Ведомая судьбой

Глава 5: Предательство

Сэмюэль Гран

– Вы меня вызывали, ваша светлость?

– Да, Максимилиан, входите. – Я кивнул на второе кресло. – У меня есть к вам дело.

– Чем могу быть полезен?

– Вы умный юноша и умеете извлекать выгоду. А мне нужна ваша услуга.

«Надеюсь, я не ошибся, в твоих амбициях, мальчик».

– Всё, что прикажете, ваша светлость.

– Я пекусь о счастье моего сына и опасаюсь, что Корнелия Шелтон не та, кто ему нужен. Вы так не считаете?

– Боюсь, на этот вопрос у меня нет ответа.

– Хм… Очень жаль. Вы, Максимилиан, имеете удивительное влияние на Леопольда. Прискорбно думать, что вы осознанно отказываетесь мне помочь. Ведь я никогда и ничего не забываю.

– Мне это известно. – Он почтенно склонил голову. – Но я служу вашему сыну.

Повисла пауза. Я постукивал ногтями по дубовому столу, думая о том, какая несговорчивая нынче молодёжь.

– Вы заблуждаетесь. Служить вы можете только своему герцогу, а Леопольд пока лишь преемник. Знаете, мне жаль тех, кто не видит сути. Их титул и статус может обратиться в пепел. А они этого даже не заметят. Вы когда-нибудь думали об этом?

– Постоянно, – хладнокровно ответил Максимилиан. Но мускул на его виске дрогнул.

– В таком случае не разочаровывайте меня. Вам всего-то нужно устранить одну помеху.

– Приложу все усилия.

Стоило Максимилиану покинуть кабинет, как я вызвал своего помощника.

– Парфей!

– Да, господин?

– Мне нужно, чтобы за Максимилианом и этой девицей – Корнелией постоянно следили.

– Как прикажете.

– Хорошо, я хочу знать, как поведёт себя этот… Будет некстати, если у него неожиданно проснётся совесть.

Корнелия

На следующий день за обедом ко мне подошла Анит.

– Привет, как настроение?

– На удивление хорошее. – Я широко улыбнулась.

– Это замечательно, а то я боялась, что тебя заденут слова Максимилиана, – сказала она с виноватым видом, а затем добавила: – Случайно подслушала.

– Спасибо за беспокойство, но я и не думала обращать на него внимание.

– Ты молодец, можно позавидовать твоему хладнокровию, но я вообще-то не просто так пришла, а с дарами.

– Какими? Неужели сейчас я увижу знаменитое кружево?

– Нет, – она рассмеялась. – Их доставят через пару недель. – Сказав это, она потупила взор и продолжила уже спокойнее: – Думаю, это порадует тебя куда больше.

Анит протянула мне книгу, название которой гласило: "История зарождения империи Дарон".

– Ого, это мне?

– Да, тебя ведь не пускают в нашу библиотеку.

– Так и есть, – я с досадой поджала губы. Несмотря на обещание Лео, ходить где угодно я не могла. – Довольствуюсь тем, что имеется в общей гостиной. А ты откуда знаешь?

– Талант у меня такой, – она лукаво подмигнула. – В гостиной выбор не большой, так что бери.

Я не удивилась, что Анит подслушала мой разговор с Максимилианом. Она знала все сплетни и с жаром их пересказывала. Но в моем случае она, видимо, пыталась извиниться за нарушение личных границ.

– Спасибо, а у тебя не возникнет проблем?

– Не беспокойся, это моя собственная, из личной библиотеки.

Анит ушла так же быстро, как и появилась, а я почувствовала безмерную благодарность за подарок.

Книга оказалась познавательной.

В ней рассказывалось о том, что империя Дарон возникла 1872 года назад. Изначально на её территории находилось несколько племён, которые постоянно сражались за территорию. В то время энергетические потоки, пронизывающие всю империю, еще не использовались в повседневной жизни, и магические явления носили спонтанный характер. Однако волею судеб в племени Дар появилась девушка Алара, в чьём теле с самого рождения присутствовало мощное энергетическое сплетение. Вопреки существующим правилам, она стала выдающимся воином и завоевала уважение своих соплеменников. В пятнадцать лет Алара могла управлять землёй: в мгновение ока она создавала горы или ущелья.

