Призванный консультант

Глава вторая. Адские тренировки

— На весовую категорию не смотрят? — догадался я и получил кивок нашей головой.

Она, как и всё тело, уже выходила в длинный деревянный коридор, освещённый лишь одним мигающим светильником, и двигалась к выходу.

— Третий, последний — испытание. Полоса препятствий с внезапными нападениями. На ней отсеиваются почти все. К ней готовятся с самого детства. На ней умирают.

— А, ну как у нас на физкультуре! — На мгновение окунулся в ностальгию, где донимающему меня чёрному змееподобному однокласснику снесло башку лапой мимо пробегавшего лавового медведя.

— О Богиня, надеюсь, нет, — прошептал малец и вышел в ночь. — Здесь прохладно и влажно после дождя. Хочешь пройтись?

— Хочу, — выдохнул восторженно.

Прохлада? Влага? Прохладная влага?

Босиком неслышно передвигаюсь по колючей холодной траве, наслаждаясь касанием веточек к нашей одежде. Мурашки смешно пробегают по коже, поднимая светлые волоски на руках, а придурковатая улыбка не сходит с лица, как бы я ни старался.

— С каплей твоей крови мы пройдём отбор? — наконец успокоился и прервал затянувшееся молчание пацан.

Я успел дойти до прудика в самой глубине огромного королевского парка и стоять в воде по самые колени. Ноги от холода уже болели и онемели, но, не испытывая этого чувства никогда в своей длинной жизни, я не мог сойти с места.

— Да. Если будешь слушаться дядю демона, — глядя на белоснежную, а не кроваво-красную, как дома, луну, всё же побрёл к оставленным на берегу ботинкам.

— Что мы будем делать, дядя демон? — обречённо спросил пацан.

— Я — веселиться, ты — пытаться не сдохнуть, — честно и серьёзно ответил я, на что заказчик лишь горестно вздохнул.

Наслаждаясь каждым шагом по влажной траве, мурашками от пронизывающего ночного ветра, темнотой и яркими, непривычными красками вокруг, добрался до лекарской башни.

Где находятся палаты, я, к сожалению, знаю отлично. А вот место обитания дедули ещё предстоит выяснить.

— Здоров, обормот. Где мой лекарь? — культурно начал с приветствия местного стражника, но тот почему-то не оценил.

— Не твой, а королевский, это первое, — осмотрел нас с ног до головы будущая жертва моего плевка. — Пошёл вон, это второе. Тебя сегодня уже заносили, лечили и дальше посылали, вот и уходи на своих двоих, пока можешь, — закончил гораздо веселее.

— А давай мы сейчас быстренько выясним, у кого длиннее, и не будем тратить моё драгоценное время? Твоё-то уходит на... — наклонил голову вбок, успел рассмотреть белую бумажку и с лёгкостью признал то, что успокаивало меня лучше любого адского пойла, — сканворды.

— Сопляк, — начал надвигаться на меня мужик.

По росту такой же дылда, как мы, но шире раза в четыре.

Бесит.

Внутри начало медленно клокотать. Давно забытое, засунутое в самую глубину и запертое на тысячи замков. Оно бурлило пока ещё тихо, но уже достаточно заметно, чтобы малой испуганно выдохнул:

— Дядя демон?

И я успокоился.

Увернулся на рефлексах и воспользовался юркостью новоприобретённого тела, к которому успел привыкнуть за неделю истязаний принцессы. Скользнул под массивной рукой нападающего. Кулаком по рёбрам, вторым — в повернувшийся за мной живот и с головы в подбородок.

Коронное трио моих кулачных боёв сработало и сейчас.

Захрипев, мужик согнулся, схватился за сломанные рёбра, но не упал, как я рассчитывал, а рывком двинулся на меня.

— Щас огребём, — не успев принять устойчивое положение для успешной блокировки летящего в лицо кулака, предупредил притихшего от удивления Мартина.

— Зорг, стой! — раздалось знакомым и одновременно чужим голосом.

