И пеплом стали звезды
– Почему?
О том, что простились эти двое не на хорошей ноте, Тай и сам догадался – достаточно было посмотреть на пострадавшее от рук Лин лицо Ив Улье.
– Потому что он мне ничего не сказал, – выдохнула Линнея и отвернулась в сторону от Корте. – Прошло почти два месяца, и я до сих пор думала, что у меня есть шансы вернуться на МП-56. Ждала, что сейчас Ив свяжется со своим куратором или командиром, и нас вывезут обратно. Пыталась отправить сообщение тебе.
И снова шепот на грани слышимости, но рискнуть и переспросить Тай не смог. Сидел и смотрел на затылок той, что старалась говорить отстраненно и равнодушно, но в ее интонациях и словах все равно проскальзывали обреченные нотки.
– Дошло до того, что я украла коммуникатор, – Таймарин едва заметно улыбнулся. Вот это Лин, которую он помнил. Но дальнейшие слова заставили его улыбку померкнуть. – Когда Ив это заметил, он и сказал мне, что официально я давно уже мертва. А ты успел получить перевод неизвестно куда, и на МП-56 меня никто не ждет.
Все, что касалось Корте, Линнея произносила будто бы неохотно, словно не желала, чтобы он понял, как важно ей было именно его, Таймарина, мнение. Но он слишком хорошо знал свою птичку, чтобы обманываться на этот счет, и прекрасно мог додумать то, что о чем она не говорила вслух.
Все это время она надеялась вернуться к нему. А он поверил в ее смерть и пытался жить дальше, пока где-то на далеком Ирасе его любимая теряла надежду.
– Он знал это с самого начала, еще до того, как я поднялась на борт «Остиона», – после короткой паузы куда более уверенно заговорила Лин. – И почти два месяца молчал. Вот за это я и обещала его убить.
Пожалуй, закономерное желание. И врезать Ив Улье снова захотелось непреодолимо сильно, Тай даже сжал пальцы в кулаки.
– И что было дальше?
А дальше действительно был долгий рассказ, но с каждой фразой Линнея говорила все свободнее. Словно сначала она стеснялась или боялась реакции Таймарина, а потом ей и самой становилось легче от этой исповеди.
Она рассказывала, как полгода путешествовала по вселенной, убираясь как можно дальше от планет Межгалактического союза. Как подрабатывала ремонтом навигационных и посадочных модулей, его умная девочка. Как оказалась на Галтее, негласной столице контрабандистов.
– Галтея – мне даже сложно представить, где это, – задумчиво прокомментировал Тай, вспоминая известные ему карты.
Лин тихо усмехнулась.
– Это очень, очень далеко от сюда. Не буду утверждать точно, но мне кажется, что куда больше десяти варп-прыжков.
Значит, больше недели пути на фрегате. Или почти два месяца на таком корвете, что нес их сейчас на Жат. Надо же, как разбросало их друг от друга по просторам вселенной.
– Не могу избавиться от мысли, что, если бы тогда, угнав истребитель, я не позволил себя схватить, мы бы могли оказаться там вместе, – задумчиво протянул Корте.
– Тебе бы там не понравилось, – вопреки ожиданиям, Линнея не замкнулась, а продолжила говорить. Кажется, ей действительно это давалось проще, чем тишина и неловкость, висевшая между ней и Таем. – Там совершенно другой мир, не тот, к которому мы привыкли. Там нет закона, там правят деньги и сила. На Галтее легко можно попасть в перестрелку прямо посреди улицы или рынка, а единственный космопорт – это пристанище таких негодяев, каких ты себе даже представить не можешь.
И в этом суровом мире выживала его птичка. Одна, без чьей-либо помощи. Как не чувствовать себя виноватым за это? Ведь теперь Таймарин знал, что, если бы в тот момент увел угнанный корабль в гиперпространство, к моменту выхода у Жата он как раз сумел бы перехватить Лин на полпути к «Остиону».
– И для этого тебе бы пришлось стрелять по своим, – будто подслушав его мысли, продолжила Линнея. – За что ты бы никогда не смог вернуться ни в Космофлот, ни на планеты Межгалактического союза.
Таймарину показалось, что в этих словах был какой-то еще, скрытый смысл, который причинял Лин боль. Но бередить еще больше ее раны Корте не стал, попытавшись перевести все в шутку:
– Возможно, из меня бы получился хороший контрабандист.
