Цена одиночества
Ему целую ночь не давали покоя мысли о вчерашней девчушке. Хорошенькая такая, забавная. И какая-то одновременно не такая… Не современная что ли. Он и не помнил, когда в последний раз видел на улице девушку без макияжа. И вот нате, Кира. Блондиночка, невысокая, тоненькая. А глаза серые, светлые, проникающие, казалось, в самую душу. Вот и не давали ему покоя эти самые глаза серые. Так и просидел всю ночь на кухне, вспоминая эту девочку и жалея, что так быстро уехал. Надо было до квартиры её проводить, хоть адрес поточнее узнать.
А утром, не успело рассвести, отмахнувшись от распросов матери и отключив телефон, чтобы Таня не доставала его своими глупыми звонками, поспешил в уже знакомый двор. Заехав по пути в дорогой супермаркет, он припарковался у её подъезда и принялся ждать. А когда терпение подошло к концу, решил выйти и спросить у бабулек, сидящих, несмотря на раннее утро, на лавочках, где живёт девушка по имени Кира.
Уже открыв дверь машины, Стас остановился, увидев её, выходящую из подъезда. Сердце сразу забилось чаще. Обрадовался, выскочил из машины и бросился ей наперерез, боясь, что она его не заметит, ускользнёт. Кира остановилась, отшатнулась, но затем, узнав его, улыбнулась:
– Ой, а вы что здесь делаете?
– А я тебя жду, – ответил Стас, глупо улыбаясь ей. Слишком рад был, что всё-таки увидел, и никакие слова пока не шли на ум.
– Зачем? – вполне закономерно спросила Кира.
Стас замялся на несколько мнгновений, а затем шагнул к машине и достал оттуда два больших пакета с эмблемой «Континента Вкуса». Кира даже заходить боялась в этот магазин из-за их непомерных цен. Хотя желание узнать, чем те продукты отличаются от обычных, было велико.
– Я же вчера твои пакеты испортил, – немного смущаясь, сказал молодой человек, – а это вот в качестве извинений. Можешь считать, что меня совесть замучала.
– Что, сильно мучала? – не смогла удержаться она от улыбки.
– Ага, – на самом деле, мучала его не совесть, а нечто другое, но девушке на второй встрече об этом, конечно, не скажешь, так что Стас только неопределённо хмыкнул.
Кира хорошо усвоила один из главных маминых уроков, что подарки у незнакомцев брать нельзя. Да и вообще у кого-либо, чтобы не быть потом никому обязанной. Но от Стаса этот своеобразный презент принять хотелось. Да и это же не совсем подарок, а скорее извинение за вчерашнее происшествие.
– Спасибо, – слегка растерянно сказала девушка и протянула руку за пакетом. Но Стас не спешил ей отдавать провизию, а вместо этого хитро подмигнул:
– Не возражаешь, если помогу донести? Не положено красивым девушкам самим тяжести таскать… На каком этаже ты живёшь? Надеюсь родители возражать не станут?
– Мама уже на работе, – пролепетала Кира
– А папа?
– А папы у меня нет…
Стас никак внешне не отреагировал на эту новость, а вместо этого подхватил пакеты и слегка подтолкнул Киру в сторону подъезда. Поднялся вслед за ней на третий этаж, остановился возле невзрачной железной двери, кое-как окрашенной серой краской. Да уж, серость и убогость кругом. И в самом подъезде витают далеко не самые приятные запахи.
Кира открыла дверь ключом, посторонилась, пропуская гостя вперёд. Задержалась у порога, глядя за тем, как он двумя быстрыми движениями сбрасывает с ног туфли, а затем идёт по небольшому коридорчику, без труда находя дверь в кухню. Идя за ним, Кира вспомнила про оставленную в раковине грязную посуду от завтрака и покраснела. Что он может о ней подумать?
