Господство тьмы. Перерождение

Мой взгляд падает на забор с правой стороны, а ноги сами несут меня на мягкий газон, что ещё сохранил прохладу ночи. К коже касаются мелкие бусинки росы, и я улыбаюсь, расставляя руки и потягиваясь, крепко зажмурившись. А через несколько секунд открываю глаза и продолжаю следить за высаженными цветами по периметру забора. Некоторые из них, словно лианы, расползлись по деревяшкам, а цветы уже готовы к новому дню и тёплым лучам солнца, которые совсем скоро коснутся их.

Прохожусь по двору, рассматривая своё детище, и, стоит снова оказаться около дома, решаю, что уже не усну, и поэтому забегаю домой и быстро переодеваюсь в удобные шорты и спортивный топ, прихватив с собой покрывало. Бегу на кухню и смотрю на окно, что до сих пор не открыла после вчерашнего, когда я не ожидала, что этот кабан заговорит со мной ещё и в таком тоне, как будто мы давние хорошие друзья… Друзья ли? Отмахиваюсь от мыслей и иду к окну, открываю шторы и принимаюсь готовить себе кофе, которое мне не так давно привёз Рэйнард из Сансайда. Аромат заполняет пространство небольшой кухни, стоит залить в кружку горячую воду. Забираю её и неосознанно бросаю взгляд в сторону окна кухни Дейва, но кроме утренних ласковых лучей солнца никого не видно. Отворачиваюсь и ругаюсь на себя! И что, если бы он опять увидел меня, пялящуюся на его дом, словно специально ищу встречи с ним?!

Выхожу на задний двор с кружкой и пледом в руках, первым делом успокаиваюсь и пью кофе, а следом расправляю плед и принимаюсь разминать своё тело. Стараюсь оттолкнуть все свои мысли и приказать им собраться в кучу и сделать вид, что вокруг ничего не изменилось, и что я по-прежнему живу одна, без соседей. И о боже… через пятнадцать минут, расположившись в позе лотоса и с закрытыми глазами, ни о чём не думаю, слушаю звук просыпающегося города. Вот тётушка Мэгги, как всегда, опаздывает на работу, и её причитания на своего мужа, кажется, слышит вся улица – и о том, что он никак не может починить машину, и ей придётся бежать на работу пешком. На моих губах появляется улыбка.

Всё как всегда!

Лёгкий порыв ветра приносит запах свежего хлеба и булочек из кондитерской, которая находится вверх по улице. Слышу голоса детишек, которые отправляются на учёбу в школу, которую открыли во всех городах, как и детские сады для совсем маленьких малышей. Открываю глаза и смотрю на небо, а потом моё уединение наглым образом прерывает шорох слева, и моя голова поворачивается туда. Сквозь стебли высоких растений я прекрасно вижу нарушителя, но задыхаюсь от возмущения – оно комом встаёт поперёк горла от того, что мне открывается вид на голый и ооочень мускулистый торс. Моя голова неосознанно наклоняется в бок, когда мой жадный взгляд цепляется за низко посаженные штаны и косые мышцы, которые уходят под ткань. Встряхиваю головой, но глаза ползут вверх по бронзовой коже, прямо-таки облизывая каждый миллиметр кубиков пресса, что плавно и, о боги… рельефно уходят в широкую грудь. Резко отворачиваюсь и делаю над собой усилия, чтобы снова не посмотреть туда, потому что мозг не хочет выгонять картинки мужского обнажённого тела.

Последнее, что я увидела перед тем, как отвернуться, – это мокрые кудрявые волосы, что в беспорядке улеглись на мужских плечах. Тянусь за кружкой и делаю жадные глотки уже остывшего кофе, и быстро бросаю взгляд на соседний участок, а он встречает меня пустотой. Выдыхаю. А в памяти, как назло, появляются картинки, когда я практически точно так же следила за ним, сидя по другую сторону забора, и слышала всё, что не должна была.

Я только помню, что слышала, что к нам в Грэймонд приехали люди из Риверфорда, а кто именно – не понимала, и только поэтому решила проследить за Дейвом. Я в тот день видела, что он приехал вместе с ними, видела двоих мужчин, а чуть позже поняла, кто был третьим человеком. Пришлось последовать до дома, в котором поселили гостей Горана. Там был новенький парнишка, вроде его звали Майкл, который чуть позже ушёл. Так, стоп! Так он же и приехал с Дейвом! Хмурясь, пытаюсь вспомнить внешность того человека из прошлого, сопоставляя его с тем, кого я видела вчера. Вроде это был он.

Так вот! А он… Дейв всё время стоял неподалёку и не сводил глаз с окна того дома, а позже подкрался и залез в него.

