Архитектор Чародей. Книга 3: Все Оттенки Тьмы
Латисса осмотрела мальчика. Обошлось без зарапин и признаков болени, кот любил их сына и случайных царапин на парнишке не оказалось. Страхов на лицах жителей крепости убавилось спустя пару дней. Мясо, что Латисса давала коту было заражено подобием чумы названной “Бледная хворь”. На счастье их семьи, мясо это сами они ни ели, все было решено сжечь.
Поддержка простых людей завоевывает доверие. Вообще в древние времена согласно ветхим записям на Туманных островах, воины при участии колдунов с воскресшими мертвецами велись иначе. Некроманты вырезали все живое на своем пути и вся эта масса становилась частью большого войска. Ни каких переговоров во вторую эпоху и до нее не было вовсе, в похожей осаде. Некроманты закидывали стены нежитью до тех пор, пока не будет гора из трупов, по которой другие начнут карабкаться за стены. Как был взят Лихаэн, также бралось вообще все в воинах древности. Немногие обращали внимание на состав мертвого войска Туманных островов, там практически нет женщин, а детей нет вовсе. Пираты, Карнаатские и Марские воины по большей части.
Захир: Вам нужна поддержка Хилтенбурга?
Кроун: У нас достаточно душ, их становиться больше за счет тех, кто поднял оружие против нас и Императора. Сохрани верность и сбрось эти штандарты со стен, знак Туманных островов теперь ваш знак.
Захир: А если город захотят отбить?
Ауриэль: Сестра оставит несколько воронов на стенах, они будут наблюдать и мы узнаем если кто-то посягнет на север. Раз владыка не взял Хилтенбург быстро, значит никто этого ни сделает. Прибывающие люди, торговцы или местные, наблюдайте за ними, могут попытаться посеять смуту.
Захир: Про это я знаю многое, контроль слов в народе это мое все. Я может и бастард, но не дурак. Не считая конечно неудачи с тюрьмой.
Ауриэль: Больше ты не бастард, забудь это слово. Лорд командующий Хилтенбурга.
Кроун: Мы уходим. Смотри за теми кому хочешь доверять, новую власть часто пытаются подмять самыми разными уловками.
Раэль: Интриги и предательства своего же народа. Как же это мерзко, в мою эпоху такого не было, на моей земле по крайней мере.
Тиельда: Расскажешь об этом по пути на запад, звучит увлекательно.
Перед уходом их догнал мальчик с котом, он улыбнулся и попросил взять его кота с собой. Он ни хотел чтобы Хилтена сожгли как то мясо, Ауриэль погладила мальчика и сказала, что Хилтен будет личным защитником ее сестры. Парень был рад что его маленький друг будет жить дальше, пусть и не дома и не совсем так как раньше. Движение на запад продолжалось, колдуны и некроманты даже пошути про это.
Кроун: Какой грозный зверь у нас появился.
Раэль: Я бы к такому и на милю не приблизился, настоящее чудовище.
Ауриэль: Хах, дар мальчишки. Кажется сестренка влюбилась в обоих, кот довольно симпатичный, был. Парень его любил, от чего он откинулся? Наверное мясо о котором говорила Латисса. Судя по виду, собаки не трогали это чудесное создание.
Идрииль одобрительно и важно кивнула и взяла на руки питомца. Хоть Архинекромант и не одобряет применение колдовства для баловства, но тем не менее призвал к себе Томар'Яди, ради интереса узнать об этом что-то. Выяснилось, что кот действительно отравился, гниение желудка от отравы для вредителей на полях или что-то в этом роде. Такое-же гниение было и на руке Ханнона, вне всяких сомнений его недуг вызван царапиной животного. Идрииль опустила на землю Хилтена, брать снова на руки белого кота уже не хотелось.
Митрейн призвал питомца к себе, тот залез ему на плече, все были на своих местах. Кроун подметил что из всей великой девятки, счастья он больше всех ощущает именно от сына Мифильдора, в нем ощущается истинная любовь к зверушкам.
Ауриэль подметила, что трагедия с его отцом наверняка дала свои плоды в его настроениях в то время, нелегко пережить такую несправедливую утрату. Звери были его любимым ремеслом и утешением. Есть большая разница между отношением к живым зверям как у Хелеана и его учителя и тем что делает по сей день восставший из мертвых Митрейн. Дать вторую жизнь какому ни будь животному, это можно назвать неким стремлением к любви.
