Тёмный эльф. Тот, кто выживет вопреки

Эльф с браслетами в руках не стал ждать смерти – метнулся вбок, проскальзывая между корнями, как угорь между камнями. Один корень чиркнул его по плечу, вскрыв доспех, содрав кожу, но он даже не вскрикнул – только зубы сжал.

Велона рычала. Не словами – горлом, грудью, всем телом. Она вбивала пальцы глубже, тянула силу из земли, заставляла корни расти, извиваться, хватать. Ещё один выстрелил из-под ног молодого – тот едва успел подпрыгнуть, и корень сомкнулся в пустоте с влажным хрустом.

- Дриада! – Рявкнул старший эльф, отбивая мечом наползающий корень. Сталь вгрызлась в древесину, брызнул сок – густой, тёмный, пахнущий землёй и кровью.

- Да я заметил! – Прорычал второй светлый.

- Отпустите мальчика, и я, может, не убью вас обоих! – Велона шагнула вперёд, и земля под её ногами пошла трещинами.

- Смешная лесная крыса, - молодой сплюнул. Он держался на расстоянии, внимательно наблюдая за дриадой. – Твоё мнение не берётся в расчёт. Мальчик подлежит изъятию.

Велона стиснула зубы, и земля под ногами светлого эльфа вздрогнула.

С глухим треском из глубины рванулись толстые корни. Они стремительно переплетались друг с другом, скручивались, нарастали, словно живые змеи, пока не превратились в гигантский деревянный кол, устремившийся прямо в грудь Иллиа́рика.

На долю секунды в его глазах вспыхнул ужас. Он не успевал. Слишком близко. Слишком быстро.

Тело среагировало раньше разума. Десятилетия тренировок и сотни сражений взяли верх над страхом. Эльф резко ушёл в сторону. Кол с рёвом рассёк воздух там, где мгновение назад находилось его сердце.

Перекатившись по земле, светлый выхватил кинжал из ножен. Блеснула сталь. Короткий, резкий взмах и оружие сорвалось с пальцев.

Кинжал вонзился Велоне в плечо, вырывая короткий вскрик из горла.

Потоки природной энергии оборвались. Корни замерли

Пока её пальцы судорожно сомкнулись вокруг рукояти, светлый атаковал вновь – выбросил ладонь вперёд, воздух вокруг задрожал. Мощнейший поток энергии ударил Велону в грудь.

Мир для неё взорвался болью. Воздух вышибло из лёгких. Тело оторвало от земли и отшвырнуло назад. Она рухнула в грязь, проехав несколько метров по мокрой земле.

Светлый сплюнул кровавую слюну. На лице застыло брезгливое раздражение. Лишь убедившись, что дриада больше не представляет угрозы, он обернулся.

Второй эльф уже направлялся к ребёнку.

Зев лежал неподалёку. Маленький. Перепачканный грязью. Его мокрые чёрные волосы прилипли ко лбу. Тонкое тело было покрыто кровью и землёй.

Он не плакал. Не кричал. Не пытался бежать. Просто лежал на боку и смотрел.

Смотрел на Велону. Смотрел широко раскрытыми глазами, ничего не понимая.

Или понимая слишком многое.

Дриада попыталась подняться. Боль прострелила плечо. Из раны толчками вытекала кровь. Каждое движение превратилось в пытку.

- Зев... - едва слышно позвала она. Её голос дрожал. Срывался.

- Зев...

Мальчик не двигался. Не моргал. Будто застыл между страхом и шоком.

Тем временем младший из светлых неторопливо приближался к Велоне. На его губах играла мерзкая самодовольная улыбка.

- Ну что, лесная крыса? – самодовольно протянул он. – Не такая уж ты и всемогущая.

Дриада не слушала. Она пыталась ползти. Сквозь боль. Сквозь слабость. Цепляясь пальцами за мокрую землю.

К ребёнку. Только к нему.

Второй эльф тем временем добрался до Эс'Зева́ра. Грубо ухватив мальчика за руку, он рывком поднял его с земли. Зев болезненно вскрикнул.

Тонкие руки безжалостно заломили за спину. На запястьях щёлкнули браслеты.

- Убьём её? – для вида, спросил Иллиа́рик.

