Я отдам тебе всё

Глава 6

На деревянных ногах, с жутким гулом в ушах от сумасшедшего сердцебиения и с дежурной улыбкой на лице я провожала детей, давая последние наставления. Никто так ничего и не понял. Родители и другие преподаватели с интересом смотрели на группу мужчин в строгой дорогой одежде и эффектную женщину среди них. Мне же было не до них. Кожей чувствовала на себе его взгляд и пылала. Было безумно жарко, и я точно знала, что это не от активных занятий. Только Илья мог вызвать дикую энергию внутри меня.

— До свидания, Евгения Владимировна, — попрощалась мама одного из моих подопечных. — Послезавтра, в это же время?

— Да, всё без изменений. Хорошо вам отдохнуть.

Не успела подойти к нашему маленькому кабинетику, как подруга схватила за предплечье и с силой затянула внутрь.

— Галина спряталась в кабинете, но ты точно в курсе. Кто это?

Ольга кивнула на закрытую дверь, ведущую в зал.

— Незабытое прошлое…

— Чего?

Мотнула головой, осознав, что болтнула лишнего. Ольга склонила голову набок, но руку отпускать не собиралась.

— Не важно. Я не знаю никого, кроме Ильи.

— Не помогла. А Илья, — одной рукой она показала пальцами кавычки, — кто?

— Бывший друг моего брата. Оль, я ничего не знаю, правда.

— Тогда надо узнать.

— И если ты меня отпустишь, я это сделаю.

— Меня аж потряхивает от любопытства.

И ведь так и было. Я чувствовала, как слегка дрожала рука подруги. И если её потрухивает, то меня начинает скручивать. И не только от любопытства.

— Как я выгляжу? — высвободилась из захвата, чтобы надеть кофту, но поздно вспомнила, что она осталась в зале на стуле.

— Красная, растрёпанная и… — Оля слегка пригнулась и втянула воздух возле моей шеи, — немного попахиваешь.

— Прекрасно! Отличное время вернуться, Золотарёв! Ну и фиг с ним!

— Опять не поняла…

Махнула рукой, мол, не важно, и вышла из кабинета. В конце концов, я его не ждала, я на работе! Пусть только попробует что-то сказать. Но моя храбрость тут же испарилась, стоило только заглянуть в когда-то до чёртиков любимые глаза.

— Свободна?

— Да… Но недолго, надо домой, мама…

— Понимаю. Сам не думал, что вот так встретимся.

Илья придвинулся ближе и убрал выбившуюся прядку волос мне за ухо. И так это естественно у него получилось! Я даже не успела моргнуть. Кровь сильнее ударила в лицо, заставляя пылать щёки. Снова почувствовала себя шестнадцатилетней девочкой рядом со своей мечтой.

— Илюш, познакомишь?

Ладошка с дорогим маникюром слегка сжала плечо Ильи, и он вздрогнул. Меня окутало облаком шикарного парфюма, цену которого я точно знала, а поза дамочки во всю кричало об их близких отношениях. Добро пожаловать на землю, Женька!

— Конечно, гхм… — Илья замялся, а я скрестила руки на груди, ожидая чего угодно, но не этого. — Елизавета — моя помощница. Евгения — руководитель кружка танцев и сестра моего лучшего друга.

— Как здорово, когда встречаешь знакомых и друзей, — поддельная улыбка сверкнула на лице «помощницы», а ко мне потянулась для рукопожатия её ладошка.

— Особенно когда это так неожиданно, — криво усмехнулась и убрала руки за спину.

— Лиз, подожди меня, пожалуйста, на улице, мне надо с Женей поговорить.

— Только недолго, ты кое-что обещал, — эта Лиза демонстративно, словно помечая своё, поцеловала Илью в щёку, а в меня полетели острые стрелы. Намёки я читать умею, а тут была открытая угроза.

— Помню. Иди.

— Так о чём ты хотел поговорить?

— Обо всём. Только здесь и сейчас понял, как я по всем вам соскучился.

Мы отошли вглубь зала. Илья закрыл меня собой и убивал своей открытой улыбкой.

— Мы тоже скучали, а потом поняли, что тебе это не надо, и перестали, — склонила голову вбок, чтобы лучше видеть его глаза. Только они не могли соврать. — Скажи, Золотарёв, а что тебе мешало нас навещать, например? Или, сейчас скажу такую глупость, звонить?

— Злишься?

— Да. Сашку жалко. Он ведь верил в вашу дружбу.

— Чёрт, — Золотарёв провёл рукой по волосам, совершенно не скрывая свою вину. — Ты права, ничего не мешало… Как он?