А Стас уже успел водрузить оба пакета на обеденный стол и теперь выгружал из него самые разнообразные вкусности: рыба, мясо в вакуумных упаковках, какие-то пирожные, странное зеленоватое масло, похожее с виду на оливковое, которое Кира с мамой никогда не покупали из-за его кусачей цены. Крупы, соусы, множество каких-то баночек с иностранными названиями. Гораздо больше, чем то, что пропало вчера под колёсами его автомобиля. Интересно, а это всё великолепие влезет в их маленький холодильник?
– Ну, чего застыла? Давай, раскладывай скорее. Я же не знаю, где и что у вас хранится, – улыбнулся ей Стас.
Раскладывание продуктов заняло у них не так уж и много времени. Кира лишь изредка задерживала в руках ту или иную баночку или коробочку, борясь с желанием получше её рассмотреть, а то и понюхать. Но боясь показаться странной в глазах своего незваного гостя, она решила отложить это всё до вечера. Время от времени искоса поглядывала на Стаса, казавшегося странным чужеродным элементом на их маленькой кухонке. Такой красивый, словно из другого мира.
– Ну что, всё купил, что вчера было? – спросил молодой человек, когда пакеты, наконец, опустели, – никаких претензий ко мне нет?
– Да их и вчера не было, – разочарованно выдохнула Кира. Так вот, значит, зачем он приехал. Побоялся, что она решит на него заявление написать? Вот глупость-то какая. Она же и номера машины его не запомнила. И свидетелей наезда не было. Да она не смогла бы найти его, даже если б и захотела.
– Прости, я не так выразился, – Стас поймал рукой Кирину ладонь и поднёс её к губам, девушкам вся сжалась от необычного ощущения, но вырываться не стала.
Некстати зазвонил телефон в её сумке, брошенной в коридоре. А это Наташа, наверное, её ищет. Удивляется, куда она подевалась. Не в Кириных правилах было прогуливать пары.
– Ой, я же в институт почти опоздала! Вернее, уже точно опоздала! – взгляда, брошенного на часы, хватило, чтобы в этом убедиться. Двадцать минут до звонка. Точно уже не успеет. Но Стас, не растерявшись, подтолкнул её в сторону выхода:
– Тогда что мы стоим? Давай бегом! Если «пробок» не будет, то можем и успеть.
Кира боялась дышать, снова очутившись в салоне дорогой машины. Как бы ненароком не задеть сапогами бежевое сидение, на котором будет видно малейшее пятнышко. Стас наклонился, чтобы помочь ей пристегнуться, а Кира замерла, не в силах пошевелиться от его неожиданной близости, от смешинок в ярких карих глазах.
– Держись, красавица. Машина выходит на старт! – весело сказал он, заводя мотор.
Запруженную утренним транспортом улицу они преодолели очень быстро. Кира даже испугаться не успела, наблюдая за тем, как ловко и уверенно Стас маневрирует в сплошном потоке машин. Куда там до него медлительным троллейбусам. Да что там говорить, он оставил далеко позади даже вездесущие маршрутки. Ровно за пять минут до начала первой пары он уже подъехал в зданию медакадемии.
– Ну как, мы успели? – спросил Стас, припарковавшись недалеко от входа. А Кира машинально отметила, что он сказал «мы». Как будто они вместе. Мелочь вроде, а так приятно.
– Успели. Спасибо тебе большое. И за продукты, и за то, что подвёз, – Кира не торопилась покидать машину, хотя до звонка оставалось всего ничего. Но не зная, увидит ли она Стаса ещё раз, ей хотелось побыть с ним подольше.
– Да не за что… Слушай, а занятия у тебя во сколько заканчиваются?
– В три, – ответила Кира, не в силах поверить, что он её на свидание решил пригласить. А если не свидание, то зачем бы ему узнавать, во сколько она освободится?
– Если не возражаешь, я мог бы за тобой заехать. До дома подвезти… ну или ещё куда…
Кира быстренько закивала. Ещё бы она возражала против такого! Подвезти домой, или ещё куда-то, да какая разница, если с ним рядом? На всякий случай они обменялись номерами телефонов, хотя Стас и так про неё уже многое знал: где живёт, где и на кого учится. А она про него? Только имя. Ну ничего, если он ещё приедет, у неё обязательно будет возможность узнать про него всё.