– Смеешься? – фыркнула Линнея и тихонько хохотнула. Кажется, план Тая сработал. – Из тебя бы он вообще не вышел. Ты же правильный до последних наростов на голове. А для того, чтобы быть пиратом, надо уметь врать, хитрить, ухищряться. И убивать всех налево и направо. Нет, ты бы точно им не стал. Ты слишком… солдат.
Да, пожалуй, водилась за Таймарином такая особенность: он свято верил в Космофлот, закон и порядок. В справедливость, в преданность, в верность. Стремился, чтобы вокруг него все было именно таким. Поэтому права Лин: в мире, где все было с точностью наоборот, он вряд ли смог долго прожить.
А его птичка провела там почти девять лет. Еще один огромный повод гордиться ей.
Лин молчала, а Тай раздумывал, какой бы вопрос задать следующим так, чтобы ненароком не заставить ее вспомнить что-то неприятное для себя. Но спустя еще пару мгновений услышал с соседнего кресла:
– Я уничтожила эсминец Космофлота.
Корте перевел непонимающий взгляд вправо, но Лин снова смотрела сквозь звезды и пространство куда-то перед собой.
– Давно. Примерно через год, после того как… – она запнулась, но Тай и сам понял: после ее вынужденной официальной смерти и побега с «Остиона».
– Я не думаю, что ты сделала это от скуки или из-за мести, – осторожно заявил Таймарин, когда от Лин не последовало продолжения.
Определенно, это могло быть проблемой. Не для Корте – ему плевать на все, если его птичка остается рядом с ним. Но Тай должен приложить все силы, чтобы больше ни одна живая душа не узнала о том, что Лин Корте стреляла по своим. Ради нее в первую очередь.
– Конечно, нет, – она выдохнула и закрыла глаза. – Либо они нас, либо мы их. Там не было выбора. Но я направляла орудия, не задумываясь, и лишь когда увидела спасательные капсулы среди обломков, подумала о том, что на том корабле мог находиться кто-то из моих знакомых.
Она не произнесла этого вслух, но Таймарин и сам догадался: она боялась, что на том эсминце мог находиться он.
Сложно представить, что чувствовала в тот момент Линнея. Сложно понять, что испытывала она сейчас. Тай хотел забрать хотя бы часть ее боли, но боялся даже протянуть руку и коснуться ее пальцев. И сделал то, что делал всегда в такие моменты: попытался передать ей свои чувства.
Совершенно из головы вылетело, что Лисайя ему это запретил.
Это на уровне привычек, ставших инстинктами. Лин весело – и Тай позволял своим сенсорам впитывать каждый оттенок ее веселья. Лин плохо – и Тай воздействовал на нее, чтобы она понимала: он рядом. Это происходило бессознательно, как дыхание, как моргание. Как потребность касаться ее.
– Блокираторы, Тай.
Корте тихо выругался и нажал кнопку на инъекторе.
– Прости. Это…
– Сложно, я знаю, – выдохнула она, так и не открывая глаз. – Станет легче, когда твой врач разрешит блокираторы и мне.
Таймарин не был в этом уверен, но спорить не стал.
– На каком корабле ты тогда летала? – спросил он после паузы.
– На «Аргусе», – тут же ответила Лин. – Это линкор класса «Антарес-9». Его капитаном был контрабандист, самый настоящий пират. Беспринципный, жесткий и в чем-то жестокий. Но команда его любила.
Она говорила о том мужчине с таким нескрываемым уважением и теплотой, что Тай не выдержал:
– А ты? Ты его любила?
Линнея бросила на него быстрый взгляд, в котором не было ни смущения, ни неодобрения, ни вызова. Только грусть.
– Я никого не любила, Таймарин Корте, – ответила Лин, проверяя данные и внося корректировки через командную панель. – А Даг Тариус… даже не знаю, кем нас можно было назвать. Не друзья, не любовники, не капитан и его пилот. Просто два разбитых сердца, которым требовалось иногда напоминать себе о том, что они еще живы.
Этого Даг Тариуса Тай возненавидел с первых же слов. Не друзья, не любовники, но Лин с ним спала, он это чувствовал. И за это хотелось найти неизвестного пирата и оторвать тому голову.
– Когда он умер, я снова вернулась на Галтею, – продолжила Линнея, даже не догадываясь, как сильно ее слова успокоили Таймарина. Умер – значит, мстить уже некому. Это и хорошо, и плохо. Против воспоминаний Корте бессилен. – Там-то меня и нашел Харт Генри Лариас.
