Нижинский. Великий русский Гений. Книга 2
Вернувшись в Петербург, Бронислава, однако, не вернулась в Мариинский театр. А в сезоне 1914–1915 годов вместе со своим мужем Александром Кочетовским работала на сцене того же Народного дома в оперных и балетных спектаклях, как и Марина годом позже. Пересекались ли сёстры по работе, встречались ли где-то случайно? Об этом история умалчивает, хотя это вполне возможно, учитывая, что они обе вращались в одних и тех же театральных кругах.
Также не исключено, что включение Марины Нижинской в состав балетной труппы Народного дома на сезон 1915–1916 годов стало одной из причин того, что семья Брониславы навсегда покинула Петроград. В середине августа 1915 года вся семья Нижинских — Бронислава, её муж Александр, почти 2-летняя дочь Ирина, а также её мать Элеонора — переехали в Киев.
Бронислава и её муж получили ангажемент в Киевском городском театре на сезон 1915–1916 годов. Александр Кочетовский был нанят в качестве балетмейстера, а Бронислава Нижинская — в качестве балерины труппы. В течение всех последующих лет, за исключением нескольких месяцев пребывания в Москве после революции 1917 года, до отъезда в Париж в 1921 году, Бронислава Нижинская со своей семьёй будет жить в Киеве и больше никогда не вернётся в свой родной город, так же, как и её мать Элеонора [23, 32–33].
После отъезда всей семьи Нижинских в Киев постепенно на подмостках сцен Петрограда появляется другая семья Нижинских. И если Марина уже довольно известна в балетных кругах как ученица Александра Чекрыгина, то её мать Варвара Нижинская впервые даёт о себе знать в столице России. И не как-нибудь, а как балетмейстер! И именно как Нижинская, а не как Румянцева!
С 5 мая по 15 сентября 1916 года на сцене летнего театра «Олимпия» каждый вечер проходили весёлые представления: оперетта-балет-французская борьба. Танцы для оперетт и хореография многочисленных балетов были поставлены «известной балериной и балетмейстером» Варварой Николаевной Нижинской. Во многих спектаклях госпожа Нижинская танцевала и сама («Обозрение театров», №№ за май–август 1916 г.).
Скорее всего, годы, проведённые рядом с Томашем, а также их совместная работа дали свои плоды. И после ухода из жизни своего партнёра Варвара сама начала заниматься постановкой танцев, в том числе и балетных спектаклей. Сложно сказать, насколько эти балеты были хороши, но, судя по их количеству, можно предположить, что уровень их был не самым высоким. Думаю, что Элеоноре и Брониславе Нижинским было невероятно больно, что любовница Томаша использовала их всемирно известную фамилию для создания низкосортных постановок, которые бросали тень на репутацию их семьи.
Все летние вечера представления балетмейстера Варвары Нижинской развлекали публику, но в 20-х числах августа 1916 года (вероятнее всего, 23-го числа) произошла трагедия. В ежедневной газете «Театр» № 1895 от 31 августа была опубликована небольшая заметка: «Любовь в жизни и на сцене… В Петрограде — в саду „Олимпия“ возле окна уборной одного из артистов отравилась… заведующая балетом В. Нижинская-Румянцева… И там, где только что звенел задорный смех, слышны судорожные рыдания, там, где только что царила любовь, — распростёрла свои мрачные крылья жуткая смерть…».
Вот так трагически и бесславно, предположительно, из-за роковой любви, оборвалась жизнь женщины, которая способствовала тому, чтобы Томаш Нижинский оставил свою семью, фактически бросив жену и троих детей на произвол судьбы. Дети выросли без отца, с несчастной матерью, в тяжёлых условиях, и это оказало разрушительное влияние на их судьбы. Особенно пострадали сыновья: Станислав, у которого после ухода отца обострилось ментальное заболевание, и он был вынужден жить в специализированном учреждении, и Вацлав, который, повзрослев, начал искать отцовскую любовь и дружбу старшего мужчины за пределами своей семьи.
«Обозрение театров» № 3091 от 5 мая 1916 года. Открытие летнего сезона. Балет под управлением известной балерины В. Н. Нижинской «Дриады и Волшебники».