Попрощавшись наконец, Кира вышла из машины и через несколько шагов попала в цепкие лапки своей подружки. Наташа словно ждала её у входа, хотя на самом деле, докуривала последнюю сигаретку, внаглую игнорируя недавние угрозы ректора про массовые репрессии для всех курящих на территории академии. Хотя Титова много что игнорировала. И в первую очередь тот вред, что сама себе наносила этим баловством. Но сейчас сигарета была выброшена и забыта. Наташа бросилась к Кире, с азартом глядя вслед уехавшей машине.
– Опаньки, Славина! Что это я вижу? – со значением присвистнула она, – это с кем это мы с утра пораньше на такой дорогой тачке рассекаем? Давай, колись скорее, девочка-скромница! Все уши мне прожужжала о чести своей великой, что ты ни с кем и никогда… а тут такое! Общественность жаждет подробностей!
– Какие тебе ещё подробности, Наташ? Идём скорее, пара вот-вот начнётся, – Кира попыталась обойти подругу, чтобы нырнуть внутрь, но Титова с самым решительным видом преградила ей дорогу:
– Кирка, с ума сошла? Какая на фиг пара, когда тут такие дела творятся? Отвечай, кто этот красавчик!
– Ты как рассмотреть его успела? Он же не выходил из машины…
– Ну, лица его я и правда не видела. Но уверена, что ботаник ушастый на такой машине разъезжать не станет… И не отходи от темы, Славина, надоела уже! Кто-то вроде на пару торопился? Так вот, быстрее расскажешь, быстрее пойдёшь!
Наташа преграждала дорогу с видом танка, который ни за что не уступит. А Кира и сама прекрасно знала о её упрямстве. И хотя сначала она не хотела кому-либо рассказывать о новом знакомом, Наташка умела добиться своего.
– Его Стас зовут. Фамилию не знаю. Ничего больше не знаю. Но знаю, что он очень добрый и хорший, – как-то неожиданно для самой себя, совсем по-детски объяснила Кира. И сама чуть не рассмеялась от своего объяснения. Ну надо же. Ничего не знаю, но хороший.
– Ух ты, – немедленно отреагировала Наташа, – а как же ты, ничего не зная, поняла, что он хороший? И где ж ты этого хорошего подцепила? Только не говори, что сегодня с ним познакомилась. Знаю я такой тип людей, они таксистами из жалости подрабатывать не станут… А если кого и подвезут, то если девчонка очень понравится, а ты…
Наташа осеклась сболтнув лишнего. Но Кира и без продолжения поняла, что та хотела сказать. Да, она не красавица, чтобы парни на дорогих машинах перед ней останавливались, теряя голову от любви. Не слишком вежливо, конечно, было ей об этом напоминать, но у Наташи частенько срывалось с языка нечто подобное, а Кира и не думала обижаться. На что ей обижаться? На правду? Она не слепая, в зеркало каждый день смотрится, и даже не по одному разу. И сама видит, что хоть внешне и симпатичная, но до Наташки ей далеко. Слишком серенькая, невзрачная. Не хватает ярких красок. Может, нормальной модной одежды, а может и макияжа. Раньше её и так всё устраивало. Подумаешь, мальчики внимания не обращали. Ей всё равно на гулянки некогда ходит, она ж всё свободное время на учёбу тратила.
