Башня
Утром я проснулся рано и принялся за работу. Отжался два раза, присел немногим больше и упал от изнеможения. Прогнал по телу Огонь и Землю. Силы после этого восстановились, и я осилил второй подход.
Завтрак отправил на строительство мышц. После этого я вышел на пробежку. В смысле, на прогулку. Где я и где бег?
За калитку меня мати не отпустила, пришлось ограничиться кругом вокруг дома. Собственно так я и провёл несколько дней. Ел, спал, гулял, в смысле, тренировался.
Мати занималась аптекарским огородом. Попытался помочь, но она отказалась. Жаль. Очень уж скучно было. Попробовал выгуливать Тука, но от от меня сбежал к своим мухам, предатель.
Тогда я стал играть с моими новыми друзьями. Поддался уговорам Огня, и чуть расширил источник. Действительно стало легче. Они с Землёй объяснили, что при таком обильном манофоне, большой источник — это норма. Согласился наращивать по чуть-чуть каждый день.
Что за странная конфигурация у меня в источнике, они не знали. Сейчас, когда тело окрепло, ну почти окрепло… Аномалию стало хорошо видно. Больше всего она была похожа на букву «А», если её поставить кверх ногами. Вот ведь, в прошлом мире я ни разу не посмотрел на свой источник. Была она тогда у меня или нет?
Мою помощь мати по-прежнему отвергала. Поэтому, когда она ушла с травами в лавку, я решил выбраться на речку. Выданные старостой Юрой деньги скоро кончатся, а рыбка не помешает.
Взял флягу, немного отравленного хлеба для прикорма и вяленого мяса для себя. Прихватил веревку и нож. Странно, но холодное оружие носили немногие, а вот удлинённые походные ножи были почти у всех.
Я решил прогуляться вверх по ручью и обратно. В планах была нагрузка на выносливость и рыбалка.
Когда я удалился от деревни метров на сто, пыхтя вверх по склону, тропинку перегородили пятеро крепких парней. Они ухмылялись, предвкушая забаву.
— Пацаны! Смотрите! Недомерок выполз из халупы, — переросток громко заржал, перебрасывая огнешар из одной руки в другую.
Я тяжело вздохнул. Неймётся парням помериться огнешарами. Хорошо, что не набросились с кулаками. В физической силе и ловкости я им уступаю. Мансур говорил, что у меня чудовищный опыт реальных схваток, но тело не тянет. Я уже устал, пока сюда шёл. Вся надежда на магию и на рефлексы.
Дылда на понтах перекидывал огнешар из руки в руку, другие окружали меня.
— Хлюпикам не место в нашей деревне, — приговорил меня здоровяк и бросил огнешар в грудь.
Сгусток пламени впитался в источник, и Огонь довольно облизнулся. Дылда усмехнулся, сформировал сферу побольше и метнул снова. В голову! Вот ублюдок!
Проверять, впитается ли огонь через голову не стал. Увернулся, да и летел он медленно, если честно. Только после этого рывка, я задышал, как загнанный заяц, с трудом проталкивая воздух в лёгкие.
Огнешар вожака пролетел мимо и попал длинноволосому в район шеи. Волосы вспыхнули факелом, и двое товарищей принялись тушить бедолагу.
Я злорадно усмехнулся. Это выбесило главного, и он понесся на меня с кулаками. Плохой вариант. Он переломает меня, как щепку…
На выручку пришёл Огонь и покрыл тело пламенем, сам я так не мог из-за размера источника. Я стал похож на ходячий факел, да и дышать стало легче. Ну, спалит его мой огонь при контакте, только к тому времени моему изломанному трупу будет всё равно.
В последний момент я выхватил нож и упал на одно колено. Он налетел на выставленный клинок и с воплем повалился на траву, зажимая рану. И всё же он задел меня по плечу, левая рука онемела. Боль прострелила насквозь, и спина заледенела.
— Ах ты, тварь! — коренастый парнишка в зелёной рубахе поднял булыжник и стал заходить за спину. Он напитывал камень силой. В живых меня оставлять никто не собирался.
