Ведомая судьбой
– Здравствуйте, меня зовут Корнелия… – поспешила представиться я, решив, что не стоит пренебрегать манерами.
– Да-да, я знаю. Меня прислал мистер Гран, чтобы вам было проще освоиться. Я живу в соседней комнате.
Карин осмотрела меня с головы до пят, не скрывая пренебрежения. «Где её откопали?» – читалось у неё на лице.
Я стояла перед ней босая, в джинсах и футболке, с растрёпанными после сна волосами, и понимала, что утончённостью здесь и не пахнет.
– Приведите себя в порядок, и побыстрее, – Карин протянула мне серый свёрток. – И сделайте что-нибудь с этим… – она поджала губы, и на краткий миг мне показалось, что волосы на моей голове вот-вот воспламенятся.
В свёртке оказалось два платья с длинными рукавами и воротником-стойкой. Оба они были выполнены из плотной ткани, зелёного и коричневого цвета, а по фигуре подгонялись с помощью корсета. Свой выбор я остановила на коричневом платье, а второе повесила в шкаф.
На то, чтобы переодеться, ушло около пятнадцати минут. Кто бы мог подумать, что подобное кощунство над женщинами в виде шнуровки и крючков ещё где-то практикуют. Ведь сначала требовалось застегнуть его спереди, затем затянуть шнуровку сзади. После этого снять наряд, чтобы аккуратно перевязать ленты на спине, и вновь одеться. В довершение ко всему прикрыть крючки декоративной накладкой, которая крепилась пуговками-бусинками на всю грудь. Конечно, я могла справиться и раньше, если бы обратилась за помощью к Карин, но мне попросту не хотелось пускать её в свою комнату. Ещё пару минут я уделила причёске, решив не мучиться и собрать волосы в простую ракушку, признав, что гнаться за местным эталоном красоты сейчас бессмысленно.
– Куда мы идём? – спросила, когда вышла в коридор.
– Сначала я покажу вам замок, а после мы спустимся на обед.
– Здорово, – я растянула губы в фальшивой улыбке.
Странно, но, кроме Карин, со мной никто не разговаривал. Ни на обеде, ни когда мы гуляли по западному крылу замка. Горничные, встречавшиеся нам на пути, по непонятной причине отводили глаза, ускоряли шаг или придумывали нелепые оправдания, чтобы побыстрее уйти. От этого мне становилось не по себе.
В два часа мы посетили столовую. Там я увидела родителей, которые уже уходили, и одетую в платье такого же фасона, как у меня, сестру. Она сидела в противоположном конце зала за столом в компании другой девушки, вероятно, второй версии Карин. Лизи диковато озиралась по сторонам. Я захотела подойти к ней, но Карин не разрешила, сказав, что лишь одна из нас останется здесь, поэтому мистер Гран настоял на нашей изоляции друг от друга. Мне это показалось глупым, но я решила оставить свои мысли при себе.
Вечер мы провели в большой гостиной, где я чувствовала себя если не изгоем, то точно белой вороной. Карин продолжала без умолку говорить о правилах и порядках, принятых в замке. Я её слушала в одно ухо, сосредоточив своё внимание на книжных стеллажах, что стояли вдоль стен. Карин тем временем заострила внимание на малом жёлтом павильоне, в котором с завтрашнего дня будут проводиться мои уроки этикета и танцев. И самое главное, на чём рыжая надзирательница сделала акцент, – это то, что в десять вечера в замке наступает время сна.
***
Я лежала в постели.
«Странные здесь все… А эта девушка – не иначе как мой личный конвой! Может, конечно, я всё это надумываю? И сна ни в одном глазу.»
Перевернулась на другой бок.
«Знать бы, кто мой жених? Не самонадеянно ли я поступила, решив, что смогу влюбить его в себя? У меня и парня-то прежде не было.» – Я закрыла лицо руками. – «Самонадеянно или нет, а разве у меня был выбор?» – ответила я сама себе. Осознав, что сна ни в одном глазу, посмотрела на часы.
Стрелки показывали семь минут после полуночи.
Я больше не могла оставаться в комнате.
Встав с кровати, я посмотрела в зеркало: на мне была длинная пижама с котятами. Конечно, в девятнадцать лет я могла бы выбрать что-то более эффектное, но мне нравилась эта пижама. И котят я любила.