По дороге на запад им попался странствующий бард, неподалеку наблюдал за войском нежити. Раэль почуял страх и любезно пригласил к ним. Элайдо заявил, что мертвый бард не поет песен. Некроманты, Тизельда и Раэль только рассмеялись и сказали, что он прав. Живой бард лучше.
Элайдо: Песен про бродячее войско у меня еще не было.
Кассилий: Видишь, как тебе повезло. Неиссякаемый поток вдохновения, как придумаешь что-то, воодушеви скромное молчаливое войско.
Раэль: Какое же интересное время сейчас, я начинаю радоваться, что дожил до этой эпохи.
Ауриэль: Радуйся, что Хелеан и друиды подоспели вовремя. Иначе ты бы уже шел как восставший Карнаатский кошмар вместе с прочим войском.
Раэль: Я благодарен, если я паду вы можете меня забрать в любом случае. Мне бы только вернуться в Хрустальный лес хотя бы как духу.
Кроун: Об этом пока рано рассуждать, не рвись на самоубийство когда начнется жара. Может и живым вернешься.
Ауриэль: Судя по увиденному в Карнаатском лесу, о возращении живыми нужно думать тем, кто окажется на его пути.
Кроун: Он такой же живой как вы, если его окружит сотня копей, ему конец. Разорвать пару десятков мечников, трясущихся от страха, в лесу на знакомой территории, не тоже, самое что войти в колонны многих, на равнинах или еще где-то.
Раэль: Вы крайне мудры, владыка Кроун, я удивлен.
Кроун: Мы не шуты и не глупцы в золотых залах. Ученые и волшебники, хранители истории, по больше части. Знать о таких вещах и есть благо.
Элайдо:
“Спит медведь в своей берлоге. Не будите по тревоге.
Коль проснется рано он, будет очень, очень зол.
Ведь зимой привык он спать. Лапу теплую сосать.
Лишь когда придет весна. Раэлю будет не до сна.”
Кроун: Неплохо.
Раэль: Эй, я же не дикий и неразумный медведь.
Тизельда: Мне понравилось, а он хорош. Пусть идет с нами дальше.
Раэль: Ладно, последнюю тысячу лет я таким и был, ладно бард живи пока.
Ауриэль: Эй, не пугай его, а то все вдохновение разлетится как призраки.
Раэль: Ладно, ладно.
* * *
Древний оборотень поведал о своей жизни в Карнаатских пещерах на севере, друиды заботились о нем с того дня, когда запечатали его ярость. Частенько в пещеры забредала лесная живность, к тому же там было подземное озеро. Вкус рыбы до сих пор не ушел из его рта, жизнь дикого животного постепенно отходит на второй план, и он этому рад. Вкусить эль и жареное мясо это великое счастье.
Все изменилось, когда целую неделю он питался только рыбой, а лесные животные перестали заходить в его обиталище. Разрушение колдовского барьера освободило его, он узрел освободителей и тиранов в едином лице. Ярость Раэля разгорелась с новой силой, когда он понял что лес “Аколитов” сожжен. Кто есть враг он не понимал, и преследовал каждого кто ходил на двух ногах. Друидов он не нашел, Раэль не желал им зла и просто хотел быть рядом с ними, магия земли делала его самочувствие легче. Полный горечи он отправился в прочие лесные угодья. Леса быстро опустошались от охотников и дичи, места охоты приходилось менять часто. Страху он нагонял на округи не мало, даже прочие медведи не видели в нем сородича, монстра от которого нужно уносить ноги. Медведей он тоже ел, когда другого не попадалось.
Кроун, Кассилий и Тизельда спустя некоторое время рассказали про штурм Лихаена. Тяжелая и болезненная городская битва, это нужно знать сестрам, да и Раэлю с Элайдо не помешает.
* * *
Хронология о штурме города, имеющего самую дурную славу о гонениях в стране Мар, битва начиналась двумя колдунами по праву называемых некромантами. Северную часть города осаждал колдун-некромант Атопос, за спиной которого было около 5 тысяч восставших пиратов и их призраков.
Сторону восточных врат штурмовал Кассилий, ни меньше 8 тысяч восставших Карнаатцев под его началом. Основная защита ожидалась на востоке, призраки шептали о скоплении войск Зигфрида и Харадрима именно там. В последний момент перед осадой губернатор и Лорд Дамхол сделали срочные изменения о которых некроманты не знали. Атопос принял на себя удар конного войска полностью снаряженного “Двимеритом”. Около 10 тысяч всадников Лорда Харадрима и Зигфрида растоптали войско Атопоса на севере.