«Обозрение театров» № 3188 от 10 августа 1916 года. Бенефис балетмейстера В. Н. НИЖИНСКОЙ.
«Театр» № 1895 от 31 августа 1916 года. Фрагмент статьи.
Марина Фоминична Нижинская потеряла отца в четырнадцать лет и мать в восемнадцать. После перенесённой трагедии — самоубийства своей матери Варвары Румянцевой — Марина покинула Петроград и поехала жить и работать в Москву.
Осенью 1916 года Марина Нижинская начала работать танцовщицей в московском театре миниатюр «Мозаика», который находился по адресу Большая Дмитровка, 26 («Рампа и жизнь» № 14 от 2 апреля 1917 г.). Её карьера развивалась стремительно. Сначала она исполняла отдельные номера в дивертисменте, а уже в декабре начала танцевать полноценные роли в постановках. В этом театре Марина познакомилась с балетмейстером Михаилом Фёдоровичем Моисеевым, который был старше её всего на шесть лет, но уже был известен в театральных кругах. В будущем он станет известным советским артистом балета и балетмейстером, заслуженным артистом РСФСР (1948) и Литовской ССР (1955).
Марина Нижинская начала танцевать в балетах, поставленных Михаилом Моисеевым, а также выступать вместе с ним как партнёрша. Вскоре она начала пробовать себя и в качестве хореографа («Театр» № 2034 от 25–26 июня 1917 г.).
После Октябрьской революции 1917 года Марина Нижинская вернулась из Москвы в Петроград. Вскоре она устроилась работать танцовщицей балета в Троицкий театр, который открылся в 1911 году на Троицкой улице (ныне улица Рубинштейна, дом 18). Одним из основателей театра был Александр Михайлович Фокин, старший брат Михаила Фокина. Однако Марина Нижинская проработала в Троицком театре недолго. После сезона 1917–1918 годов он был закрыт. Сегодня в этом здании находится МДТ — Театр Европы.
На летний сезон 1918 года Марина снова поехала работать в Москву. И, как оказалось, она поехала навстречу своей судьбе.
Марину пригласили работать танцовщицей в недавно открывшееся артистическое кафе «Питтореск» (от фр. pittoresque — живописный). Кафе открылось 30 января в бывшем Пассаже Сан-Галли по адресу: Кузнецкий мост, дом 5 (сегодня дом 11). Это кафе стало одним из самых знаменитых мест литературно-театральной жизни революционной Москвы.
Оформление кафе было по проекту Георгия Якулова, к тому времени уже знаменитого художника, который в 1927 году станет автором декораций и костюмов, а также либретто балета Сергея Прокофьева «Стальной скок», поставленного в Париже «Русскими балетами» Дягилева.
Кафе «Питтореск» было скорее театром-кафе. Здесь была сооружена профессиональная театральная сцена с освещением, декорациями и механикой. Время было голодное, помещение не отапливалось, в кафе была очень скудная еда, однако гостям предлагалась насыщенная художественная программа.
Марина Нижинская участвовала в многочисленных танцевальных номерах. Вместе с ней на сцене танцевал молодой артист, её ровесник — Иван Бойко (программа вечера в кафе «Питтореск» от 3/16 июня 1918 года. Среди исполнителей испанских танцев — М. Нижинская и И. Бойко) — и, как оказалось, её будущий муж. Отношения развивались стремительно, и очень скоро они стали счастливой парой.
Иван Викторович Бойко — артист балета, который в будущем станет известным советским балетмейстером, создаст в Туркмении первый национальный ансамбль танца и получит звание заслуженного деятеля искусств ТССР.
Осенью 1918 года кафе «Питтореск» было переименовано в «Красный петух». Кафе стало своеобразным литературно‑художественным и артистическим клубом, похожим на «Бродячую собаку» в Петрограде. И хотя в 1919 году оно закрылось, тем не менее вошло в историю как одно из самых знаменитых московских кафе.
В 1930 году в этом здании открылся выставочный зал «Всекохудожник», а с 1953 года и по сей день здесь находится Московский дом художника. Сегодня зданию возвращён исторический дореволюционный вид.