– А я знаю, что на меня сложно обратить внимание, – ответила Кира, – а Стасу пришлось. Так получилось просто. Он меня вчера на машине сбил. Пришлось до дома везти. А сегодня утром заехал извиниться, да продукты привёз, которые вчера под его машиной пропали…
– А, ясно, – разочарованно протянула Наташа, прикуривая новую сигаретку, – значит, вину заглаживал, чтобы ты на него заявление не побежала писать… Конечно, дешевле продуктов купить, чем потом моральный ущерб выплачивать… Ох, ну и дура же ты, Славина. Тебе судьба такой шанс в руки подкинула, а ты… Вот была бы я на твоём месте, он бы от меня так просто не отделался…
– А чтобы ты сделала? – улыбаясь, спросила Кира. Торопиться уже было некуда. На первую пару они всё равно опоздали. Можно и постоять теперь спокойно, поболтать. О том, что они со Стасом всё-таки обменялись номерами телефонов и, возможно, он ещё захочет увидеться, она решила не говорить. Ну его, Наташа слишком порывиста и непредсказуема. Такое может удумать, что лучше её не посвящать в лишние подробности.
– Ну, я, – Наташа на несколько минут задумалась, забыв про тлеющую в руке сигарету, – я бы подошла к нему, посмотрела бы на него так… проникновенно. И сказала бы: ну что ты, дурак, куда ты смотришь? Не видишь, что счастье тебе само под машину падает? Забирай его скорее, да в ЗАГС вези…
Они обе так живо представили себе эту сцену, что не удержались и громко расхохотались. А Кира с завистью подумала, что Наташа бы ни за что не растерялась, окажись она на её месте. Не упустила бы Стаса. И уж точно успела бы расспросить его обо всём на свете, а не сидела бы молча, боясь лишний раз рот открыть.
5
– Доброе утро, Станислав Альбертович! – секретарша уже была на месте, сияя белозубой улыбкой. И где отец умудрился её откопать? Молоденькая, привлекательная, а ещё и умная. Просто идеальный сотрудник и украшение приёмной в одном лице. Странно, что мать не возмущается, как это супруг её на работе старается окружать себя сплошь молодыми девочками? Или за столько лет супружеской жизни ревность успела покинуть их отношения?
– Доброе утро, Томочка. Что нового?
– Татьяна Яковлевна звонила семь раз, – ответила Тамара, боязливо втянув голову в плечи. Не забыла вчерашний разнос, что устроила всем будущая жена Ярского, – возмущалась, почему у вас выключен телефон и велела позвонить ей сразу же, как вы появитесь.
– Ясно, – нахмурившись, кивнул Стас. Вот же ведьма. Словно чувствует что-то. Нигде от неё не скроешься, – а отец уже приехал? – сам не зная для чего, спросил он. Сам же знал, что приехал. Видел его машину на парковке.
– Приехал. И просил вас к нему зайти, как только приедете.
Ему сейчас показалось, или Тамара взглянула на него несколько настороженно? И значит ли это, что отец опять не в духе? Неспроста, наверное, он вызывает его с самого утра. Стас мысленно выругался, направляясь к кабинету родителя. Что ж за жизнь такая? Он, взрослый двадцатипятилетний мужчина, с высшим образованием, с неплохим опытом на руководящей должности, до сих пор боится отца. Может, не нужно было после института идти работать сюда? Начал бы свою карьеру в другом месте. Глядишь, и не пришлось бы вытаскивать семью из долговой ямы посредством навязанного брака? Тим вон умотал куда подальше, наплевав на архитектуру, на семейное дело. Занимается не пойми чем и даже не думает переживать за родителей. Почему же он должен отдуваться за всё? Он же тоже не мечтал идти учиться в архитектурный, в школе увлекался фотографией, у него неплохо получалось. Но постоянные разговоры отца о том, как он рассчитывает на поддержку сыновей, сделали своё дело.
– Папа, ты хотел меня видеть? – коротко постучав, Стас заглянул в кабинет Ярского-старшего. Тот с кем-то говорил по телефону, но кивнул сыну, чтобы заходил.
Стас сел в кресло для посетителей, откинулся на спинку, вытянул ноги. Ему даже не нужно было пристушиваться к разговору, чтобы понять, о чём идёт речь. Конечно, кто-то из кредиторов. Только они любили испортить настроение с утра пораньше.
