Архитектор Чародей. Книга 3: Все Оттенки Тьмы
Багул схватил ее за горло и поднял над землей, на ней начали появляться порезы. Но к непониманию его ни одна из ран не кровоточила и она не задыхалась, а улыбалась в его хвате.
В ее руке образовался клинок «Горн небытия» который она воткнула ему в горло. Багул пал на колени произнося что она проклята. Символы вечности на его теле начали кружить. Он потянулся к алтарю за источником силы, но был скован еще сильнее.
Кастинель: Нет... Это не проклятие... великое благословение. Поднявший руку на моих детей, примет забвение. Отныне и до последней эры жизни.. Жертвенный бог, так услышь мой завет...
Багул: Ты ничего не изменишь. Придут другие, гораздо хуже, ты познаешь еще большие утраты. Твои игрушки никого не защитят.
Несколькими ударами Кастинель обезглавила Багула и устремилась освободить своего ребенка. Поднявшись на вершину пирамиды стало ясно, что наступило затмение. Пирамида покрылась темными символами, начиная от места где стояла Кастинель и маленькая Тианора. Стоя на вершине со своим ребенком, низвергла голову Багула вниз. Обозначив конец этой веры и всяким жертвоприношениям прославляющим его.
Цепи черной магии развивались подобно кракену во все направления от Вечной Матери на вершине пирамиды.
Мнения Дюкайского мира разделились, проклята она или же это дар освобождения от жертвоприношений. Значимости это не имело никакой, пойти против той, которая убила их бога, не посмел бы даже безумец. Больше половины жителей в течении недели покинули город в страхе проклятия и смерти. Тех кто остался и уверил в чудесное перерождение жрицы, Кастинель провозгласила своими детьми. Жертвенная пирамида была разрушена до основания, все наречия в символах и узорах на строениях о Багуле стерты. Новый порядок подразумевал родословную, как при жизни, так и после.
Один неприятный для нее случай все-же произошел при всех изменениях. Кастинель услышала далекие голоса про сраженного. Она пошла в лесные глубины, пока не дошла до небольшого каменного монумента с уцелевшим изображением Багула. Ждала несколько рассветов пока шепчущий ни вернется. Один из покинувших город ранее пришел к скрижали вновь, произносил слова с восхвалением Багула и сожалением о падении. Надежда и благодарность за дар воды для его внучки Каири, глупец думал это дар за другую жертву. Вероятно ребенок только появившись на свет, смог что-то сотворить волшебное, и этот человек уверил в Багула.
Багул никому и ничего не дал за две сотни лет поклонения, ей открылись некоторые познания о ритуалах при его падении. Возможно поэтому и молитвы для него, теперь слышит сама Кастинель. Она знает что Багул обманывал Дюкайцев. Если кто-то и владел магией то это дар от великой вспышки четырех стихий, а ни его промысел.
Она равнодушно на него смотрела пока он не видел ее рядом. Лицо того человека наполнилось ужасом и раскаянием когда рядом он заметил Вечную Матерь вместо бога убийцы детей. Кастинель гладила его по голове и попросила посмотреть на это изображение еще раз. Начала бить лицом в монумент пока он не перестал шевелиться. Оставив в покое труп чародея, она посмотрела на покрытую кровью гравюру Багула и сказала.
Кастинель: Ты взял мою младшую и хотел забрать старшую. Твоего падения недостаточно. Я заберу все. Историю, пирамиду которую ты так любил, любого кто прошепчет слова с твоим именем и даже этот жалкий камень. Все забудут что ты существовал когда-то, все кроме меня. Никто и никогда больше не произнесет твое имя.
Символы вечности обмотали спиралью камень, скрижаль потрескалась и рассыпалась на осколки.
Это можно назвать ее личным гонением похожим на современную инквизицию, священным походом против языческого бога, отобравшим ее ребенка. Это можно оправдать любовью матери к своим дочерям. Эгоистично в отношении прочих детей того времени, которые не вышли из жертвенной пирамиды.
Халакс Ингариен в те дни сидел и писал на пергаменте все что видел, слово в слово, пока бесценные знания еще свежи в голове. Так же он дополнял пергамент со слов других обитателей Туманных островов если те видели что-то еще, чего сам не заметил или не понял. Такие колдуны как Сируи с его точностью снов это редкость, будь таких больше то и знаний на пергаменте было бы больше.