По окончании летнего театрального сезона осенью 1918 года Марина Нижинская вместе с Иваном Бойко покинула Москву и отправились в Воронеж. И это стало началом нового этапа их жизни.
В первые годы после революции в Воронеже активно развивалось театральное и музыкально-хореографическое искусство. Оно было частью общей стратегии по созданию «пролетарской» культуры. Театр играл ключевую роль в формировании новой жизни.
22 ноября 1918 года в бывшем помещении кинотеатра «Палас» был открыт новый воронежский Свободный Театр — оперно-балетно-драматический. Его зрительный зал был рассчитан на 400 мест. Сегодня на этом месте находится кинотеатр «Юность».
Главным режиссёром Свободного Театра стал Давид Григорьевич Гутман — будущий известный советский актёр, театральный деятель, режиссёр, первый директор и художественный руководитель Московского театра сатиры (1924), Ленинградского театра сатиры (1926) и Московского театра миниатюр (1938). Давид Гутман в будущем будет и известным киноактёром. В частности, он снимался в знаменитом фильме «Дети капитана Гранта» 1936 года.
Для развития творческой деятельности театра были приглашены балетмейстеры из Москвы и Петрограда. Среди них был Михаил Моисеев — партнёр и наставник Марины Нижинской, с которым они вместе работали в московских театрах миниатюр. В то время М. Ф. Моисеев уже работал педагогом в оперно-балетной студии Воронежской высшей театральной школы-мастерской. Туда же он пригласил и М. Ф. Нижинскую в качестве преподавателя.
Из учащихся оперно-балетной студии были сформированы хор и кордебалет для новой труппы воронежского Свободного Театра. Всего было приглашено около ста пятидесяти артистов: драматических, оперных и балетных, включая большую группу артистов балета Москвы и Петрограда. Марина Нижинская и Иван Бойко стали солистами воронежского Свободного Театра.
Марина Фоминична Нижинская, 1918 год. Фотооткрытка. Театральный музей им. А. А. Бахрушина.
Осенью 1919 года, когда фронт приблизился к Воронежу, большая часть творческого коллектива была вынуждена покинуть город с отступающими частями Красной армии и вернуться в Москву, Петроград и другие города.
После восстановления Советской власти Свободный Театр возобновил свою работу, но Марина Нижинская с Иваном Бойко, который уже стал её мужем, не вернулись в Воронеж. Они обосновались в Ставрополе.
В начале 1920-х годов Марина Нижинская и Иван Бойко работали в Ставрополе в Свободном театре им. Луначарского в качестве танцовщиков — первых солистов.
24 октября 1925 года, вероятно, в Москве, у Марины и Ивана родился сын Виктор Иванович Бойко.
В 1926 году Марина и Иван работали в Харьковском театре Музыкальной комедии, бывшем знаменитом театре Муссури. На сцене этого театра как балетмейстер Иван Бойко поставил танцы в следующих музыкальных комедиях: «Принцесса долларов», «Дитя степей», «Миллион за ужин», «Маскотточка», «Весёлая вдова», «Жемчуга Клеопатры». В этих же спектаклях Марина Нижинская выступала как прима-балерина. В некоторых из них И. Бойко танцевал и как солист.
В 1927 году семья вернулась на несколько лет в Ленинград. Сначала проживали по адресу: ул. Коломенская, дом 1 (Доходный дом П. Н. Семёнова). Сегодня в этом доме находится мемориальный музей-квартира Л. Н. Гумилёва [158, 1043]. Затем в 1928–1931 годах по адресу Итальянская ул., 37/Караванная (Толмачёва) ул., 18 (Доходный дом М. Мальцевой — Дом Фролова) [159, 1128].
В Ленинграде Ивана Бойко пригласили работать в Театр Музыкальной Комедии на должность главного балетмейстера. Театр находился по адресу: Невский проспект (проспект 25 Октября), дом 56. В Доме торгового товарищества «Братья Елисеевы», над прославленным гастрономом, с давних пор располагались комедийные театры. До революции это был «Невский фарс». После революции театр несколько раз менял своё название. Сегодня здесь находится Академический театр Комедии имени Н. П. Акимова.
Театр Музыкальной Комедии. Ленинград. Конец 1920-х годов. Почтовая карточка.