Не знаю, какой чёрт дернул меня приблизиться к дому и притихнуть около приоткрытого окна. Я с замиранием сердца просила всех оставшихся святых, чтобы это была не Марана… не девушка, с которой мне довелось познакомиться, ещё будучи в лаборатории Риверфорда, куда я пришла сама, хотя этого не помню. Мне очень хотелось оставить наше знакомство и мечтать, что когда-нибудь эта девушка посмотрит на меня как на возможную подругу. А потом появилось ощущение, оно как яд просочилось сквозь меня, когда я поняла, что человек, который был со мной в лаборатории, по уши влюблён в неё.

Дейв появился в лаборатории спустя несколько недель после меня, и я, как наивная глупая девочка, прикипела к нему – да так, что могла часами смотреть на него, не разговаривая. Моё глупое-глупое, ещё совсем девичье сердце, замирало, когда он смотрел на меня, шутил, отвлекал, жалел, когда было страшно. Когда я не понимала, почему меняюсь и становлюсь не похожей на других людей. Все врачи той лаборатории говорили, что я «бракованная», и было непонятно, превращусь ли я в подобие человека или останусь такой навсегда.

И знаете, тогда мне казалось, что жизнь остановилась, пока не появился ещё один человек, который просто помог пережить этот момент. Марана. Она, словно свет, поддерживала меня вместе с человеком, который запал мне в душу. Пока я не поняла, что между ними что-то было. И то, как они смотрели друг на друга, говорило о многом.

Возможно, мне не стоило бежать с Дейвом из лаборатории, когда он узнал, что Марана вышла замуж за его старшего брата. Но я не смогла оставить его в том состоянии и увязалась за ним, я хотела быть просто рядом, пока нас не нашли люди Горана. Мы оба попали в Грэймонд, и я думала, что мне удастся приблизиться к нему, но всё было напрасно! Дейв видел во мне только маленькую девочку, которая везде ходила за ним хвостиком. А в ту ночь, когда я сидела под окном, я окончательно поняла, что он никогда не посмотрит на меня. До сих пор слышу их голоса…

– Значит, ты считаешь меня ничем иным… как страстью?..

– А что ещё я должна считать тобой, Дейв?

– Думаешь, мне не снились твои губы? Твой запах? Твоё тело?..

– Я люблю тебя… Как же я люблю тебя, дикарка! Прошу… пусть хотя бы сейчас… хотя бы этот миг… пусть он будет моим…

И вот тогда я осела на землю и обняла колени, вслушиваясь в звуки, исходящие из комнаты за стеной. В тот самый момент в моей душе самопроизвольно появилась жгучая, обжигающая ненависть – к ней… к нему. Я ненавидела весь мир! Тогда же в мою глупую наивную голову пришла мысль не сдаваться, наступить себе на горло, заглушить здравый смысл и добиваться его всеми способами, какие только были.

Но сразу скажу – ничегошеньки не вышло!..

Выныриваю из своих мыслей и подрываюсь с места, зацепив ногой кружку, которая летит по траве. Перед глазами всё ещё прошлое, которое болезненно скручивает внутренности, потому что… что? Не знаю!

Смотрю на территорию Дейва, и сердце сбивается с ритма – он стоит и прямо в упор смотрит на меня, а я только сейчас понимаю, что по щекам текут слёзы. Гневно и быстро стираю их со щёк и бегу к дому, а душа рвётся, потому что понимает – она всё ещё рвётся на части от удушающего чувства.

Заставляю себя зайти в душ, а потом, так и не позавтракав, уйти на работу, пообещав себе, что не выйду из кабинета ближайшую неделю.

– Разве ты сегодня не отдыхаешь? – слышу голос Эммы, когда оказываюсь на улице. Я бросаю взгляд на подругу, что стоит у крыльца.

– Не хочу сидеть дома, – отвечаю я и кошусь в сторону дома Шепарда.

– Кайлан не погладит по голове, он отправит тебя домой, – говорит она, а я спускаюсь и оказываюсь около Эммы.

– Кайлан и так знает, что пациентов много…

– С учётом того, что ты работаешь последние полгода без выходных, – она смотрит на меня, а потом на дом брата. – Ты случаем не от него бежишь?

Закатываю глаза.

– Причём тут твой брат? – спрашиваю я, и сердце пускается в галоп, когда слышу детский голос, а затем топот ног.

– Эрия! – Эмма отвлекается от меня и садится на корточки, чтобы поймать девчушку на руки. Видела я вчера, как они ворковали дома у Дейва целый вечер, значит, подружились.

Девчушка попадает в объятия Эммы и крепко держит её за шею, пока её тётя воркует и трогает неровно заплетённую длинную косичку.

– Это твой папа заплетал? – спрашивает Эмма и отстраняется от девочки.