— Хорошо, — пожала плечами, — женат, скоро станет папой.

— Хорошая новость. Дашь его номер? Буду исправляться.

— Дам. Так зачем ты приехал? Такой деловой, с сопровождением, — рукой показала на коридор, где всё ещё маячили дядьки в костюмах и его Лиза.

Но вместо Ильи ответила Ольга. Она встала со мной рядом, грозно вскинув подбородок и уперев руки в бока.

— Уважаемый разрушитель, крушитель судеб и лишитель детей их кружков, вам не стыдно?

— Оль…

— Что, Оль?! Ты так спокойно с ним разговариваешь, словно тебя не касается, что он, — она головой показала на Илью, — через месяц оставит нас без работы.

— Не совсем так…

— А как, уважаемый? — не сдавалась подруга.

— Я всего лишь уполномочен на месте уладить небольшие вопросы…

— По-вашему, снести дом культуры — небольшие вопросы?

Илья слегка поморщился, запустил пятерню в волосы и с досадой посмотрел на меня. Не отрицал! Какой ужас! Только не он!

— Илья, это так?

— Жень…

— Скажи, ты за этим приехал?

— Конечно за этим! Таким, как он, плевать на нищебродов вроде нас… на детей!

Осознание того, что тот, кого я мечтала увидеть, стоит передо мной и он готов разрушить жизни многих, в голове не укладывалось. Тупая боль забила молотом в висках. Кошмар жестокости жизни в лице любимого человека обрушился с такой силой, что мне пришлось ухватиться за плечо Ольги.

— Жень, я не знал…

— Уходи. Сейчас же уходи! И никогда, слышишь, никогда не появляйся!

— Женька, давай поговорим.

— Уже поговорили, господин уполномоченный по «небольшим вопросам», — я настолько разозлилась, что позволила себе толкнуть Золотарёва в грудь, — убирайся!

— Как скажешь, Анисимова, но нам ещё придётся увидеться. Вот моя визитка и советую быть при следующей встрече полюбезнее.

— Ля, какой! Не надо угрожать, мы вас не боимся! Так, Жень?

— Прощай, Илья.

— У меня никогда не появлялось такого дикого и стойкого желания убивать, а сейчас есть! — Ольга ходила передо мной кругами, выкрикивая свои гневные мысли на всю округу. — Припёрлись сюда, словно поиздеваться! Бедная наша Галина…

— Что с ней?

Ольга присела рядом на ступеньки и обхватила свои колени. И если она могла орать, то у меня не было сил даже думать. Но одна мысль так и пульсировала в висках: «Он приехал, чтобы разрушить всё то, что я люблю». Я вертела в руке его визитку, и она мне жгла пальцы. Золотая картоночка с чёрными буквами и одним номером. Только имя и сотовый.

— Пока мы прогоняли этого столичного «бизнесмена», — Оля дополнила кавычками, — Галине плохо стало, откачивали в кабинете нашатырём и валерьянкой.

— Сволочь, — я обхватила голову руками, слегка покачиваясь взад и вперёд.

— Жень… Ты его хорошо ведь знаешь? — я кивнула. Ольга с полминуты молчала. — Расскажешь?

— Что именно?

— Всё. Мы должны знать, с кем имеем дело. И как бороться…

— Оль, ты серьёзно? Галина ведь чётко расписала картину, — я опустила руки и с грустной улыбкой уставилась на подругу. — Нас выгонят, выселят, клуб снесут. Как бороться с тем, что нам не по зубам?

— Брось это упадническое настроение! Кто этот Золотарёв?

— Бывший друг моего брата…

— Это я уже слышала. А ещё? Давай полную информацию, остальное узнаем в глобальной паутине.

Я впервые осознала, что кроме брата никто не знает про мои истинные чувства к Золотарёву. Я их берегла и лелеяла, а потом заперла под большим амбарным замком в самой далёкой комнатке моего сердца. И сейчас я стояла перед выбором. Дальше хранить чувства под замком или выпустить их на волю и… катись оно всё в пекло.

— Жень, ну ты чего молчишь?

А кому мне ещё рассказать, как не Ольге? Хотя… больше и не кому.

— Обещай, что тихо выслушаешь и никому…

— Это великая тайна? — глаза Ольги загорелись таким ярким пламенем любопытства, что я не смогла сдержать смех.

— Спешу огорчить — нет. Моя личная маленькая тайна.

— Так, стоп. Ты и этот Золотарёв?