В течение двух театральных сезонов 1927/28 и 1928/29 годов Иван Бойко поставил танцы и балет во многих спектаклях этого театра. Его имя как балетмейстера упоминается в программах следующих спектаклей: музыкальных комедий — «Жемчуга Клеопатры», «Мистер Икс», «Лотти», «Царица Аннушка» и оперетт — «Продавец птиц», «Корневильские колокола», «Коломбина», «Девушка-сыщик», «Сирокко», «Нитуш», «Сильва», «Роза-Мари».
В ряде постановок — «Жемчуга Клеопатры», «Мистер Икс», «Роза-Мари» — Иван Бойко и Марина Нижинская танцевали вместе как солисты во вставных номерах.
Летом 1928 года Театр Музыкальной Комедии давал представления в Народном Доме. 13 лет спустя после своего дебюта Марина Нижинская снова танцевала на его знаменитой сцене.
В течение зимнего сезона 1928/29 годов в Театре Музыкальной Комедии была поставлена оперетта «Холопка», и 8 марта 1929 года состоялась её премьера. Этот спектакль был и остаётся одним из лучших отечественных произведений, созданных в жанре советской историко-бытовой оперетты, благодаря увлекательному сюжету и талантливой музыке, которую написал известный композитор Николай Стрельников. Постановку «Холопки» осуществил руководитель театра, один из виднейших деятелей советской оперетты, режиссёр и актёр — А. Н. Феона, а танцы поставил главный балетмейстер театра — И. В. Бойко. Балетный дивертисмент исполняла прима-балерина Марина Нижинская.
Музыка и вокальные партии из этого спектакля сразу же стали популярны, они звучали по радио, их исполняли на эстраде, а сама «Холопка» обошла сцены всех опереточных театров страны и до сих пор не сходит с подмостков. В 60-х годах вышла в свет киноверсия оперетты «Холопка» под названием «Крепостная актриса», ставшая лидером кинопроката.
После премьеры 8 марта 1929 года из-за огромного успеха, который имела оперетта «Холопка», этот спектакль стали показывать на сцене Театра Музыкальной Комедии каждый день вплоть до окончания театрального сезона.
С начала же лета спектакли Театра Музыкальной Комедии переместились на сцену закрытого театра Сада отдыха (бывший Аничков сад). В 1920-е–1930-е годы Сад отдыха пользовался большой популярностью у ленинградцев, особенно любителей эстрады и оперетты. Представления шли одновременно сразу на двух сценах — открытой и закрытой. По всему городу были расклеены афиши, приглашавшие горожан на вечерние весёлые спектакли. Площадки вмещали до двух тысяч зрителей.
С 1 июня по 15 сентября 1929 года Марина Нижинская работала в качестве прима-балерины на сцене закрытого театра Сада отдыха. Она участвовала в опереттах Театра Муз. Комедии, танцы для которых поставил Иван Бойко. «Холопка» пользовалась грандиозным успехом, и в начале лета её показывали ежедневно. А параллельно на открытой эстраде выступали такие знаменитости, как Владимир Хенкин, Илья Набатов, Леонид Утёсов. Все они в будущем станут Народными артистами. Леонид Утёсов выступал со своим знаменитым театрализованным «Теа-джазом».
«Рабочий и театр» № 10 от 3 марта 1929 года. Анонс премьеры оперетты «Холопка» в Театре Музыкальной Комедии. Танцы поставлены Иваном Бойко.
С 17 сентября — начала сезона 1929/30 годов — Театр Музыкальной Комедии, который располагал небольшим зрительным залом, но чьи спектакли пользовались большим успехом, начал давать свои представления в театре «Великан» Народного дома.
Однако реорганизация театра и смена сцены ради расширения аудитории повлекли за собой частичную замену артистов труппы. И вместо прима-балерины Марины Нижинской на все её роли была приглашена прима-балерина Нина Пельцер. Несмотря на то, что популярность и любовь зрителей спектакли театра, и особенно оперетта «Холопка», завоевали именно при участии Марины Нижинской, она осталась без работы. Возможно, в знак солидарности со своей женой Иван Бойко тоже уволился из Ленинградского Театра Музыкальной Комедии.
