянула.
– Составьте мне компанию, я с удовольствием пообедаю с такой милой барышней. Пока вы пьете кофе, из соседнего ресторана принесут горячее.
– Нет-нет-нет, не беспокойтесь. Чашка кофе меня вполне устроит.
Павел галантно отодвинул стул и усадил гостью.
– Позвольте за вами поухаживать, – и вот перед ней тарелка с гроздью сочного винограда, ломтик арбуза. В чашку льется горячий кофе, а на тарелке уже ждут своего часа кексы и крохотные марципановые печенья.
– У вас необычная профессия. Неужели не скучно заниматься старыми бумагами? Я ничего не перепутал?
– Все верно, я занимаюсь документами. И да, они не новые. Но в этом-то и вся прелесть! Скучная… В принципе, так можно сказать про любую профессию. Думаю, только у каскадеров или гонщиков работа захватывающая с утра и до вечера, а самое унылое время – обед. Архив – это как пещера с сокровищами, место, где в нескольких бумажках умещается человеческая жизнь. Люблю разбирать личные фонды, в них чаще случаются исторические находки, – неожиданно для себя Лиза разговорилась.
Рассказала про редкое фото полицейского дома, про карту, по которой нашли клад, про антикварный альбом с уникальными видами Москвы, про кувшин с талерами, который простоял в стенном шкафу старого арбатского домика больше трех столетий и был вытащен на свет божий только благодаря долговой книге ростовщика. Инженер Дымов слушал не перебивая, только изредка подливал кофе и добавлял конфету на тарелку.
– Ой, я совсем забыла про время, обед закончился – девушка глянула на часы, опять смутилась. – Мне пора бежать.
– Вы как принцесса из детской сказки. Сейчас пробьют часы и вы исчезнете. А я так хотел дослушать про талеры. Может, увидимся еще раз? Во сколько вы обедаете?
– С часа до двух.
Лиза согласно кивнула головой и кинулась вниз по лестнице…– Приходите сюда. Если меня не найдете на крыше, то постучитесь в первую квартиру. Я обязательно угощу вас окрошкой и горячими рябчиками.
– Лиза, – рыжая осторожна потрясла её за плечо.
– Что?
– Ты так внезапно замолчала. Все хорошо?
– Нормально.
– Так ты не увидела разницу между современной Москвой и городом из прошлого?
– Я вообще не смотрела на площадь. Там был … он.
– Ты знаешь его фамилию?
Лиза немного помедлила и кивнула.
– Сомневаешься, что он назвал тебе настоящую?
– Дымов. Не сомневаюсь. Павел Дымов, – Лиза говорила неохотно, ей казалось, что своей откровенностью она его предает.
– Давай я тебе кое-что покажу. Ты смотришь внимательно и рассказываешь, что увидела. Хорошо? – Алиса достала телефон и перед Лизой развернулась площадь с гастрономом, архивом и кафе «Три булочки».
– Это официальная веб-камера. Тебе хорошо видно?
– Да.
– И гастроном?
– Да.
– Опиши, что видишь.
– Люди, машины, продавцы моют витрины. Полицейские проехали. Что я должна увидеть?!
– Каланчу видишь?
Лиза запнулась.
– Не-е-е-е…ет.
– Её снесли более восьмидесяти лет назад. Постарайся сейчас не грохнуться в обморок. Ты была в прошлом. У тебя дар. Не в смысле талант, а в смысле суперспособность.
Лиза подавилась смешком. Истерический смех сразу перешел в слезы. Но она смогла взять себя в руки.
– Моя суперспособность испарилась. Зайти в гости к Павлу я больше не могу.
– Никуда она не делась, твоя способность. Башню ты видишь. С фотографиями и видео немного другая ситуация. Это не совсем твой взгляд, получается, что объект представлен тебе глазами другого человека. Это упрощенное объяснение. Расскажу подробнее, когда переваришь информацию.
– Всё равно что-то поломалось в моей… – она запнулась на несколько секунд, а потом с иронией продолжила, – в моей суперсиле. Теперь в башне нет двери. Вообще.
– Лиза. Вообще нет башни. Пошли, думаю, будет лучше, если остальное я покажу тебе не здесь, – и рыжая встала из-за стола.
Пока они добирались до Новогиреево, Лиза успела рассказать про свой короткий роман. Закончился он нелепо – однажды просто исчезла дверь. Лиза не могла объяснить, почему они с Пашей не обменялись телефонами, электронками, контактами в соцсетях. Он не спрашивал, она не предлагала. Поиск инженера Дымова не дал ничего. А через месяц Лиза поняла, что беременна. Родителям сказала, что решила родить для себя, отца нет, материал от донора. Мама и папа сначала были в шоке, но радость от того, что они наконец-то станут бабушкой и дедушкой, перевесила все предрассудки.
Когда девушки перешагнули порог Алисиной квартиры на семнадцатом этаже, Лиза добралась до родов. В рассказе пришлось сделать перерыв, чтобы раздеться и поставить чайник. Лиза села за стол, стиснула руки и продолжила.
– А потом я родила. Ребенка мне не показали. Акушерка сказала, что он не дышит и унесла. Наверное, в реанимацию. Утром врач сказала, что он умер. – Лиза замолчала, из глаз катились слезы.
– Лиз, вы с Павлом куда-нибудь ходили?
– Да. Первый раз в гастроном, за булочками с клубникой. Набрали готовой еды, купили пазл с картой мира и вернулись. Потом выходили гулять по вечерам.
– За покупки платила ты?
– Нет. То есть в первый раз я, он забыл кошелек.
– Стоп, у него были современные российские рубли? – в глазах Алисы опять заплескалось подозрение.
– Угу. И я знаю откуда. Он спросил, есть ли у меня знакомые, которые могут оценить стоимость старой безделушки. Оказалось, что «безделушка» – пасхальное яйцо, изготовленное одним из мастеров, работавших у Карла Фаберже. Ну, ты же понимаешь, что нашлись коллекционеры, страстно желающие купить уникальную вещь. Продавала я, потом просто привезла деньги.
– И тебя ничего не смутило? Вдруг ворованное? Как можно быть такой наивной?!