Услышав знакомое имя, Тай подобрался:
– Этот тот самый Харт, про которого вы с Улье говорили? Который работает на управление?
– Не думаю, что Харт работает на управление, – не согласилась Лин. – Скорее, лично на Ив Улье.
– И кто он?
Линнея пожала плечами.
– Он сам предпочитал называть себя авантюристом. Наверное, именно это определение ему больше всего и подходит. Он выполняет заказы на доставку всяких редких экспонатов со всех концов вселенной. Точнее, он эти заказы находит, а мы уже исполняем. Кто-то для этого бегал по планетам, стрелял и воровал. А кто-то вроде нас с Айвеном потом переправлял грузы или людей, куда надо.
– Звучит как воровство, – усмехнулся Корте.
– В первую встречу я сказала ему так же, – на лице Лин снова горела едва заметная улыбка. – Но мы работали по контрактам, а всю ответственность на себя брал именно Харт. Так что со временем и мы сами начинали называть себя авантюристами. Хотя, за те деньги, что он нам платил, он мог придумать нам любое название.
Да уж, Тай видел, какая сумма хранилась на счету коммуникатора Лин – пожалуй, там было даже больше, чем сам Таймарин заработал за годы службы. После такого и задумаешься, правильно ли ты выбрал свою дорогу в жизни.
– Кстати, твой коммуникатор, – Корте вытянул устройство из кармана и протянул Линнее.
– Ну надо же, я заслужила доверие полковника? – съязвила она, но аппарат все же приняла и закрепила его на левом запястье. – Или ты просто успел встроить туда маячок?
– Успел, – не стал скрывать Таймарин. Он, конечно, не собирался спускать глаз со своей жены, но перестраховаться не мешало. – Но твои кредиты на месте, не переживай.
– Было бы за что переживать, – буркнула Лин, подготавливая корабль к выходу из гиперпространства. – Еще заработаю.
Прозвучало так, что Тай не сомневался: зарабатывать Линнея собралась так же, как делала это до сих пор. И подобный вариант его не устраивал.
– Лин, ты не будешь больше заниматься контрабандой.
Она даже не дернулась в его сторону.
– Угу. Ты запрешь меня на своем фрегате, в своей каюте и, видимо, еще и в своей постели, я догадалась, – совершенно равнодушно проговорила эта невыносимая, но самая желанная во вселенной женщина.
– Да, план именно такой, – выдохнул Корте, уже зная, что услышит дальше.
– А жену твою за дверью подержим, чтобы не мешала.
М-да, с таким настроем сообщать Лин, что она и есть супруга Таймарина, было банально опасно: выкинет с корабля и даже не заметит.
Пожалуй, надо было говорить об этом раньше. Намного раньше.
Глава 45
Линнея Трасс
Бар при космопорте Жата ничем не отличался от аналогичных на той же Галтее – разве что чуть почище да народу побольше. Но все тот же сброд из сбежавших заключенных, контрабандистов, торговцев и других проходимцев.
И посреди всего этого – Таймарин Корте, возвышающийся грозной скалой. Серьезно, он даже смотрел на всех с хмурым прищуром, словно мысленно просчитывал, кого и за что хочет отправить за решетку.
– Выдохни и расслабься, – тихо проговорила я ему одному. – Ты привлекаешь к нам внимание.
– Лин, здесь одни преступники, – в тон мне ответил Тай. А мы даже от входа не отошли!
– Как же много ты еще не знаешь об этом мире, – выдыхала и двигалась вглубь заведения в поисках столика где-то в углу.
К счастью, Тай шел следом.
К несчастью, на него бросали такие задумчивые взгляды, что я каждым волоском на голове чувствовала: будут неприятности.
А мне бы очень не хотелось неприятностей. Их и так в моей жизни слишком много.
Поэтому пришлось резко оборачиваться и делать то, что я поклялась себе не делать больше никогда: закидывать руки Таю за шею и приподниматься на носочках к самым его губам.
– Раз не можешь быть мерзавцем, будь любовником, – прошептала я ему. – Иначе первый же достаточно пьяный урод пойдет бить тебе морду.
Разумеется, этот план Таймарину понравился больше, чем «выдохнуть и расслабиться», и вот уже его руки занимали место на моей талии, а на лице Корте сияла вполне подобающая случаю нахальная улыбка.