Как бы там ни было, но имя Ивана Бойко как балетмейстера одной из самых популярных советских оперетт «Холопка» навсегда осталось вписанным в историю. И сегодня на официальном сайте Санкт-Петербургского государственного театра музыкальной комедии, на странице «История театра. Летопись постановок», балетмейстером оперетты «Холопка» указан И. Бойко [230].
Марина Нижинская и Иван Бойко. Конец 1920-х годов. Фрагмент фотографии из семейного архива Нижинских-Бойко. Воспроизводится по скриншоту описания лота № 319122382 на аукционе «Мешок» (Meshok.net). Увеличение и обработка автора [229].
Мне не удалось найти никаких сведений, где работали и чем занимались Марина Нижинская и Иван Бойко в сезоне 1930/31 годов после увольнения из театра. Но к следующему сезону они уехали из Ленинграда, и, по всей видимости, навсегда. На следующие два года они вернулись в Харьков, в театр Музкомедии, в котором работали пять лет назад — Иван как балетмейстер и солист, Марина — как солистка балета. Именно в этом театре Иван Бойко создал постановку танцев к премьере оперетты «Свадьба в Малиновке», которая также стала в дальнейшем очень популярной. В сезоне 1933/34 годов они работали в Сталинградском театре Музкомедии, где Иван Бойко был главным балетмейстером.
В 1934 году семья переехала в Москву и поселилась в коммунальной квартире по адресу: Арбат, дом 51. Вероятнее всего, у родственников. Этот дом известен как доходный дом В. Панюшева. Этот самый высокий и самый большой жилой дом на Арбате, состоящий из трёх восьмиэтажных корпусов, был построен в 1912 году. Дом пережил революцию, и после 1917 года квартиры превратились в коммунальные. Предположительно, Марина с семьёй жили в первом корпусе, выходящем фасадом на улицу.
Этот дом наиболее известен тем, что в 1919–1933 годах здесь жил писатель Анатолий Рыбаков, и многие жители этого дома стали прототипами героев его романа «Дети Арбата», а также повестей «Кортик» и «Выстрел». Сегодня доходный дом Панюшева остаётся жилым зданием с элитными арбатскими квартирами.
В сезоне 1934/35 годов Иван Бойко работал режиссёром-балетмейстером в Театре «Актрисы» Первого Московского женского Теа-Джаза Центрального Управления ГОМЭЦ (Государственное объединение музыкальных, эстрадных и цирковых предприятий). Театр «Актрисы» находился в Государственном цирке по адресу Цветной бульвар, 13 (сегодня – Московский цирк Никулина на Цветном бульваре). Это был первый женский джазовый коллектив, созданный по подобию Теа-Джаза Леонида Утёсова. В апреле 1935 года Театр «Актрисы» был расформирован. Работала ли Марина в этом коллективе вместе со своим мужем, неизвестно.
С сентября 1935 года Иван Бойко был приглашён на службу в Московский Театр Оперетты для исполнения обязанностей заведующего хореографической частью и балетмейстера. Заведующим художественной частью был основатель театра — знаменитый актёр и режиссёр, будущий народный артист РСФСР Григорий Ярон. Московский Театр Оперетты располагался в здании зимнего театра «Аквариум» на Большой Садовой улице, дом 16, где затем, в конце 1950-х годов, было выстроено новое здание, которое сейчас занимает Театр имени Моссовета.
В Московском Театре Оперетты Иван Бойко как балетмейстер поставил несколько спектаклей: «Цыганская любовь», «Сорочинская ярмарка», «Свадьба в Малиновке», «Соломенная шляпка», «Золотая долина», «На берегу Амура» и другие.
На официальном сайте Московского Театра Оперетты в разделе «Летопись театра» и сегодня можно прочитать, что балетмейстером всех этих оперетт является И. Бойко [231].
В этот же период в театре работал Александр Чекрыгин, первый педагог и наставник Марины Нижинской, в «Школе балетного искусства» которого она училась двадцать лет назад. Одновременно он преподавал в балетном училище при Большом театре. Александр Иванович Чекрыгин к этому времени стал заслуженным артистом РСФСР (1922) и заслуженным деятелем искусств РСФСР (1936).
