Чародей XXI века: Увидеть "Париж" - и не умереть

Было около одиннадцати вечера. Скорая прибыла относительно быстро – особенно если учесть, что до ближайшего медпункта было километров десять по проселочной дороге. Врачи обнаружили Германа на диване в холле, где ученики обычно собирались на посиделки, и осмотрели ещё живое, но находящееся на грани тело преподавателя.

Ред, обнаружив Дюрана в сугробе у подножия здания, наскоро осмотрел Германа, сделал для себя какие-то выводы, а после, помогая проснувшейся от криков Елизавете и двум охранникам перенести парня в тепло, стал дожидаться врачей.

Елизавета сидела около Дюрана даже во время осмотра, но ее мать стояла в стороне и, хоть и вслушивалась в слова медиков, никак не реагировала.

Она была до того напугана, что Саше вновь невольно стало ее жаль. Оставалось загадкой лишь одно: что так повлияло на Туранову? Если она не побоялась вступить в бой с Германом, значит, вид его распластавшегося на земле тела не должен был ее испугать или оттолкнуть.

Но поведение завуча говорило об обратном.

И Саша видела по ауре, что эмоции женщины отнюдь не наиграны.

– Черепно–мозговая, – констатировали врачи, пока перебинтовывали голову Дюрана и клали его на мягкие подушки, принесенные Елизаветой. – Мы должны забрать его для исключения кровоизлияния.

– Я поеду с ним, – сразу заявила Елизавета, но тут вмешалась мать:

– Нет! Я поеду.

Все с удивлением посмотрели на Туранову-старшую, после чего она кратко пояснила:

– Он пострадал от моих рук. Значит, я его сопровожу в больницу.

– И добьешь там! – вдруг вырвалось у Елизаветы сквозь слезы. – Никогда я не доверяю его тебе. Оставайся тут за директора, – заявила строго дочка, – а я еду с врачами. А ты, будь добра, расскажи детективам, как все произошло.

– Простите, но мы забираем и его.

Врач кивнул на Реда, которому также перебинтовали голову и руку. Но маг тут же стал сопротивляться, осторожно замотав головой и заявив:

– Со мной все будет в порядке. Не волнуйтесь. Спасите его, ведь Дюран – важный свидетель.

Елизавета тут же уколола мага недоумевающим взглядом:

– Свидетель чего?

– Свидетель похищения детей и нападения на нас с Сандрой.

После этого медики, переложив тело преподавателя на носилки, повезли его в машину, припаркованную во внутреннем дворе.

Елизавета, сняв теплое пальто с матери, набросила на плечи и, выйдя следом за докторами и сев в салон белого микроавтобуса, скрылась вместе с Дюраном в ночной мгле.

Туранова-старшая, упав на диван, вновь сгорбилась и, потеряв все свои лоск и элегантность, утерла платком хлынувшие из глаз слезы и вдруг обратилась к магу:

– Я не хотела… не хотела, чтобы он… чтобы он головой… я лишь толкнула его…

– То есть, он не сам прыгнул, – подметил Ред, но без вопрошающей интонации, а как бы поддевая завуча и ловя ее на вранье.

– Но на подоконник он сам прыгнул! – сразу сказала женщина. – Клянусь вам! Он сам хотел прыгнуть!

– Но вы ему помогли, – вырвалось невольно у Саши.

Туранова тут же зыркнула на Александру – во взгляде смешались страх и негодование. Но девушку было так легко не смутить: Ред иногда прожигал ее своими дьявольскими глазами, поэтому у Саши постепенно вырабатывался иммунитет.

– Скажите, вы не замечали за ним странностей? – уточнил тихо Ред.

– Он всегда странный, – продолжала тем же напуганным тоном Туранова, но не смотря на Реда, словно ощущала его силу и власть над собой. – Но если вы о чем-то другом, то нет, не замечала. Он был как и обычно. Только почему – то жаловался на давление. И знаете – отказался сегодня вести два последних урока у третьей и четвертой подростковой группы.

– Когда они должны были заниматься?

– С четырех до семи.

– Как раз, – вспомнила Саша.

Ред кивнул ей в ответ, после чего оба услышали глубокий вздох Турановой, а затем увидели, как глаза женщины наполнились слезами.

– Не думаю, что Дюран будет писать заявление, – вдруг выдал Ред, упершись в спинку дивана. – Он просто не вспомнит об инциденте. Но это при условии, что вы нам все расскажете.

