Ведомая судьбой

Глава 4: Знакомство

Леопольд

– Леопольд, какого мрака? Твой отец мог и не стерпеть такого унижения.

– Не напрягайся, Мак, он это стерпит и проглотит. Сэмюэлю только в радость, что я определился. Ведь после официального объявления о помолвке я приму герцогство.

– Неужели, – Максимилиана эта новость, казалось, окрылила, – но тогда почему ты продолжаешь провоцировать его?

– А ты будто не знаешь? Я его никогда не прощу. Он повинен в смерти моей матери. Тебе это известно.

– Вовсе нет, у нас нет доказательств, а значит, он не виновен.

– Лишь с точки зрения закона. Но я всё помню! Моя мать была герцогиней, а отец лишь вторым сыном лорда Эшмора. У него не было власти, только деньги, пока не свершился этот политический союз.

– И что с того, все так живут.

– Ты прав, Мак, – я похлопал друга по плечу, – я и сам долго в это верил и даже считал, что живу в счастливой семье. Они оба так хорошо притворялись. Однако однажды я увидел их ссору. В тот день отец ударил мать, и тогда я словно прозрел. Он никогда не любил её, лишь власть, которую она ему даровала, но и этого ему оказалось мало.

– Ты не можешь этого знать. Фрида была оракулом и не допустила бы такого.

– Увы, мой друг, она не просто это допустила, но ещё и знала, от чьей руки погибнет. Оттого она и лишилась рассудка в последние недели жизни. Её собственный дар сыграл с ней дурную шутку, показал будущее, когда было уже слишком поздно. Я уверен, отец отравил её семенами тьмы[1].

– Мне понятен твой гнев, но такими обвинениями нельзя разбрасываться. Не теряй голову.

***

Корнелия

Оказавшись в комнате, я упала на кровать. Пока шла по замку, глаза высохли, и сейчас, несмотря на ноющую боль в груди, слез не было. Лишь пустота. Что дальше? Почему так тяжело? Это прощание навсегда, или я ещё когда-нибудь увижу свою семью? Как странно, ведь именно такого исхода я и хотела, но сама же оказалась к нему не готова. Ощущение такое, будто в тот момент, когда я осталась одна, все стены, которые я так тщательно возводила в своем сознании, рухнули. Тело пробила дрожь, в горле встал ком, а во рту появилась горечь. Собрав остатки сил, я встала с кровати, подошла к столу и налила в стакан воды из графина. Осушила его, налила второй, его выпила наполовину, после чего вернулась в кровать и забралась под одеяло. Спустя полчаса озноб начал проходить. Теперь можно было и подумать.

Отныне семья в безопасности, даже усилий прикладывать не пришлось, все получилось, само собой. Непонятно, смеяться от этого или плакать. И да, как говорила Лизи, пришло время подумать о себе. Сначала нужно пообщаться с Леопольдом. Мне хотелось бы понять, ради чего он устроил этот цирк? И в конце концов, что это за место? Возможно ли, что он сказал правду, и это другой мир?

Вечером меня переселили в другие апартаменты, расположенные в восточной части замка. Там обычно мало кто бывал, потому что в этом крыле находились комнаты герцогской семьи и первого советника, а также покои на случай визита Императрицы и ее приближенных. Для комфорта и безопасности правящей семьи в этой части замка были предусмотрены дополнительная кухня, отдельный вход с подъездной дорожкой и парк, вид на который открывался только из окон с восточной стороны.

Мои комнаты находились на третьем этаже и состояли из гостиной, спальни, ванной комнаты и гардероба. Всё здесь было выполнено в пастельных тонах: стены цвета слоновой кости, темно-коричневая мебель, а шторы и кресла – приглушённо-розовые, почти пудровые. На мой вкус, обстановка чересчур кукольная, но грех жаловаться.

Ночью, когда я уже ложилась спать, то обнаружила под подушкой записку.