Когда он замахнулся, я присел и крутанулся, подсекая ногу. Сила тяжести доделала всё за меня. Коротышка упал спиной в ручей, я только и успел, что подрастить каменные пики, на которые он нанизался, как бабочка. Вода окрапилась кровью, а меня повело в сторону. Больше магии я не потяну.
Оставшиеся двое потушили третьего.
— Тебе не жить, — прошипел обгорелый и зло сплюнул.
По ножам пробежало едва видимое свечение. Усиление? Утяжеление? Надеюсь метать непонятную хтонь они не будут…
— Да что ж ты, выродок, никак не подохнешь, — в сердцах бросил обожжённый, и в ужасе посмотрел мне за спину.
Обернуться я не успел. Всех трёх противников нанизали лозы. Главарь на траве попытался отползти, но и его проткнуло насквозь.
Огонь погас, и я качнулся. Меня подхватили сильные руки, а в нос забились волосы и запах трав. Мати…
— Миха, Миха, — мати ощупывала меня, а потом прижала к себе, и я почувствовал горячие слёзы.
— Я в порядке, — с трудом выдавил я.
— Присядь, — она мягко усадила меня на траву и бросилась к мешкам гопников.
Она достала лепёшку, отломила кусок и запихнула мне в рот:
— Жуй.
Я механически жевал и смотрел, как она быстро обыскивает трупы. Собрала мелочь, не побрезговала и продуктами.
Как она меня нашла? Мати обошла всех, погружая тела под землю. С тем, что в ручье застопорилась. Я попросил Землю убрать каменные пики. Только после этого мати перетащила крепыша на берег и так же закопала.
Всё это она делала молча, только раз не сдержалась и пнула мёртвого главаря ногой.
— Сволочь!
Она собрала отобранные вещи в один мешок, остальное закопала и снова подчистила следы.
— Идти сможешь? — она отломила лепёшку.
Я встал. Мышцы болели нещадно, левая рука не слушалась, а сердце до сих пор бешено колотилось.
— Хорошо, — женщина заозиралась, потом провела рукой, скрывая следы драки.
Она дала мне попить из фляги, подобрала брошенную бандитами рыбу и повела меня в сторону от деревни.
— Мы куда?
Мати забросила мою руку себе на плечо и обняла за талию. Мы ускорились.
— Миха, нельзя так просто убивать людей, — процедила она, озираясь, и свернула в кусты.
— Они бы меня убили, — возмутился я.
— Знаю. Это банда Дрына, — она зло заскрипела зубами, — не важно. Виноват всё равно будешь ты или я. Ты не представляешь, какое сейчас мнение о нас в деревне. Убила бы Тую лично ещё раз. Сука! Она говорила, что сила отвернулась от меня, потому что у меня гнилая душонка, болезнь нам дана в наказание, чтобы очистить землю от сорняков.
— Она же призналась, — напомнил я.
— Люди десять лет верили, что мы прокажённые, Миха, — горько усмехнулась мати. — Никто не перестроится за один день. И всегда будут сомневающиеся, — она тяжело вздохнула.
Мы вышли на дорожный тракт и двинулись в сторону деревни.
— Миха, людям нужно время, чтобы узнать и привыкнуть, что стерва она, а не я.
Мимо нас проезжали сцепки, возничие с любопытством поглядывали на пеших путников. Идти оказалось недалеко. Мати завела меня в нашу лавку и усадила в угол.
— Скажем, что ты всё время тут был, — она ловко заварила мне травы и поставила чашку. Потом порылась в сумке и достала недоеденную лепёшку.
Принесённую рыбу она запихнула в какой-то шкаф, разложив на сетку. Я ел и наблюдал, как мати обслуживает покупателей.
Через полчаса к нам ворвался Велгор.
— Текура! Там ищут, — он показал на меня пальцем.
Мати подскочила со стула и рванула в подсобку. Велгор выглянул на улицу и прикрыл дверь.
— Быстрее! — поторопил он.
Мати выскочила из подсобки и побросала в мешок рыбу, когда она открыла ящик, я понял, что это была коптильня.
Женщина быстро надела на меня перевязь с кинжалом и кошель, в который высыпала всю выручку с лавки.
— Скажем, что он ушёл утром, — предложил Велгор. — Ему же по возрасту пора уже искать себя? Вот, ты его и отправила на Сход. А ты, Миха, прогуляешься, посмотришь, может, и правда, подберёшь себе занятие по душе.