Решив, что так выходить из комнаты не стоит, я огляделась и увидела в стопке привезённых из дома вещей, которую ещё не успела разобрать, махровый халат. Быстро надела его и вышла из комнаты.
В коридоре не было ни души, как, впрочем, и света, так что идти пришлось вдоль стены на ощупь. В гостиной царил такой же мрак. Я нашла диван и включила светильник, стоявший слева от него, взяла яблоко из вазы с фруктами и направилась к книжным полкам.
– Названий почти не видно, – бормотала себе под нос. – Так, "Философия бытия" – неинтересно… "Искусство ведения переговоров" – ну да, настольное пособие Грана. "Основы этикета" – точно нет! "История и мифы государства"… А вот это можно почитать.
Я взяла книгу и устроилась с ней на диване, забравшись на него с ногами.
Прошло где-то с полчаса, хотя, может, и больше, – увлекаясь чем-то, я нередко теряла счёт времени.
– Кто здесь? – раздался мужской голос.
Я хотела спрятаться, но было уже поздно.
– Ты кто такая? Я тебя здесь прежде не видел.
– Корнелия, приехала сюда вчера утром. А ты кто?
– Тебе не нужно это знать…
Мне показалось, что он улыбнулся. И я решила попытаться разжиться информацией, раз уж подвернулся случай.
– Нечестно, моё имя ты знаешь.
– А тебе нельзя здесь находиться.
– Как и тебе, – с укором ответила я.
– Точно подметила, – незнакомец расположился на диване, напротив. При этом лицо его по-прежнему оставалось в тени. – Но всё-таки зачем ты здесь?
– Хотела отвлечься. А ты? – мне стало интересно, кто скрывается во мраке.
– Тоже. Кстати, твоим хрустом можно перебудить ползамка, – его явно забавляла эта встреча.
Я посмотрела на яблоко, потом перевела взгляд на фигуру незнакомца. Да он издевается! Хотелось разозлиться, но уголки губ невольно поползли вверх.
– Знаешь, уже поздно, – встав, я направилась к стеллажу, чтобы поставить книгу на место.
– Возьми с собой, – в его голосе мелькнули тёплые нотки. – Это не самое популярное издание, его не хватятся, а я никому не скажу.
Впервые за день на душе стало легче.
– Спасибо.
– Завтра придёшь?
– Не знаю.
– Приходи, – в голосе парня прорезались властные нотки. – Иначе расскажу, что видел тебя здесь.
– Ладно, – чуть раздражённо проговорила я, – приду.
– Тогда в это же время. Кстати, отличная пижама, – произнёс он мне вслед. – Всегда любил котят!
Я порадовалась темноте, которая скрыла моё смущение и покрасневшее лицо.
***
Утром еле встала.
И вновь мы с Карин не разлучались ни на минуту… День длился мучительно долго. Отличался от вчерашнего он разве что уроками этикета и танцев. И, как оказалось, оба были по-своему уникальны.
– Спину держите прямо. Плечи назад, опустите их вниз. Голову чуть ниже, глаза не поднимайте.
– Зачем? – не удержалась я от вопроса.
– Молчите, пока с вами не заговорят, – прикрикнул на меня учитель, хилый седовласый старик.
Судя по тому, как Карин лепетала перед ним, складывалось ощущение, что он весьма авторитетная фигура. Но я не прониклась к тому, кто пытался сделать из меня либо куклу, либо дрессированную собачку.
– Вы дерзкая и несдержанная девчонка, вам бы поучиться хорошим манерам, – прошамкал старик одними губами, – хотя бы у собственной сестры.
Неужели? Этот комментарий я решила оставить без ответа.
В душе всколыхнулась тревога за Лизи. Да, она та самая паинька, о которой мечтает каждый родитель, но, в отличие от меня, сестрёнка спрашивала обо всём, что её интересовало. И молчание – это точно не про неё, разве что она напугана до крайней степени. Но для этих мыслей не было ни времени, ни места.
После занятий я решилась задать интересующий меня вопрос своей надзирательнице. Ведь несмотря на отсутствие возможности побыть одной вне своей комнаты, информацией меня никто не баловал.
– Карин, скажите, когда меня представят сыну мистера Грана? И как мне следует с ним себя вести?
Ответом мне послужило брезгливое выражение на лице служанки. Я уже успела подумать, что на этом наш разговор можно считать завершённым, но спустя минуту девушка заговорила:
– Леопольда вы увидите в своё время. Не придумывайте себе лишнего. Выбираете не вы, а вас. Как вам себя вести… – Она смерила меня оценивающим взглядом снизу-вверх. – Можете не напрягаться. Ваши тщания обречены на поражение.