Её не устраивали бессмысленные распри между племенами, и, осознав возможность всё изменить, Алара заручилась поддержкой двенадцати уважаемых мужей своего племени. Затем к ней присоединились прорицатели, а после и всё племя. Так началась эпоха завоеваний.

Алара отличалась талантом стратега и с соратниками общалась на равных. Она, как истинный лидер, всегда прислушивалась к советам, но решения принимала сама. Алара стремилась избегать ненужных потерь среди своих воинов и покорённых племён. Завоеванные народы быстро присоединялись к ней, понимая, что их не стремятся угнетать.

За восемь лет Алара объединила двадцать семь племён. Через полгода после этих событий она провозгласила свои владения империей Дарон и приняла корону. Затем разделила империю на двенадцать частей и передала их в управление своим доверенным лицам – герцогам.

В течение следующих десяти лет благодаря союзу императрицы, герцогов и прорицателей произошли значительные изменения: были возделаны поля, народ занялся скотоводством, сформировалась постоянная армия, началась чеканка единой монеты. Для быстрого изъятия из оборота старых денег открыли пункты обмена. В эти десять лет Алара заложила прочный фундамент для развития империи.

Ген, которым обладала Алара, передавался по наследству, но только старшему ребёнку. По иронии судьбы, в каждом поколении первенцами рождались исключительно девочки. Сила проявлялась по-разному, но всегда с пятнадцати до девятнадцати лет.

Былые времена уходили в прошлое, но одно оставалось неизменным – религия. Люди продолжали поклоняться богам света и тьмы, как и во времена разрозненности. Бог света – Фэбрион – олицетворял жизнь, порядок и магию мира. Богиня Раселла символизировала тьму, хаос и смерть. Для поклонения им возводились храмы, а истинными служителями богов считались оракулы.

Прочитанное поражало, но именно в этот момент я приняла как данность свою новую жизнь.

Глава 6: Разговор по душам

Корнелия

– Максимилиан, вы проводите в одиночестве четвёртый вечер подряд, неужели хорошеньких девушек в округе не осталось? – донёсся до моего слуха едкий комментарий Роуда.

– Не думал, что одиночество – это порок, – равнодушно ответил советник.

Действительно, было странно видеть его одного, но нельзя не отметить, что стало намного тише.

– Корнелия, о чём вы задумались? – будто прочитав мои мысли, спросила подошедшая Лиой.

– Почему мы всегда собираемся здесь три раза в неделю? Разве это не странно?

– Вовсе нет, тут несколько причин, – она села рядом. – Основная – это вы. Из присутствующих здесь живут Леопольд с Максимилианом, Анит и я. Остальные, как мне известно, прибыли по делам, но по просьбе будущего герцога согласились погостить в замке некоторое время. Для чего? Чтобы вы обрели опыт общения со знатью перед помолвкой. Но и для нас это важно. Ведь таким жестом Леопольд показывает свою лояльность к нам. Заметьте, все в этой комнате занимают особое положение.

– И какое же? – Я осознала, что недооценивала важность этих встреч.

Лиой, видимо решив проявить благосклонность ко мне, неразумной, спокойно начала объяснять.

– Посмотрите, кто здесь: Леопольд – он в скором времени начнет управлять этими землями. Максимилиан – его советник, это очень почётная должность. Но не подумайте, что он получил её благодаря дружбе с Леопольдом. Все мужчины его рода были советниками при одном из двенадцати герцогов на протяжении последних пяти поколений. Анит – младшая дочь главнокомандующего армии Фаргоа. Она не так наивна, как кажется. А моя цель – стать фрейлиной при следующей императрице, и поверьте, это не просто слова. Вы должны понять, все мы, кроме Леопольда, дети очень влиятельных семей, напрямую не наделённые титулом. Но благодаря имени, нас всё равно ждёт яркое будущее.

– Значит, мне не показалось. Вы не друзья? И речь идет здесь лишь о власти?

– Зависит от точки зрения, – Лиой одобрительно кивнула, – но нет, мы не друзья. И да, вы уловили суть.

Её слова меня не обрадовали.

– Понимаю, – тяжело выдохнула я.

– Корнелия, – она как-то ласково, словно наставница, посмотрела на меня и погладила по руке, – вы кажетесь мне чистой и незапятнанной. Поймите, в каком обществе вращаетесь. – Её глаза отчего-то стали печальны. – Ведь сейчас вы в него не вписываетесь.