– Я вас понял. Мы очень скоро всё решим, – наконец, ему удалось закончить этот явно неприятный для него разговор, и он с облегчением отложил телефон в сторону.
– Ну что там опять? – спросил Стас больше из вежливости, чем от желания знать. Да и что там знать-то. Судя по выражению лица отца уже можно было понять, что ничего хорошего ему там не сказали.
– А там опять проблемы, – устало вздохнул Альберт Данилович, – на местах люди начинают волноваться, зарплату мы им немного задержали, так они теперь отказываются приступать к работе… Трудинспекцией пугают… Неужели не понимают, что у нас просто временные трудности? Негде мне пока взять такую сумму, чтобы со всеми сразу расплатиться. А если мы сейчас в сроки с оставшимися объектами не уложемся, так придётся ещё и неустойку выплачивать. Тогда мне только банкротство останется объявить. Тупые рабочие! Ни хрена не понимают!
От злости Ярский-старший переломил карандаш, вертевший до этого в руках. Отбросил обломки в сторону и слегка пристукнул по столу кулаком.
– Может, тебе помочь? Я сам могу съездить на объекты, поговорить с рабочими. Может, они смогут войти в наше положение, – неуверенно предложил Стас. Удалось бы только подобрать нужные слова. Хотя надежды мало. В отличие от отца он понимал, что у их рабочих тоже свои проблемы. Они мало переживают за возможное банкротство фирмы. Подумаешь. Они все профессионалы своего дела, без работы не останутся. Им бы главное зарплату вовремя получать, чтобы кормить свои семьи. А как раз это им «Строй-Яр» пока обеспечить не может. Следовало поехать к ним и попытаться объяснить всё на месте. Но зная вспыльчивую натуру отца, Стас не без оснований боялся, что тот просто может всё испортить, поставив людям ультиматум.
– Я сам съезжу, – вполне ожидаемо возразил тот, – а ты лучше бы занялся тем, что только ты можешь сделать, чтобы спасти всех нас!
– Папа…, – мог бы и сам догадаться, что этим всё и закончится. Конечно, его помощь нигде не требуется. Только жениться поскорее.
– Что папа, Стас? – всерьёз разозлился Альберт Данилович, – в этой дебильной ситуации ты можешь помочь мне только одним. Жениться на Кудриной и дать её отцу заплатить за нас, наконец, все долги. Чёрт возьми, это же такая малость! Но ты и этого не можешь сделать! Неужели спокойная жизнь твоей матери, брата, меня, да и самого себя, в конце концов, так мало для тебя значит?
Стас резко вскочил с кресла. Разговаривать с отцом уже перехотелось. Лучше бы ему уйти отсюда поскорее, пока он и сам не вспылил и не высказал родителю всё, что он о нём на самом деле думает. Ведь это благодаря отцу они попали в эту ситуацию. Благодаря его неуёмному желанию заработать как можно больше, не считаясь ни с чем. Он и тогда пытался отговорить его от этой затеи – экономить на цене в ущерб качеству. Никто не послушал. Более того, обозвали неразумным молокососом, ничего не понимающем во взрослом бизнесе.
Вышел из кабинета, с трудом удержавшись от детского желания хлопнуть дверью. Прошёл по коридору, не замечая никого перед собой, ни с кем не здороваясь, не обращая внимания на недоумевающие взгляды. Зашёл в свой кабинет и тут же закрыл за собой дверь на замок. Ну их всех. Нужно сначала прийти в себя, а уж потом только начинать заниматься делами.
Едва включив компьютер, Стас сразу же зашёл в почту и обнаружил там электронное письмо от Тима. Младший брат редко ему писал, так что Стасу сразу же стало интересно, что там. В письме обнаружились фотографии – брат отдыхал в Италии. Стас просматривал их с откровенной завистью – сам он уже давно никуда не ездил. Всегда было сдишком много дел, не до развлечений. Зато Тим, судя по всему, веселился на всю катушку. И самое главное, перестал зависеть от родителей. Мать не так давно говорила, что подростковое увлечение Тима, создание компьютерных игр, начало приносить ему прибыль. А судя по этом фотографиям, весьма немалую.