– Хорошо, – дрожащим голосом сказала Туранова, – пишите в протокол все.

– Успокойтесь, – приказал Ред. – У меня нет с собой бланков, так что сейчас мы просто поговорим. А уже потом Герман сам решит: наказывать вас или отпустить с миром.

– Рассказывайте, – поддержала Саша, сев в кресло около мага.

– Когда вы ушли из столовой, я подумала, что с вами сделали что-то сорванцы из седьмой группы, – начала Туранова, утирая слезы платком. – Потом я увидела, как из столовой выбежал Хворик…

– Так, вот здесь остановитесь, – попросил Ред. – Хворик – мальчик, который погиб в семьдесят шестом. Но почему вы его так зовете? Вы знаете, отчего он погиб?

– Нет. Просто… он тут как постоянный гость, – выдала Туранова спокойно. – Его видят часто дети, играют с ним и даже передразнивают. Хворик безобиден. Но лишь для некоторых.

– В каком смысле?

–– Мы не знаем его настоящего имени, – пояснила женщина. – Прозвище возникло из его призрачной особенности. Он может касаться живых, и многие это чувствуют. Однако Хворик часто предвещает болезнь или смерть. Он оставляет на больном особую метку: прорезает линию на ладони до крови.

Ред сразу сжал правую руку, на которой был знак Хворика, а Саша, вздрогнув от объяснений Турановой, посмотрела на мага – и увидела его ответный взгляд темных глаз.

Парень как будто бы искал в девушке поддержку, но не мог отыскать и толики понимания, потому что Саше самой стало страшно: Ред только оправился от Лазунского и «Обсидиана», а сейчас ему предлагают эту пытку в виде болезни?!

Она невольно рыкнула, и Туранова странно дернулась, прижав руку к груди и тяжело задышав.

Ред тут же положив на ладонь Александры свои ледяные пальцы и крепко сжал ее руку, взяв ее агрессию на себя.

– Не смей ее ненавидеть, – тихо прошептал Ред, приблизившись к Саше. – Твоя агрессия может причинить ей боль.

Саша глубоко вздохнула и, представив, что ничего не случилось, осторожно сомкнула свои пальцы на ледяной руке мага.

Она не почувствовала в парне ничего, кроме усталости, к тому же по всему ее телу растеклось такое приятное тепло, что Александра невольно мысленно поблагодарила Реда.

Даже в такие мгновения он думал не о себе, а о ней.

–– Я увидела, как вы пошли за Хвориком, а потом встретила Елизавету, – она вновь всхлипнула, но быстро успокоилась. – Она попросила меня посидеть в медпункте с Дюраном – у нее был урок. Я согласилась. Пришла в палату, а мне врачи в один голос говорят: он встал и ушел. Я, конечно, бросилась его искать. И вот вижу: он поднимается по лестнице. Я его окликнула, но он и ухом не повел. Что делать? Пошла следом. Потом замечаю: у него из кармана что-то торчит. А это вот... – она вдруг выудила из кармана пиджака браслетик, похожий на тот, что нашли Саша и Ред. – Такие носили все три мальчика.

Ред и Саша вновь переглянулись, после чего маг наклонился, чтобы взять браслет – и тут вдруг Александра, уловив аромат горелого, с ужасом увидела рядом с ними девочку и того самого Хворика, который, улыбаясь, смотрел на мага, застывшего в наклоне.

Туранова присела ближе, чтобы парень не тянулся, но Ред, встав и вновь пошатнувшись, вдруг сам обнаружил сразу двух призраков, которые смотрели прямо на него.

Но если Ника хоть бы сохраняла хладнокровие и глядела на всех безразлично, то Хворик, напротив, улыбался так широко, что Ред смог разглядеть у него два призрачных клыка, еще молочных, которые не выпали, чтобы уступить место коренным.

– Что с вами? – испугалась Туранова, подойдя к магу. – Вам плохо?

Но Ред смотрел только на детей – призраков и не понимал: чего они хотят. Чего ждут два маленьких создания, которые никак не могут успокоиться на том свете?

– Нет, – выдохнул наконец-то Ред. – Все нормально…

– Ха-ха, нормально! – вырвалось у Хворика, как у живого ребенка. – Не беспокойся, она скоро придет за тобой. И ты утонешь в огне!

– Ты что несешь? – не выдержал Ред.

– О чем он? – испугалась Туранова, видя, как маг разговаривает с пустотой перед собой.