– Я вам не помешаю? – К нам подошёл Максимилиан.

– Конечно, нет, – с улыбкой, как ни в чём не бывало, ответила Лиой. – Мы уже закончили.

Она поднялась с диванчика и оставила нас с советником наедине.

– Вам что-то нужно, Максимилиан?

– Нет. Сегодня я пришёл поговорить как друг.

Верилось мне в это с трудом.

– Правда?

– Да. Я признаю, что был не прав.

– Неожиданно, но почему вы передумали?

– Потому что Лео мой друг, а раз он вас любит, я должен это уважать.

Эти слова меня рассмешили. Так вот, что нужно для принятия!

Поначалу общение с Максимилианом меня тяготило, но чем дольше мы беседовали, тем отчётливее я понимала, что ошибалась на его счет. Мы не обсуждали что-то важное, а просто говорили. Максимилиан рассказывал о местах, где бывал, историях, в которых участвовал. Так прошло три часа.

Леопольд

– Что это было? Я думал, моя невеста тебе не нравится, – спросил я, когда все наконец разошлись, и мы с другом остались одни.

– Не думай лишнего. Ты просил принять твой выбор. Вот я и решил узнать её.

– И что скажешь?

– Пока не знаю, но твой титул её не волнует.

– Я это и так знал, но, услышав это от тебя, даже заволновался. Мне стоит беспокоиться?

– Нет. Оберегать ваш покой – мой долг.

Корнелия

Прошла ещё неделя.

За это время я познакомилась со многими обитателями замка, но в основном разговаривала с Лиой и Анит. И если первая продолжала заниматься просветительской деятельностью, сохраняя дистанцию, то Анит, пожалуй, было слишком много. Она словно решила, что мне жизненно необходимо знать все сплетни герцогства.

С остальными членами кружка Леопольда я тоже начала контактировать, но осознавала: их отношение ко мне изменилось после того, как Максимилиан «одобрил» меня в качестве невесты. Своим принятием он словно дал негласное разрешение на наши отношения с Леопольдом.

Однако всё чаще я ловила себя на мысли, что с Максимилианом общаюсь больше, чем с женихом – Лео по-прежнему держался отстранённо. За минувшее время он лишь два раза провожал меня до комнаты, и сегодняшний день не был таковым.

Я шла по аллее и наслаждалась видами. Уже опустились сумерки, и появилась роса, отчего воздух стал влажным, а аромат роз, растущих вдоль мощёной дорожки, сделался более плотным. Он окутывал меня словно одеяло. А капли росы поблёскивали, как бриллианты, на бархатных пурпурных лепестках.

– Корнелия, постойте!

Меня окликнул Николь – один из садовников, ухаживавших за цветами в этом крыле замка. Он широко улыбнулся и поспешил ко мне.

Три дня назад мы познакомились в парке, и с тех пор я постоянно сталкивалась с этим молодым человеком. Каждый раз он дарил мне розу. Я не видела ничего дурного в разговорах о цветах и погоде, но его общество начинало напрягать. Что-то в его манере поведения казалось вызывающим. Он словно искал внимания.

– Простите, увидел вас и решил подойти. Позволите составить вам компанию на вечер?

– Спасибо, но не нужно. Я уже возвращаюсь к себе. День был длинным.

– Жаль. Но тогда позвольте мне поделиться с вами радостной новостью, – не отступал парень. – Нам привезли «Плетистую». Это редкий сорт жёлтых роз. Позволите вам их показать?

– Хорошо, – согласилась я, не желая показаться грубой.

– Тогда идёмте, это рядом.

Через пару минут мы дошли до хозяйственной постройки.

Николь открыл дверь и пропустил меня вперед. Мы оказались в небольшом деревянном сооружении, где хранился инвентарь. А вдоль стены стояли ящики с жёлтыми кустами.

– Они прекрасны, – сказала я, хотя на самом деле не питала любви к жёлтому цвету. – Но я пойду. Мне действительно пора.

– Нет! – неожиданно грубо прорычал садовник и схватил меня за предплечье.

Я вскрикнула.

– Отпустите, мне больно.

– Не дёргайся, – его красивое лицо исказила злобная гримаса. – Не строй из себя недотрогу. Ты ведь сама сюда пришла, так что не пытайся убежать.

– Нет!