Он резко дёрнул Велону за волосы, заставляя поднять голову. Холодное лезвие длинного клинка прижалось к её шее.

- Она опасна.

- Иллиа́рик, это лишнее, - ответил второй эльф. – Она – Древняя. У нас приказ.

- Приказ? – фыркнул тот. – Эта тварь только что чуть не отправила нас к Высшим.

- Но не отправила.

- Пока не отправила.

Усмешка стала шире. Хищнее.

- Такие существа всегда ждут удобного момента.

Лезвие сильнее надавило на кожу. Тонкая струйка тёмной крови скользнула по шее Велоны.

Она дёрнулась.

Не из-за себя. Из-за Зева. Из-за того, как грубо его держали. Из-за страха в его глазах.

- Нет... - выдохнула она, понимая, что их не оставят в живых.

Зев увидел кровь. Увидел клинок. Увидел, как дрожит самое родное и любимое, что у него есть.

И что-то внутри него оборвалось.

Страх. Боль. Отчаяние.

Всё смешалось в один раскалённый клубок.

«Они убьют её...» - мысль тихо пронеслась где-то в подсознании, но ударила сильнее любой раны.

Они действительно убьют её. А он ничего не может сделать. Совсем ничего.

«Беспомощное, бесполезное существо...»

Что-то начало душить изнутри. Подниматься из самых глубин. Прожигать насквозь.

По телу мальчика пробежала судорога. Серебристые шрамы начали медленно вздуваться, словно под кожей просыпалось нечто живое. Нечто древнее. Нечто голодное. И давно забытое

Зев поднял голову.

Его глаза вспыхнули алыми искрами. Потом огнём. Настоящим огнём.

Иллиарик замер. По спине внезапно пробежал ледяной холод. Инстинкты воина взвыли.

Бежать! Сейчас! Немедленно! Прятаться! Спасаться!

Он чувствовал приближение чего-то чудовищного. Чего-то, что не должно существовать в этом мире. Но гордость оказалась сильнее страха.

- Держи его! – рявкнул он.

Голос прозвучал резко. Почти панически. Почти переходя на визг.

- Держи крепче!

Тэллорэ́ль сжал хватку.

Велона побледнела. Ужас отразился в её глазах.

Она уже видела это однажды. Очень давно. Она знала этот огонь. Знала эту силу. Знала, кому она принадлежит. И знала, что будет дальше.

К чему это приведёт

- Нет... – еле слышно прошептала она. Одними губами. Стараясь высвободиться из цепкой хватки светлого.

Она судорожно вдохнула воздух, пытаясь закричать. Пытаясь остановить их. Пытаясь предупредить.

Но было уже слишком поздно...

В этот момент закричал Зев.

Не так, как кричат дети – визгливо, тонко, испуганно. Это был крик, от которого лопнули стёкла в ближайших окнах деревни. Низкий, вибрирующий, нечеловеческий – он шёл не из горла, а отовсюду, из земли, из воздуха, из пространства

Маленький, худой, весь в грязи – стоял на коленях, и из его ладоней, из его груди, из раскрытого рта рвался свет. Не белый, не золотой – чёрный, с фиолетовыми прожилками, густой, как дым, горячий, как пламя. Он пульсировал, бился, рвался наружу – и воздух вокруг мальчика трещал, как перегретое стекло.

Взрывная волна сотрясла всё вокруг, поднимая грязь и пыль. Она прокатилась от мальчика во все стороны, поднимая землю, ломая ветви, вырывая деревья с корнями.

Илллиарика с Велоной отбросило на огромное расстояние.

Волна накрыла Тэллорэля целиком. Он даже не успел поднять руки – тело выгнулось, рот раскрылся в беззвучном вопле, и на долю секунды Велона увидела сквозь чёрный свет его силуэт – каждую кость, каждую вену, каждый нерв. А потом – хлопок. Тихий, влажный, как лопнувший пузырь.

От эльфа ничего не осталось, кроме клинка и металлических заклёпок от доспехов

Тишина...

Дождь продолжал моросить. Корни, некогда управляемые Велоной, медленно втягивались обратно в землю, нехотя, будто раненые звери. Молодой эльф лежал в десяти шагах, придавленный обломком толстого ствола сломанного дерева, хрипел, пытаясь встать – но не мог.