Мати обняла меня крепко, и вытолкала за порог.
— Идём, — потянул меня за рукав Велгор, — она не может уйти. Сейчас придут, она должна остаться, чтобы встретить старосту.
Я поспешил за артефактором. Он мне подвесил на пояс ещё один мешочек с монетами и ответил на мой вопросительный взгляд:
— Гордая, она бы не приняла, а тебе в дорогу надо, — он усмехнулся.
— Куда мне идти? Я ничего не знаю, — я растерянно посмотрел на мужчину. Мышцы болели, и каждый шаг давался с трудом.
— Все дороги ведут на Сход, — он похлопал меня по плечу.
Я начал задыхаться и Велгор сбавил шаг. Он пропустил меня вперёд, а сам пошёл сзади, закрывая меня от случайного взгляда.
— Всех подростков отправляют на Сход, это нормально, — решил пояснить он. — Мы не просто живём в гармонии с Мати. Путь согласия с природой — самый выгодный, — он усмехнулся. — Хорошо устраиваются те, кто действует на волне, а не плывёт против течения.
Я непонимающе смотрел на Велгора, голова плохо соображала, накатывала усталость.
— Типа, я должен выбрать, чем заниматься?
— Да, и важно, чтобы ты сделал это сам, без чьей либо подсказки. Таков закон, — на полном серьёзе заявил он. — В пути обращай внимание на то, что тебя коробит в окружающей обстановке. Устраняя дискомфорт Великой Мати, получишь вознаграждение и займёшь свободную нишу.
Отойдя от деревни на несколько метров, он засобирался обратно, и я остался один. Ноги дрожали, дыхание опять сбилось, я с ужасом посмотрел на дорогу.
Глава 3
Я вышел на середину дороги и пошёл по встречке. Всё равно она была пуста. Сцепки обгоняли меня на приличной скорости и лишали возможности напроситься в попутчики. Движение шло сплошным потоком, и остановить кого-то не представлялось возможным.
Я шёл медленно на одном упрямстве. Силы кончились давно, и ноги заплетались. Я то и дело спотыкался.
Вдруг меня под мышки обвила лоза, и я взлетел в воздух. Приземлился на облучок, рядом с дедком. Это он меня подхватил на ходу и усадил рядом с собой.
— Подвести? — ухмыльнулся он в усы.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Рыбки?
Я развернул котомку и протянул старику ещё горячую рыбину. Мы с удовольствием поели. Причём я умял сразу три штуки, пустив белок на строительство мышц.
Торговца звали Берест. Одет он был в широкие штаны и рубаху. Как я понял, мужики в дороге одевались в просторную одежду, чтобы в ней же спать. Его волосы были черны, как смоль, кожа загорелая и обветренная, а в тёмных глазах пробегали смешинки.
Сцепка у него была из трех фургонов. На заднем облучке ехала дочь, а в центральной кибитке отсыпался сын. Мне он предложил подменять дочь, в обмен за доставку до Схода.
Дана презрительно оглядела меня и фыркнула. Идея отца ей не понравилась. Меня она сразу не взлюбила, как будто слабосилие было заразным.
Я заметил у старика на запястьях деревянные браслеты. Похожие были у матери.
— Это горная лоза, — пояснил Берест, увидев мой интерес. — Хищная лоза, которая охотится в горах. Выстреливает отростками, захватывает добычу и тащит к себе в пасть. Очень удобная и незаменимая вещь, — он махнул рукой, лоза удлинилась и взметнулась вверх.
Семья Береста путешествовала вторую неделю, до Схода осталось ехать дня три-четыре. Сын был кожевником и собирался распродать шкуры, дочь — плетения по выделке и освежеванию добычи. Сам дед был мастером ловушек, и планировал обменяться идеями с другими охотниками. А ещё он рассчитывал получить заказ на ловлю какого-нибудь редкого зверя.
В сумерках разметка на дороге стала светиться ярче, и сцепки начали съезжать на ближайшее поле. Долина справа была усеяна габаритными огнями уже расположившихся на ночлег кибиток.