Великий дух много не помнит. Когда она убила Харанджу возле пирамиды то уже тогда почувствовала боль в голове по необъяснимым причинам. Это была последняя известная ей боль на момент забвения.
* * *
Легенда о рождении Вечной Матери и ее всеобщее последнее сновидение для каждого жителя Туманных островов. Внезапное пробуждение Кастинель и осознание себя как нечто большее в новой эре, древний дух жрицы. Божественное знамение для Туманных островов на кануне похода против тиранов и узурпаторов. “Похода Трибунала Веры”.
«Халакс Ингариен 2823г. Эпоха Восхождения»
АКТ 2
Глава 1: Новости о доме
Пока некроманты продолжали шествие к западу, на острове произошло немыслимое. Ворон доставил послание с пиратского корабля Маршала Таурона. Отделение Мара от Уул'Халипсиса в проливе “Ханар” было прекращено.
Владыка, немыслимое случилось. Набег из Нильхейма... и вероятно на побережье Ут’уума тоже. Мой флот идет обратно, я не позволю грабить наши земли кому бы то ни было. Если оставшиеся жители продержатся 5 дней, то грабители с севера получат свои сокровища... в небытии. В худшем случае мы заберем оттуда все и отплывем на Мар. Дух Капитана Хридуша шепнул, что первые восставшие из мертвых северяне, сейчас являются единственным оружием против остальных, пытающиеся пройти в глубины. Ярл Туцарк, кажется призрак Хридуша так его назвал. “Поход Трибунала Веры” на первом месте.. Но.. Лорд Маршал.. только не такой ценой. Земли добытые семьей Атоа, священны. Как и всякий житель острова.
“Маршал Фантомного Флота. Таурон Силапс”
Кроун: То чего я опасался, то о чем меня предупреждали.
Ауриэль: Папа, та девочка Луора и прочие. Они же все там. Как Великая Матерь допустила это?
Кроун: До нашей земли далеко, остается верить в ее промысел.
Ауриэль: Мы не должны были забирать оттуда всех.
Кроун: Это мой просчет. Не знаю откуда северяне узнали о нашем походе. Может у них тоже есть те, что слышат усопших.
Кассилий: Похоже островов уже не боятся как раньше. Что будет с Некрономиконом?
Кроун: Ничего. Фантом убьет всех, кого сочтет угрозой. Книга останется в пещере.
Ауриэль: Там держатели мороза, судя по всему.
Кроун: И что? Вы с сестрой сотворили фантома из юнца Кардинала. А тот фантом убийца, маги для него развлечение.
* * *
Архинекромант поведал историю своего шрама на лице, шрама который сияет огнем когда тот зол. 2815г. Туманные острова.
Когда на в землях душ было спокойнее некуда, однажды туда прибыло двое непонятных юношей, Харам и Петр. По их рассказу они оба были сиротами и бежали от воин откудато с востока. Это было пожалуй, самое большое недоразумение на веку Кроуна. Ауриэль их видела один раз но не придала особого значения. Кроун как раз в то время перебирал древние записи в поисках таинства сотворения фантомов, боялся что оно утрачено.
Тем временем духи нашептали что те двое повели Луору “Маленькое солнце” играть в пещеру неподалеку от южного побережья. Один из духов был очень обеспокоен настроениями того кто был младше, Харамом. У него был какой-то странный кинжал от которого разило его собственной кровью. Кроун воскресил несколько десятков пиратов и устремился к пещере.
Когда Архинекромант прибыл, то узрел в пещере привязанную к камню девочку, братья отчерчивали кровавые руны на земле и стенах, они намеревались сотворить из Луоры что-то. Мертвых пиратов Харам разил кинжалом, кровь покидала свежие трупы подобно фрукту, из которого выжимали все до суха. Петр крушил нежить на право и на лево булавой из “Двимерита”. Кроун получил рассечение лица от Харама в той пещерной битве.
Кроун впустил в себя 16 пиратских призраков из команды западного Корабля “Сакаморо”, овладев искусствами 16 клинков Арандурских пиратов. Он поймал руку Харама в которой был кинжал и ей же сделал удар в горло его брату. Великан Петр пал на землю корчась и захлебываясь собственной кровью. Харама Кроун обнял силой перед собой и в него же воткнул собственный мерзкий кинжал. Пока Архинекромант это делал то призрак Митрейна нашептывал про ритуал сотворения фантомов. Он начал попутно впускать в Харама черную магию пока тот был на границе жизни.
