Перерождение мира. Том третий: Величие

– Барьер и не такое выдерживал, ваше величество, – мягко возразил Дарвис.

Тэний 8, 1123 год IV эры (II новая эра)

Великая Арена, город Берсель,

что в Королевстве Вифанция

Прошло семь дней с момента триумфа Хэлла на песке Великой Арены. Семь дней, за которые шум восторгов сменился жаркими спорами в тавернах, на площадях и в аристократических салонах. Имя «Хэлл» не сходило с уст. Одни видели в нем восходящую звезду, нового героя из народа. Другие – дерзкого выскочку, бросающего вызов устоям. Третьи, самые проницательные, с холодной опаской наблюдали за фигурой, в чьей победе была неестественная, леденящая уверенность.

Для организаторов Сто Одиннадцатого Юбилейного Турнира эти дни стали суматохой перепланировок. Сжатый из-за войны график превращал каждый бой в тщательно выверенный спектакль. Публика, пресыщенная трехмесячными отборочными, жаждала не просто побед, а зрелищ. И прошлый поединок с участием Хэлла дал им именно это – развязку, контрастирующую с изящным «диалогом клинков», который он провел с капитаном Даксом.

В Королевской ложе на сей раз был не только король и его тень-советник. В кресле справа от Эдварда II, откинувшись назад с видом царственной скуки, сидела она.

Алиса Аркхолд.

Ее длинные волосы цвета ледяной вершины, как обычно, были распущены, обрамляя безупречно холодные черты лица. На ней был не парадный мундир, а практичный черный сюртук офицерского покроя с серебряными аксельбантами, на спинке кресла небрежно висела фуражка. Она смотрела на пустую арену рассеянным взглядом, пальцы в белых перчатках отбивали неторопливый ритм по подлокотнику. Ее появление в столице несколько дней назад не афишировалось, но для короля не стало неожиданностью. Как и ее внезапная просьба – вернее, требование – быть внесенной в список участников турнира. Прямо в финал.

– Итак, генерал, – король нарушил тишину, не глядя на нее. – Надеюсь, путешествие с востока было не слишком утомительным.

Алиса медленно перевела на него взгляд. В ее голубых глазах не было ни усталости, ни почтения. Лишь привычная, вечная холодная апатия, слегка разбавленная любопытством к предстоящему зрелищу.

– Скучным, ваше величество. Бесконечные степи, пыль и трупы. Здесь, по крайней мере, пахнет по-другому. Деньгами, потом и глупой надеждой. – Ее голос был ровным, металлическим. – Гораздо интереснее.

– Надеюсь, вы не разочаруетесь, – сказал король, и в его тоне прозвучала давно накопившаяся горечь. – Пока ваши солдаты и наши союзники продолжают гибнуть, сдерживая орду, вы здесь… ищете «интересного».

Алиса позволила себе легкую, почти невидимую ухмылку.

– Я сделала свою работу. Превратила несколько квадратных километров степи в вечную мерзлоту и ледяные саркофаги для пары десятков тысяч всадников. Я заслужила «отпуск», а тут как раз… – она кивнула в сторону арены, – подворачивается возможность его интересно провести.

Дарвис, сидевший слева от короля, тихо вставил:

– Ваше величество, генерал Аркхолд действительно обеспечила стратегический перелом. Восстания среди покоренных ордой народов уже созрел. Шпионы докладывают о неподчинении восточных земель, где живет основная масса населения каганата. Ее сила… дала нам больше, чем время. Карты мира скоро перекроются, а угроза со стороны кочевников – испарится.

– Время, которое она тратит здесь, – отрезал король, но гнев в нем уже выдохся, сменившись все той же усталой рассудительностью. Он махнул рукой. – Что ж. Ищите своего «достойного». – Последнее слово прозвучало беззлобно.

Алиса лишь приподняла бровь, не удостоив это ответом. Ее внимание привлекло движение у входа на арену. Глашатай в пурпурном одеянии вышел на песок, и его голос, усиленный чарами, загремел под сводами:

– Дамы и господа! Приготовьтесь к следующему поединку восьмого дня основного этапа! В правом углу – участник, чье имя стало грозой для всех, кто встает на его пути! Нус Швай!

Разумеется было бы неуместно оглашать его псевдоним и род деятельности, но почти все королевство и так знало то, кто он такой и на что способен.

На арену, переваливаясь с ноги на ногу, вышел мужчина. Он был одет в поношенную, но прочную кожаную броню, увешанную трофеями – амулетами, заостренными клыками, обрывками шкур. Его лицо, изборожденное шрамами и вечной сальной ухмылкой, источало немотивированную жестокость. В руке он сжимал тяжелый, слегка искривленный меч, клинок которого тускло поблескивал в свете дня. Трибуны встретили его не ревом, а настороженным, неодобрительным гулом. «Гиена» был тем типом бойца, которого уважали за результативность, но презирали за методы.