Берест растолкал сына и запустил в небо огнешар. Следующий шар ушёл вправо. Дочь скомандовала, что путь свободен, и старик слегка повернул головную повозку. Впереди, позёвывая, шёл сын Кузьма, на ходу утрамбовывая слой почвы. Отъехали от дороги мы метров на двадцать-тридцать, так же включив габаритные огни. Да… эта стихийная зона отдыха не сравнится с комфортной около деревни.
Воду Берест возил в бочках в средней повозке. Хворост они тоже запасали заранее, а в деревнях докупали. Я видел, как многие шли в лес с топорами, и догадывался, что найти сухое дерево — трудная задачка. Кузьма оборудовал отхожее место, соорудив четыре стены и выкопав яму.
— Берест, а сколько организованных стоянок в деревнях на пути? — спросил я.
— Где-то половина на половину, — старик почесал бороду. Мы все вместе сидели у костра, поедая кашу с вяленым мясом. Не похоже, чтобы кто-то умел разводить огонь без хвороста. Хотя, наверное, есть же дорожные очаги. Спросил об этом деда.
Оказалось, Берест любит пищу с запахом дымка. У него даже специальные веточки были отложены, которые он добавлял в костёр для аромата.
— Ты опять можжевельник подбросил? — недовольно буркнул Кузьма. — Просил же, — он махнул рукой и отошёл в сторону, чтобы избежать попадание дыма на одежду. Дед только усмехнулся.
Сын у Береста был непростой. Невысокий, крепкий, как молодой бычок. Он постоянно хмурился и солидно молчал. Он то и дело оказывался рядом, чтобы выгодно смотреться на моём фоне.
Когда мы сели за трапезу к нам подошёл высокий мужчина.
— Здорово, Берест, — мужчины обменялись рукопожатием.
Одет он был, как и все в свободные одежды путника, только отличались они богатой выделкой и сочно зелёным цветом. Борода была заплетена в косички и украшена бусинками.
Он бросил на Дану заинтересованный взгляд. Женщин вообще на дороге было мало, а дочь Бреста к тому же была красавицей.
На меня он глянул презрительно и брезгливо отвернулся. Слабаков никто не любил.
— И тебе не хворать, Син. Ты с кем? — Берест ухитрился мне подмигнуть, когда гость отвернулся.
— Видел, как вы съезжали. Мы остановились чуть дальше, — позёр неопределённо махнул рукой в сторону. — Староста отправил сразу четыре сцепки по пять повозок, — похвастался он и присел к костру. — А ты почему один?
— Старый хрыч не захотел включать меня в караван, — скривился Берест. — Наши уехали одними из первых. Наверняка, хорошие места заняли.
Дед тяжко вздохнул, а глаза Сина блеснули злорадством.
— Я договорился с Лежалым, чтобы он придержал местечко в центре, но твоя сцепка к нам не влезет, извини, — он сделал вид, что сожалеет. — Староста в последний момент добавил ещё три фургона, и так на головах друг у дружки сидеть будем.
Торговцы продолжили активно общаться. Немного погодя к ним присоединились ещё двое. Мне надоело ловить на себе неприязненные взгляды, и я отправился спать под среднюю кибитку. Она была самая высокая, и расположился я почти с комфортом. Множество габаритных огней ярко освещали стоянку, а спать я предпочитал в темноте. Напоследок словил одобрительный взгляд Даны, там мне самое место — под днищем.
Я лёг на утрамбованную землю. Попросил Огонь подогреть поверхность, а сверху накрылся одеялом, которое положила мати.
— Что это? — всполошился Син. — Странный магический всплеск, совсем рядом.
Торговец вскочил и стал нарезать круги вокруг сцепки. Ничего не нашёл и вернулся к костру.
— Очень странный отпечаток силы… — в голосе прозвучали осуждение и вопрос.
— Необычный, — согласился Берест, — привкус сырой силы.
Мой старик не стал разыскивать источник магических возмущений, и суета свелась на нет.
Утром, отъезжая со стоянки, Кузьма взрыхлил за собой землю. И я припомнил, насколько много таких вот уродливых, перепаханных участков мы встретили на пути.
— До следующего Схода зарастёт, — снисходительно бросил Кузьма.
Берест усадил меня рядом на облучок и попробовал прощупать магически. Я почувствовал, как он направил в меня часть силы, которую радостно слизнул мой источник. Дед хмыкнул, потёр переносицу и больше приставать не стал.