Чуть не размозжившую нашу голову руку умело перехватили и впечатали стражника в ближайшую стену.

— Это Густав, — подсказал мне пацан и уточнил: — Наш предшественник в спаррингах с Леди.

— А-а-а, братан, ты выжил?! — дружелюбно уточнил-констатировал я, глядя на нашего спасителя.

Ещё сегодня этот длинноволосый блондин, похожий на главного героя сказок технического мира, лежал на койке, не приходя в сознание. Не отошёл ещё мужик от встречи с принцессой.

А потому, понимающий, через что он проходил, я решил немного утешить болезного:

— Её Высочество я беру на себя, так что поднимайся уже и иди вопросы решай. Хорош валяться и прожигать казённое бабло, жизнь живи.

И, похоже, Густав меня услышал.

Смазливее, чем мы, сложен по последнему писку девчачьей моды, стоял на своих ногах и сверкал обеспокоенным взглядом голубых глаз.

— Вас выгонят, если застукают за дракой, — тихо прошептал типичный блондинистый прынц.

— Да он меня пощекотал только, мы ещё даже не начали! — хрипло взревел стражник.

Знаю, что рёбра сломал — под правильным углом бил, — но уважаю. Держится он отлично.

— Это правда. Мы просто за сканворды спорили. Никаких драк, никаких конфликтов. Исключительно интеллектуальные диалоги! — соврал я и не стал больше терять ни минуты. Дел много, времени мало. — Так где обитает дедуля-лекарь?

— Последний этаж, двустворчатая дверь в конце коридора, — быстро ответил удивлённый блондин, пока его прижатый к стене товарищ сверкал на меня злым взглядом.

— Признателен. Огненного вечера, господа.

Да я сегодня культурненький по самые рога!

Вот что значит хорошо прогулялся: немножко помахался, со знакомым пообщался.

Пролетел по бесконечной лестнице вверх, поражаясь дедулиной физической силе.

Я в теле молодого пацана хриплю половину пути, даже две остановки сделал, а лекарь так каждый день поднимается. Возможно, даже ни разу не задумывается!

Дополз, наплевав на демоническую гордость, и, вытирая пот со лба, уставился на вожделенную дверь.

Покачиваясь и придерживаясь за стену, поднялся на дрожащие ноги.

С этим телом нужно что-то делать. Всего-то этажей пятьдесят прошли!

Подумаешь, в конце дня, в котором утром нарвался на гнев главного, поставил на кон свою карьеру и мечту, отработал смену, патрулируя территорию, был избит принцессой, покатался на кровососущем кустике, полежал в лекарской под вонючими травами, откушав и испив отвратительные составы, а после долго страдал, ввязался в небольшую стычку и совершил длительный лестничный подъём!

Да я так в начальную школу ходил!

Ничего сложного!

Тем не менее, управляю телом задохлика и уже, сгорбившись, дыша как мой старый цербер и высунув язык, подбираюсь к двустворчатой двери.

Взявшись за дверную ручку, услышал тихое от пацана:

— Сейчас ночь. Мне кажется, пожилой лекарь спит.

— А ты, соплежуйкин, эту теорию раньше озвучить не мог?! — взревел потеющий за двоих я, покачнулся от усталости и невольно надавил на ручку, открывая дверь.

Кабинет, освещённый единственной настольной лампой, утопал в темноте. Едва различимые силуэты добротной мебели чёрными пятнами выделялись на фоне серости большой комнаты.

Сидя за столом напротив, отбрасывая длинную тень, старик поднял на меня голову и подслеповато прищурился.

— Чего не спим? — прошёл в обитель деда, стараясь не хрипеть.

Пить очередную травяную гадость желания не было.

— Мартин? Всё хорошо? — признал наконец лекарь и растянул губы в доброй улыбке.

Хороший мужик.

Каждый раз, глядя на которого, радуюсь, что мы никогда не увидимся. Нечего ему делать в моей обители. Такого душнилу из райских со всех сторон лобызать будут.

— Я по делу, старик, — прихватив едва различимый во тьме стул, поставил его спинкой вперёд перед столом собеседника и уселся, разместив руки на спинке.