Саша видела истинную картину, однако ее это не успокаивало.

Она не желала объяснять Турановой, что происходит с Редом, однако и сама не могла понять до конца, зачем маг говорит с призраками. Во всех книжках написано, что без специальной защиты и ритуала это делать категорически запрещено.

Но Ред, пренебрегая собственным здоровьем, вошел с ними в контакт.

– Я не несу! – взорвался смехом мальчик. – Я говорю: скоро ты сгоришь! И будет тут все гореть!

– Пожар будет? – уточнил маг осторожно.

– Огонь! Будет огонь! – рассмеялся Хворик, хлопая в ладоши. – Всегда мечтал увидеть огонь!

Саша вздрогнула и широко распахнула глаза от таких слов, однако Ред все-таки рухнул на колени: голова гудела сильнее, чем с похмелья, а ноги стали ватными и отказались держать тело. И это тоже было знаком – тревожным знаком для мага.

Он тут не хозяин. И даже близко не сможет приблизиться, так как кто-то невидимый управляет даже этими двумя призрака детей, не говоря уже о живых…

– Ред, – Саша подошла к нему и положила руку на плечо. – Не говори с ним.

– Уйди! – шикнул мальчик, надув губы. – Ты – неинтересная!

– А ты прямо собеседник! – вырвалось у Саши со злостью.

И тут призраки странно пошли рябью, словно вода, в которую бросили камешек, а потом и вовсе – сделали несколько шагов назад, сгрудившись около лестницы.

А Ред, вскрикнув, сжался, словно от боли в животе.

– Да что с тобой?! – изумилась Саша. – Ред, посмотри на меня… Ред!..

В этот момент на лестнице появился Натан. Приняв детей за живых, он обошел их, увидел Реда с Сашей и направился к ним. Но вдруг и он сам, вскрикнув, осел на колени и, и без того чувствуя себя неважно уже два дня, стиснул зубы до скрипа, впиваясь ногтями в ладони.

– Это вы делаете?! – возмутилась Саша, смотря на призраков.

Но Хворик и Ника так и жались друг к другу, словно видели опасность за спиной Александры.

– Я вызываю врачей, – заявила Туранова, испугавшись не на шутку. – Сначала Дюран, теперь вы…

– Прекратите эту пытку! – рявкнула Саша на призраков.

– Это не мы! – возмутился Хворик. – Это она… она пришла…

– Да кто она?! – изумилась Саша.

– Хворь, – сурово процедил Хворик, зажмурившись и прижавшись к гимназистке.

И вдруг Саша увидела – сквозь высокие панорамные окна – как прямо перед зданием, на улице, стоит та самая темная фигура, которую они с Редом видели после встречи с девочкой на четвёртом этаже.

Девушка застыла, а затем рука ее уже потянулась к рапире, как вдруг – едва в ночном небе полыхнула молния – темная фигура исчезла, словно её там и не было.

Натан и Ред, скрючившиеся на полу, магическим образом вырвались из оков боли и, с недоумением и нескрываемым страхом взглянув друг на друга, повернулись к окну.

– Если не распустите учеников сегодня же – у вас будут проблемы, – пригрозил маг, поднимаясь на ноги.

– Но большинство родителей за границей или на выездах, – пояснила Туранова. – Детей некому забрать.

– Значит, увозите их в другой лагерь, – потребовал Натан. – Насколько я знаю, в «Совушке» сейчас никого нет. Все корпуса свободны и будут заселены только после новогодних праздников.

– Но там ничего не готово. Перевозить все спонтанно туда сейчас – нереально, – возразила снова Туранова.

– Вам прислать бойцов из офиса? – пригрозил Натан, – Я распоряжусь. Только это уже будет с протоколом о «неповиновении сотрудникам госструктур».

– Да делайте, что хотите, – вдруг вырвалось со злостью у завуча. – Только оставьте нас в покое! Мы вас вызвали, чтобы хоть вы помогли нам, а вы только и делаете, что шляетесь по зданию и по подвалам лазаете!

– А как по-вашему мы должны искать похитителя? – удивилась Саша. – Наше «шляемся по зданию» помогло понять, что мы имеем дело не с призраками, а с вполне реальным человеком!

Туранова хотела что-то возразить, как вдруг ставни около входных дверей распахнулись – и в помещение ворвался лютый холод и снежинки пурги, ударившие по лицам ребят не хуже, чем кислота.