Что же, это будет сложнее, чем я себе представляла.
– Не боишься, что слишком заиграюсь? – склонившись к моему уху, прошептал этот чертовски красивый гад.
Боюсь, конечно. Очень боюсь. И того, что заиграется он, и того, что заиграюсь я.
– Будем надеяться, что в самый ответственный момент ты вспомнишь о жене, – не особо надеясь на это, я развернулась в кольце рук Тая и продолжила движение, стараясь обходить особенно хмурые столы.
– Я и так постоянно о ней думаю, – прижимая меня сильнее к своей груди, заявил Таймарин.
Прекрасно. Обнимал он меня, а думал о ней. О таинственной леди Корте, которую мне с каждой минутой хотелось придушить все сильнее и сильнее.
Потому что на Тая я все еще реагировала, хоть он покорно и выпустил в себя очередную дозу блокираторов перед тем, как мы спустились с корабля. А сейчас, когда он обнимал меня и постоянно утыкался носом в волосы… мне хотелось, чтобы он был моим. Весь, целиком и полностью: и телом, и мыслями. Моим и больше ничьим.
Благородство вступило в схватку с эгоизмом, и это внутреннее противоборство разрывало меня на куски. Я держала на лице улыбку, чтобы не вызывать подозрений, но она больше походила на оскал.
– Выдохни и расслабься, птичка, – проворковал Таймарин, когда мы все же нашли свободный столик и упали на продавленный полукруглый диван. Разумеется, от себя меня Тай так и не отпустил.
– Еще раз так меня назовешь, – я подняла взгляд на Корте, собираясь придумать ему самую страшную кару, но наткнулась на искрящиеся весельем изумрудные глаза и разом растеряла все слова, которые так и не построились в предложение.
– И что?
Он улыбался – той самой улыбкой, которую я обожала. Немного наглой, немного веселой. Немного влюбленной, отчего та казалась идиотской. Но как же Таю она шла! И как плавила мозг мне, что я могла только сидеть и хлопать глазами, наслаждаясь.
Даже разум молчал. Тот самый, который еще недавно напоминал мне про жену, обстоятельства, проблемы, сидящие буквально на соседнем диване. Молчал здравый смысл, напрочь забывая о том, где мы и зачем тут оказались.
Все чувства и ощущения молчали, кроме тех, которые вызывали и на которые реагировали мои сенсоры.
– Лин, – полу-выдох, полу-стон, и мне осталось только считать оставшиеся сантиметры, пока Тай медленно ко мне склонялся. Он хотел поцелуй, я понимала, как понимала и то, что целовать он должен не меня. Но как сейчас отвернуться? Я даже дышать себя заставить не могла. – Мне нужно тебе кое-что сказать.
Не уверена, что смогла бы здраво оценить его слова, особенно когда до желанных губ оставалось столь малое расстояние. Глупое сердце то билось в истерике, то замирало в обмороке, а я ждала, ждала, ждала…
– Простите, что прерываю, но мне сообщили, что вы торопитесь.
Тай перевел недовольный взгляд куда-то вправо, а мне потребовалось еще несколько секунд, чтобы выровнять дыхание, сердцебиение и собственные мысли.
Дура! Слабохарактерная, безвольная дура. Хоть и влюбленная.
За нашим столиком у самого края стоял зантонец. Он был замотан в одежду по самые глаза, даже волосы прикрыты тюрбаном, только руки в перчатках без пальцев позволяли судить о расовой принадлежности. А еще то, что Ив Улье предупредил о своем связном.
– И кто ты такой? – холодно поинтересовался Тай, явно проверяя незнакомца.
– Уго Шэй, полковник, – усмехнулся зантонец. – Могу даже назвать ваш личный номер и бортовые номера вашего фрегата, как думаете, местные оценят?
Понятно, незнакомцу проверка не понравилась, как и Таю – его ответ. Но здесь правды не было, они оба имели право и на недоверие, и на подобную реакцию.
– Ты договорился о встрече? – перевела я беседу в более безопасное русло.
Зантонец повернулся ко мне.
– Да, мужчина будет ждать вас через сорок минут по этим координатам.
Потянувшись за спину, связной Улье достал из сумки тонкий планшет и бросил на стол. Таймарин активировал проекцию карты, где был проложен маршрут.