Мной овладел животный страх. Я отчаянно пыталась вырваться, но силы были неравны. Николь повалил меня на мешки с черноземом, стоявшие рядом. Один из них рассыпался, и сырая, холодная земля попала мне на волосы, шею и в декольте.

– Заткнись и не дергайся, ты ведь не хочешь, чтобы все узнали, чего стоит благочестивая невеста герцога? – прошипел садовник, навалившись на меня всем своим телом.

– Не дождёшься.

В этот момент мне удалось высвободить из его хватки правую руку и изо всех сил ударить негодяя по лицу, выставив ногти вперед.

Садовник взвыл от боли. На его щеке остались четыре розовые полоски, которые быстро налились кровью.

Дверь сарая с грохотом распахнулась. А в следующий миг нападавшего куда-то оттащили.

Меня не отпускала паника, всё вокруг расплывалось. Казалось, прошла вечность, прежде чем я смогла сфокусироваться на происходящем. Николь уже валялся без сознания, а ко мне подбежал Максимилиан.

Он помог подняться.

– Идти можешь? – его вопрос донёсся до меня словно сквозь вату.

Я попыталась сделать шаг, но ноги отказывались слушаться. Голос тоже пропал, и звуки застревали в горле. Я даже вдохнуть полной грудью не могла!

Внезапно я поняла, что дверь сарая захлопнулась за моей спиной. Только оказавшись на улице, я смогла сделать глубокий вдох.

– Идти можешь? – услышала я вновь, и на этот раз смогла кивнуть.

Меня била крупная дрожь, а тело точно одеревенело. Я опустила голову, чтобы видеть свои ноги, надеясь, что это поможет начать двигаться, но взгляд зацепился за другое. На моем правом запястье всё ещё была земля, а под ногтями багровела кровь.

Какая мерзость.

К горлу подкатила тошнота. В попытках найти в себе силы, я сжала левый кулак так сильно, что ногти впились в кожу, и благодаря отрезвляющей боли наконец сделала шаг.

Максимилиан приобнял меня за плечи и, поддерживая, медленно повел прочь.

До покоев мы шли молча. И, к счастью, по пути никого не встретили. Ведь даже если полумрак и скрывал мой потрепанный вид, столкновение с кем-либо могло вызвать нежелательные слухи.

Наконец мы оказались у дверей комнаты.

– Ты цела?

Я кивнула.

– Постарайся отдохнуть. А завтра обсудим случившееся. Встретимся вечером в двадцать один час у библиотеки?

– Хорошо, – выдавила я из себя и скрылась за дверью.

Казалось, я целый час простояла под горячим душем, пытаясь привести чувства в порядок. Вышло скверно: фантазия услужливо рисовала страшные образы. После, когда я уже лежала в кровати и засыпала, на краю сознания мелькнула мысль: “Как же мне повезло, что Максимилиан оказался рядом и спас меня. Не будь его…”

“А повезло ли?..” – словно вспышка пронеслось в голове, и я погрузилось в сон.

Николь

Я курил папиросу, когда Максимилиан нашёл меня. Стоило нашим взглядам встретиться, как мое лицо исказила злобная усмешка.

– Ну, ты и мразь, – казалось, ему захотелось вновь избить меня до полусмерти.

– Зато ты весь в белом, – ответил я и выпустил изо рта кольцо дыма.

В моей памяти всплыли горькие воспоминания.

Три года назад, после двухлетней службы у барона Скифа на Юго-Восточной границе империи, я наконец-то вернулся домой. И каково же было моё горе, когда я узнал, что моя младшая сестрёнка повесилась. Её сердце разбил Максимилиан Фао. Этот негодяй соблазнил сестру и обесчестил! А после бросил, как ненужный мусор. Нора не знала, как жить дальше. Другие мужчины перестали для неё существовать. Да и кто бы женился на ней после такого…

Я перешагнул порог дома на десятый день после похорон Норы и пообещал себе, что во что бы то ни стало отомщу Максимилиану. Полтора года назад мне удалось устроиться садовником в замок. Сам Фао обеспечил протекцию, когда узнал о сестре. Идиот, он думал, что я буду ему благодарен.

– Разве ты не этого хотел? Явись ты на пять минут позже, она уже не была бы невестой. Ведь ты платишь мне за решение этой проблемы?

Максимилиан скрипнул зубами.

– Тебе не нужно думать. Перед тобой стояла одна задача – соблазнить её. Все должно было случиться по доброй воле.