А Зев стоял на коленях посреди поляны. Свет погас. Руки опустились. Маленькое тело качнулось – и мальчик рухнул лицом в грязь.

- Не опасен? – где-то из леса прохрипел светлый, выплёвывая кровь в мокрую траву. Голос его сорвался на хриплый смешок. – Совсем не опасен...

Слова растворились среди сломанных деревьев.

Он попытался пошевелиться, но тщетно – громадный ствол придавил его к земле, словно насмешка самой судьбы. Под рёбрами что-то болезненно хрустнуло, и мир на миг побелел от боли.

Пахло разорванной древесиной и сырым мхом. Пахло кровью.

Повсюду лежали деревья, вырванные с корнем, земля вспахана глубокими бороздами, будто по поляне пронеслось древнее чудовище.

Иллиа́рик медленно закрыл глаза. Но внезапно тишину разорвал конский крик. Откуда-то, со стороны поля, послышался глухой стук копыт.

Мгновение спустя животное резко остановилось. Тяжёлые сапоги ударили о землю.

Шаг.

Ещё один.

Приближались медленные, уверенные. Сопровождаемые шорохом тяжёлого плаща.

- Что здесь произошло? – Послышался тихий вопрос на эльфийском. Иллиа́рик сразу узнал этот голос:

- Гвил-и-Морн... – выдохнул он.

Фигура остановилась, обернувшись на звук и быстро направилась к нему.

Над раненым клинком возник силуэт крупного светлого эльфа – тёмно-синий плащ тяжёлыми складками спадал до земли, со светлых доспехов скатывались капли дождя. Влажная кожа лысой головы поблёскивала. Голубые глаза, прозрачные и холодные, внимательно осматривали раненного, выделяя глубокие морщины.

В этом взгляде не было ни паники, ни растерянности. Только понимание.

Маршал молча ухватился за ствол. Рыча и прикладывая силы. Мышцы под доспехами напряглись. Дерево заскрипело и приподнялось.

Иллиа́рик судорожно вдохнул воздух. Грудь обожгло болью, разрывая тело кашлем.

- Где второй? – осматривал Теневой Маршал поляну, словно после боевых действий.

- Погиб. – спустя несколько мгновений послышался слабый ответ.

Ветер качнул ветви над головой. Маршал не ответил. Только медленно опустил взгляд на светлого эльфа.

Позади послышался слабый, надломленный хрип. Оба эльфа обернулись.

Вело́на шла, спотыкаясь почти на каждом шагу. Окровавленная рука прижимала раненое плечо. Ноги дрожали. Но она всё равно двигалась вперёд. Словно её тянула невидимая нить. К нему. К мальчику.

- Зев... – её голос был едва слышен.

Она упала рядом с мальчиком – колени ударились о землю, ладони утонули в грязи.

Перед ней лежал тёмный эльфёнок. Слишком неподвижный. Тонкий и хрупкий.

Сердце Вело́ны оборвалось.

- Зев - дрожащими руками она приподняла его голову. Прижала к груди. Кожа мальчика оказалась ледяной.

- Нет... - пальцы заметались по его лицу, убирая волосы, касаясь щёк. Будто она могла разбудить его одним прикосновением. Будто могла отогреть и спасти.

Из носа мальчика медленно текла тонкая струйка чёрной крови. Она казалась неестественной на бледно-серой коже. Слишком тёмной. Слишком страшной.

Вело́на прижалась лбом к его виску, закрыла глаза и прислушалась.

Тишина...

Потом... Где-то глубоко. Едва уловимо. Вдох. Такой слабый...

Слёзы сами потекли по её щекам.

- Глупый мой... Храбрый мой - она крепче обняла ребёнка, словно весь мир хотел отнять его.

И, возможно, так оно и было.

- Да встретят Тэллорэ́ля на том берегу Высшие, — тихо произнёс Теневой Маршал, наблюдая всё это время за дриадой.

- Да примет его в свою обитель ярчайший Аурио́н - ответил Ил, сквозь боль, прижимая сжатый кулак к сердцу.

Повисла тоскливая тишина. Несколько секунд никто не говорил. Даже лес молчал.