Я мысленно выругалась. Горы, опять предстояло соваться в чертовый горы Жата! Неужели не было другого места?
– Электроника там не работает, – кивнув на изображение, продолжил зантонец. – Но это аналоговая голограмма. Она не покажет ваше месторасположение, только конечный пункт, так что обращайте внимание на ориентиры.
Таймарин внимательно осмотрел предложенный маршрут.
– И на чем мы туда доберемся? Корабль тут посадить негде.
– За баром вас ждет мотокар. В сумке защита для лица и бокс – после того, как получите запись, положите носитель в него.
Пока звучало не сложно.
– И насколько реально добраться туда за сорок минут? – уточнил Тай, деактивируя карту.
– Зависит от того, насколько хорошо ты водишь, – усмехнулся зантонец. – Я прослежу, чтобы ваш корвет заправили.
И он ушел – вот так просто, кинув на стол ключи от мотокара. Развернулся и тут же скрылся в толпе местных пьянчуг.
А мы даже не выпили ничего. Не знаю, хорошо это или плохо.
– Прости, птичка, но в этот раз поведу я, – Таймарин поднялся и протянул мне руку, которую я без особого энтузиазма приняла.
На мотокаре я каталась всего раза два в своей жизни – он представлял собой мотоцикл на гравитационной подушке и мог развивать скорость, сравнимую со скоростью полета кораблей. Управлять им было не сложно, если нестись со скоростью черепахи, но, разумеется, никто так не ездил.
Это было очень быстрое и очень опасное средство передвижения – на Архоне мотокары даже официально запретили, чтобы население не гробило само себя. Но на таких отсталых планетах столь быстроходный транспорт был в почете.
Тай, к моему дикому ужасу, однажды признался, что на этом монстре катался. Более того, во времена своей бурной довоенной молодости он даже участвовал в подпольных соревнования. Я тогда затребовала у него обещание, что Корте больше никогда в жизни не сядет на мотокар.
Но жизнь опять показала мне средний палец.
Мотокар, ожидавший нас за баром, был старым. Не совсем убитым, но явно видавшим виды. В задней сумке действительно нашлись защитные очки и платки, чтобы закрыть рот и нос. Мы покорно одели и то, и другое, после чего Тай занял место на мотокаре и завел двигатель.
– Идешь? – повернувшись ко мне, поинтересовался Корте, когда я так и не сдвинулась с места. – Или решила остаться тут?
Нет, не решила. Просто, во-первых, я искренне побаивалась мотокаров, а во-вторых, я искренне побаивалась Таймарина, к которому мне предстояло прижиматься всю дорогу. Обхватывая руками за талию. Прикасаться к спине – той самой спине с кучей чувствительных наростов. Где гарантии, что Тай сможет себя контролировать?
Я даже за себя поручиться в такой ситуации не могла!
– Если боишься, я могу съездить один, – подняв очки на макушку, предложил мне Таймарин, внимательно изучая своими яркими зелеными глазами.
– Я не боюсь! – нахмурилась я. – Просто…
Просто мне нужны блокираторы. Очень много блокираторов.
Тай вопросительно приподнял бровь, и пришлось огромным усилием воли согнать с себя страхи и опасения и занять место позади Корте. У меня все равно не было выбора, а одного его я никогда бы не отпустила. Так что выдох-выдох, и я все же прижалась щекой к его плечу.
– Не угробь нас, пожалуйста, – прошептала напоследок, прежде чем мотокар рванул вперед.
Страшно было только первые минут пять, после чего я начала привыкать. Не к скорости, к ней невозможно привыкнуть, так быстро пейзаж проносился мимо глаз. К Таю. К его наростам и теплу, которое я ощущала даже через слой одежды. К его присутствию рядом. Даже мыслей никаких особо не было, только разливавшееся в груди спокойствие.
Таймарин Корте всегда был моей тихой гаванью. Тем, кто успокаивал душу и мысли, рядом с кем не стыдно было побыть слабой, чтобы позволить ему решать свои проблемы. Мой защитник, щит и копье в одном лице.
И он снова забирал себе этот статус, словно так все и должно быть.
Но не меня он должен защищать, не обо мне думать. Как же объяснить ему, что «нас» больше нет и не будет, пока он женат?
Мне не хотелось сейчас об этом думать, и я малодушно разрешала себе отложить подобные размышления, потерявшись в ощущениях. Все позже. Когда у нас на руках будет достаточно весомый компромат на Элиаса.