«Мисс Корнелия, молю вас прислушаться к голосу разума. Если вы ещё не осознали, это другой мир. Здесь все иначе. Прошу, будьте аккуратны в своих поступках и словах. Ваша жизнь зависит от настроения молодого герцога. Ведите себя почтительно, наблюдайте за происходящим. И волею богов, ваша жизнь продлится долго.»

Записка оказалась не подписана, а её содержание порождало больше вопросов, чем давало ответов. Однако не прислушаться было бы глупо.

Утро принесло перемены. Отношение окружающих резко изменилось. Слуги теперь склоняли передо мной голову, потупив глаза, а некоторые еще и кланялись. Люди, одетые в дорогие одежды, с достоинством приветствовали. Я же лишь глупо повторяла заученные фразы и делала книксен, как на уроках этикета, после чего старалась побыстрее их покинуть.

Подобное внимание коробило и казалось неискренним. А собственная неосведомленность вгоняла в краску.

В полдень мне передали еще одну записку: "Приходи в малый бирюзовый зал сегодня в восемь. Лео."

Возможно, дело в моей паранойе, но перед официальным знакомством с женихом я не могла найти себе места. Меня одолевало ощущение чего-то неправильного. А при выборе одежды и вовсе наступил ступор. Наряды, которые я привезла с собой из дома, мягко говоря, отличались от здешней моды. А те, что мне выдали, восторга не вызывали. Но, помня о том, как здесь все помешаны на правилах, я надела казённое зеленое платье.

Застегивая последнюю пуговку на горле, я не удержалась и состроила гримасу собственному отражению. В такой экипировке, я словно перестала быть собой, превратившись в одну из тех чопорных девиц, которые сновали по замку.

Путь до бирюзового зала занял много времени. И хотя я искренне радовалась, что Карин исчезла и больше не диктовала свои порядки, определенно, её присутствие в некотором смысле облегчало жизнь. Теперь же приходилось самостоятельно изучать замок и обращаться за помощью к лакеям и другим слугам.

Когда я вошла в зал, то увидела девять человек, среди которых был и Лео. Он разговаривал с каким-то блондином, которого я видела рядом с ним и вчера на совете. Увидев меня, Леопольд сдержанно улыбнулся и пошёл навстречу.

Я присела в реверансе и слегка склонила голову. Это было совсем не похоже на меня, но почему-то я посчитала, что так будет правильно.

Он же взял меня за руку и прошептал:

– Не переживайте, – после же, обернувшись к присутствующим, не отпуская мою ладонь, уже громко произнес: – Друзья, позвольте представить вам мисс Корнелию Шелтон – мою невесту.

Все взгляды скрестились на мне. А я отметила, что определенно выбрала правильный наряд, так как платья у всех девушек доходили до пола. Но на их фоне я выглядела словно бедная родственница.

Тем временем Леопольд продолжал:

– Надеюсь, что вы станете ей друзьями, как и мне, и поможете освоиться.

От столь пристального внимания меня не покидало ощущение дискомфорта, несмотря на общую благодушную атмосферу. Однако в глазах блондина, к которому подвёл меня жених, читалась неприкрытая ненависть.

– Корнелия, познакомьтесь с моим советником и другом детства Максимилианом. По любым вопросам можете смело обращаться к нему.

– Рада знакомству, – проговорила я, старательно растягивая губы и игнорируя испепеляющий взгляд.

«Знать бы еще, чем я ему не угодила ещё до нашего знакомства?»

– Конечно, – ласково сказал он и улыбнулся, сохраняя прежнюю холодность во взгляде. – Но вы ведь и сами на многое способны. Так высоко подняться для девушки из провинции…

От этих слов Леопольд переменился в лице. Он хотел было что-то сказать, как к нам подплыла девушка с черными, как вороново крыло, волосами и повисла на руке Максимилиана.

Немая сцена между советником и сыном герцога длилась секунду, после чего Максимилиан притянул к себе девушку, и направился в обнимку с ней к диванчикам.

– Пойдемте, – невозмутимо отчеканил Леопольд спустя мгновение, – нас ждут остальные.