– И его противник! – продолжил глашатай, и в его голосе вновь зазвучали нотки драматизации, хотя на сей раз – с леденящим душу оттенком. – Выпускник Королевской Академии этого года, маг, в чьей первой победе мы увидели высшее мастерство! Юноша, о силе и хладнокровии которого уже слагают легенды! Хэлл!

Из тени ворот вышел Хэлл. За прошедшие дни его внешность не изменилась, но аура – да. Той сдержанной, аналитической уверенности, что была в бою с Даксом, сейчас не было. Хэлл шел по песку тем же спокойным шагом, но его зелёные глаза, скользнувшие по фигуре «Гиены», были пусты. В них не читалось ни оценки, ни любопытства, ни даже пренебрежения. Лишь абсолютная, безжизненная пустота, словно он смотрел не на живого человека, а на неприятное пятно на песке, которое предстоит стереть.

Трибуны затихли, почуяв резкую смену атмосферы. Это был не мастер, вступающий в диалог. Это было нечто иное.

В ложе Алиса выпрямилась в кресле. Ее апатия мгновенно испарилась. Она пристально, с жадным интересом всматривалась в фигуру Хэлла, и в глубине ее ледяных глаз вспыхнул знакомый, давно забытый азарт. Так вот ты какой теперь, – промелькнуло у нее в голове. Пять лет ожидания сжались в этот миг.

«Гиена» осклабился, обнажив желтые зубы.

– О-о-о, какие люди! – закричал он хриплым, нарочито громким голосом, обращаясь больше к трибунам, чем к противнику. – Наконец-то я встретил достойного! Видел твой матч с этим кэпом! Красиво крутились! Жаль, в конце ты его жалеть стал, а надо было добить! Я бы добил!

Хэлл остановился в десяти метрах от него, не отвечая. Он просто смотрел.

– Чего молчишь, красавчик? – Нус похабно подмигнул. – Или язык проглотил от страха? Не бойся, я быстро! Одним движением! А-ха-ха!

Тишина на арене становилась гнетущей. Даже привыкший к браваде глашатай не решался дать сигнал к началу.

И тогда Хэлл заговорил. Его голос был тихим, ровным, без единой эмоции, но этого было достаточно, чтобы наемник услышал его.

– Швай. Древняя фамилия коренных жителей западных земель Империи. Нус. Распространенное имя на востоке Вифанции и том же западе Империи. Любопытное сочетание.

«Гиена» перестал ухмыляться. Его глаза сузились.

– Что ты бормочешь, щенок? – прошипел он.

– На магриском языке, – продолжил Хэлл, не повышая тона, – если поставить фамилию перед именем… А затем, нераздельно прочесть… – голос Хэлла истощал издевательский тон, – получается «Швайнус». Иначе говоря – Свиной анус. Забавная игра слов, да? Судя по твоей репутации – очень точная.

Не все зрители слышали этот издевательский плевок, а лишь первые ряды, и то не все. Но шепот и смех на трибуне промчался так быстро, что его становилось все больше. Большинство сдерживались, ибо боялись наемника, зная его репутацию. Нус побагровел. Его хватка на эфесе меча стала белой от напряжения.

– Ты… – он выдохнул, и в его голосе впервые зазвучала не бутафорская, а настоящая, кипящая ярость. – Ты, сопляк, сейчас умре-ешь. Ме-едленно. Я буду резать тебя по кусочкам и…

– Слишком много слов, – перебил его Хэлл, и его пустой взгляд наконец сфокусировался. – Для такого отброса, как ты, место не на арене, а на помойке. Но раз уж ты здесь…

В тот же миг могучий гонг прокатился по Арене, давая сигнал к началу.

«Гиена» рванулся с места с криком, вкладывая в первый же удар всю свою подлую мощь. Его меч, окутанный грязной аурой магии, описывал смертельную дугу, направленную не просто убить, а обезобразить.

Хэлл не двинулся с места. Он даже не обнажил своего гладиуса.

Для всех зрителей, включая большинство магов на трибунах, произошло необъяснимое. Наемник сделал стремительный бросок – и в следующее мгновение замер, словно врезавшись в невидимую стену. Его глаза округлились от шока и непонимания. Из его груди, прямо в области сердца, торчала рука Хэлла, закованная в сгусток магической энергии, напоминавшей черное пламя. Костяшки пальцев были сжаты.

Хэлл стоял прямо перед ним, вплотную. Никто не увидел движения. Просто в одном кадре они были в десяти метрах друг от друга, в следующем – Хэлл уже держал в руке еще бьющееся, окровавленное сердце своего противника из его спины.