Тай несколько раз останавливался, чтобы свериться с маршрутом, и увозил нас все дальше в горы – такие же, какими я их помню: темные и безжизненные. На Жат опускалась ночь, поэтому каменные громадины выглядели еще более устрашающе.
Но я не чувствовала страха. С тех пор, как Улье сообщил о полете на Жат, я представляла, как снова окажусь тут, и меня накроет панической атакой. Но, кажется, рядом с Таем даже мои внутренние монстры боялись показываться наружу. И это была просто поездка по предгорью, а не путешествие в прошлое.
– Похоже, это здесь, – в очередной раз сверившись с картой, проговорил Таймарин и заглушил двигатель, оставив только фары гореть. – Мы даже приехали немного раньше назначенного времени. Придется подождать.
Я слезла с мотокара и огляделась. Не знаю, как назвать это место: и не плато, и не поляна. Слева камни, справа валуны, впереди завалы. Где-то между ними – пещеры и провалы. И все такое черное, безжизненное. Одно это заставляло ежиться, так еще и ветер швырял в лицо каменную пыль.
Кажется, без объятий Тая я начинала замерзать.
– Возьми, – мне на плечи опустилась чужая куртка. Ну, конечно, Корте все всегда замечает.
– А как же ты?
Все-таки, ветер был прохладным, а Тай оставался в одной рубашке. Его такие мелочи, конечно же, не волновали, и меня волновать не должны, но… Я не могла запретить себе любить его и переживать за самочувствие полковника. Это не рубильник, который можно опустить и забыть. Как оказалось, Таймарина вообще забыть невозможно.
– Из нас двоих мерзлячка – ты.
Это правда, я мерзла от малейшего сквозняка. Даже спать предпочитала, завернувшись в одеяло до кончика носа. Но потом мне становилось тоскливо, и я перебиралась к Таю под бок, чтобы моей новой грелкой становился он. Теплый, родной. И никаких кошмаров.
Может, поэтому они снились мне так часто в последние годы? Потому что рядом не было Корте?
Сейчас тоже хотелось спрятаться от ветра на его груди, но я плотнее куталась в чужую куртку, лишь бы не дать своим рукам волю.
– Как ты?
Я перевела на Тая непонимающий взгляд. Он же обвел подбородком окружающее пространство.
– Вернуться сюда, наверное, непросто.
– Нормально, – ответила даже честно, гася в себе желания придвинуться поближе к Корте. – Если мы не полезем в пещеры.
Тай тихо усмехнулся, но расспрашивать больше ни о чем не стал. Присел рядом со мной на край сидения, сложил руки на груди и принялся рассматривать… меня, собственно. От этого взгляда мурашки пустились танцевать танго, и я уже подумывала попросить Таймарина сделать себе внеочередную инъекцию, но промолчала. Что толку просто так вливать в него блокираторы, все равно не спасет.
– Там, в баре, ты хотел мне что-то сказать, – спустя минуту слишком откровенного молчания напомнила я, лишь бы говорить хоть о чем-то. А то мысли всякие в голове крутились неприличные.
– Расскажу за поцелуй, – не раздумывая, ответил Тай.
Одна часть меня вся воспламенилась от такого ответа. Он все еще хотел меня поцеловать! Но разум напомнил: это всего лишь действие гормонов, эффект от совместимости, а Таймарин Корте, между прочем, женат.
Тот же здравый смысл заставлял фыркать в сторону и отвечать совсем не то, что на самом деле хотелось:
– Даже не думай об этом!
Таймарин тихо усмехнулся.
– Ты же понимаешь, что это бесполезно? – спустя полминуты он слегка толкнул меня локтем. – Чем больше ты сопротивляешься, тем сильнее хочется. Мы это уже проходили.
Он, конечно, тысячу раз прав. Мы пытались бороться с совместимостью еще тогда, много лет назад, в Военной Академии. Бегали друг от друга как ошпаренные, не разговаривали, не касались друг друга. А в итоге все равно оказались в одной постели, потому что другого способа остановить это безумие просто не видели.
А ведь в те времена это было девяносто восемь и шесть. Что же случится сейчас, когда этот процент выше? Я, конечно, не знала, как сильно он вырос: на две десятые или на те неполные две единицы, что оставались до сотни. Но имело ли это значение, если Тай – прав?