Я не спорила. Меня представили Фабу – младшему сыну герцога Гримура, чьи владения находились на юго-западе, Роуду, старшему сыну казначея императрицы, и его сестре Шейле. Едва Лео отвернулся, они стерли со своих лиц добродушные улыбки. В их взглядах читалось презрение, а девушка, видимо, еще и оценивала мои внешние данные, и, по тому как кривилась, похоже, не смогла найти ответ, почему Лео остановил выбор на мне.

После я познакомилась с Аргоном – виконтом из герцогства Дрезден. Он выглядел напряжённым и дёрганым. Стоило ему представиться и облобызать мою руку, как он тут же вернулся к бумагам, с которыми работал за столиком.

Мы подошли к двум девушкам, стоявшим в дальнем углу залы. Первой представилась обладательница оливковой кожи с угловатыми чертами лица и смолисто-чёрными волосами.

– Добрый вечер, мисс Корнелия, меня зовут Лиой. Для меня честь с вами познакомиться, – произнесла она. И в этих словах, не смотря на холодность интонации, не чувствовалось ни высокомерия, ни надменности.

– А я Анит. И мы обязательно подружимся! – звонко протараторила вторая. Казалось, что если бы в комнате не находились другие люди, она бы бросилась ко мне с объятиями.

Мне в этот момент захотелось отшатнуться, но я удержалась.

– Я введу вас в курс всех последних новостей замка и помогу в выборе самых модных нарядов этого сезона, – пока девушка говорила, белоснежные кудряшки, обрамлявшие её кукольное лицо, тряслись в такт словам. Но стоило ей почувствовать на себе строгий взгляд Лиой, как она сникла. – Если захотите, конечно.

– Благодарю, буду рада вашей помощи.

Несмотря на контраст, девушки мне понравились. В них я не ощущала фальши.

Стоило нам разговориться, как Леопольд оставил меня. Остаток мероприятия я провела в компании новых собеседниц, в большей степени молча слушая Анит и задаваясь вопросом: «Почему Леопольд соврал друзьям о том, кто я, и о деталях помолвки?»

***

Ближе к ночи Лео провожал меня до комнаты. От каменных стен веяло прохладой, а путь нам освещали тусклые светильники.

– Как тебе встреча?

Он вновь перешел на ты.

– Хорошо, – покривила я душой.

– Почему? – Он повернул ко мне голову, а в голосе его слышалось удивление.

– Понимаешь, – помедлила я с ответом, подбирая слова. Как сказать то, что хочу, и не обидеть? Ведь я хочу выстроить с ним добрые отношения. – Получив от тебя приглашение, я полагала, что мы будем только вдвоём. Безусловно, рада познакомиться с твоими друзьями, но не знаю, о чём могу с ними говорить и какие вопросы уместно им задавать.

Лео резко остановился. На его лице читались вина и досада. А я отчетливо поняла, что эта мысль даже не приходила ему в голову.

– Ты совершенно права. Это моё упущение. – Он склонил голову и, глядя на меня исподлобья, произнес уже без тени пафоса. – Позволь мне загладить вину и пригласить тебя завтра на ужин?

– С радостью. – Я расплылась в улыбке. Таким он мне нравился больше, чем в те моменты, когда был преисполнен официоза. И я не удержалась: – Скажи, почему ты всегда разный?

Он быстро понял, что я имею в виду, и вздохнул.

– Этикет. Есть нормы приличия, которые требуется соблюдать в обществе. – в его интонации сквозила усталость – И тебе тоже придётся к ним привыкнуть.

Я молча кивнула.

У двери моих покоев мы остановились.

– До завтра. Буду ждать тебя в семь вечера у входа в оранжерею: она находится с восточной стороны замка, справа от пруда. – Поцеловав мою руку на прощание, он откланялся.

А я прошептала, глядя на его удаляющуюся фигуру:

– Я приду.

Утром проснулась в приподнятом настроении.

Мне очень хотелось верить, что этот ужин поможет разобраться в отношении к Лео и что, несмотря на сомнительное начало, я смогу его полюбить.