Тишина стала абсолютной. Даже ветер, казалось, замер.

Хэлл наклонился к уху замирающего отброса, чье тело уже слабо дергалось в конвульсиях, и тихо, так, чтобы услышали только они двое, прошептал:

– Тебе привет от бестии, которая нагрянула в приют пару лет назад.

Глаза «Гиены» – Нуса Швая – в последний раз метнулись в сторону, полные дикого ужаса и осознания. Затем свет в них погас.

Хэлл вырвал руку, позволив безжизненному телу рухнуть на песок. Он сжал сердце в кулаке. Брызги разлетелись, обрамляя кровью его лицо. Затем он разжал ладонь, и окровавленные комки мышц с глухим шлепком упали рядом. Он, не глядя на труп, поднял меч «Гиены», осмотрел его на мгновение и, кивнув про себя, повернулся к выходу.

На арене воцарилась гробовая тишина, которую через пару секунд взорвал оглушительный, истеричный рев толпы. Это был не восторг, а чистый, животный шок, смешанный с ужасом и возбуждением. Они видели убийство. Быстрое, безжалостное, демонстративное. Искусство сменилось чем-то новым, сложно передаваемым простыми словами.

В Королевской ложе несколько секунд царило оцепенение.

Алиса сидела, вцепившись пальцами в подлокотники кресла. Ее ледяное спокойствие было разбито вдребезги. В глазах бушевала буря эмоций: шок, восхищение, дикое, первобытное возбуждение. Она видела. Она чувствовала. Это была не магия перемещения, не иллюзия. Это была чудовищная, сконцентрированная в долю секунды трата маны на усиление тела, такая мощная и точная, что не оставляла после себя ни свечения, ни искажения воздуха. И после такой траты он стоял ровно, дышал спокойно, будто сделал шаг по комнате.

– Вот это скорость… – наконец выдохнул король Эдвард, его лицо побледнело.

Алиса не отвечала. Ее взгляд был прикован к уходящей в тоннель фигуре Хэлла. Инстинктивно, почти рефлекторно, она активировала свой навык. «Оценка».

Перед ее внутренним взором всплыли строчки, но то, что она увидела, заставило ее сдвинуть брови.

Хэлл. 15 лет. Человек (из-за навыка Хэлла, она не увидела, что он на четверть демон). Мана: ~62,400 единиц (постоянно менялось количество, навык «Скрытость» Хэлла хоть и был максимальный, но и у Алисы «Оценка тоже была десятого уровня).

Навыки:

1. Восьмое чувство (Ур. 7)

2. Скрытость (Ур. 5)

3. ???

4. ???

5. ???

Она видела все и ничего. Все его изученные заклинания, стили боя… Все было скрыто от ее глаз.

Она видела пять слотов навыков. Но только два были расшифрованы. Остальные три представляли собой прямоугольники с мерцающими вопросительными знаками. Его параметры маны были занижены – она чувствовала это нутром, сравнивая с тем всплеском мощи, что только что наблюдала. И навык «Скрытость» был всего пятого уровня – недостаточно, чтобы так умело заблокировать ее «Оценку» десятого. Значит… он не просто скрывался. Он перенаправил силу навыка, сфокусировав ее на сокрытии конкретных данных, оставив на виду лишь то, что считал несущественным или полезным для мистификации.

– Хитрый… – прошептала она, и на ее губах появилась настоящая, жадная улыбка. – Очень хитрый.

– Что? Генерал? – король повернулся к ней. – Вы что-то увидели?

Алиса медленно отвела взгляд от арены, ее лицо вновь стало холодной маской, но в глазах все еще плясали огоньки.

– Он обладает навыком «Скрытость» пятого уровня, – как обычно, не церемонясь, сказала она ровным тоном. – Искусно его использует. Маны у него чуть больше шестидесяти тысяч. По крайней мере, так показывает мой навык.

– Шестидесяти? – король усмехнулся беззвучно. – Учитывая увиденное, это лишь подтверждает, что он пользуется магией не для мощных заклинаний, а для контактного боя. Такая разница с мечниками, у которых от силы десять-двадцать тысяч – это колоссальная разница во всех усилениях. Они для него медленные букашки.

– Согласна, но не думаю, что он изучал магию лишь в одном направлении. Хоть ему всего пятнадцать и поражает то, что за такой короткий промежуток времени, его тело выдерживает такую мощь усилений, – холодно признала Алиса. – Я нутром чувствую, он что-то скрывает. Думаю, что это количество маны. Вряд ли у него существенный арсенал заклинаний. У него пять навыков, но я вижу только два. Он скрывает свой истинный арсенал. Его тактика – неожиданность. Враг не знает, на что он способен. Умен. Очень умен… – Она произнесла последнее слово с нескрываемым одобрением.