— Нет, но…

Воображение Ольги подорвало её на ноги, и она встала напротив меня. Пришлось приподнять голову, чтобы следить за ней. Смешная такая, торопится вечно. Ну, пусть погадает, раз не хочет просто послушать.

— Так, последний вариант, и я сдаюсь, — Оля присела на корточки передо мной. — Он тебе изменил!

Ну это уже совсем ни в какие ворота! Я лишь покачала головой на это, не помню какое по счёту, предположение и накрыла руку подруги своей.

— Оль, всё не так. И всё просто до чёртиков. Я его любила с самого детства, а он видел во мне лишь сестру своего друга. Старо как мир.

— А, всего лишь?! А сейчас?

— А сейчас я убита.

— Ты уходишь от ответа.

— Не знаю… — тяжело говорить правду, хранимую столько лет, — думала, что уже разлюбила и всё в этом духе, пока Илья не появился. И знаешь…

— Что?

— Меня убивает тот факт, что человек, который для меня был заветной мечтой, сейчас хочет разрушить всё самое дорогое.

— Это ужасно… Ещё фифу какую-то притащил, — Ольга сморщила мордашку и встала на ноги.

— Не напоминай. Она мастерски мне намекнула на их отношениях.

— Овца… Слушай, но исходя из того, что я наблюдала, он был рад встрече. Может…

— Оля, не надо, не начинай! Я не хочу!

Хитрая улыбка засветилась на милом личике подруги с россыпью веснушек на носу. И я поняла, что её не остановить, а я заочно проиграла.

— Женя, ты только услышь меня. Идея гениальная! Сколько, говоришь, лет вы не виделись?

— Чуть больше десяти.

— И он не забыл тебя, а ты-то и подавно.

— Ладно, — скрестила руки на груди, снова ощущая жжение от бумажки, — выкладывай.

— Поговори с ним, объясни всю значимость нашего клуба. Расскажи о детях, наших успехах. Оденься красивенько, макияжик, каблучки и сама сладость на лице.

— Я не смогу… Я не знаю. Оль, это бесполезно!

— Ты ещё не пробовала, а уже сдаёшься. Жень, сделай это ради наших детишек. Ты же сама будешь жалеть, что не попробовала.

— Ты даже не представляешь, на что меня толкаешь! О чём просишь…

Оля села рядом и приобняла за плечи, целуя в висок. Мне же безумно захотелось вернуться во вчера и чтобы этот день никогда не наступал! И ведь Оля права, ради нашего дела я просто обязана попробовать.

— Женечка, не представляю, но надо.

— Я попробую.

— Спасибо, люблю тебя. А если ничего не выйдет, мы выследим Золотарёва с его мадам и устроим тёмную.

Я не смогла сдержать смех, представляя, как мы с Олей вдвоём надеваем на Золотарёва мешок, связываем по рукам и ногам и мутузим. Ха, мечтать не вредно! Но настроение улучшилось.

— Звони и договаривайся о встрече.

— Прямо сейчас?

— Нет, — подруга пожала плечами, — можешь позавчера.

— Злюка бессердечная.

— Знаю, но у нас мало времени.

Глава 7

— Кто это был?

— Ты о ком?

— О той девушке, — мы уже подъезжали к городу, когда Лиза решила заговорить.

— Прошлое, которое совсем не радо меня видеть.

— Очень интересно. А ты, значит, рад?

Да, я был рад. И сейчас очень рад, что встретился с Женькой. Только обстоятельства обернули нашу встречу в не очень приятную. Но я всё же надеялся и верил, что Женька успокоится и мы сможем нормально поговорить. Я ей всё объясню, но вот станет ей легче от этого? Я в тысячный раз пожалел, что подписался под этот проект и лично приехал. И Женька была права, мне ничего не мешало навещать друзей. А я просто решил забить и строить свою жизнь без них.

— Возможно. Лиз, если ты хочешь что-то конкретно узнать, спрашивай прямо, не ходи вокруг да около.

— Хорошо. Со стороны ваша встреча показалась не только радостной, но ещё и интимной.

— Чего? — я аж повернулся к ней полубоком.

— Илья, я не слепая и не дура. Прекрасно видела, как ты на эту девушку смотрел… даже мне не всегда такой взгляд перепадал.

— Перестань. Тебе показалось. С Женькой связано моё бурное прошлое, моя молодость.

Лиза отвернулась к окну и скрестила руки на груди. Не поверила. Я бы сам не поверил, если бы видел эту картину со стороны. Но мне было плевать. И сейчас плевать. Я никому ничего не обещал и никому ничего не должен.

— У вас что-то ещё есть, кроме прошлого?