День прошёл незаметно. Когда стрелка на часах начала приближаться к шести, я поняла, что пора собираться.

Закрытые наглухо платья, подаренные мистером Граном, я решительно отвергла и достала вещи, которые привезла с собой. Мой выбор пал на лавандовое шифоновое платье длиной до середины икры. Я собрала волосы в хвост, надела лодочки на небольшом каблуке и, оглядев себя в зеркале, отметила, что довольна результатом.

В семь Лео уже ждал меня у оранжереи. И выглядел с иголочки – в синем камзоле с серебряной оторочкой.

– Рад тебя видеть, – сказал он, замерев в галантном поклоне. – Прекрасно выглядишь, – в его взгляде читалось неподдельное восхищение.

– Ты тоже, – ответила я, улыбнувшись.

– Проходи, – он открыл дверь.

Перешагнув порог, я замерла. Буйство красок поражало воображение. Огромное многообразие цветов располагалось ярусами, и где-то журчала вода, Здесь прослеживалась некая сложная, но гармоничная система. А воздух – влажный – переплетал в себе ароматы сладости, нежности и пряности.

– Что, забыла, как дышать? – Леопольд усмехнулся.

– Да, – даже не подумала я отрицать. – Это восхитительно!

– Это наша гордость: здесь не только цветник, но и лекарственные травы, а также специи. Однако мы отвлеклись; идём, наш ужин остывает.

Мы подошли к круглому стеклянному столику на металлических ножках, накрытому на две персоны. Лео любезно отодвинул для меня стул.

– Заранее хочу извиниться: сегодня нас некому обслуживать.

– Неужели? – произнесла я вслух, а про себя облегчённо выдохнула, так как всякий раз напрягалась, когда слуги замка обращались со мной как с высокородной леди.

Блюда оказались выше всяких похвал. Жареное мясо таяло во рту, а зелень была свежей и сочной. К такому, пожалуй, не сложно привыкнуть.

– Ответь, – начала я. – Твой отец и правда герцог?

– Да, а тебя это беспокоит?

– Нет, но я уже около недели нахожусь в этом мире, чужом для меня, и до сих пор мало что о нём знаю. Тебе ведь есть что мне рассказать?

– Да, но прошу, запасись терпением. И никогда не говори, что этот мир не твой. Существование порталов – это тайна, которую империя тщательно охраняет. И в конце концов, теперь ты здесь. А сейчас спрашивай, я постараюсь дать тебе ответы хотя бы на часть вопросов.

– Тогда ответь: почему порталы являются тайной? Я думала, это общеизвестный факт, и ты говорил о них открыто…

– Но только тебе. – Он протянул ко мне руку, и на миг показалось, что его ладонь ляжет поверх моей, но, когда наши пальцы почти соприкоснулись, он вновь отдалился. – Их существование – это тайна, которая хранится у всех на виду, как миф или сказка.

– Но зачем было так рисковать? Почему я или моя сестра…

– Не твоя сестра, только ты, – сказал Лео, вложив в эти слова всю нежность.

– Что?

Я не могла в это поверить. Казалось, табун мурашек промчался по моей спине.

– Не поняла… Тебе с самого начала была нужна я?

– Да, думал рассказать тебе позже, – попытался объяснить Леопольд. – Однажды, ещё ребёнком, вместе с матерью я посетил мир, где ты жила. Тогда я увидел тебя впервые и влюбился. – Лео прервался на миг и посмотрел на меня. Наверное, хотел убедиться, что его внимательно слушают.

И я слушала, но не верила. Его слова звучали ровно, словно доклад в институте, а не признание в любви.

– Я понимаю, это звучит глупо, ведь тогда мы были детьми, но в тот момент я уже решил, что женюсь на тебе. Однако мой отец, человек со сложным характером, этого бы не принял. Поэтому мне пришлось пойти на хитрость.

– Ясно, – кивнула я. – А где твоя мать сейчас?