Услышав столь “лестный” отзыв, я немного опешила. Впрочем, не стоило расстраиваться, ведь даже из такого диалога можно было извлечь пользу. Во-первых, этой девице я явно пришлась не по душе, и с ней стоит быть осторожнее. Во-вторых, она невысокого обо мне мнения. А гордецы, как известно, платят за свою надменность.
Наконец я вернулась в свою комнату, чувствуя безмерную усталость. Тело и душа просили отдыха, но покой казался недостижимым: мне предстояло пойти на встречу с безликим манипулятором. Нельзя было сказать, что увидеться с ним мне не хотелось. Да и ничего предосудительного в этом вроде нет. Единственное, что меня смущало, – ночь.
Спустя три часа я стояла перед зеркалом в джинсах и сером длинном свитере со сложным воротником.
«Оставить ворот прямым или отвернуть на плечо?.. Впрочем, ради кого мне стараться?»
***
– Привет. Рад, что ты пришла.
– А у меня был выбор? – вместо приветствия спросила я, желая дать понять шантажисту, что нахожусь здесь не по своей воле.
Он опять сел так, чтобы я не могла разглядеть его лица.
– Прости, – повинился парень. И сейчас в его голосе не слышалось вчерашней властности. – Не хотел тебя обидеть, лишь ещё раз увидеться.
– Зачем?
– Просто так. Ты ведь не против? – с легкой иронией отозвался незнакомец.
Я пожала плечами.
– Лучше присаживайся и расскажи, какие у тебя впечатления о замке? Наверняка их немало.
«И ради этого он меня позвал?»
– Ты серьезно?
– Конечно.
Парень не являлся тем, кому хотелось открыть душу, но у меня накопилось достаточно эмоций.
– Здешними местами невозможно не восхищаться, и подобного рода замки я видела только на страницах книг… Но я постоянно слышу о том, на что не имею права. Никуда нельзя уйти и даже с сестрой запрещается говорить! Разве это справедливо? – К глазам подступили слезы, но каким-то чудом я их сдержала.
– Мне жаль, – с грустью произнес незнакомец, и это прозвучало искренне. – Расскажи, чем ты жила раньше?
– Ну уж нет, ты и без этого в состоянии меня шантажировать.
– Прости, и в мыслях не было обидеть тебя.
Почему-то мне захотелось ему поверить.
– Что ты хочешь знать?
– О твоей прежней жизни: что нравилось, чем увлекалась. Мне все интересно.
– Хорошо. Однако есть условие. Говорим по очереди: один вопрос, один ответ.
– Договорились. Так чем ты занимаешься и интересуешься?
– Учусь в университете, в свободное время читаю книги, а прежде увлекалась танцами, точнее, художественной гимнастикой.
– А почему перестала?
– Просто все изменилось, – я рвано выдохнула. – Моя очередь: как мы с семьёй так быстро сюда добрались? Мы всего лишь ночь ехали, а это место не похоже на те, что я прежде видела.
Я ощутила на себе пристальный, испытывающий взгляд незнакомца.
– Ты веришь в магию?
– Нет.
«Я ведь не ребенок, чтобы верить в сказки!»
– А она есть. Люди ею не владеют, но преобразовывать её в энергию, чтобы иметь возможность открывать порталы между мирами, вполне реально. Вот ты прибыла из Видэлла. А это – Сиелдер. Миров в принципе множество. И путешествовать между ними возможно, хоть и затруднительно. Да и, – Он развел руки и пожал плечами. – Не всем это доступно.
– Конечно, – произнесла я скептически, не поверив ни единому слову, и покрутила в руках книгу. – Читаю я, очевидно, как и говорю, на иномирном языке, так?
– Именно, это магия.
– Ну да… – хмыкнула я, решив сменить тему. – А сам чем интересуешься?
– Всем понемногу, но особенно политикой, а ещё путешествую по окрестным землям.
– Серьезные у тебя увлечения, – я поймала себя на мысли, что, несмотря на всё, беседа с ним мне в радость.
Мы говорили и говорили. В какой-то момент незнакомец подался вперёд и положил свою руку поверх моей. Из темноты показалась половина его лица.
Он был молод и привлекателен, с аккуратно уложенными тёмно-русыми волосами. Тёплый взгляд его глаз мягко, ненавязчиво изучал меня.