Харам исчез из объятий и появился вновь, Кроун глядя на него был на пике гнева и собирался продолжить бой, рассеченное лицо Кроуна сочилось кровью но горело красным. Фантом Харама не подавал признаков эмоций, от него веяло пустотой и полной покорностью. Луора была напугана, Кроун ее развязал и утешил на сколько умел проявлять чуткость. После этого подоспели Таурон и Атопос на шепоты призраков о движениях на южном побережье.
Таким образом Архинекромант обрел фантома, который был назван “Хагал”. Добродетель давно покинула душу Харама и по сему вся его суть обратилась в Фантома, о разделении души речи и быть не могло, как было с фантомом “Апохелионом” при Ут’умбаркой битве. Призрака Петра, Таурон, Идрииль, Ауриэль, Кассилий и прочие чародеи долго пытали за эту попытку злодеяния на их земле. Даже после смерти, Петр каялся и клялся, младший брат уверил его в сотворении портала к Хаосу, который дарует им бессмертие за это дитя.
Луора это особенный ребенок, который стареет крайне медленно, она все еще выглядит на 9 лет, но ей уже гораздо больше 20. Это еще одна история о царстве Хаоса, которое стремиться нести зло в Равахейм. Черная магия и зло, такие понятия имеют множества цветов, размытых цветов.
Ауриэль: Можете освободить того фантома? Он же пойдет резать северян?
Кроун: Это невозможно. Будь я там, в теории это возможно. Книга не должна остаться без надзора. Вы даже не представляете какие знания там описаны, если их начнут читать слабые умы, много кому не поздоровится.
Ауриэль: Книга не должна остаться без защиты? А как же папа и остальные? Они все там сейчас, с паразитами Нильхейма и их топорами.
Кроун: Разговор окончен. Они все уладят, к ним двигается Таурон.
Ауриэль: Но...
Кроун: Ты что, хочешь бросить все ради неизвестности? Знаешь что начнется у твоего любимого Аурелия, Хелеана, Ел'Кайна, Гравиция и всей Вечной Империи на Карнаате если мы все бросим? Лорды Мара вернут все освобожденные земли, убьют Тизельду и все то поселение. Хилтенбург падет, тот мальчик который дал вам кота. Потом Лорды двинутся в поддержку западного Карнаата. Ты этого хочешь?
Ауриэль: Эм. Вы правы.. наверное. Кастинель, надеюсь она знает про это. Вы получили шрам защищая Луору, не думаю что вы бы бросили их сейчас.
Кроун: Вот именно. Все будет нормально. Кто по твоему населяет Туманные острова? Дураки?
Раэль: Там, целый цикл верных вам душ, многих веков насколько я понял. Ауриэль, думаю ваш Архинекромант прав.
Ауриэль: Может мы с сестрой слишком сильно полагалась на “Первых девять” и многотысячную армию. Вы правы.
Кроун: Не стоит. Продолжим движение на запад. Император и дальше давит узурпатора с его сворой, пока мы давим паразитов здесь. Таурон раздавит северных идиотов в скором времени, я уверен.
Тасадор приложил костяную длань к земле, костяной лик всадника повернулся к чародеям. Конное войско приближалось к горному хребту, еще далеко, но древний всадник чествует тысячи лошадиных подков.
Началась активная организация к сражению, нежить с пиками устремилась во фронт, мечники в центральную гущу нежити. Раэль обратился в медвежье чудовище и на него надели созданные ранее доспехи. Раэль позволил Тасадору оседлать свою медвежью тушу. Колдовство Тасадора достигнутое однажды вдохнуло в Раэля невиданный прилив сил, в гробнице его мастерство алхимии изменилось на колдовство усилений крупных животных.
Туманные острова двинулись вперед. Крики воронов нарастали в небесах позади войска, Митрейн вновь призывал «Вороньи небеса».
Сестры услышали духа, который сообщил об иноземцах наблюдающих неподалеку. Кто они стало интересно всем, около десятка человек. Идрииль повелела духу ясно дать понять, что молчаливое войско мертвых не враги, если у тех нет дурных замыслов. Вскоре иноземцы подошли к двигающемуся войску и колдунам.
Эльдор: Хвала Утукару. Если честно думали убраться по добру по здорову.
Кроун: Кто вы? Вы явно иноземцы.