Покачнулся вперёд, уперевшись в деревянный стол, и тихо уточнил:

— Очень и очень щекотливому делу.

— Мальчик мой, я тебя несколько часов назад осматривал! Как же ты эту щекотливость подхватить успел?! — подскочил со своего места неправильно понявший мою тактичную подводку. — Снимай штаны, будем разбираться!

— Не-не-не надо! — проорал Мартин.

— Не-не-не надо! — Это я вслух, прикрывая то самое, что даже на ежегодной медицинской проверке не решались осматривать.

Потому что к этому самому подпускаются только бабы и исключительно высококвалифицированные!

Будто то оздоровительное искусство, лавовые омовения или любовные утехи!

А дед тем временем достал какую-то склянку из прикрытого тьмой шкафа и, сноровисто её откупоривая, двинулся на меня.

Так же угрожающе, как принцесса этих сумасшедших земель.

— Не в этом смысле щекотливого, дед! Да не трогайте меня! Не там! Ай! — орал я, поражаясь силище пожилого мужичка.

Огонь преисподней, мне никогда не отмыться от этого позора.

— Так что ж ты сразу не сказал! — возмутился человек, сломавший то, что не починить.

Лежим, свернувшись калачиком на диванчике, и тихо постанываем.

Пацан мысленно. Я — матершино.

— Так что ж вы меня не слушали?! — взревел униженный и оскорблённый.

Даже я так никого не пытал!

Это же удар ниже пояса! Это низко! Это подло!

— Зачем тогда так поздно пришёл-то, ежели не щекочется и не жжётся?

— Мне нужно зелье. Особое, — начал объяснять, успокаиваясь, и сел, глядя в светлые глаза. — Для энергии, выносливости и чрезмерных нагрузок.

— Ты собираешься спарринговаться с Её Высочеством ещё и в первой половине дня? Хороший мой, помрёшь за неделю, — вынес вердикт дед.

— Я собираюсь пройти отбор в королевские стражники. У меня месяц на подготовку.

— Невозможно, — обрубил старый и прищурился, оглядывая наше тело. — Откажись.

— Спор с Хартом на увольнение, — продолжил пояснять я.

— Уволься, — пожал плечами лекарь.

— Достану нужные вам растения из оранжереи принцессы, — перешёл на торг я, замечавший жадные взгляды старика на выносящие меня кустики.

— Завтра утром получишь три эликсира: на бодрость, выносливость и витаминки, чтоб не загнуться. Строго следуй дозировке, это важно! — мгновенно отозвался старик и закончил: — Записку с описанием нужного растения приложу. Иди домой. Тебе следует выспаться.

И мы пошли. Молчаливые, прокручивающие слово «невозможно» раз за разом.

Молча прошёл мимо такого же задумчивого стражника Зорга и даже не насладился ночной прохладой, добравшись до нашей комнаты и рухнув на постель, забывшись до утра.

— Пожалуйста, не надо!

— Поверь, я тоже не в восторге, но мы должны…

— Есть ведь иной способ! Должен быть! Дядя демон! Нет, высший демон Баалзакир, не делайте этого со мной… с нами!

— Слышь, пацан, хорош уже! Просто снимай!

Мы с полчаса стоим в ванной перед большим зеркалом и боремся.

Каждый день в этом теле я активно избегал рассматривать своё временное пристанище, ибо не в моём вкусе по половому признаку.

Но мне нужно разобраться, кто пробирается в этот мир под именем моего народа!

Значит, отбор мы должны пройти. Если даже дед так уверен в проигрыше, значит, дело серьёзнее, чем я думал.

Значит, нужно раздеться.

— Мне необходимо оценить твой физический уровень! Состояние мышц — самый быстрый способ!

— Я могу показать это, пробежав пять кругов по плацу, и…

Пацан запнулся, когда, уставший ждать его согласия, я встал у «руля».

Рывком снял кофту и спустил штаны, разочарованно вздохнув.

