От мрака к свету

— Клыры ослиные, овцы удные, ослепли что ли, вы как врага к ногам пустили?! — яростно крикнул командир.

Ратники тут же разбежались в стороны, туша костры. В ту же минуту алое вечернее небо озарилось градом горящих стрел, выпущенных откуда-то из лесных чащоб.

— Щиты на изголовье! — крикнул сержант, раздирая горло.

Верита схватила первый щит, который попался ей под руку, села на одно колено и подняла его над головой, а Фубитоссо укрыл голову руками, в панике мотаясь из стороны в сторону. Заметив чугунный котел, наемник схватил его и поднял над собой. Пламенные стрелы продолжали беспорядочно падать на землю, редко отскакивая от воинских щитов, как горох от стены. Свето-рыцарь поднялась на ноги и не спеша подошла к Фубитоссо Проходимцу, мысленно спрашивая себя, что тот вообще делает?

— Не трепыхайся ты так, из-за дождя ничего здесь не сгорит, а с такой дали стрелы не то что кирасу, кольчугу даже не пробьют, — спокойно, насколько смогла, сказала девушка.

Фубитоссо лишь трясся, сидя на корточках, бубня что-то себе под нос. Верита хмыкнула и задала ему вопрос:

— Ну что, «герой героев» тягался силами с ороком? — Наёмник резко замотал головой. — Оно и видно, живо возьми себя в руки, если жить хочешь.

Лавина из стрел стихла через три минуты, оставив после себя лишь тишину, нарушаемую лишь тяжёлым дыханием воинов. Внезапно тишину разорвал оглушительный, леденящий душу рёв, который, казалось, исходил из самой глубины земли. Этот звук был настолько мощным, что его вибрация ощущалась в каждом мускуле, заставляя кровь стынуть в жилах. Это был не просто крик — это был звериный рык, полный первобытной ярости и неумолимой силы.

И тут из-за деревьев вырвалась орда, словно тёмная снежная волна, сметающая всё на своём пути. Деревья трещали под натиском их тел, кустарник ломался, как хрупкие ветки, а воздух наполнился грохотом и криками. Это были не люди — это были ороки, взбешённые, разъярённые, движимые жаждой крови и разрушения. Их глаза горели безумным огнём, а в руках сверкали оружие, готовое к беспощадной бойне.

Племя ороков, на первый взгляд, может показаться дикарями, но это лишь поверхностное впечатление. Ороки гораздо смышленее обычного дикого зверя и обладают уникальными особенностями, которые выделяют их среди других народов.

Представители этого племени смуглые, с ростом около трёх с половиной локтей, что может варьироваться в зависимости от их среды обитания. Их внешность запоминается: круглая, грубо высеченная голова, длинный толстый нос, широкие тёмные глаза и плотное, громоздкое тело с густой шерстью на руках и голове. Особое внимание привлекают их длинный хвост с кисточкой, уши, похожие на свиные, и два заметных клыка. Назначение этих клыков до сих пор остаётся неясным.

Наука утверждает, что племя ороков имеет родство с троллями, основываясь на наличии хвоста у обоих видов. Кроме того, существуют подтверждённые наблюдения, что ороки умеют выделывать шкуры животных и создавать примитивные орудия труда.

Изучение ороков представляет сложность, поэтому о тонкостях их жизни и поведения известно немного. Однако их уникальные черты и способности вызывают интерес и уважение.

Вооруженные крупными ободранными дубинами, самодельными орудиями и, как было видно, краденым человеческим оружием, нелепо лежащим в их лапах, они нападали всем стадом. Во главе этих чудищ яростно бежал вожак, ратники короля прозвали его Черный глаз из-за шрама на его морде. Вожак был выше и шире остальных, а на голове он носил шкуру убитого медведя, в своих руках орок держал секиру да изящно выкованное кем-то копье с узоров в виде лоз с листвой.

Командир ратников, облаченный в сверкающие доспехи, величественно возвышался впереди строя. Его шлем, увенчанный тремя перьями, гордо развевался на ветру, словно знамя, символизируя его непоколебимую решимость и лидерские качества.