К горлу подступила горечь, и я резко встала.
– Мне нужно идти, – произнесла я, стараясь не смотреть на него. – Нам больше не следует видеться.
Парень тоже поднялся с кресла.
– Остановись, – отчеканил он. Это был приказ.
– Нет, – ответила я сухо.
«А что тут скажешь? В этих встречах нет ничего предосудительного? Ха!»
– Скажи хотя бы почему? – он сбавил тон.
– Ты ведь знаешь, кто я, а значит, тебе известно, с какой целью меня привезли сюда.
– И что? Беспокоишься о браке с сыном герцога?
– Герцога? – я от удивления даже рот раскрыла. – Да, поэтому.
– Но ведь есть ещё твоя сестра.
– Так и есть, но это я убедила её приехать сюда, мне и платить.
Он хотел что-то возразить, но, не дожидаясь этого, я вышла из зала. По моим щекам текли слезы.
Маренго – это глубокий тёмно-серый (с чёрным или синеватым отливом).
Глава 3: Суд
Сэмюэль Гран
Наши отношения с сыном всегда складывались не просто, но его последняя выходка чуть не загнала меня в могилу. Как Леопольд додумался отказаться принять титул герцога, если не женится на одной из дочерей семьи Шелтон?! Каков глупец! Все герцоги понимают, что брак должен усиливать мощь рода. А я, несчастный, привёз в свой дом идиотов, не знающих о существовании рода Гран!
Почему Леопольду потребовалась именно одна из этих девиц? Они ведь даже не красавицы! Что это? Прихоть? Желание держать при себе что-то, что будет напоминать о матери? Так себе экзотика… А сколько усилий потрачено, времени? Почти тринадцать месяцев ушло на то, чтобы найти это семейство и разрушить их идиллию. Сколько они должны после продажи дома? Ах да, около восьми миллионов хром. Естественно, они согласились, ведь сверху останется еще два.
Я довольно улыбнулся и закрыл глаза.
Раздался стук в дверь, после чего в кабинет зашёл Леопольд.
– Отец, вы желали меня видеть?
– Да, сын, думаю, нам есть что обсудить.
– Как вам будет угодно.
Следом за Леопольдом в кабинет просеменил Парфей.
– Желаете кофе, мой лорд? – немедленно спросил он.
– Да, и побыстрее.
Мальчишка-секретарь выглядел неприметно, его лицо легко забывалось, стоило лишь отвернуться. Однако он отличался ответственностью, немногословностью и, главное, умел держать язык за зубами. Последнее качество мне в нём нравилось больше всего.
Через пару минут на столе стояли две чашки с ароматным напитком.
– Что-нибудь ещё, господин?
– Закрой дверь снаружи.
Когда мы остались наедине, Леопольд заговорил первым.
– О чём пойдет речь?
– Не догадываешься? Я исполнил свою часть уговора. Девушки здесь. И теперь меня волнует, когда ты исполнишь своё обещание.
– Ещё не время. Мы не объявили о помолвке.
– Не дерзи мне, сын, – сдерживать раздражение сил уже не оставалось. – Этим землям нужен герцог, а мне – покой.
– Хорошо, это справедливо, – с подчеркнутым смирением ответил Лео. – Я приму титул в день, когда мы объявим о помолвке с одной из семьи Шелтон.
– Ты будто смерти моей хочешь.
Из моей груди вырвался тяжелый вздох. Этот дерзкий мальчишка вырос и стал слишком своевольным.
Оставшись один, я погрузился в размышления.
Как же так вышло, что мы с сыном перестали друг друга понимать? Ведь когда он был ребенком, то внимал каждому моему слову… Да, пожалуй, не стоило позволять ему проводить столько времени с матерью. Она его избаловала.
***
Корнелия
Утро началось как обычно, за одним исключением: я нигде не видела Карин. Неужели свобода? Задумываться о возможных причинах не хотелось. И я поспешила на завтрак.
«Возможно, сегодня мне удастся что-то выяснить о женихе?» – надеялась я, но все мои мысли улетучились, стоило увидеть на лестнице Лизи. Она шла на пол пролета впереди вместе со своей сопровождающей.
– Элизабет! – окликнула я сестру и поспешила на верх. Оказавшись рядом, отметила её обкусанные губы и обломанные ногти. Иногда, когда Лизи не могла справиться со своей тревогой, в ней просыпалась эта дурная привычка.