Маршал долго и внимательно смотрел на ребёнка – перед его взглядом лежало создание, способное уничтожить города, разрушить королевства, изменить судьбу мира.

Внезапно память выбросила картинку, чётко вырисовывая образы:

- Азрафэ́ль! – рыжая байю́р схватила его за руки, цепляясь как за единственный источник спасения. Синие глаза, без зрачков, вот-вот готовы заплакать.

- Что я должен сделать, миледи?

- Убереги! То, что они там найдут Убереги его любой ценой. Сохрани его жизнь. – её голос дрожал.

- Что они там найдут?

- Мальчика – полукровку неизвестных кровей, но с необычными способностями. И, если он будет сопротивляться Если не поддастся их контролю...

- Погибнет на месте.

- Спаси...

- Обещаю, Али́ссия.

И сейчас это создание, этот полукровка, едва дышал в объятиях плачущей дриады.

- Это всё усложняет - тяжело качал головой Азрафэ́ль, - хотел бы я сказать, что Её Величество будет в ярости после уничтожения сильнейших существ этого мира, но после такого...

- Они опасны, Теневой Маршал, Господин. Их необходимо уничтожить. Стереть с лица мира А́нидус.

- Они опасны, согласен, но они и невероятно ценны для нас. Я видел всё – он нужен нам, - смотрел мужчина серьёзным взглядом на тёмного эльфёнка, в объятиях дриады, что качалась с ним, прижимая к себе.

Я дал обещание...

Он встал, направляясь к девушке.

Подойдя к ней сзади, она даже не обратила на него внимание, полностью сосредоточенная на ребёнке. Светлый эльф, словно гора, навис за её спиной:

- Это не твоё дитя.

- Моё, - её руки сильнее сжались вокруг мальчика. Как у зверя, защищающего детёныша.

- Он жив?

- Что Вы с ним сделаете?

Мужчина обошёл её вокруг и сел на корточки – их глаза встретились на одном уровне.

- Учитывая его необузданную мощь, я хотел забрать его под своё крыло и обучать среди лучших светлых. Учить и воспитывать как солдата. Под моим личным надзором.

Брови Вело́ны медленно поднялись вверх от услышанного. Она прижала мальчика сильнее, останавливая покачивания.

- Он не приспособлен...

- Ему придётся учиться.

- Но он совсем ребёнок. Он даже не умеет с обычными людьми общаться.

- У него не будет выбора! - он повысил голос, но тут же взял себя в руки. – Если никто не научит его управлять своей силой, однажды он уничтожит гораздо больше.

Она знала.

Знала, что он прав.

И ненавидела его за это.

- Я обещала защитить его.

Маршал долго смотрел на неё. Потом неожиданно сказал:

- Я тоже дал обещание.

И впервые за весь разговор между ними возникло нечто странное.

Понимание.

Они оба были пленниками собственных клятв. Они оба боялись за тёмного эльфёнка. Просто боялись по-разному.

- Вы нас не отпустите?

- Нет.

Ответ прозвучал мягко, но окончательно. Как приговор.

Вело́на закрыла глаза. Боль пронзила грудь. Сдавила сердце. Словно её заставляли собственными руками вырвать часть души.

- Тогда...

Она осторожно коснулась щеки Зева. Запоминая. Каждую черту. Каждую ресницу. Каждый вдох.

- Уберегите его, - голос дрогнул, - пожалуйста.

Маршал медленно кивнул.

- Клянусь.

Он осторожно поднял мальчика на руки. Будто нёс не ребёнка, а судьбу целого мира.

Велона смотрела. Не мигая. Пока Зев не оказался в седле. Пока конь не сделал первый шаг.

Пока силуэт светлого эльфа не начал растворяться среди деревьев.

Она не звала его. Не прощалась.

Потому что некоторые прощания слишком больно произносить вслух.

А за её спиной Иллиа́рик наблюдал молча.

Боль скручивала тело. Но мысли оставались ясными. Очень ясными...

Он смотрел вслед удаляющемуся ребёнку и улыбался. Медленно. Хищно.

Мальчик опасен. Мальчик нужен всем.

А значит, рано или поздно, мир начнёт за него войну.

Или из-за него...

И тогда Иллиа́рик обязательно найдёт своё место в этой истории.