От просмотра Стаса отвлёк телефонный звонок. И лишь посмотрев на дисплей, он скривился, как от зубной боли: Таня. Никак не может оставить его в покое больше, чем на несколько часов. Как будто чувствует те моменты, когда он совсем перестаёт о ней думать.
– Да, Танюш, – Стас поспешил ответить на звонок, зная, как не любит его невеста слушать бесконечные гудки в трубке. Если он не отвечал на её звонки сразу, то плохое настроение ей уже было обеспечено. Ну и ему тоже, соответственно.
– Ого, Танюш? – издевательски протянул голос, – а я уж боялась, что меня сейчас Татьяной Яковлевной назовут… Ты про меня случайно не забыл, родной? Не звонишь, не пишешь… Может, и мне уже звонить нельзя?
– Танюш, не выдумывай, – устало ответил Стас, – сама же понимаешь, что у меня сейчас очень много дел… Могла бы подождать. Я как раз собирался сам тебе позвонить. Соскучился очень… Маме моей, кстати, не звонила? Она очень переживает, как там идёт подготовка к свадьбе…
– Да, только Нине Борисовне и интересно ещё, как у нас подготовка к свадьбе идёт. А ты вообще от всего устранился, – недовольно высказалась ему невеста, но наживку заглотила, – ладно, я сейчас позвоню твоей матери, расскажу ей всё. Может, она захочет моё платье посмотреть. Тебе его всё равно до свадьбы видеть нельзя… Ага, дорогой, и ещё чуть не забыла. Отделку в нашей новой квартире закончили. Надеюсь, тебе интересно на неё посмотреть. Так что ближе к вечеру жду тебя у нас. И чтобы никаких отговорок, надоел уже, вечно занятой. Работа тебе важней меня!.. Ну всё, не буду тебя отвлекать! И чтобы больше никакого выключенного телефона!
Стас едва успел ответить, как Таня уже отключилась. Это он ещё легко отделался. Обычно она сильно злилась на него за невнимание, и могла трепать нервы по целому часу, если ещё не больше. Но ведь не мог он включить телефон, чтобы она звонила ему в присутствии Киры. А ещё нужно придумать что-то на сегодня, чтобы успеть забрать Киру с учёбы, побыть с ней, а вечером успеть к Тане, смотреть этот чёртов ремонт, который ему абсолютно неинтересен.
Убрав телефон, молодой человек с неожиданной для самого себя злобой посмотрел в улыбающееся лицо брата, смотрящего на него с фотографии, обнимающего за талию хорошенькую девушку. Скривившись, нажал на удаление. Видеть его сейчас не хотелось. Да и при мысли, что Тим сейчас радуется жизни, когда сам Стас чувствует себя загнанным в угол, хотелось выть. Ну или крепко выругаться. Или разбить что-нибудь тяжёлое. С этим Стас ещё до конца не определился. Но зависть к более удачливому младшему брату расцветала в его сердце пышным цветом.
Собираясь уйти с работы раньше обычного, Стас сначала хотел проскользнуть незамеченным, но потом решил, что это будет выглядеть слишком странно. Вдруг кто-нибудь из сотрудников заметит собственного шефа, крадущегося по коридорам к выходу. Что тогда о нём подумают?
– Тамара, я поехал на объект, связь там плохая. Так что если меня снова будет разыскивать Татьяна Яковлевна, сообщите ей, что на вечер всё в силе, хорошо?
Ну вот, два в одном. И ушёл спокойно, ни от кого не скрываясь, и алиби себе обеспечил.
В половине третьего Стас уже сидел в машине, припарковавшись недалеко от входа в медакадемию. Понимал, что приехал рано, но вместе с тем торопился, боясь опоздать. Боясь, что Кира не станет его ждать и уйдёт. Ещё по дороге сюда хотел ей позвонить, но так и не решился. Побоялся, что она по какой-то причине может отменить встречу. А ему очень хотелось её увидеть.