Они так обожгли всех, что даже магу пришлось прикрыть лицо, дабы не чувствовать этих ледяных прикосновений неизвестности.

Лампы в люстрах замигали, огонек в камине дрогнул – словно невидимая рука погладила его, как любимого зверька. И тут Ред, Саша и Натан увидели, как в помещение врывается нечто тёмное, с дымчатым шлейфом, мчится к ребятам и, ловко обогнув Туранову, устремляется к магу.

Ред успел отскочить первый раз, но второй оказался фатальным: маг двинулся снова вправо, чтобы уйти от сущности, но в этот момент сзади его толкнули чьи-то ледяные руки – и парень шагнул прямо навстречу негативу.

Сущность, пройдя его тело насквозь, заставила мага рухнуть на ледяной паркет, а сама, утащив с собой тот самый браслет, который нашли Саша и Ред в одной из комнат на четвертом этаже, юркнула в дымоход – и затушила огонь.

Дрова отозвались жутким треском и шипением, как и лежавшие раскаленные угли, а Саша и Натан, не веря своим глазам, подбежали к Реду, чтобы помочь, но в этот момент услышали со стороны всхлипывания и короткие хлопки.

– Не правда ли она прекрасна? – уточнил Хворик, с восхищением смотря на тело Реда. – Сразить такого сильного колдуна… да она великолепна!..

– Исчезни!

Натан выпростал руку к призракам – и девочка с Хвориком, вскрикнув, растворились в пространстве, словно брошенный в воду рафинад.

После чего оборотень, упав на одно колено, приложил ладонь к деревянным доскам пола – и, закрыв глаза, стал вслушиваться в импульсы здания.

Саша же, подойдя к Реду, с ужасом увидела, что лицо парня пожелтело, под глазами залегли тени, а пульс на шее чувствовался с таким же трудом, с каким девушка улавливала неглубокие вдохи и выдохи мага.

– Соберите детей в актовом зале, – потребовал строго Натан, отнимая руку от пола и вставая с прямой спиной. – Я вызову вам автобусы – и вас отправят в временную гостиницу при офисе. Потом вы отправитесь в «Совушку» или «Балтийца». Но учтите – пропажа ребят будет на вашей совести, а в худшем случае – и их жизни тоже.

***

– Еще пять машин – и можно будет выдохнуть, – заметил Натан, стоя около входа и подписывая документы солдат.

Как и обещал парень, машины офиса прибыли буквально через два часа после его заявки и, забрав большую часть в два вместительных микроавтобуса, отвезли в город, несмотря на начавшуюся на улицу метель и гололед.

Казалось, что само провидение не желает отдавать ни в чем невиноватых пленников «Парижа» в руки офиса, однако Натан, вопреки даже погоде и собственным дурным предчувствиям, все равно решил убрать детей подальше от этого места.

Лучше пусть в гостинице при офисе побудут пару дней, чем будут находится под прицелом невидимого преступника.

Туранова была вне себя и то и дело звонила дочери в больницу, требуя, чтобы та сорвалась и приехала поддержать ее решение оставить детей в корпусах до возвращения родителей. Но Елизавета проявила благоразумие: вежливо отказала и отключила телефон.

С одной стороны, Натан готов был разорвать эту женщину в клочья – он вырос в семье, где защита младших была приоритетом, и потому ее позиция была ему непонятна. С другой – он не хотел вмешиваться в скандал: своей больной головы, неведомого маньяка на объекте и затянувшейся командировки ему и так хватало.

– Это последний, – Адольф отдал на подпись Натану документы со всеми фамилиями учеников, которые подписались лично под своими инициалами. – мы сообщили родителям. И знаешь, что? – на лице Адольфа заиграла победная улыбка.

– Ну?

– Половина сегодня ночью и завтра утром прилетят из-за границ, остальные будут готовы забрать детей после дежурств.

– Почти все ночные?

– Да.

– Ты предлагал им замену лагеря? – уточнил с беспокойством Натан, смотря на закрывающуюся дверцу микроавтобуса.

– Сто раз. Они ни в какую. – Адольф цокнул языком, после чего взглянул на стоявшую рядом тусклую Александру. – А ты-то чего нос повесила? Смотреть на тебя такую неприятнее, чем на абрикосовый пирог.

Саша осторожно усмехнулась.

Несмотря на то, что Адольф язвил, в его голосе не слышалось издевки, что было немаловажно для девушки. А насчет сравнения с абрикосовым пирогом – она и сама не очень-то любила фруктовые начинки в выпечке.

