Сказание о Радонии. Книга 1. По праву крови

— Дам тебе совет, Тимофей Игоревич. Крепко запомни мои слова. Я хоть и княжич, но скоро стану князем. Знаю тебя давно, отцу моему ты верой и правдой служил. За это спасибо. И потому совет тебе даю по-доброму. Пока по-доброму…

Ладони посадника сжались в кулаки. Поджав мясистые, влажно поблёскивающие губы, он слушал Олега, не отводя взгляда.

— Так вот, не забывай: я сын государя. Мой предок эти земли завоевал. А ты хоть и рыба крупная, но не княжеского рода. Ты мне не ровня! Я ценю мудрые напутствия — мудрость людям Зарогом дарована. Но если впредь станешь грубить да язвить, дружбы у нас с тобой не выйдет. Говоришь, разума мне Владыка не дал? Зря были сказаны эти слова. — Олег говорил ровно, не повышая голоса, но в его тоне звенел холодный металл. — И ещё. Не заставляй больше княжича ждать. Ни меня, ни любого из моих братьев. Знай своё место и помни, кто перед тобой. Я не дитя неразумное, а будущий князь. А коли не поймёшь совета моего доброго — пеняй на себя. С моим мечом прежде железного меча Владыки встретишься.

Ноздри посадника затрепетали от частого дыхания. Было видно, что он изо всех сил сдерживается, чтобы не ответить. Он со стуком опустил на стол пустой кубок. Отвернувшись, тихо, подбирая слова, произнёс:

— Слова твои, княжич, я услышал.

Помедлив, негромко добавил, не оборачиваясь:

— Пора тебе. Путь неблизкий, а ночь уже глубокая.

Олег усмехнулся. Он сумел приструнить Тимофея.

— Хорошо, что услышал. Пойду. Хочу ещё с отцом проститься. Зови Глеба, пусть проводит меня к дверям.

— Отпустил я мальчонку уже. Но провожатого мы тебе найдём, — криво ухмыльнулся глава Радограда. — Одному идти не придётся.

Он резко шагнул к дверям, распахнул их и громко крикнул во тьму коридора:

— Ирина! А ну иди-ка сюда!

«Ирина? Служанка?» — мелькнуло у Олега в голове.

Но уже через мгновение он застыл, будто тело сковало морозом.

В комнату вошла девушка. Одетая в длинное алое платье, расшитое золотом, с лентами, заплетёнными в тугие косы, она несла в руке свечу. Свет был слабым и дрожащим. Но княжичу не нужно было всматриваться, чтобы узнать её.

Это была она. Его Ирина.

Девушка остановилась в дверях и, глядя в пол, тихо произнесла знакомым до боли голосом:

— Тут я, Тимофей Игоревич.

Посадник повернулся вполоборота к Олегу и вкрадчиво произнёс:

— Знакомься, княжич. Жена моя, Иринушка. Из рода Туманских.

Улыбнувшись одними уголками губ, он осведомился:

— Может, слыхал о такой?