С востока тем временем Кассилий прорвался в город. Пиратские корабли Маршала Таурона оказали поддержку с моря, они потопили 5 военных судов из северных портов и принялись за особое искусство корабельных орудий.
Дальнобойные пушки с инструкциями призраков матерых пиратов оказали хорошую помощь в точном нацеливании. До города полет снарядов занимал около полу часа, учет на ветер осложнял задачу, некоторые снаряды попадали в нежить Кассилий, что его крайне возмутило. Все же восточные врата были прорваны, несколько снарядов пало с небес в цель и это был триумф.
Триумф до того момента пока Кассилий не узрел конную армаду, несущуюся по улицам ему навстречу. В те мгновения он понял, что Атопоса и его войска вероятно уже нет. Городское сражение всадников против восставших пиратов и Карнаатцких мечников было в самом разгаре. Жители бежали куда глаза глядели, многие смогли уйти в пригороды, такой городской бойни на этом веку еще не было. Тизельду тем временем готовились публично сжечь на центральной площади, костер уже поджигали.
Кассилия спас приход Кроуна с юга. Войско Архинекроманта из 6 тысяч восставших Карнаатцев ворвалось на главную площадь. Две армии нежити объединились в единую силу. Кроун сотворил призыв “Совета жнецов” Пятеро призраков подчиняли души и воскрешали павших самостоятельно, лежачих тел в городе не было, либо убегающие живые, либо восстающие и преследующие. Войска Лордов таяли как свиной жир в огне. По итогу конную армаду удалось оттеснить в западный пригород. Частично войско Зигфрида и Харадрима были поглощены колдовством Туманных островов.
Харадрим и Зигфрид отступая, наблюдали 5 призраков похожих на воплощение смерти, за которыми шли Кассилий и Кроун, а за ними тысячи разъяренных мертвецов. Победа в Лихаене была названа “Рекой душ”. Губернатор Лихаена вместе со всеми своими прихвостнями стал частью молчаливого войска. Лорды отступили в свои земли укреплять оборону и бросили сей город. Тизельда была спасена и много других ожидающих казни. В этом городе когда-то случилось несчастье с семьей Ингариен.
Идрииль и Ауриэль были расстроены что город был взят без их присутствия, Кроун уверил что ждать было нельзя. С запада могло прибыть еще больше на защиту от их вторжения. Ждать пока соберется войско из 50-60 тысяч было нельзя.
Заклятие “Совет жнецов” берет плату у своего призывателя, Кроун отдал несколько лет своей оставшейся жизни, он был готов на эту жертву, когда узрел улицы, наполненные всадниками. Даже поделился своими мыслями на момент сотворения, если не суждено пережить “Поход Трибунала Веры” за два года, то покинет мир живых сразу после призыва. Однако Лорд Маршал выжил и это можно считать знаком успеха в военной компании. Дух павшего некроманта явился к ним по пути на запад.
Атопос(Призрак): Владыка. Думаю я был ужасен у тех стен.
Кроун: Мы все там окажемся рано или поздно.
Ауриэль: Ты теперь одна из легенд Туманных островов. Отдохни за всех теперь.
Атопос(Призрак): Хитрые ублюдки, в последний момент выпустили на меня все, что было, откуда они узнали где нас будет больше?
Кассилий: Я все думаю об этом с того дня, не знаю. В любом случае благодаря тебе мое войско прорвалось. Ауриэль права, отдыхай, Вечная Матерь с тобой.
Атопос(Призрак): Почему вы мой труп не забрали? Он все еще может колдовать.
Кроун: Потому что это “Двимерит”. Понял теперь силу этого металла? Что было повержено им уже не восстанет.
Не считая утраты одного некроманта все шло по плану. Маршал Таурон устремился в пролив “Ханар” отсечь своим флотом Мар от Уул’Халипсиса, отсечь путь всем кто попытается уйти на юг по короткому морскому пути. Основные силы Туманных островов ведомые Кроуном и Кассилием объединились с Идрииль, Ауриэль, “Первыми девятью” и новым союзником Раэлем (Карнаатским лесным кошмаром). Войско возмездия медленно и молчаливо двигалось на запад.