— Что? Лиз, заканчивай. Я не в том настроении, чтобы выслушивать глупости.

— Ты сам сказал: спрашивать прямо.

— Да, и я ответил. Заканчивай! — рыкнул, чтобы быстрее закончить бесполезный разговор с примесью ревности.

— Но…

— И ревность твоя мне неприятна. Давай спокойно поужинаем, потом мне надо будет немного поработать.

— Я тебя услышала... Какие планы на завтра?

Мне всегда нравилась Лизкина сдержанность. Ей не надо было повторять дважды свои просьбы и желания. Но неприятный осадок остался. В двух словах рассказал ей про завтрашние планы. И сразу предупредил, что завтра она останется одна. К сожалению, на развлечения времени катастрофически не будет.

— Хорошо, придумаю, чем заняться. Приятно поработать, — лёгкая горечь проскользнула в её голосе.

— Умница. И, Лиз…

— Да? — я повернул двумя пальцами её подборок, заглядывая в слегка раскосые глаза.

— Спасибо за понимание.

Горячий душ приятно плавил мышцы. Не знаю, сколько я вот так в одном положении стоял и смотрел в одну точку. Больше двух часов я сидел за документами, пока в глазах не стали плясать чёрные точки, а шею сводить ломота. Сейчас же я просто наслаждался тишиной, гнал любую мысль, не позволяя сознанию начинать усердную работу.

— Через полчаса я буду готова, — Лиза сидела у изголовья кровати в окружении многочисленной косметики.

— Хорошо.

— Может, отключишь телефон на вечер? Проведём время в тишине…

Лиза нанесла крем и стала плавно растирать по лицу. В одном кружевном белье она смотрелась шикарно. А я поймал себя на мысли, что вся эта сцена выглядит уж очень по-семейному. И вроде бы неплохо, но всё же было НО! Брак пока не входил в мои планы.

— Это моя мечта — хоть несколько часов не отвечать на звонки. Увы и ах… — кинул влажное полотенце на ближайший стул и взял телефон. Несколько пропущенных звонков из головного офиса и один незнакомый, на почтовый мейл пришло несколько писем. — В отпуск хочу.

— И я. Лазурный берег французской Ниццы или Бали! Только не наши курорты, — Лиза сморщила носик, выискивая в бардаке на кровати карандаш.

— Тебя избаловали деньги.

— И что в этом плохого?

— Надо быть проще. Вся моя юность прошла на этих тобой не любимых курортах. И поверь, ничего лучше для меня не было и не будет.

Мобильный снова ожил стандартной мелодией. Лиза фыркнула, а я вышел на балкон в одних шортах.

— Слушаю.

— Эээ… Привет.

Я сразу узнал её голос. Улыбка сама расползлась на лице.

— Привет, Женька.

— Не отвлекаю?

— Нет. Я рад твоему звонку.

Облокотившись на перила, превратился в абсолютный слух. Женя тихо вздохнула, а я мысленно стал её подгонять, меня разрывало любопытство.

— Мы можем увидеться? — скороговоркой выдала она.

— Конечно, во сколько ты завтра сможе…

— Нет, Илья. Сегодня.

Вот это поворот. От такого заявления аж немного завис. Не раздумывая, согласился.

— Да. Давай. Через час нормально?

— Да, отлично. Спасибо.

— Было бы за что. Я наберу тебя, как подъеду.

— Хорошо. Пока…

— До встречи, Женька, — это я уже прошептал, когда она положила трубку.

Солнце медленно приближалось к горизонту. Из ярко-жёлтого небесное светило окрасилось оранжевым, а его жар стал спадать. Лёгкий ветерок с моря дул прохладой, а горожане медленно прогуливались по главной площади возле гостиницы, которая стала моим домом на короткий срок. Быстро вернувшись в номер, стянул с вешалки белую футболку и удобные лёгкие джинсы. Устал от делового стиля, от вечного галстука и рубашек.

— Я ещё не готова.

— Э. Лиз. Тут такое дело… — начал, застёгивая часы на руке.

— Не нравится мне такое начало, — выгнув бровь, Лиза подалась вперёд.

— Мне надо отъехать. Не знаю насколько, но дело серьёзное. Справишься без меня?

— Зашибись. А что за дело?

Быстро накатал сообщение водителю, чтобы подогнал машину ко входу в гостиницы, оставил документы и был свободен до завтра.

— Я же сказал: важное. Не скучай, — быстро чмокнул Лизу в щёку и, пока она не стала дальше допытываться, вышел из номера.