Эльдор: Кажется экспедицию мы совсем не вовремя задумали в этот край.
Ауриэль: От чего же не вовремя? Смотря что вам тут нужно.
Как выяснилось они прибыли на Мар в поисках пропавшей экспедиции. Почти 3 века назад, их предки решили раскопать что-то на западе, наладить связи если будет возможно, но они ни вернулись. Без вести пропавшая экспедиция привела Эльдора и его людей в эти земли, в них чувствуется таинственная магия. Эльдор и его люди даже не думали, что прибыли во время войны, в земли тиранов и гонений. Западная Таллурская земля далека от всего этого, как на картах так и в вопросах подавления воли народов, славиться та земля руническими ремеслами. Утукар это древний рунический наставник, языческий бог судя по их описанию. Их не встретили бы как друзей в этом краю, или же попробовали бы купить как наемников.
Когда они добрались до холмов при Хрантвике, Эльдор сказал что у них есть ритуал, который создаст нечто интересное. Ауриэль вспомнила пересказ Хелеана о «Лесном стиксе» и скопище душ. Эта земля полна павших и замученных желающих возмездия. Решили создать похожее существо и оставить на холмах, где вскоре пройдет конное войско. Первые девять и некроманты создали пугало из подручных материалов, доспехов, брони, и четырех длинных лезвий в каждой из четырех дланей пугала-берсерка. Эльдор и его люди отчертили руны вокруг и отошли в ближайший лес. Там же и было расположено безмолвное воинство. Наступила тишина, вороны Митрейна осели в лесной гуще и начали наблюдать.
Эльдор: Когда область рун будет пересечена, оно начнет действовать, мы ощущаем следы наших предков. Они точно были здесь, что с ними стало.
Ауриэль: Разберемся вместе, похоже вас сюда привело тоже, что и всех нас.
Эльдор: Хотелось бы все выяснить и забрать Таллурские реликвии, останки предков тоже, если они уцелели.
Кроун: Ваша экспедиция занятна, обсудим это. Утукар тоже весьма занятен, языческие боги увлекательны и интересны. Кастинель презирает убийц невинных и изуверов, если ваш бог не из таких то конфликтов не будет.
Эльдор: Нет, наш бог очень стар. Никаких ужасов Утукар никогда не творил и не призывал к этому, поговорим об этом позже.
Ауриэль: Вы уже проявили благоразумие, мы обязательно воздадим вам за помощь. Но сначала ублюдки должны заплатить за все, что творили сотни лет в этом краю.
Эльдор: Мы слышали об этом, даже кто-то задумывался, что повезло быть подальше от такого. Мы намеревались выяснить у лордов судьбу предков, если есть какие-нибудь записи.
Кроун: Архивариумы, как и все остальное скоро будет наше. Все важное о Таллуре вы сможете забрать. Лорды вам ничего не дали бы, бесплатно.
На горизонте показалось медленно двигающиеся конное войско. Внушительное войско, чародеям пока даже было не сосчитать примерно сколько. Идея “Пугала-берсерка” была хороша, проверить решимость войска и их командиров. Один из ведущих остановил движение завидев воткнутое в землю стальное пугало в поле. Один из командиров взял с собой пару десятков всадников и отправились проверить что это. Они увидели на земле знаки и остановились.
Не к добру все это, совсем не к добру.
Ты что совсем без мозгов? Это жалкая уловка, язычники хотят фокус показать не иначе. Готов поспорить они в том лесу.
Как хочешь, к этой штуке я не приближусь.
Какой же ты трус, Мартуо точно выпил слишком много, когда выбирал тебя, с такими суевериями только в конюшнях говно чистить. Я сам все улажу.
Командир потрогал пугало, развернулся и уверил остальных, что боятся нечего. После его слов все 4 клинка проткнули его спину по самую рукоять. Оно разорвало тело во все стороны и произнесло слово. Мистически разнеся.
Пугало-берсерк: Боль.
Оно задергалось и сошло со своего места. Лорды протрубили в рога. Оно устремилось к армии рассекая то по одному то нескольких сразу. Единое конное войско начало активнее вылезать из за нагорья. Всадники кружили вокруг скопища и бросали в него копья, стрелы.
Ауриэль: Много. Еще вылезают. Пора?
Кроун: Души требуют жатвы. Начинаем.