– Но все равно, шестьдесят тысяч против двухсот… – начал король.

– Двухсот двадцати одной тысячи восьмисот двадцати шести, если точно, – машинально поправила его Алиса, бросив взгляд на свои невидимые для других характеристики. – И да. Исход боя, между нами, предрешен. Но… – она снова посмотрела на пустой теперь вход в тоннель, – бой будет. И будет интересным. Он вырос. И он… жесток. Готов убивать без колебаний. Это… хорошо.

– Только вот есть одна проблема, генерал, – король откинулся на спинку кресла, и на его усталом лице появилось что-то похожее на злорадство. – Ваш «интересный» бой может и не состояться.

Алиса резко повернула голову к нему.

– Что вы имеете в виду?

– Организаторы приберегли сюрприз. «Темная лошадка». Участник, чье имя и происхождение засекречены даже от нас. Все ради интриги и ставок. Заявленный уровень маны при регистрации – почти сто девяносто тысяч единиц.

В ложе повисла тишина. Алиса замерла. Цифра прозвучала как удар грома.

– Сто… девяносто? – Она медленно выдохнула, ее пальцы снова впились в дерево подлокотников. – Всего на тридцать тысяч меньше, чем у меня?

– Именно, – кивнул король. – И этот кто-то использует уникальную магическую броню мифического класса из адамантита и фейрина, позволяющую сливаться с тенями, выскакивать из других теней и наносить мгновенные убийственные удары. Вчера он победил мага ранга F одним ударом, даже не дав тому понять, что бой начался.

Лицо Алисы стало каменным. Холодный расчет в ее глазах боролся с внезапно вспыхнувшей яростью.

– Легендарное оружие? – спросила она, и ее голос стал опасным шепотом.

– Нет данных. Только броня.

– Тогда я все равно выиграю, – отрезала она.

– Возможно, – согласился король. – Но вот что самое главное… – Он сделал паузу, глядя прямо на нее. – Ваш Хэлл, увы, до финала не дойдет. Полуфинал – и точка. Его путь, скорее всего, пересечется с этой «темной лошадкой» как раз там.

Слова короля обрушились на Алису как ледяная лавина. Все ее планы, пять лет подсознательного ожидания, предвкушение схватки с тем, в ком она чуяла родственную пустоту и силу – все это рушилось в одно мгновение. Из-за какого-то неизвестного выскочки с броней.

– Вот… тварь, – прошипела она сквозь стиснутые зубы, и в ее глазах вспыхнул настоящий, неконтролируемый гнев. – Я эту скотину в клочья порву! Сотни лет порой ждешь, когда появится сила, хотя бы отдаленно похожая! А тут… – она бросила взгляд на арену, где слуги уже уносили тело «Гиены», – за пять лет три? Я! Этот… этот Хэлл, эта «лошадка»… – Она вскочила с кресла. – Мне надо с ним поговорить. Сейчас.

– Генерал, вы опоздали, – мягко сказал Дарвис, указывая взглядом на арену, где глашатай уже объявлял следующих бойцов. – Он уже ушел. А турнир продолжается.

Алиса замерла на месте, ее грудь тяжело вздымалась под сюртуком. Она смотрела на тоннель, куда скрылся Хэлл, потом на короля, потом снова на арену. Буря эмоций понемногу улеглась, сменившись леденящей, знакомой решимостью. Она медленно надела фуражку, тень козырька скрыла ее глаза.

– Ладно, – сказала она тихо, но так, что каждое слово било, как молот. – Еще не конец турнира. Он прошел в полуфинал. Значит, мы еще встретимся. А с этой «темной лошадкой»… – она позволила себе короткую, безрадостную улыбку, – разберусь я сама. В финале.

– Вы же искали равного, – заметил король, наблюдая за ней с холодным интересом. – Вот и встретитесь с ним в финале. И все.

Алиса обернулась к нему на прощание. В ее взгляде читалось что-то, что заставило даже уставшего монарха на мгновение встрепенуться – смесь презрения, жажды и бесконечной, скучающей пустоты.

– Вы ничего не понимаете, – произнесла она, и ее голос прозвучал как скрежет льда. – Я искала не просто равного. Я искала того, кто заставит меня почувствовать. Холодные цифры маны и блестящая броня – это скучно. А то, что я только что увидела… – она кивнула в сторону арены, – это было вызывающе, а может даже… – Она решила не продолжать, все и так было ясно, она была перевозбуждена.

И, не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла из ложи, оставив за собой ледяной шлейф невысказанных угроз и нетерпеливого ожидания. Турнир только набирал обороты, но для Алисы Аркхолд главная битва – битва за внимание того странного, смертоносно опасного юноши – уже началась.