Ну, почти молчаливо. Странствующий бард Элайдо обретал новые вдохновения для своих произведений. Чем дальше он шел вместе с ними на запад, тем меньше боялся и больше вдохновлялся всем что видел.
Элайдо:
Их мысли черны, вместо душ у них тьма,
Так думает люд, так шепчет толпа.
Их гонят, боятся, пытают и жгут,
Пусть трудно им жить среди шумной толпы,
Но магии смерти они будут верны.
Тиран что возомнил себя богом,
Узреет возмездие их темного ока.
Ауриэль: Браво Элайдо.
Раэль: Достойно.
Атопос(Призрак): Где вы подобрали этот талант? Почему я при жизни таких бардов не видел? Он прекрасен. Дайте ему золота потом за такие стихи.
Кроун: Элайдо, Атопос похвалу тебе шлет, с обратной стороны бытия.
Элайдо: Я начинаю понимать суть всего. Сказки что я слышал не похожи на вас.
Тизельда: Еще пару дней назад тебя убили бы за такие произведения. Меня чуть не сожгли в Лихаене за жалкую мелочь, всего лишь розжиг огня в лесу чтоб согреться и не более. Если бы не они, то шептала бы тоже. Я чувствую неоплатный долг за его жертву.
Кроун: Подобное чувствует каждый обитатель нашего дома, все названные дети Кастинель, Паломницы к Вечности или же Вечной Матери. Если ты это чувствуешь значит она признала тебя частью нашей семьи.
Туманные острова это нечто большее чем клочки суши с колдунами, некромантами и кучей мертвых пиратов. Это в первую очередь гонимые и раненные люди по тем или иным признакам, ставшие одной большой семьей со времен Архинекроманта Мифильдора и Императора Изария V. Идрииль напевала про себя ноты Элайдо, но из ее глаз бежали слезы. Сестра ее обняла и пообещала, что однажды они найдут способ все исправить. Бард прозрел еще сильнее, когда понял почему Идрииль до сих пор ни произнесла ни слова.
Глава 2: Западные ветра
Пока шло движение армии восставшего легиона на запад то Кроун поделился новостями из дому. Халакс Ингариен активно помогает и даже предложил переименовать поселение на острове в Мифильгард. В честь великого, чьими трудами появился их собственный дом. Многим понравилась эта идея и после завершения похода, намеревались обсудить это всей общиной.
Ауриэль: Папа времени не теряет.
Идрииль: «Радостно кивает»
Тизельда: Вы вытащили меня практически из костра, возьмите меня с собой после всего. Возьмете?
Кроун: Разумеется.
Ауриэль: Фантом устремился на символ к Аурелию. Кажется его хотели убить, надеюсь с ним все хорошо.
Кроун: С Фантомом или Кардиналом?
Ауриэль: Очень смешно.
Кроун: Ты так переживаешь за него. Надеюсь оно того стоит.
Тизельда: Кардинал из “Культа солнца”, это шутка?
Кроун: Все сложнее чем ты можешь себе представить. Представь себе объятия тьмы и света, искрение и влюбленные. Это и есть та самая редкость. К тому же вопросы веры здесь размываются или же обретают сопряжение. Ифриш не противник Вечной Матери, а как оказалось напротив. Вместе с Мебиусом, Фудзиро и Аббадоном.
Ауриэль: Насчет последнего не знаю, Фауст очень скупо о нем рассказал. Сущность огня давно не навещала Равахейм, или ему нет дела до мира живых.
Тизельда: Ну дела. Он хоть красивый?
Ауриэль: Аурелий? Ну, эм. Угу.
Тизельда: А ты аж покраснела и засмущалась, наверное красивый.
Владыка Туманных островов рад и опечален одновременно, когда смотрит на своих молодых чародеек. Целое поколение вынужденно было страдать и принять дар тьмы дабы спасти других. Таким как Идрииль, Ауриэль да и Кассилию тоже еще и 30 нет, им бы растить детей, а ни вести восставшие из мертвых армии в новые сражения. Тезельде нет и 20, она тоже сирота и самая юная на тот момент среди всех идущих на запад. Она назвала Кроуна Архинекромантом с большим сердцем, сказала что о нем в легендах наверняка именно так и напишут.
Кроун возлагал надежды чтоб так написали обо всем поколении героев этой эпохи, настоящих героев, а ни тех, которых преподносили до недавнего времени за морем. Поколение, бросившее вызов династии тиранов в двух странах одновременно. Элайдо внимательно слушал и расспрашивал подробности последних лет. Говорил про Вечную Империю и Туманные острова, уверил что песен и легенд будет много об этом.