– Она умерла много лет назад.

– Соболезную.

Повисла тишина. Открывшееся оказалось ещё более запутанным, чем мне представлялось.

– Может, сменим тему?

– Конечно. Расскажешь, какова легенда нашего знакомства? И есть ли кто-то, кроме тебя, с кем я могу говорить открыто?

– Максимилиан частично в курсе.

– Что?

Я невольно поморщилась.

– Кажется, наше с ним общение не задалось.

Леопольд лишь махнул рукой и отпил из бокала.

– Не переживай на этот счёт. Вы ещё подружитесь. Сейчас он злится на меня, так как привык всё контролировать. Он знает лишь то, что ты иномирянка и давно в курсе, что я планировал на тебе жениться, но ничего о тебе или о том, на каких условиях ты сюда попала, да и в Виделле никогда не был. – Леопольд задумался и через какое-то время серьезно добавил: – Пока не решил, стоит ли ему знать больше, но ты всегда можешь обратиться к нему за помощью.

Последняя фраза Лео вызывала сомнения.

– Что же, касаемо легенды, – продолжил он. – Для всех ты дочь купца средней руки из Лерании. Это одна из стран, с которыми у нас налажены торговые отношения. А познакомились мы в те годы, когда я служил на границе. Наши пути пересеклись, и мы влюбились.

– А это нормально, что будущий герцог женится на дочери торговца? И неужели ни у кого из тех, кто видел меня в первый день, не возникло вопросов?

– Не думай об этом: люди здесь умеют молчать. А что касается свадьбы, женитьба на дочери купца лучше, чем на иномирянке. К тому же это объясняет твои пробелы в знании этикета.

Мне стало досадно. Действительно, даже сейчас из двенадцати приборов за весь ужин я использовала лишь четыре. Однако было то, что интересовало меня куда больше столовых приборов. И я решила воспользоваться этой неловкой паузой и задала свой вопрос.

– Лео, мои родители получили чек? – от этих слов у меня во рту появилась горечь.

Леопольд, прежде чем ответить, как-то долго и пристальна смотрел на меня, словно искал что-то, а после отвел взгляд в сторону и произнес:

– Да, за это не переживай. Они получили оговоренную сумму и спокойно добрались до дома.

У меня от этих слов словно камень с души свалился, и дыхание стало ровнее, а в следующий момент Леопольд уже сменил тему.

– Герцог говорил, что нанял учителей этикета и танцев. Ты ведь посещаешь занятия ежедневно?

– Да.

– Отлично, тогда через месяц уже можно будет устроить бал, где я официально объявлю о нашей помолвке.

Вроде бы он не оскорбил меня, но почему-то стало обидно.

– А что ещё мне нужно изучить к этому времени?

– Пока этого хватит. – Он улыбнулся, и в этой улыбке читались забота и… снисхождение. – Практикуйся на новых друзьях.

Я поняла, что он имел в виду вчерашних знакомых, которых друзьями у меня язык не поворачивался назвать, и кивнула.

– Какие у тебя ещё остались вопросы?

– Что мне стоит знать об этом замке?

– Даже не знаю. Разве что западное крыло отведено для представителей дворянства. – ответил он, ковыряя крем-брюле, украшенное засахаренными фиалками. – Там они проводят встречи и отдыхают, кто-то даже проживает в замке. Так они чувствуют близость к правящему дому. Пожалуй, ничего особенного.

Я не могла объяснить себе, в чём причина, но с каждым словом Лео мне становилось всё противнее. Собственный настрой мне не нравился, и я попыталась исправить ситуацию.

– А чем живёшь ты и люди в «нашем» мире?

Леопольд задумался.

– Тебя удивит, но я и сам часто задаюсь этим вопросом. Наша империя разделена на двенадцать герцогств. В каждом из них живут крестьяне, рабочие, лорды… И наши жизни не похожи друг на друга, но мы служим одному – воле нашей императрицы.

– Наверное, это большая ответственность. И какова твоя роль?