– Да, папа не особо умеет это делать. Меня всегда Мира заплетала, а сейчас она осталась там, где был наш старый дом, – отвечает Эрия, и Эмма приподнимает брови, а потом смотрит на меня.

Эрия тоже переводит взгляд на меня, пока я уже более детально рассматриваю ребёнка. Ей на вид было не больше пяти: хрупкая фигурка, рыжевато-золотистые волосы спадали мягкими волнами до плеч, развеваемые лёгким ветром, местами выбившиеся из не аккуратно заплетённой косички. Кожа – светлая, почти фарфоровая. Лицо округлое, нежное, с аккуратным носиком и чётким, чуть упрямым подбородком. А глаза… большие, зелёные, как листва, с длинными ресницами.

– Эрия, познакомься, это моя очень хорошая подруга, – прерывает наши гляделки Эмма и поднимает ребёнка на руки. Я не знаю почему, но чувствую, как мои губы растягиваются в улыбку, и малышка отвечает мне тем же, смущённо потупив взгляд.

– Я Луна, – говорю Эрии, и она протягивает мне руку. Эмма смеётся, посматривая на меня.

– Эрия.

Мы жмем друг другу руки и не замечаем, что около нас кто-то появляется; я чувствую только тепло тела, которое встало прямо за моей спиной.

– Папа! – улыбается Эрия. – А Луна тоже твоя подруга? – Она склоняется чуть ниже и, улыбаясь, шепчет в сторону Дейва. – Она такая красивая!

Я краснею.

Эмма смеется и отпускает племяшку на землю, а я не могу пошевелиться, потому что знакомый запах мяты, принадлежащий только этому человеку, проникает в меня, заставляя замереть. Миллиарды воспоминаний и эмоций наполняют мой мозг, когда в голове проносятся очень старые картинки, где он меня обнимал и успокаивал. Как я прижималась к нему и закрывала глаза от того, что ощущала себя в его объятьях как дома. И сейчас, спустя столько долгих лет, это ощущается так волнительно, что подкашиваются ноги.

– Луна и моя подруга, – отвечает его бархатный с хрипотцой голос, и я возвращаюсь в реальность, поворачиваю к нему голову и утыкаюсь взглядом в широченную грудь под черной футболкой.

Господи, какой же он высокий!

Поднимаю голову и встречаюсь с неизменной за столько лет пеленой на глазах. Его кудрявые волосы в полнейшем беспорядке подбрасывает ветер, а чувственные губы едва заметно расплываются в улыбке.

Отворачиваюсь.

– Мне нужно на работу, ты идешь? – обращаюсь к подруге, и та, пряча улыбку, становится серьезной.

– Я позже приду, я обещала Дейву показать, где у нас открыли садик. Эрия пойдет играть с детьми, правда? – Она убирает волосы с лица племяшки и улыбается ей.

– Пошли тоже с нами, – вдруг меня за руку берет теплая маленькая ладошка, и я опускаю глаза на девчушку.

– Эрия, не приставай к людям, что мы обсуждали? – подключается Дейв, и я захлопываю рот.

– Я бы с удовольствием, но мне нужно на работу, – нахожу я ответ.

– А кем ты работаешь? – спрашивает Эрия и не выпускает мою ладонь. Боковым зрением вижу, что к нам кто-то идет.

– Я врач, лечу людей.

– Ого… – вздыхает ребенок и отпускает мои пальцы.

– Всем привет!

Около нас появляется Майкл, и рядом с ним девушка с ребенком на руках, высокая блондинка с длинными распущенными волосами, которые мягко ложатся на плечи. Она улыбнулась Дейву, пока Майкл здоровался с другом рукопожатием.

– Здравствуй, Лилу, – переводит взгляд Майкл и тепло улыбается.

– Привет.

– А ты изменилась, – сказал он, и я улыбнулась, не зная, что сказать. – Кстати, это моя жена Алесия и дочка Лаура.

– Луна, – я протянула руку, и девушка ее пожала, ответив приветливой улыбкой.

– Раз все познакомились, пора ехать, Горан уже звонил, – Майкл указал на браслет на руке.

Я подошла к Эмме и коснулась ее локтя.

– Я пошла, увидимся в больнице.

– Поехали с нами, – вдруг вклинилась Алесия, мы как раз подбросим.

Я собиралась уже отказаться, как Эмма, схватив меня под руку, потянула вслед за остальными. Пришлось вздохнуть и плестись за всеми, а стоило загрузиться во внедорожник Майкла, как я поняла, что около меня слева сидит Дейв с Эрией на руках, а справа Эмма. Тесное пространство салона прямо-таки придавило к боку Шепарда, а его рука ушла за мою спину, устроившись на спинке сидения.

Придвинувшись к Эмме, я бросила взгляд на Дейва и отвернулась, потому что он смотрел на меня, и от этого у меня по рукам бегали мурашки. Хотелось вжать голову в плечи, а вообще выйти из машины и бежать без оглядки.