Молчаливый легион хлынул волной из лесу. Солнце померкло над полем битвы при приближении «Вороньих небес». Многие пали в этой битве, Хайронд поняв всю серьезность, отступил в Хрантвик, оставив прочих умирать. Восставший Кардинал Кастельян зарубил ни меньше пол сотни, но пал от меча Лорда Харадрима. Десяток копейщиков окружили его воткнув копья с разных сторон и удерживая на месте. Лорд отсек ему голову. С запада тем временем приближалось еще одно войско всадников. Лорд Мартуо тоже намеревался отступать, но развернул войско обратно к битве. Узрев приближающиеся подкрепления из земель Матао, что расположены дальше к западу от Хьялмара.
Кроун решил применить «Некрономикон». Еще со времен утраты жены и сына о которых никогда не рассказывал, мечтал произнести легендарную песнь «Бледный суд» когда придет время. Явились души в свадебных одеяниях, все что лежало на земле начало подниматься образовывая подобие туловища скелета великана. Оружие, павшая нежить, лошади и воины лордов стали материалом для некростатуи. Оно было собрано лишь на половину, нижней части у статуи не было, один удар в приближающееся войско унес с собой одну треть. Все павшие так-же, начали притягиваться к статуе суда, неважно убило их или нет. Они пытались хвататься за что-то, кто-то смог избежать участи материала, пока заклятие действовало. Оставшееся войско разбежалось в неизвестные направления. Статуя перестала двигаться и тянуть к себе новые фрагменты, заклятие «Бледного суда» прекратилось. Души безымянных невест растворились, а статуя осталась на тех холмах как символ.
Один из последних выживших встал и начал ковылять в сторону Хрантвика, ворон устремился ему в спину подобно стреле из лука, залез внутрь и вылетел через рот.
Ламахайский Лорд все еще сражался и нежить окружала его, Тар’Накай поднял руку с зеленым сиянием колдовства и нежить расступилась. Он пожелал сразиться с лордом в поединке. Сестры наблюдали со стороны и велели просто убить его, но у Накая и нежити поблизости было иное мнение. Неслыханно до той поры, первое неподчинение нежити и даже обретение собственной власти.
Тар’Накай блокировал и отражал все выпады, пытаясь что-то понять. После чего одним ударом “Асакуру” разбил клинок из “Двимерита”, сделал удар в живот, схватил за горло и потащил к Архинекроманту. Тащил через горы падших, всадников и лошадей.
Сразу после этого оставшиеся войска скрылись из виду. Самого Лорда Харадрима удалось взять живым и двух его командиров непонятным чудом. Больше половины войска пало, остальные разбежались, спасая свои жизни. Кардинала Кастельяна не нашли, Томар’Яди намеревался попробовать вернуть его голову на место. Вероятно восставший Кардинал из Феополиса тоже стал частью статуи.
Кроун: Славный день для вороньего пира. Вы согласны, Лорд как вас там?
Харадрим: Почему я еще жив? Не слышал, чтоб проклятые вели переговоры.
Ауриэль: Это мы то проклятые? Ни одно божество ни сошло к вашему войску.
Кроун: Ты и тебе подобные не нашли же то поселение? Благодаря промыслу Вечной Матери.
Харадрим: К чему все это? Я ничего вам не скажу.
Ауриэль: Ты знаешь почему легион душ здесь? Сестра покажи ему, будь добра.
Идрииль: «Показала свое увечье»
Харадрим: Я не одного такого веления не отдал за свое правление.
Ауриэль: Изуверы здесь повсюду. Замученные души невиновных. Скажи, зачем?
В этот момент Идрииль затряслась глядя на одного из пленных капитанов, узрела своего мучителя, который лишил ее языка по воле Губернатора Олафа. У него была повязка на правом глазу и шрам на левой щеке. Идрииль схватила первое попавшееся под ногами оружие и устремилась к нему, удар за ударом нанося и в завершении вырвала сердце.
Идрииль: Что ты видишь когда смотришь туда? Он изувечил сестру и меня тоже. Я вспомнила это животное, хм... где-то успел потерять глаз... интересно, но это уже не важно. Это твой человек был?
Харадрим: Нет, он был из Лихаена, тех кто бежал. Я лишь пытаюсь защитить свой народ.
Кроун: Защитить, от кого? Девочек 16 лет? Они не были некромантами, обычные дети с этих земель, мы приняли их как своих собственных. Я заменил им отца.