— Ну знаете ли, это уже грубость! — оскорблённо возмутился малой.

Не такой уж малой для человека, но по мышцам — очень даже да.

— Понятно, почему вчерашний любитель сканвордов стоял на ногах ещё и атаковал активно, — проигнорировал восклицание заказчика, оделся и вышел в ещё спящий коридор.

До общего подъёма оставалось меньше часа, но, получив на рассвете обещанные зелья, мы уже были на ногах и смогли позволить себе занять целый санузел.

— Сами всё поймёте, когда на полигон выйдете! — обиженно отозвался и окончательно замолчал, стоило мне приступить к изучению инструкций лекарских эликсиров.

Выпил. Скривился. Оделся.

Ни капли не сомневаюсь в особом отношении к Мартину: хватает неодобрительных взглядов в столовой и во время патруля. Но это не повод для прогула полноценных тренировок с оружием!

Да на моей родине отрубленные конечности поводом не являются!

Лично без правой руки несколько месяцев ходил, пока новую не пришил, оторвав её у пустынного бандита. С тех пор хожу, горжусь, что у меня одна рука красная, с рунами, а вторая тёмно-красная, с шипами и списком имён врагов её бывшего хозяина.

Вышел из казармы в прохладное утро.

Камзол перекинул через плечо в надежде прогуляться дольше и насладиться природой, которую мы, демоны, так редко видим.

— У нас чуть больше часа для фиксации твоих навыков. Направляемся на полигон. Ты управляешь телом и показываешь, на что способен, с каждым из видов оружия. От этого зависит, на что будет делаться упор в тренировках.

— Вас так сильно задело, что некто называется демоном и нападает на наших людей? — тихо раздалось в ответ.

— Не особо, — признался, честно начиная ощущать действие эликсиров.

Тело словно становится легче с каждой секундой. А глаза начинают видеть больше деталей в окружающем пространстве, слышать лучше, сосредотачиваться проще.

— Просто хочется на ком-то выместить злость за некоторые события, а устраивающие прорывы зарвавшиеся щенки подходят для этого идеально.

До полигона добрались быстро. От казармы по прямой тропинке вдоль густых кустов ушло не более пяти минут пешего маршрута.

Что огорчило и обрадовало одновременно.

Пустая, окружённая каменным строением песочная площадь с прикрытым оружием по периметру, с накрывающим предрассветное утро туманом, казалась заброшенной.

Но уже через час придут первые стражники для утренней разминки перед завтраком, чтобы вернуться согласно графику уже для полноценной тренировки, и тишина этого места испарится словно сдутая ветром.

Пока один высший демон предавался философским рассуждениям в общей голове, ибо могу, человек уже подошёл к арбалетам, выбрал правильный, в соответствии со своим весом, и, вставляя стрелу, предложил:

— Начнём от худшего навыка к лучшему.

И выстрелил в яблочко! В смысле, в цель! В смысле, в серединочку красную!

Самой дальней мишени.

Я аж клыкастую челюсть уронил и прокомментировать не смог.

А хотелось!

«Слышь, малой, ты в соседнюю целился, да?» — с этого начать.

«Болезный, за копьём сам бегать будешь» — этим продолжить, наблюдая, как длинное орудие от силы удара протыкает деревянный манекен насквозь.

«Чур не я за это плачу» — отозваться в момент неистового сминания секирой стальных доспехов.

— А рыжуле своей ты свои шарики показать не мог?! — взревел один оскорблённый высший демон, ибо был не в курсе навыков своего подопечного.

— Не моей! — вытирая пот со лба и поставив меч на место, привычно поправил Мартин. — И я слышал, что она не любит проигрывать, вот и…

— Иссушал то, что должно намокать! — бодро закончил я за малого и, предвещая возмущение, пояснил ему: — Бабы любят сильных. Это база! Как минимум сильнее её самой, чтоб защитил в период вынашивания и послеродовой слабости, как максимум — всегда и от всего! Поговорка даже есть: «За рогатым как в чёрных пещерах мрака».

— Не понял, — признался человек.