К этому времени Марина Фоминична уже перестала танцевать сама и получила профессию педагога-хореографа. В 1937 году она закончила Московскую городскую педагогическую школу МОСГОРОНО, отделение хореографии. После окончания этой школы Марина Нижинская начала работать педагогом в Доме Пионеров Киевского района в хореографическом кружке для маленьких детей от пяти до девяти лет.
В конце 1938 года Совет Народных Депутатов Туркмении выпустил специальное постановление «О туркменской государственной оперной студии». Основной задачей ставилась подготовка национальных балетных кадров для будущего театра оперы и балета. Для этого был необходим профессиональный хореограф. Нужен был человек особого масштаба, дарования и энергии. В Москву, в Комитет по делам искусств СССР, пришёл запрос из далёкого Ашхабада с просьбой прислать балетмейстера. И Москва прислала его. Этим балетмейстером был Леонид Вениаминович Якобсон [208, 92].
Л. В. Якобсон согласился и принял непростое предложение: ехать в неизвестность, понимая, что профессиональной труппы в Туркмении нет. Летом 1939 года для осуществления поставленной задачи под руководством Л. В. Якобсона в Ашхабад прибыла целая группа педагогов и хореографов из Ленинграда и Москвы. Среди них были Иван Викторович Бойко и Николай Сергеевич Холфин.
Национальные и религиозные предрассудки у туркмен, запрещавшие танец, стали причиной полного отсутствия народной традиции в этой области искусства. В республике не было не только своего национального ансамбля танца, не было даже танцевального фольклора. Пришлось всё начинать с нуля. Перед хореографами встала немыслимая по дерзости задача — создать туркменский танец, собрав его из отдельных пластических элементов, изучая народные игры и обряды. По сути, Якобсон поставил исследовательскую этнографическую задачу [208, 95–96]. Вместе со своими коллегами — И. Бойко, Н. Холфиным и другими — хореограф отправился на машине по дорогам Туркмении. Они ездили по далёким областям и близлежащим аулам. Столичные балетмейстеры открыли для себя неведомую страну, где царили особые этические законы, увидели экзотический азиатский колорит. Изучали традиции, быт, национальную одежду, наблюдали за народными праздниками и ритуалами. Непривычные условия жизни, изнуряющая жара, бездорожье и пыль, языковой барьер — всё это было трудностями, которые приходилось преодолевать для решения поставленной цели [208, 97].
Кроме исследовательской задачи, Якобсон преследовал и ещё более сложную цель: набрать учащихся для открывающейся балетной студии. Местные жители никогда не слышали о балете и на предложение отправить своих детей учиться хореографическому искусству реагировали как на нечто недостойное. Переломить их предубеждение было очень трудно. С особыми сложностями проходил отбор девочек. Однако после двух месяцев изнурительного труда удалось отобрать 80 учащихся [208, 99].
Программа создания туркменского национального танцевального искусства началась с изучения классического танца, и только затем — овладение культурой национальных танцев. И это было самое трудное, так как не имело отправных точек. Среди набранных учащихся выявилось много способных ребят, которые благодаря дисциплине и упорной работе над собой в дальнейшем стали профессиональными танцовщиками.
Балетмейстер Л. В. Якобсон проработал в Туркмении всего лишь год, но сумел сделать очень многое. Благодаря его мастерству, энергии и увлечённости воспитание будущих танцовщиков было поставлено на профессиональную почву. После его отъезда решение задачи разработки движений и определения характера и стиля туркменского танца продолжили балетмейстеры И. В. Бойко и Н. С. Холфин. И в 1940 году в Ашхабаде при Туркменской государственной филармонии был организован Государственный ансамбль народного танца Туркменской ССР, в репертуар которого входили танцы народов мира, а также туркменские национальные танцы, созданные советскими балетмейстерами — Якобсоном, Бойко, Холфиным.
Будучи главным балетмейстером и художественным руководителем Государственного ансамбля народного танца Туркменистана, Иван Викторович Бойко не был призван на фронт после начала Великой Отечественной войны, а продолжал развитие туркменского танца. За свои выдающиеся достижения И. В. Бойко был удостоен звания заслуженного деятеля искусств ТССР.