Харадрим: Я никогда не умел хорошо лгать и никогда и не приклонялся. Даже Кардиналу из Феополиса, если честно у меня была мечта, убить эту тварь. Можно сказать она осуществилась, частично.
По итогу Лорд юга, Харадрим согласился на повиновение, но это больше походило на заботу о его землях нежели о самом себе. Хоть он и уверяет что в гонениях не участвовал, но сестры думают, что он врет. На примере Хилтенбурга если что то подобное будет, он лишится головы и его заменят на другого. Все южные земли по ту сторону «Шепчущего моста» принадлежат ему, это сражение выиграло некромантам весь юг Мара. Впереди через холмы расположен подгорный город Хрантвик, собственно куда изначально и направлялось восставшее войско.
Глава 2: Новый лорд в лице старого
Ауриэль: Достаточно штандартов новой эры. Ты слышал о падении старого Культа Солнца?
Харадрим: Он еще не пал, но думаю это вопрос времени.
Ауриэль: Битва при Феополисе многое показала народам Карнаата, скоро новый король сядет на трон и все измениться.
Харадрим: Эти старейшины умасливали всех здесь, в том числе и мне пытались навязать эту странную веру. Я не знаю как чародеи и Светлейший могут быть связанны в дурном смысле. В моих землях есть колдуны и по сей день, просто я давно плюнул на это. Это полнейшая ересь в которой не хотел участвовать, единственное во что я поверил, идет проклятое войско. Живые обратятся в мертвых навеки и так далее.
Кроун: Кто же прочитал вам такое полуправдивое заклинание?
Харадрим: Иутарх Кастельян, год назад. Он здесь был и наводил суету по поводу армады Вечной Империи двигающейся к Карнаату. Я ему говорил что это не наше дело, не мое во всяком случае. Мои люди ни вернулись домой уже один раз, из их обещанного похода славы.
Ауриэль: Хах, разворошили осиное гнездо и прибежали к вам, чтобы вы защитили их жадные рты?
Харадрим: Я подумал о том же самом. Моя земля, мои люди. Он вел себя как Патриций, столько грязи я ни от кого не видел. Как он умер в первый раз?
Ауриэль: Лесная битва при Роншаре. Возможно ты знаешь Аурелия, его войско уже тогда было на нашей стороне.
Харадрим: Замечательный человек. Раз эта война открывается с другой стороны, думаю я рад что он жив.
Кроун: Лучше радуйся что ты жив, и все еще лорд судя по всему, со своими землями.
Ауриэль: Аурелий рисковал жизнью доверясь Императору и нам. Организовывая верных, на него не раз покушались.
Харадрим: Я так и не понял, они не вымысел старейшин? Эти боги.
Ауриэль подробно объяснила об этом, особенно унижение которое испытал Ифриш за последние 2 сотни лет. Про Хелеана как Избранного новым богом земли Мебиусом, Кастинель пробудившуюся прям перед походом освобождения. Аурелий бывал один раз в землях Ламахая по поводу некоторых лекарственных трав, которых нет на Карнаате и Лорд Харадрим обсуждал с ним эти поставки. Это было еще до Ут'умбарской битвы но даже по тем временам Лорд юга отзывается об Аурелие как о честном человеке.
Второй капитан был подчиненным Лорда Харадрима и его отпустили. Все павшее войско некроманты забрали себе, лорд хотел забрать своих людей, на это некроманты не могли пойти на тот момент. Ауриэль сказала, когда наступит мирное время павшие южане из Ламахая вернуться в могилы если им это важно.
Кроун: Откуда у ваших земель столько “Двимеритового” оружия?
Харадрим: Вы слышали про Треснувшую гору на Карнаате?
Ауриэль: Арандурские наемники хотели ее вместе с Коровлевской гаванью. Что-то о золоте в тех недрах. Патриций думал как сделать так, чтобы не платить им вовсе.
Харадрим: Почему я не удивлен слушая это.. Патриций и его 12 собак, как же это в их стиле.. Золото это хорошо, но истинная ценность горы в залежах Двимерита. Они не просто так за нее торговались.
Ауриэль: Патриций хотел воспользоваться ими бесплатно. Мастер Аное заплатил жизнью за свою глупость, а его люди ушли обратно ни с чем. Войску “Золотых клинков” повезло что Император явился вовремя.
Харадрим: Ут’уумский Император привел воинство лично? Нас уверяли что это просто армия марионеток.
Кроун: Вас много в чем уверяли, в очень многом.