Лорд Маршал пояснил про Ут’уумский военный сенат, что состоялся перед “Походом Трибунала Веры”. Понятия о Вечной Империи подразумевают не только Ут’уум и Туманные острова как единый союз, но и Карнаат в будущем после свержения узурпатора. Под знаменем Короля Аурелия, вот, что такое Вечная Империя. Союз трех стран, разделенных морем, но единой и нерушимой силой. Неразрывная вера во всех великих духов спасителей, Кастинель, Мебиуса и Ифриша. Трое, что бросили вызов тиранам на земле и за ее пределами. Единая вера для всех и каждого. Единые блага Империи, которая станет еще больше и богаче. Свободные морские пути и порты без пошлин и угроз пиратства, со стороны узурпатора на светлом троне. Народ, который будет верить в кого захочет.
Колдуны и волшебники, что будут практиковать любую магию и таланты, к которым испытывают ощущение искусства. Единый Магистериум, что будет воздвигнут для контроля и изучения нового. Разумеется Вечная Империя будет под единой дланью Императора, заседающего на Ут’уумском троне. Это только предстоит обсуждать и принимать решения, как Ателиону так и Аурелию. Лорда Маршала Туманных островов также коснуться вопросы политики. Когда Мар каким его знают падет и восстанет в новой прекрасной форме.
* * *
Возвращение Халакса Ингариена
Спустя несколько лет после появления юного колдуна Хелеана Харгардена на Туманных островах, отец сестер нашелся. Призрак одного пирата нашептал девушкам об их родной крови на Ксель’Махуме, движущемся к ним на странном судне. Они не поверили слухам пиратского духа, верить сплетням призраков им тогда казалось сомнительным решением. Но призрак не врал, однажды в поселение прибыл человек искавший двух сестер, когда маленькая девочка Луора нашла сестер то сказала им о их папе в поселении. У обоих сестер дух захватило, и они побежали за ребенком. Счастью не было предела когда все это оказалось правдой.
Семья Ингариен воссоединилась на Туманных островах и стала ее неотделимой частью, Халакс как выяснилось смог бежать в те дни пока его вели в подземелье.
Резиденция Олафа вспыхнула как костер пока его вели, стражники глядя на это устремились тушить и пытаться вытащить из сооружения тех кто там был. Оставшихся рядом с ним двух стражников Халакс убил клинком одного из них, пока они смотрели на красивые огни тот тихо вытащил клинок одного из них. Одним взмахом перерубил глотки обоим и устремился бежать, он думал его семьи больше нет. Его вела лишь идея отмщения за все в будущем, на Ксель’Махуме его дело процветало. Король Ризан из королевства Туин даже купил его услуги однажды, Халакс просил сохранить его имя и фамилию Ингариен в тайне. Халакс очень напрягся когда увидел однажды посыльного от короля и нескольких стражников. На землях золота ничего не было известно о далеких землях Мара, но король вел себя как честный человек, которого волнует лишь товар и оплата за него. Как бы то ни было но услуги в избавлении от чумы закалили его навыки в этом направлении в южных землях Ксель’Махума.
2823г. “От Эпохи забвения”
Когда Халакс достиг совершенства контроля над чумой у него созрел план о возвращении на Мар. Вернуться в то самое проклятое место, проклятое во всех значениях этого слова, хотел раскопать и воскресить чуму с новой силой которая покрыла бы не только Лихаенские земли лорда Дамхола но и весь восточный Мар в лучшем случае. Его остановил лишь сон на корабле по дороге туда, сон о пиратских кораблях и островах покрытые туманами.
Лица его дочерей в неведомом поселении, на утро того дня он обдумывал вещий сон, Халакс Ингариен принял решение отказаться от идеи мщения и добраться до Туманных островов. Понимание о значении подобных снов он из древне знал и хотел увидеть своих девочек, если есть шанс что они живы. Мысли о землях почти на другом конце света, землях колдунов и некромантов которые спасли его детей воодушевляли больше, чем жажда мщения.
* * *
Тизельда и Элайдо интересовались про чуму, ведь ее вылечить невозможно как ранее было известно. Разве что действовать на перед, прямо как родители Хелеана Харгардена из его пересказа о посевах в их Карнаатском поместье, когда тот был еще маленький. Пока дело не зашло слишком далеко нужно решительно принимать меры дабы погасить очаг пока не поздно. Заклинаний и средств против чумы не было раньше, все изменилось только с колдовским прорывом в доме Ингариенов.