Мне хотелось наплевать на правила и обнять сестру, но, не желая прослыть нарушительницей порядка, лишь спросила:
– С тобой хорошо обращаются?
– Да, – кивнула Лизи и скосила взгляд на девушку. Та, на удивление, не вмешивалась и смотрела на нас с сочувствием.
– Ты уже познакомилась с Леопольдом? – задала я мучивший меня вопрос.
– Ещё нет, – ответила Лизи. – Вроде как нас планируют ему представить через пару дней. – До сих пор незнакомая девушка согласно кивнула и подала голос.
– Мисс Элизабет, Корнелия, вам не стоит общаться. Относительно этого господин Гран отдал четкие распоряжения. Прошу, не подставляйте меня.
Я видела, как Лизи засомневалась, что же делать: остаться со мной или следовать за камеристкой? И решила не медлить. Наклонилась к ней, словно для того, чтобы поправить ленту в её волосах, и прошептала:
– Постарайся вести себя тихо и незаметно, когда нас представят жениху. – Сказав это, я отшагнула в сторону и первая двинулась дальше по лестнице.
А на уроке этикета решила, что нужно взяться за дело серьезно. Не важно, нравится мне то, чему меня учат, или нет, у меня есть цель. И если манеры могут помочь мне расположить к себе Леопольда, нужно приложить все усилия.
Занятия проходили в том же павильоне, что и вчера, но сегодня я обратила внимание на детали. Одну из стен украшало панно с нарисованными цветами, а в вазах стояли живые чайные розы. Основное пространство оставалось свободным, чтобы по паркету можно было кружиться в танце, а вот ближе к камину стоял стол, сервированный на одну персону.
Встретили меня, как и вчера, двое: пожилая женщина с пепельными волосами и безупречной осанкой, и мужчина с острыми скулами и холодным взглядом лет пятидесяти.
Я слушала их внимательно, стараясь впитывать каждое слово.
– Мисс, – произнес мужчина, – возьмите столовые нож и вилку.
Обрадовавшись, что понимаю, чего от меня хотят, я схватила приборы, а в следующий миг услышала:
– Что же вы делаете? – всплеснула руками женщина.
– Миссис Орла, – вмешался учитель, – продемонстрируйте, пожалуйста, Корнелии, как правильно пользоваться ножом и вилкой. – В его интонации я уловила издевательские нотки, но не подала виду.
– И так, – взяв с серебряного подноса точно такие же предметы, она села за соседний стул и начала показывать наглядно. – Указательные пальцы вытяните вдоль рукояти, но следите, чтобы пальцы не выходили за её пределы. Зубчики вилки всегда должны быть направлены вниз.
Я попробовала повторить. Приноровившись, попробовала положить в рот воображаемую еду и наклонилась вперед.
– Что вы делаете? – воскликнула Орла. – Благородная мисс всегда сидит с прямой спиной и не тянется к вилке.
– Запомню, – смиренно согласилась я.
Прежде я считала, что знаю, как вести себя в обществе, но тут поняла, что местные порядки намного жестче. А к концу урока, когда узнала, что помимо обычных вилок и десертных есть еще: устричные, для костного мозга и лимонные, в голове вообще все перемешалось.
И все же с занятия я вышла в приподнятом настроении, решив в ближайшие полтора часа, до урока танцев, побродить по замку, но этому не суждено было сбыться. У дверей меня караулили двое: девушка и парень. Они выглядели не старше двадцати восьми лет. Одного взгляда на них хватило, чтобы понять: ждать хорошего не стоит. Их лица, словно высеченные из камня, не выражали ровным счётом ничего.
– Мисс Шелтон, вас ожидают на совете, – сообщил мне молодой человек.
– На каком совете?
«В первый раз об этом слышу, – подумала я. – И что с ними такое? Ох, а ведь они были среди тех, кто встречал нашу семью по прибытии, почему же я не запомнила их имена?»
– Вы узнаете всё на месте. Прошу, следуйте за нами.
Мне показалось или я услышала сочувствующие нотки?
– Ладно, – кивнула, и мы молча отправились в ту часть замка, где бывать мне ещё не доводилось.