– Какая разница?

Если бы нашлись свидетели, я бы не медлил. Пошёл бы на плаху, но и этого ублюдка за собой потянул. Но именно тогда, когда расплата оказалась слишком близка, мне стало любопытно, осталось ли в нём хоть что-то человеческое?

– Меня никто не спрашивал, хочу ли я в этом участвовать, и её бы тоже никто не стал слушать, – я докурил и бросил окурок на землю. – Где мои деньги?

– Держи, – Максимилиан протянул мне мешочек, туго набитый серебряными ламенами. – Сегодня же убирайся из города и больше не возвращайся.

Корнелия

Я поняла, что больше так нельзя. Бессмысленно прощупывать здешнюю элиту, стараясь приспособиться к их жизни, принимать снисхождение и жалость за благосклонность. Нельзя быть милой с теми, чье мнение зависит от настроения сильных мира сего, и самой плыть по этому течению – это дорога в никуда. Смирение не принесло мне ни счастья, ни покоя, ни безопасности…

У меня больше не возникало желания улыбаться как идиотка и мириться с происходящим.

Вечером, как и условились, Максимилиан ждал меня у библиотеки.

– Здравствуй, – он слегка улыбнулся уголками губ. – Ты пунктуальна.

– Спасибо, – я старалась выглядеть непринуждённо, но внутри была натянута словно струна. – А мы перешли на ты?

– Вроде как, не против?

Я решила проигнорировать этот вопрос.

– Ты хотел обсудить случившееся вчера?

– Да, но не здесь. Идём, – он махнул рукой, приглашая жестом следовать за ним.

– Куда? – сходить с места не хотелось.

– Туда, где точно нет лишних ушей и можно поужинать. Ты ведь не откажешься составить мне компанию? – произнес он как бы между прочим.

– Не откажусь, – выдохнула я как можно спокойнее.

Тем временем он вёл себя сегодня на удивление легко. Улыбался мне, словно ничего и не произошло.

По коридорам мы шли молча, но наконец Максимилиан остановился и уверенным движением руки распахнул передо мной дверь.

– Проходи.

Перешагнув порог, я увидела уютную комнату. Можно даже сказать, изысканную, но без лишнего пафоса. Графитовые стены, тяжелые шторы нефритового цвета, диван в тон, обтянутый кожей, пианино, стол, накрытый на две персоны, и ещё одна дверь.

– Где мы?

– Это моя комната, – ответил он так же невозмутимо.

Уже в следующий миг я поняла, что дверь за моей спиной закрылась, а в замочной скважине с едва слышным щелчком повернулся ключ.

В голове пронеслось всё то, что случилось накануне, но я отмела эти мысли в сторону и повернулась к Максимилиану.

– Что всё это значит? – спросила я, многозначительно посмотрев на дверь.

Максимилиан шагнул ко мне навстречу.

– Догадайся, – он схватил меня за запястье и притянул к себе. – Нам есть, что обсудить.

Как ни странно, оцепенения и страха я не испытывала. Смотрела ему в глаза и знала, что первой взгляд не отведу.

– Отпусти, живо, – произнесла я почти твёрдо, но надрывные нотки в голосе скрыть не удалось. – Или определяйся, где спрячешь мой труп, так как сегодня я уже молчать не буду.

Максимилиан ещё несколько секунд оценивающе смотрел на меня, а после разжал запястье и усмехнулся.

– И когда ты всё поняла?

– Ещё вчера, – солгала я, ведь утвердилась в своих мыслях только утром.

– Тогда почему не отправилась к Леопольду?

– А мне есть что ему сообщить? – парировала я.

Злость придавала мне сил, ведь это было единственное чувство, которое ещё утром пришло на смену опустошенности.

– Ха… – Максимилиан усмехнулся и запустил пятерню себе в волосы. – Мне поступил приказ.

– Герцог?

– Ты знала?

– Нет, просто интуиция.

Сложить два и два оказалось не сложно. Особенно после прошлой попытки меня унизить.

– Но почему ты не довёл всё до конца?

Максимилиан тяжело вздохнул.

– Я не святой, но и не насильник. А иначе здесь не выжить.

– Понимаю, но не жди благодарности.

– Я этого и не про… – Максимилиан осёкся на полуслове. – Может, я могу для тебя что-то сделать?