— Там не выживает никто и ничто, кроме высших демонов. Самое безопасное место в преисподней.

Молча добрались до комнаты, переоделись в рабочую форму и направились в столовую.

Сосредоточенный на обработке полученной информации пацан не замечал здешней атмосферы, в отличие от меня.

Наблюдал, как вокруг воцарилось гнетущее молчание. Взгляды вперились в самую тощую фигуру длинной, заставленной деревянными столами комнате.

Нашу фигуру.

— Да брось ты этот салат, не козлёнок! Белок положи и кашу побольше! Массу наберём, а то позорище позорное — моими коронными человека не уложил!

Отвлёкся на тарелку, полную овощей в жёлтом соусе.

Не удивлюсь, если тоже овощном.

— Если хочешь выглядеть как дядя демон, нужно хорошо питаться.

— Я не хочу выглядеть как вы! — охамел человечишка.

— Возьми побольше творога — это белок, и рисовой каши в качестве углеводов, — раздалось сбоку голосом предшественника.

Сразу видно: пацан молодец, пацан вопросики питания изучал, пацан не зря как прынц сказочный выглядит.

Озвучив предложение, златовласый Густав лично набрал в небольшие плошечки озвученное и поставил на наш поднос.

— Кофе я уже взял, — я эту прелесть домой заберу, будет заниматься питанием цербера и напитки мне приносить. — Пойдём за наш столик.

— Наш? — недоумённо уточнил пацан и, повернувшись, остолбенел.

Прынц шёл к нашему знакомцу, стражнику из лекарской.

— Чё стоим, кого жжём? — подтолкнул замешкавшегося заказчика. — Выглядишь тупо, иди уже. Если что, перехвачу.

И мы пошли. Медленно, неуверенно, ибо Мартин заметил наконец обращённые на него взгляды.

Десятки стражников неотрывно следили за каждым его движением, не взяв ни столовых приборов, ни кружек в руки.

В просторном помещении, наполненном запахами еды, стояла оглушительная тишина.

— Зорг, — протянул ручищу, которая вчера нам чуть лицо не раскрошила, для рукопожатия.

Крепкого, не хрустящего, что радует безмерно.

— Мартин, — напряжённо выдохнул пацан.

Не попросил меня перехватить, не дрогнул голосом, не подал виду, что напряжён от окружающих нас взглядов.

— Вот если бы утром сам не видел, сейчас бы поверил, что у тебя шарики всё же имеются, — горделиво похвалил заказчика.

От проявления моей искренности пацан покраснел и закашлялся.

А я возмутился:

— Ан нет, ничего не изменилось. Кушай травку.

— Ты правда собираешься пройти отбор в королевские стражники наравне с новичками? — громогласно спросил любитель сканвордов.

Его голос разнёсся по всей и без того тихой столовой, а окружающие словно задержали дыхание в попытке услышать наш ответ.

— Скажи громко и гордо! Отличный шанс показать себя мужиком! — воодушевлённо подсказал мудрый демон.

— Да, — пискнул малой, прокашлялся под мой страдальческий стон и уже лучше подтвердил: — Да, я буду участвовать в отборе наравне со всеми.

И столовую наконец наполнили голоса.

Одобрительные, презрительные и весёлые.

А прынц с громилой молча переглянулись.

— После завтрака в библиотеке всё обсудим, — решил Густав, и они принялись есть.

Малому не лезло. Всю трапезу он ковырялся в творожной массе, с сожалением поглядывая на небольшую порцию салата.

Пришлось выйти вперёд и поглотить всё до последней крошки, ибо силы нам сегодня пригодятся.

— Мы хотим помочь, — усаживаясь на притащенные стулья в облюбованном мной закутке у окна, огорошил блонди.

Зорг молчал и смотрел на свои кулаки, но и отрицать не стал.

— Зачем вам это? — решил уточнить уже согласный я.

Нам нужно пройти отбор, попасть на охоту и выпустить пар на зарвавшихся щенков.

В смысле, покорить сердце рыжей бестии.