— Чёртовы нелюди! — командир выставил перед собой копье. — Колья на исходную! — крикнул он.

Солдаты подняли копья с выточенными лезвиями, готовые к бою. Черный глаз вскинул левую руку и с неистовой силой метнул копье в строй ратников, целясь прямо в грудь командира. Копье пронзило доспехи, словно раскаленный нож масло, и вонзилось в сердце воина. Кровь хлынула фонтаном, окрасив землю в алый цвет.

Армии схлестнулись, словно две гигантские волны, обрушившиеся друг на друга. Ороки, вооруженные тяжелыми кольями, пытались пробиться сквозь строй ратников, но их натиск был встречен стеной щитов и мечей. Колья пробивали доспехи, но не могли остановить волну ратников, которые с яростью и силой обрушивались на врага.

Ороки, потеряв строй, начали падать под ударами мечей. Ратники, не теряя времени, использовали момент замешательства, чтобы добить противника. Те, кто остался без кольев, быстро сомкнулись в оборонительный круг, обнажив сверкающие мечи. Они отражали атаки орков, их движения были слаженными и точными, как механизм.

Верита схватила тяжелую булаву, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Волнение и решимость смешались в её душе, а кровь закипела от пламени битвы. Но свето-рыцарь не мог нанести врагу серьезных ран — пока что ей удавалось лишь парировать неуклюжие удары ороков, не давая им прорваться. Внезапно Фубитоссо, шатаясь, поднялся на ноги. Его левая рука все еще цеплялась за котел, висящий над головой, а в правой он сжимал свой старый меч. Этот момент стал переломным.

Верита почувствовала, как силы покидают её. Дыхание сбилось, пот струился по лицу. Даже для неё сражение с таким количеством врагов в таком темпе было невыносимо. Она уже не могла отражать удары, её движения стали хаотичными, а уклонение от свистящих атакующих орудий и дубин превратилось в отчаянную попытку выжить.

— Га-аллус, брось котел и бей! — крикнула она стоящему на месте наемнику.

Вдруг один из ороков ударил Фубитоссо кулаком по голове, на которую все еще был надет котел. Наемник свалился наземь, как мешок с картошкой, потеряв сознание. Верита увидела это, но не успела ничего предпринять, так как была вынуждена уклониться от очередного взмаха дубины и тут же, взяв упор ногами, поднять булаву над головой. В ответ на это орок, копируя девушку, тоже поднял дубину над головой и запрокинул так, что конец почти доставал до земли за его спиной. Орок глядел в ее глаза, наполненные яростью и ненавистью глаза. Рывок и удар. Дубина чудища упала на землю, прозвучал хруст, чем-то похожий на разлом древесной ветви. Верита была быстрее, точнее, техника в битве всегда затмит звериный инстинкт. Обмякшее тело монстра упало в грязь следом за дубиной.

Свето-рыцарь выявила очевидное: как бы ни было сильно тело, ни одной живой твари не пережить крепкого удара в голову. За ее спиной возвысился орочий меч, жаждущий гибели. Резко развернувшись, Верита отразила удар и метнула треснувший деревянный щит в рыло орока. Увидев, как тварь трет свои глаза от боли, девушка сжала пальцами булаву что было силы и ударила. Дробящая атака ее орудия попала ороку прямо в висок, и обездвиженное тело чудища свалилось к его мертвому соплеменнику. Девушка резко выдохнула, тряхнув рукой, в которой была булава, смахнув с нее кровь. Время будто застыло на мгновение, крики солдат и ороков стихли на поле боя, словно кто-то из богов решил вмешаться, увидев сие кровопролитие.

Девушка подняла взгляд с тела чудища на его соплеменников, увидев страх и ужас в их глазах. Ороки стояли, опустив мечи с дубинами, то и дело толкая друг друга и пятясь назад. Убив очередного ратника, Черный глаз увидел эту картину и взревел на своих соплеменников, быстрым шагом пойдя на Вериту.