Кроун сожалеет что Ингариены не нашлись раньше, возможно тетя Сибелла выжила бы, оказались бы они на Туманных островах ранее. Во все времена ранее чума боролась всего двумя известными способами. Первый способ подразумевал колдовство изобретенное в Карнаатском доме Харгарденов, заклятие для почвы на которую болезни ходя не будет в течении года. Заклятие “Бархатный Рассвет” 2531г. Второй способ доступный всем и каждому был очень простой, сжечь источник чем бы он ни был и дело с концом.
Раэль воспринимал пересказы о болезни как о каре высших сил за дела людей, такого в первой эпохе не было, в существовавшем когда то лесу Таорис о таком народ зверолюдов никогда не слышал. Возможно катаклизм связанный с забытым Королем Хазаши и той древней рукоятью связан с этим.
Кроун хочет по возвращению с похода сделать перепись учения Халакса и записать это в «Некрономикон». В сокровищах Туманных островов по мимо 9 гробниц с древними колдунами так-же имеется книга заклинаний носящее соответствующее название. Кроун спустя какое-то время после внезапного гостя из Империи Ут’уума решил сделать перепись уникальных учений в один единый том.
Надежно-ли охраняется это сокровище спросила Ауриэль? Кроун пояснил что вряд-ли ее возможно взять без его ведома. Вор едва-ли дальше берега уйдет, а место где находиться книга еще и охраняется Фантомом «Хагалом». Не стоит пытаться искать ее кому бы-то ни было, ради их же блага. Ранее Кроун никогда не упоминал что у него есть свой собственный фантом, в прочем о «Некрономиконе» он тоже не чесал языком. Туманные острова хранят много секретов древности, которые хранятся как запасы вина с многолетней выдержкой.
Кроун подчеркнул свои надежды на то, что после всего этого похода девушки займутся чем-то более счастливым, например мужи которые полюбили обоих чародеек из дома Ингариен. Аурелию и Гравицию они дороги и неплохо бы им думать об этом на будущее . Кроун к ним начал относиться в определенный этап жизни как к своим собственным дочерям, которых у него никогда не было. Размышлял Кроун “Должно же новое поколение чародеев или воинов явиться в мир, а еще лучше и то и другое сразу”. Кардинал Аурелий пересказывал своей любимой Ауриэль навыки Хелеана в путешествиях на Ксель'Махуме. Аурелий был восхищен искусством меча и чар земли в едином лице Хелеана.
Неподалеку от горного ущелья в лесах чародеи ощутили дружелюбные души, они приглашали в поселение. Все были заинтригованы, для Тизельды и Кассилия это будет полезно после ранений. Скрытое поселение в глухом лесу прилегающее к подножию гор и частично уходящее в ее недра. Легион мертвецов безмолвно встал на входе в горный перевал. Ведущие войско мертвецов отправились в деревню в лесной глуши. Старейшина деревни Шариат, Дьякон Унтай устремился им навстречу вместе с женой и обоими дочерьми. Они были счастливы и старались возбудить счастье в окружающих.
Дьякон: Вот она, сила веры и слов древних. Дети Вечной Матери явились, как и было предсказанно. Души несколько недель глаголили что осталось недолго.
Кроун: Здравствуйте. Они весьма целеустремленно взывали к нам, кто они?
Дьякон: Древние предки, тут когда то давно в первую эпоху было поселение. Нас всегда обвиняли в жертвоприношениях и наших предков тоже.
Хаори: Великая река возмездия, идущая на запад, это предки не могли пропустить без гостеприимства.
Дьякон: Спасение именно так и выглядит, каким мы его узрели неделю назад. Вечная Матерь назвала наш дом оплотом чистоты.
Ауриэль: Кастинель явилась и к вам?
Дьякон: Весь Шариат ее видел, в момент отчаяния она укрыла каким то ритуалом все вокруг. Войско наемников не увидело тут ничего, кроме камня и деревьев.
Хаори: Своими древними умиротворяющими словами она сказала, что бояться не нужно. Надо оставить страх для тиранов и их слуг. Лорды Мара либо падут и восстанут из мертвых, либо покоряться новому порядку.
Кроун: Значит она позаботилась о вас, это благой знак.
Ауриэль: Значит еще существуют выжившие поселения древности.