– Езжай в город, – приказал Натан, отдав Адольфу документы. – И завтра же пришли мне на ноутбук досье на всех преподавателей и сотрудников техперсонала лагеря.

– Хорошо, – Адольф закрыл папку с документами, после чего галантно повесил ручку в нагрудный кармашек и, затянув потуже шарф на шее, махнул водителям микроавтобусов.

После этого он кивнул Натану, направился к своему темно-синему джипу – Саша впервые разглядела цвет и марку, – включил фары и выехал с территории «Парижа», следуя в город за колонной микроавтобусов.

Саша и Натан, проводив их взглядами, заперли двери на засов, прошли в холл отогреться около камина, но в этот момент к ним подошла Туранова:

– Лагерь закроют?

– Пока мы не найдем похитителя и пропавших мальчишек – да, – безропотно отрапортовал Натан, садясь на диван около огня. – А вы что, совсем не боитесь новых жертв?

– Прошло двадцать четвертое число…

– Прошу, прекратите, – прошипел вдруг зло оборотень. – Иначе я начну процесс лишения вас преподавательского статуса.

Саша изумленно посмотрела на всегда спокойного оборотня и впервые увидела в его глазах одновременно и тревогу, и ненависть, и отчаяние… Все эти эмоции поразительным образом играли в его глазах, заостряли черты молодого лица, а также позволяли Натану уже не носить на себе маску примерного сотрудника офиса, у которого нет ни эмоций, ни чувств…

Саша аккуратно притронулась к его руке, чтобы считать по ауре степень его беспокойства, но парень, почувствовав на своих пальцах ладонь Александры, лишь поднял на нее свои изумрудные глаза – и с удивлением выгнул бровь.

– Ред научил? – уточнил вдруг парень, мягко сомкнув тонкие пальцы на ладони Германовой.

– Нет, мама. Она всегда так считывала людей.

– Твоя мама была целителем, я прав?

– Вообще, по словам отца, она работала в косметологической клинике, – вспомнила Саша. – Но я верю, что она могла исцелять, потому что однажды срастила мою руку за два часа.

– Ого, – Натан был явно впечатлен, откинувшись на спинку кресла. – Значит, твой дар от нее?

– Нет, увы, – Саша чуть не заплакала, но сдержалась, – Жанна, оказывается, не была моей биологической мамой.

– Это не имеет значения, – вдруг заявил Натан, смотря на огонь.

– Как так? Разве дары не передаются по крови?

– Вообще не всегда, – по лицу парня было видно, что он пытается подбодрить Сашу, и девушка была ему благодарна за это. – Департамент давно доказал лабораторными исследованиями, что некоторые таланты родители передают перед самой смертью своим преемникам. Например, мне каким-то образом передалась сила матери. Хотя я даже не видел, как она умерла.

– У тебя умерла мама? – вцепилась в главное Саша, с ужасом посмотрев на парня, но Натан спокойно отреагировал.

– Это было давно. Больше десяти лет назад. Так что не беспокойся.

– То есть тогда с призраками… ты…

– Мама обладала силой управления энергиями, – пояснил Натан, – не самый сильный, но полезный дар в нашей работе.

Саша закусила губу, сдерживаясь от вопросов о том, каково Натану жить без матери, – она понимала, насколько это было бы бестактно. Блейки, казалось, уже пережили ту боль, однако девушка не хотела бередить старые раны, напоминая о трагедии, отнявшей у них близкого человека.

– Пойдем, – он встал и, завернувшись в накинутый ему на плечи плед, направился к лестнице.

Саша встала и пошла за ним, чтобы проведать мага.

Теперь, когда большая часть обитателей здания были вывезены в город и в административном корпусе остались пара человек из медперсонала и техобслуживания, до Александры начали долетать даже малейшие скрипы, шорохи и потрескивания особняка.

Казалось, что громадина, построенная неизвестным архитектором в далеком девятнадцатом веке, вдруг ожила и начала открыто выражать свои эмоции.

И судя по звукам, Саша предположила, что дом злиться. Он уже выплеснул агрессию, когда впустил к себе темную сущность и ранил Реда, однако Александре показалось, что такой шаг здания был лишь особым предупреждением.

Только к чему?

– Ред, ну ты как?

Натан подошел к брату и, тронув лоб парня, убедился, что жар только усилился. Скулы мага горели больным румянцем, а на лбу до сих пор лежало холодное полотенце, которое Натан оставил после того, как принес брата в комнату.