– Я изучаю прошения и слежу, чтобы закон не нарушался.

– И этим ты занимаешься один?

– Не совсем: я занимаюсь только тем, что требует особого внимания. Но это пока; потом эта обязанность ляжет на плечи Максимилиана.

– Почему? Что изменится?

– Сейчас Юго-Восточными землями управляет мой отец, но в скором времени я сменю его.

– Понятно.

Заметив, что, чай у меня закончился, Леопольд галантно подлил мне этого ароматного напитка. Вот только мне показалось, что это было не проявление заботы, а треклятый этикет.

– Меня удивила твоя решимость, – сказал он, подперев рукой голову. – Слова, что ты сказала той ночью. Не поделишься, откуда столько смелости?

Я пожала плечами.

– Не уверена, что в этом есть что-то особенное. Просто я не видела другого выхода. Всю жизнь нас с сестрой опекали. Мы жили словно в коконе. А настоящий мир был недостижим.

– Ты не боишься, что променяла его на золотую клетку?

– А это так?

– Нет. – Он рассмеялся. – Конечно же нет. – Леопольд коснулся моей руки. – Я убеждён, наш союз будет крепким.

Ужин мы закончили поздно, и Лео проводил меня до комнаты.

– Спасибо тебе за вечер. – Он приблизился почти вплотную и поцеловал меня на прощание в щеку.

– Тебе спасибо. – Я почувствовала, как моё лицо заалело от неловкости. – Могу я напоследок обратиться к тебе с просьбой?

– Конечно. Что угодно.

– Можно ли снять запрет на мои перемещения по замку и возможность выходить за его пределы?

Леопольд задумался.

– Утром отдам распоряжение. Можешь ходить где хочешь. Прошу лишь об одном, ради твоей же безопасности: не выходи за территорию замка. А ещё завтра к тебе явится новая личная горничная. Я обратил внимание, что с Карин у тебя натянутые отношения, так что больше она тебя не побеспокоит.

«А я-то гадала, куда она делась!»

И раз уж вечер к этому располагал, решила вновь дерзнуть.

– Могу я отказаться от личной прислуги?

– Если хочешь. – На лице Леопольда читалось сомнение. – Но, если передумаешь, обязательно скажи.

Мне было приятно, что тут он пошёл на встречу. Однако ощущение фальши никуда не делось, но я старалась игнорировать его.

Оказавшись одна, я села на пуфик, стоявший возле туалетного столика, и, посмотрев на собственное отражение, начала размышлять:

«Что-то здесь не сходится. Он убеждает меня в своей любви, но, судя по поведению, её не испытывает. Наоборот, во время ужина мне показалось, что он меня стыдится. Да и во время знакомства с друзьями, казалось, что я была ему в тягость. Но ведь это бред! Зачем так стараться, чтобы мы были вместе, если он меня не любит?»

Я схватилась за голову и зарыла пальцы в волосы. Хотелось откинуться назад, но я вспомнила, что у пуфика нет спинки, и, облокотившись на столешницу, спросила у отражения:

– Почему у меня ощущение, что он делает лишь то, что требуется согласно нормам приличий?

Мой двойник в зеркале, конечно же, промолчал. А вредная память подбросила ещё одно воспоминание, и я перевела взгляд на шкаф, где висели два казённых платья.

«А ведь их мне передал герцог, не Леопольд. Но мой жених ведь знает, от куда я и что моя одежда не соответствует местным канонам. Так почему его устраивает, что мои наряды не многим отличаются от тех, в чём здесь ходит прислуга?»

От всех этих размышлений настроение портилось, а раздражение нарастало, и всё же не так сильно, как могло бы. Ведь моё сердце это не трогало.

***

Леопольд

Вернувшись к себе, я сразу же упал на кровать.

Как же я устал! И кого мне хотелось обмануть, её или себя?

Протянув руку к прикроватной тумбе, я взял лежащую на ней книгу "Фундамент государства". В следующий миг достал аккуратно сложенный между страницами лист, а книгу-тайник положил на место.