Облокотившись на руль, Стас из окна машины наблюдал за студентами, сновавшими туда-сюда возле входа. Большинство из них, конечно же, девушки. Многие были очень даже симпатичные: в курточках, в коротеньких шубках, ярко накрашенные, словно шли сюда не учиться, а на показ мод
Где-то вдалеке приглушённо прозвенел звонок, и через пару минут толпа студентов, выбегающих из здания, стала настолько плотной, что Стас даже вышел из машины, боясь, что не заметит в этой толпе Киру. Девушки, проходящие мимо, ничего не стесняясь, открыто ему улыбались. Некоторые пытались познакомиться с симпатичным молодым человеком на дорогой машине, спрашивая, не их ли он ждёт. Стасу нравилось такое внимание, но лишь до тех пор, пока он не заметил Киру, выходящую из академии. Всё остальное тут же было забыто. Он бросился к девушке, забыв даже про букет изысканно-дорогих красных роз, которые он с такой любовью выбирал в цветочном магазине.
– О, Стас! Здравствуй! – слегка удивлённо произнесла Кира, увидев, кто её встречает.
– Да, я. А ты кого-то ещё ждёшь? – ревность в нём вспыхнула внезапно, от одного только невинного вроде вопроса, произнесённого этим удивлённым тоном. Залезла в голову непрошенная мысль, что он же ничего не знает об этой светленькой девочке, есть ли у неё кто. Просто заявился сюда и думает, что она должна быть рада.
Но Кира просто помотала головой, не скрывая улыбки, и у Стаса отлегло от сердца. Нет, никого у неё нет. Потому что не способна она на обман, это сразу видно. А уж он постарается сделать, чтобы никого и не было. Откуда-то появилась уверенность, что отпустить от себя Киру он уже не сможет. Осталось только узнать о ней всё, что только можно. У Стаса была целая куча вопросов, которые ему хотелось задать, но вместо этого вырвался совсем уж неожиданный:
– Ты, наверное, проголодалась?
– Ну так, немного, – застенчиво призналась девушка, и Стас ухватился за это признание, как за свой шанс. На самом деле, гораздо проще разговаривать в уютном кафе, чем в машине или на улице.
– Тогда позволь пригласить тебя на поздний обед. Ну или ранний ужин. Как тебе самой больше нравится, – Стас галантно предложил ей руку. Кира открыто улыбнулась ему в ответ и без всякого смущения положила руку на его локоть. Краем глаза Стас заметил завистливые взгляды, которые бросали на них девчонки, вышедшие вместе с Кирой. Наверное, её одногруппницы. Пожалел, что сразу не взял цветы, когда вышел её встречать. Наверное, с букетом ей бы завидовали больше. А Стас ещё не встречал девушек, которые не наслаждались бы завистью и вниманием окружающих, особенно подружек.
– Ой, это мне? – когда они дошли до машины и Стас, наконец-то, смог вручить девушке свой шикарный презент, Кира взяла его осторожно, словно что-то ценное, или очень опасное.
– Ну а кому же ещё? Садись давай. А то я скоро тоже с голоду начну помирать, – Ярский сам распахнул перед ней переднюю дверь, помог сесть в машину, а сумку с книгами отправил на заднее сидение. Рядом с Кирой ему несложно было чувствовать себя галантным кавалером: пара комплиментов, обаятельная улыбка и тому подобные мелочи, и вот уже девушка, явно неизбалованная мужским вниманием, смотрит на него с плохо скрытым восхищением. С Таней так никогда не получалось. Та слишком уверена в себе, слишком стервозна, чтобы быть слабой на его фоне. Да и ей, судя по всему, доставляет какую-то радость вечно выставлять его в дурном свете. За одни только вечные напоминания о том, что от неё и её отца зависит будущее его семьи, Стас был готов её возненавидеть.