Следующие три дня были похожи один на другой. Пейзаж тоже не радовал разнообразием. Горы справа, лес слева. К управлению хвостом Дана меня не пустила, аргументировав тем… хтонь… что она не станет сидеть на облучке после того, как там посижу я. Тьма её забери! Это было обидно, она ведь заявила это во всеуслышание, как будто меня здесь нет.
Берест укоризненно посмотрел на дочь, но настаивать не стал, как и прогонять меня.
Соседние повозки ехали примерно на одной скорости, и Берест обзаводился новыми знакомствами.
Попался интересный щуплый мужичок, торгующий книгами. Фундаментальных научных трудов у него не было. Только прикладные по типу «Кузнечное дело», «Справочник лесных трав с иллюстрациями», «Плетения бытового характера для путешественников». Дана прикупила себе «О влиянии сборов трав на развитие магоканалов» всего за две серебрушки. Зря она с ним не торговалась. У хитрого дедка было на лице написано, что он задрал цену.
Я попросил полистать справочник растений. Неожиданно у меня вскрылся блок памяти, информация посыпалась в изобилии. Правда, какие-то описания остались незнакомыми.
Я вернул книгу. Дедок пытался снизить цену, но зачем покупать, если у матери есть справочник и, наверняка, не один.
Я поинтересовался аналогичным изданием про животных и оказался прав. Вскрылся очередной блок, и часть животных этого мира стала мне известна. Мир Мати характеризовался охренительно высоким манофоном. Он был в несколько раз выше того, который я ощущал в Запретном лесу. Значит, и звери хорошо так мутировали. Поэтому справочник мне нужен, но как тащить всё на себе? Я же не остановлюсь на покупке единственной книги… Да и в деревне должно быть что-то про тварей.
Во время одного из перекусов я спросил Береста, почему так мало деревень на дорожном тракте, ведь это выгодно. Оказалось не всё так просто. Последняя речушка была около моей деревни. Не строиться же вдалеке от воды?
Другая проблема, надо успеть перешагнуть безопасный рубеж. Если деревушка будет маленькая, то после одного потока караванов, она будет опустошена. Выгребут не только зерно и вяленое мясо, но и сено для лошадей, дрова и даже сами бочки. Деревня просто не успеет восполнить запасы к следующей волне.
Значит, и построиться надо успеть вне сезона, за пару месяцев до размера в тридцать-сорок домов, плюс хозяйство или постоянный источник пищи.
— Такое реально, если соберется сразу много сильных магов, — Берест хмыкнул, — но народ неохотно снимается с насиженных мест ради неизвестной лучшей доли. Кому охота бросать дедову землю, чтобы строить новую деревню в чистом поле?
На место мы прибыли утром четвёртого дня. Ну, что сказать? Я ожидал большего при таком-то обилии могущественных магов. Уровень комфорта сильно средний. Для создания просвета между горами они просто снесли одну гору и выровняли громадную площадку.
Вокруг плато шла окружная дорога, на которую караваны заезжали с обеих сторон. Сход был разлинован на узкие полосы. И таких «нарезанных» участков было с сотню, если не больше. Перед каждым съездом стоял высокий столб с артефактным табло, указывающим номер линии и количество свободных мест. Стоит ли упоминать, что все места были заняты?
Внутри каждой полосы была разметка ещё на три линии. Центральную оставляли для движения, а по бокам парковались сцепки.
Разделительными ограждениями между полосами выступали каменные каналы с проточной водой, в окружении зелёной травки для тягловых животных. Местами устанавливались костровые зоны с искусственным огнём. Ну, и туалеты. Когда из кабинки выходили, срабатывал артефакт огня, который очищал отхожее место, в небо при этом выпускался небольшой столб огня. Смешно! Сразу видно, кто где сходил по нужде.
Перед каждым въездом висела меловая табличка, указывающая, кто в этом ряду разместился и что предлагает. И, конечно, торговцы кучковались по интересам. Не стеснялись ярких вывесок, привлекающих внимание: книги; скупка-продажа шкур; бытовые артефакты; обмен заклинаниями; кузнецы; продукты; повара и тому подобное.