Зал оказался не очень большим, но десять человек, включая меня, разместились здесь без труда. При этом выглядел он богаче тех, что мне доводилось видеть до этого, создавая давящее ощущение. Вдоль стен висели огромные картины, запечатлевшие фрагменты исторических битв. Алые тяжелые портьеры добавляли пафоса, а изобилие серебряного декора усиливало эти ощущения. На противоположной стороне от входа возвышался помост, на котором стояли два кресла. В одном из них восседал мистер Гран, а в другом – неизвестный мне юноша. Подле него стоял молодой мужчина, также мне незнакомый, а рядом с Сэмюэлем – Карин!
Наши глаза встретились, и надзирательница приторно улыбнулась. И скрывалось в этой улыбке некое злорадное предвкушение, не сулящее ничего хорошего. Мне происходящее нравилось все меньше, и это ощущение усилилось, когда я заметила своих родных слева от помоста.
– Мисс, пройдите вперёд и встаньте посередине, – велел сопровождающий. Сам он вместе с девушкой остался у входа.
Мысли лихорадочно метались в моей голове. «Что происходит? Зачем я здесь?», но указания я выполнила.
– Мисс Корнелия, – начал Гран. – Мне стало известно о вашем вопиющем поведении…
Эти слова прокатились по залу и ударили меня не хуже пощечины. Я бросила взгляд на сестру, в её глазах читалось непонимание вперемешку со страхом, и от этого у меня скрутило все внутренности: «Неужели им стало известно о моих ночных похождениях? Если так, то семья лишится последнего шанса на спасение, или хуже. Расплачиваться за него придётся Лизи, и виновата в этом буду я…»
В груди что-то сжалось. Я оцепенела от ужаса, не в состоянии вдохнуть или вымолвить слово.
***
Сэмюэль
Тремя часами ранее:
– Господин, Карин настаивает на срочной аудиенции, – сообщил Парфей.
– Что у неё?
– Отказывается говорить, – поджал губы секретарь. – Сказала только, что информация конфиденциальна.
Я задумался.
– Ладно, пригласи.
Карин вошла в кабинет и присела в реверансе.
– Вы согласились принять меня, ваша светлость, благодарю, – её желание выслужиться читалось в каждом движении.
– Прошу, переходите к делу.
– Слушаюсь, милорд. Вы приказали мне присматривать, – она замялась, – за мисс Корнелией. Так вот, вчера ночью я видела её с мужчиной.
Эта новость меня удивила, что случалось не часто.
– С кем именно?
– Не знаю, но, судя по разговору, это не первая их встреча.
– А какая? – я повысил голос. – Эта девчонка здесь всего несколько дней!
Служанка на это ничего не ответила, лишь сжалась.
Кто бы мог подумать?! Однако мне это на руку.
– Можете идти, Карин.
***
Корнелия
Сейчас:
– Вы были замечены в связи с мужчиной! Скажите, вам вообще известно, зачем вы здесь?
Я сглотнула и вновь обрела голос.
– Да, но… – еле слышно вымолвила.
– Никаких "но", – в голосе герцога слышалась сталь. – Подобное поведение недопустимо в этих стенах.
Эти слова прозвучали как приговор, выкачивая из меня все силы.
– Вы опозорили себя, вашу семью и подорвали моё доверие… – Гран всё больше распалялся.
Вдруг молодой человек, сидевший подле герцога, решительно перебил его.
– Отец, ваша забота о чести нашей семьи похвальна. Однако мисс Корнелия находилась со мной. И вы бы об этом знали, если бы сообщили мне о своих тревогах. Да и ещё, – он обвел взглядом всех присутствующих, – не слишком ли это?
Слова сына, казалось, застали Сэмюэля врасплох, а меня словно вывели из ступора.
– Леопольд, – тон герцога резко переменился, и он вполголоса произнёс. – как ты мог, это поведение не достойно…
– Отец, позвольте мне самому решать, что достойно, а что нет. По моему мнению, беседа тет-а-тет позволяет узнать человека лучше, чем на официальном приёме.
Неужели это он? Я не могла поверить. Голос похож, а вот манера речи и поведение отличались. Ночной собеседник казался более уверенным и раскрепощённым.
Тем временем препирательства отца и сына завершились.
– В таком случае, полагаю, вопрос исчерпан.
– Позвольте мне сказать ещё пару слов? – обратился Леопольд к отцу.
Тот кивнул.
– Раз уж все собрались, я хочу объявить о своей помолвке с мисс Корнелией. Не вижу смысла более откладывать. Корнелия, попрощайтесь с семьёй, сегодня вечером они покинут замок.