— Ты спас от Её Высочества, меня даже уволили из личных рыцарей, и я снова могу жить без боли и страданий, — улыбнулся Густав.

У этого красавчика ещё и ямочки на щеках имеются!

Нет, ну правда ж заберу. Милый как котёнок.

Не наш адский, кровососущий и нападающий на ноги в попытке откусить вкусняшку кусочек высшего демона. А из человеческого мира — милашный, мурчащий, когда гладишь, шипы не выпускающий, чтобы твою ладонь ободрать.

— А ты? — немного беспокоясь, как этот человек поладит с матёрым цербером, спросил уже у молчаливого Зорга.

Вот этот бы поладил точно.

— Я раньше в патруле на башне стоял, в каждом обучении участвовал. Даже новичков натаскивал, на месте не сидел, а после развода на охрану лекарской перешёл. Ну знаешь, в себя прийти, успокоиться. А то нервный был всегда: стоило увидеть движение внизу — сразу за оружие хватался. Чуть в Харта стрелу не засадил.

— Ну вот последнее не осуждаю ни разу, — усмехнулся, но в ответ получил едва заметную улыбку и удивительное:

— Зря ты так, он мужик нормальный. Сам же предложил мне спокойное место в себя прийти, смириться. Но ты вчера меня по башке ударил. Я ведь и вправду засиделся. Больше года прошло, но как в болоте сидел, так и продолжаю сидеть, утопая сильнее с каждым днём.

— Бабы — зло, — со знанием дела искренне выдал я, а большой парень согласно хохотнул.

— Так что я подал рапорт на перевод в личные стражники леди Роуз, как и хотел до всего этого.

— Многие, услышав, что ты решился на отбор, встали на твою сторону. Решили, что хочешь наконец стать одним из нас по-настоящему, — взял слово блонди, а из окна начали доноситься голоса первых прибывших на полигон. — Так что выяснить об их отборе удалось много.

— Самое сложное, как ты понимаешь, финальное испытание. Оно каждый год меняется, рассчитано на то, что в случае опасности в любых условиях ты сможешь защитить члена королевской семьи.

Зорг упёр локти в колени и начал:

— Моё четвёртое проходило в заброшенной части города, где в большинстве зданий прятались бандиты. Цель была отыскать «короля» и вывести целым и невредимым за границы города.

— О-о-о! — не сдержался и поделился нахлынувшими воспоминаниями: — А мы так в детстве во дворе развлекались! Выкуривали из пещеры низшего демона с его ядовитым жуком, связывали и боролись за право сбросить их со скалы! Там ещё жучара плевался и нападал. Эх, весело было, хорошие времена.

— На моём испытании была организована осада, — поделился Густав, а я невольно обернулся, услышав знакомый приказной голос Харта за окном.

Даже выглянул аккуратно.

Массивная смуглая фигура начальства, вооружившись тренировочным мечом, гоняла стражников, придавая ускорение мощными ударами по разным частям тела.

— Меня оставили одного на башне, выдали осадный инвентарь и начали представление. Целью было продержаться до прибытия подмоги.

— А так мы от быков наших отбивались всей деревней! Эти осеменители, когда течку наших коров ощущают, мозги теряют последние и прут на поселения, разрушая всё на своём пути.

Снова неожиданно для себя самого окунулся в эпоху юности.

Увидел на ближайшем к нам столе писчие принадлежности и улыбнулся.

— Вот мы и забирались на стену с булыжниками, чанами с лавой и оружием дальнего боя. Один раз так неделю провели без сна и отдыха! Эх, весело было, хорошие времена.

Встал, взял со стола ручку и бумагу, к месту у окна вернулся.

— У ребят были другие задания: вести переговоры с похитителями «королевской семьи», пока отряд с другой стороны здания готовится к штурму, — начал перечисление Густав, а я предвкушающе оторвал первый кусочек от желтоватого листа. — Имитация прорыва демонами на территории дворцовой площади.

Последний оптимальной длины кусок бумаги расположился на подоконнике под заинтересованным взглядом Зорга.