В центре Сход разделяла поперечная пустая линия со столами для встреч. В общем всё это выглядело, может, и не плохо. Но! Долины с обеих сторон были заполнены стихийными рынками по типу того, как мы съезжали на ночь с дороги. И если на самом плато был относительный порядок, то в долинах царил хаос. Кто как съехал с тракта, так и встал. Я видел, что купцы пытались оставлять пустыми дорожки для передвижения, но ещё больше было тех, кто хотел устроиться поближе к плато. Хтонь! Более ужасного места было трудно себе представить.
Я попрощался с попутчиками. За время путешествия я заметно окреп. Хоть какие-то мышцы, да появились, но на многое я не рассчитывал. Я решил забраться повыше, чтобы осмотреться.
На ближайшей скале был небольшой уступ, к которому вела неприметная тропинка. Подъём в гору дался нелегко, но я спокойно отдыхал и шёл дальше.
Как там говорил Велгор? Коробит? Меня уже перекорёжило так, что в норму прийти не могу. Весь этот Сход — это ненормально, вот совсем ненормально.
Я с трудом отдышался и посмотрел вниз. Меня снова передёрнуло. Приметил по центру полосу с книгами, ну а что мне ещё тут смотреть?
Вдруг рядом замерцало окно портала, из него вывалился Миша. Тот самый лектор из Академии магии с планеты Альфа. Он споткнулся, и я придержал его, чтобы он не свалился с уступа.
— А?! — старик ошарашенно уставился на галдящий внизу людской муравейник. — Ты Миха?
Я кивнул, рассеянно глядя на лектора. Настоящий портал? Переходное окно закрылось. Как он тут оказался? В мире Альфа не было портальной магии! Множество вопросов одновременно крутилось в голове, выбивая толковые мысли.
— Ты, это, Миха, должен построить небоскрёб.
— Чё?! — вырвалось у меня.
— Ну, это такая высокая каменная башня… — начал было Миша.
— Да иди ты в топку мироздания со своим Затворником! — перебил я его.
— Он тут причём? У меня на тебя квест, сейчас… — он закатил глаза, как-будто читая что-то невидимое перед собой.
Уникальная цепочка заданий«Поди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что».
Награда:— 5000 золотых за каждый этап,— овладение новым видом магии на выбор после выполнения каждого этапа,— репутация с Альфа +100 очков единовременно после выполнения всей цепочки заданий,— открытие следующего задания цепочки.
Задание 1 из 5:—Прибыть в мир Мати и найти юношу по имени Миха.Портальное перемещение к объекту активируется после принятия задания.
— Уговорить Миху построить небоскрёб типа «Каменная Башня» с функцией трактира.
Награда за строительство:
1.Мобильная мануфактура по производству портальных артефактов:— кольца малые для хозяйственных нужд, производственный модуль один,— арки средние для перемещения человека, производственный модуль два,— арки большие для транспортировки грузов, производственный модуль три,— управляющие планшеты к кольцам и аркам, производственный модуль четыре;
2. Руководство пользователя.
Необходимые условия для получения мобильной мануфактуры:—взять с Михи обещание — не убивать Шизу,—небоскрёб должен быть не менее ста этажей,—портальные артефакты могут использоваться только для обслуживания и эксплуатации небоскрёба,— взять с Михи обещание, что он не будет участвовать лично в строительстве других аналогичных сооружений, и не передаст технологию производства портальных артефактов в чужие руки.
— Ну как? — спросил меня Миша, когда закончил читать. — Построишь?
Я открывал и закрывал рот. Хочу ли я портальную мануфактуру? Да! Да! И ещё раз «да»! Каменная башня в сто этажей?! Да это нереально! Камень слишком тяжёлый! Я буду строить её вверх, а она в это время — уходить под землю под тяжестью веса. Хтонь! А потом и вовсе завалится, упершись в неровный грунт. Хотя… Есть же облегчение веса… А ещё можно корни пустить, как у деревьев…
Я задумчиво пялился на лектора, а Миша достал какую-то плоскую металлическую пластину.
— Капни сюда крови, — он взял мою руку и приложил палец. Снизу выдвинулся шип и уколол меня. — Ой, надо же было сначала взять с тебя обещание.