– Может, правда в скорую? – уточнила обеспокоенно Саша, смотря на неподвижного мага.

– Не волнуйся, – Натан убрал со лба брата полотенце, после чего взял со стола чашку с каким-то раствором. – Сейчас вылечим.

Саша хотела сесть на противоположную кровать, чтобы немного перевести дух, но в этот момент услышала над головой такой топот, что невольно вздрогнула и, посмотрев наверх, с опаской прислушалась.

На четвертом этаже явно кто-то бегал, а как смогла представить Саша, над их комнатой находился тот самый класс, где они с Редом видели девочку и темную сущность.

– Что за…

И вдруг Натан вскрикнул, когда Ред, схватив его сначала за запястье, а затем и за горло, выбил из пальцев чашку, прижал к полу и, насев сверху, посмотрел обезумевшим взглядом.

– Ред! Хватит! Приди в себя! – рявкнул Натан, пытаясь спихнуть с себя брата. – Ред!

– Ред! – Саша впилась ему пальцами в плечи и попыталась оттянуть от Натана. – Оставь его в покое! Ред!..

В этот момент Александра почувствовала, как ее сила рвется наружу, желая впиться огненным вихрем в тело мага, искоренить из него негатив – и поглотить, раскрошив зло в пространстве на мелкие крупицы.

Девушка сопротивлялась до последнего, понимая, как магу может быть больно, но, когда пальцы Реда стали сжимать горло Натана с такой силой, что оборотень застонал и стал хрипеть, Саша позволила своему дару выплеснуться.

Золотое свечение, разгоревшееся сначала в глубине груди, а потом ушедшее в живот, вскоре заставило сиять все тело девушки, образовав вокруг него своеобразный светлый ореол.

Чтобы усилить эффект, Саша прижалась к магу сзади, обняла его за шею и, сложив ладони на его ключицах, попыталась направить свет прямиком к сердцу. Но в тот же миг получила жесткий отпор – удар локтем в живот.

Саша вскрикнула, ослабив хватку, поэтому и отлетела к столу у окна, стукнувшись спиной об угол.

– Хватит!

Натан схватил брата за шею сзади и, прижав к полу, словно преступника, попробовал самостоятельно изгнать негатив, который сущность поселила в маге, но не вовремя вспомнил, что Ред недавно только пережил сразу два нападения и ранения. Хоть швы и затянулись, а раны не кровоточили, Натан представлял, какую боль заглушает маг каждый день обезболивающими.

И также слишком поздно сообразил, чем конкретно питается сущность, пока сидит в парне. Каким образом поддерживает состояние жертвы и как конкретно действует на сознание парня.

Саша успела метнуть золотую молнию в тело Реда, но маг, обернувшись к ней, выпростал вперед руку и, вопреки ожиданиям Натана и Александры, перенаправил молнию в потолок.

Промелькнули несколько секунд, яркая вспышка, оглушающий треск и грохот досок, а уже затем раздался крик Александры, которая поняла, что сотворил Ред, на мгновение придя в себя.

Натан успел отскочить в сторону от упавшего каркаса потолка и чуть не придавившей его балки, однако Ред не собирался этого делать.

– Ред!

– Черт…

Натан подскочил к тяжелой деревянной балке, придавившей парня и паре досок от пола четвертого этажа, схватился за край и, напрягая все свои мышцы оборотня, которые не подвели его даже в больном состоянии, отбросил балку в сторону – и смог увидеть тело брата.

– Ред…

Натан аккуратно подхватил его под мышки и, оттащив от завала, переложил на свободную кровать.

Саша подошла так тихо, что Натан сначала даже не услышал ее. Потом, взглянув на девушку с мольбой, он попросил:

– Поможешь?

– Конечно. Чем?

– Попытайся еще раз, – Натан сразу так поник, что Саше стало его жаль. – Твоя сила может привести его в чувство и изгнать эту дрянь.

– А что это конкретно?

– Некоторые сущности переносят болезнь, – коротко пояснил оборотень, взяв брата за запястье. – Если они вселятся в тело или даже кратко вступят с ним в контакт, то способны заразить чем угодно. А потом, благодаря этой метке, питаются энергией жертвы и используют ее в своих целях.

Саша положила руку на грудь магу, коснулась пальцами его виска и, тонко подключившись к нервной и кровеносной системам, быстро вышла на источник болезни – желудок. Криво усмехнувшись, она направила туда силу.