Подъезжая к посёлку, набрал Женю. Мы договорились встретиться на крыльце запасного выхода дома культуры. И всё же я думал, буду первый, когда увидел её одну. Женька сидела, поджав под себя одну ногу, и смотрела на бесконечную линию горизонта.

— Держи, — протянул картонный стаканчик с кофе.

— Спасибо.

Я мягко приземлился рядом, строя различные догадки нашей встречи. Женя долго молчала и маленькими глотками пила горячий напиток. Решив, что торопить не стану, сам завис на красоте вечернего моря, словив полный релакс.

— Не разрушай мою жизнь…

— Прости, что?

Полными слёз глазами Женька смотрела на меня и ждала. А я понятия не имел, что она хочет, о чём говорит.

— Илья, этот дом культуры не просто моя работа, это моя жизнь. А ты приехал и… Пожалуйста, ради всего святого, ради прошлого и ради детей, умоляю, не сносите…

На последних словах Женька стала задыхаться и свободной рукой вытирать потоки влаги на щеках. А у меня сердце сжалось до размера ореха. Я смотрел на зарёванное лицо и не знал, что делать. Схватить её и утешать, как малышку, пока спазмы и слёзы пройдут. Или с ходу наврать, или, что ещё хуже, сразу обрубить всё на корню и уйти. Но я не хотел уходить! И не хотел, чтобы Женька плакала.

— Пойдём, — не спрашивая, взял за руку и повёл к морю.

Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в ярко-оранжевый цвет. Чёрное море сегодня было совсем не чёрное. Оно радовало своим спокойствием, а чистая прозрачная вода так и манила искупаться. Пляж пустовал, но я вдалеке видел гуляющую парочку с собакой. Можно хоть кричать, нас никто не услышит.

Отпустил руку Женьки, скинул лёгкие мокасины, подкатал джинсы и только тогда обернулся на неё. Простой хвост на голове, ни капли косметики и красивые карие глаза с длиннющими ресницами. Женька, ещё будучи мелкой, уже была красавицей. Помню, как друг однажды жаловался, что тяжело ему придётся с толпой женихов сестры.

— Пошли ноги намочим? Но я бы с удовольствием искупался.

— Илья…

— Давай, ты ведь никуда не торопишься? А я жуть как соскучился по морю, — мне не пришлось стараться с улыбкой, Женьке хотелось всегда её дарить.

— Хорошо, — она скинула босоножки и встала рядом, вода доходила ей до колен, слегка касаясь воздушной юбки.

— Как же классно! — не смог сдержать стон, когда ещё слегка прохладная вода стала ласкать ноги. Шагнул глубже, чтобы вода доходила до колен, совершенно наплевав на одежду. — Знаешь… Я только сейчас, когда приехал, понял, как скучал по всему этому, — обвёл рукой вокруг себя, задерживая взгляд на бескрайнем горизонте.

Женька кивнула, но продолжила молчать, будто знала, что я только начал. И ведь это так и было. Меня распирало от эмоций и воспоминаний.

— Помнишь старый деревянный причал? Полуразрушенный, но нами самый любимый.

— По нему чтобы пройти, надо было быть акробатом.

— Точно! Но мы легко справлялись, удерживая равновесие, чтобы добраться до самого края, где глубина позволяла спокойно нырять и ставить рекорды, — я улыбнулся воспоминаниям. — Помню, как на спор прыгали… Сашка, я, Макс и ещё несколько мальчишек. Сколько нам было? Лет по тринадцать.

— Это когда Сашка с разбитой бровью домой пришёл?

— Ага. А я с вывихнутой лодыжкой и ссадинами на лице. Жёстко мне досталось… Хотел показать, какой герой, а в итоге напугал друзей и взбучку от отца получил. Неделю дома сидел. Все на море бегают, а я читаю, — мгновенно вспомнил старую ещё отцовскую книгу про жизнь и приключения на необитаемом острове Робинзона Крузо, — было обидно, но тогда я не понимал, что сам виноват.

— В таком возрасте кажется, что жизнь несправедлива, а родители безжалостно наказывают за мелкие шалости.

— Я всегда знал, что ты меня понимаешь, — как же мне хотелось протянуть руку и крепко сжать маленькую ладошку, чтобы тактильно, не только на словах, почувствовать с Женькой одну волну.

— Илья, пожалуйста, давай поговорим…

Момент был испорчен. Покачал головой и вышел на берег. Женька обернулась и напряжённо проследила, как я сел на ещё тёплые камни, как рукой показал на место рядом со мной. Боже, как же я не хотел заводить этот долбанный разговор, видеть её разочарование.