Свето-рыцарь увидела, как вожак замахнулся рукой, в которой была секира, и готовилась отразить, но это оказалось уловкой. Вместо удара секиры Черный глаз пнул ее ногой справа. Верита упала наземь, и ей мгновенно пришлось увернуться от удара секиры, перевернувшись на правый бок. Она поднялась на ноги так быстро, что сама не заметила, и резко попала булавой по затылку вожака ороков. Жалкий, ничтожный удар. Слишком слабый замах с глухим стуком в неустойчивом положении, из-за чего булава даже вылетела у нее из рук. Верита выругалась сквозь зубы, из-за чего вовремя не успела среагировать на копье в руках вожака, стремительным махом сбившее ее с ног. Бросив секиру, Черный глаз вскинул над ней копье с намерением убить. Девушка в последнее мгновение успела выцепить железный щит, лежавший рядом, и поставить перед собой. Изящное копье с легкостью пробило щит острием, остановившись в нескольких сантиметрах от груди Вериты, застряв гардой в щите. Разозлившись от такого упрямства, вожак начал давить со всей силы, впившись в копье лапами, но орок нежданно взревел, расцепив пальцы от копья, освободив девушку из оков гибели. Еле поднявшись на колени и тяжело дыша, свето-рыцарь отбросила от себя пробитый копьем щит, увидев еле стоящего Фубитоссо, вонзившего в бок вожака свой меч. Косым взмахом лапы наемник отлетел в сторону, а яростный взор Черного глаза снова упал на Вериту, которая отчаянно искала путь к победе. Краем глаза она заметила секиру, брошенную вожаком ороков, и ринулась туда. Орок заметил это и попытался схватить ее, но израненный бок дал о себе знать, было слишком поздно. Последнее, что увидел Черный глаз перед смертью, это лезвие своей же краденой секиры. Могучий вожак ороков был повержен, пав мордой вниз к ногам девы-свето-рыцаря.

Ороки, всей ордой стоявшие на поле боя, увидели это и в ту же секунду издали рёв, будто бы крикнув «Отступаем», забыв об убитых соплеменниках, ринулись бежать в ужасе от произошедшего. Верита выдохнула через нос и пренебрежительно отбросила секиру в сторону, одновременно ища взглядом Проходимца-наёмника. Заметив его, девушка аккуратно подошла и попыталась привести наёмника в чувство. Фубитоссо медленно раскрыл глаза и начал кряхтеть, бормоча себе чего-то под нос. Жить будет, подумала про себя свето-рыцарь. Как вдруг вдали кто-то крикнул: «Вери-ита», она узнала голос сержанта и ринулась в сторону, где был слышен его голос.

Перед ней предстала картина поникшего сержанта Дэвида, склонившегося над ее старым другом, лежащим среди тел людей и ороков. Он был ранен мечом. Верита склонилась перед ним и услышала, как он произнес:

— Умираю... умираю...

Глаза Вериты дернулись, но лицо не теряло спокойствия. Раненный солдат медленно повернул взгляд на девушку и тихо прохрипел:

— П-помнишь... помнишь, как ты упала с брев-бревна тогда, помнишь...

Свето-рыцарь положила обе руки ему на грудь и, слегка улыбнувшись, сказала:

— Помню...

Парень улыбнулся, подняв глаза к небесам, готовясь испустить дух, и Верита в тот момент закрыла глаза, будто взмолившись. В то же мгновение из ее рук начал источаться теплый белый свет, окутавший тело ее старого друга. Спустя время свет рассеялся, и смертные раны солдата исцелились.

— Увидишь еще, Эрик, увидишь, — сказала ему Лучезарная Верита, свето-рыцарь храма Игниса.

Сияние

Поставив старого друга на ноги, Верита обернулась к сержанту и спросила:

— Есть еще раненые?

— Не могу знать... Ороки почти всех побили.

— Я видел как это полчище изрубило кнехтов и многих добровольцев пришедших к нам. — сказал им пришедш