– Рассказывай, Лилу, удалось тебе устроиться в безопасники Грэймонда? Или как раньше просто убегаешь из города, – спросил меня Майкл, и я подняла взгляд, встречаясь с его глазами через зеркало заднего вида.

– Удалось, но это не для меня, – отвечаю я. – После войны с дифекторами ушла оттуда, отдав предпочтение врачебному делу.

– Ого, значит, будешь и нас лечить?

– Не только Лилу, но и я, если вы забыли. С того момента, как Коул вывез меня сюда, я тоже являюсь врачом! – подключается Эмма.

– Правильно сделал, – говорит Дейв.

Эмма не успевает ответить брату, как начинает вибрировать ее браслет, она бросает взгляд на него, а потом смотрит на меня.

– Кайлан?

– Доброе утро, Эмма, – через динамик браслета слышится мужской голос. – Я не дозвонился до Луны, хотел передать ей, что я принудительно отправляю ее в отпуск.

Я приподнимаю брови от шока и смотрю на подругу.

– Только что смотрел списки тех, кто не был в отпуске, поэтому передай ей, как увидишь.

– Хорошо.

– Стой! – возмущаюсь я, но Эмма кладет трубку, и я издаю стон.

– А я говорила, что он не допустит тебя до работы.

– Ну а если я не хочу отдыхать… – бурчу я и вздыхаю.

– Пап, я, кажется, нашла того, кто будет забирать меня из садика! – вдруг говорит Эрия, и мы втроем смотрим на ребенка. – Раз у тебя каникулы, ты же сможешь меня забрать вместе с Алесией?

– Э-э-э… – тяну я и смотрю на Дейва, тот убирает пряди волос с лица дочери, и потом, словно почувствовав мой взгляд, смотрит на меня.

– У Луны другие планы, доченька, – произносит он, не отрывая глаз от моих.

Я опускаю взгляд на свои руки на коленях и сжимаю их в кулаки, но так, чтобы никто этого не заметил, а все потому, что я, кажется, все еще до безумия его люблю.

Черт!

Мне хочется выбежать из машины и избавиться от пристального внимания Эммы, которая обожает следить за людьми и считывать их эмоции. Она сто процентов уже догадалась, что моя нервозность рядом с ее братом что-то да значит. А вот ни за что не признаюсь в этом даже самой себе, нежели подруге.

Майкл тормозит около трехэтажного здания, где располагается школа, совмещенная с детским садом. И если мне не изменяет память, это учреждение построили около шести лет назад, совместив малышей и детей школьного возраста.

Мы оказываемся на улице, и я осматриваюсь по сторонам. Здание перед нами выглядит аккуратным – ровные стены из светлого камня, широкие окна на каждом этаже, за которыми то и дело мелькают силуэты. На стекле первого этажа кое-где висят поделки, – нарисованные красками ладошки, яркие вырезанные солнца и какие-то нелепые рожицы. Перемещаю взгляд на главный вход, и, замечаю, – широкие ступени, по краям – перила, чуть поодаль – кованые ворота. А у ворот – двое мужчин в форме Грэймонда, в тёмно-синей одежде, состоящей из штанов и футболки, поверх которой накинута тонкая ветровка. Оба мужчины при полном вооружении. Один стоит, сложив руки за спиной, и рассматривает проходящих по улице людей, другой наблюдает за нами.

Отвлекаюсь от мужчин и быстро пробегаюсь по двору. Чуть правее – детская площадка: горка, качели, маленькие домики. На резиновом покрытии бегают дети – малыши в ярких футболочках. Один мальчик крутится на месте и так громко смеётся, что я невольно улыбаюсь. Рядом на скамейке сидит воспитательница, которая следит за ними, иногда подзывает кого-то по имени. Слева – небольшая аллея с молодыми деревьями, а под ними – клумбы с цветами. Простые, скромные, но ухоженные. Тут же несколько скамеек, и я замечаю женщину с девочкой – та поправляет ей волосы и нежно улыбается.

– Это миссис Смит, она будущая воспитательница Эрии, – отвлекает меня голос Эммы, которая остановилась около Дейва и показывает в сторону женщины. – Это учреждение охраняется практически так же, как и Лидер города. И за шесть с половиной лет не было никаких проблем в безопасности детей.

– Пап, я хочу туда, – тянет Эрия отца.

Дейв присаживается около дочери на корточки и улыбается ей. Майкл и Алесия рассматривают двор, о чем-то переговариваясь.

– Мы с тобой вчера разговаривали насчёт садика и как ты должна себя вести, – девчушка сразу кивает и топчется на одном месте, – ей не терпится зайти внутрь.

– Я всё помню, пап! Только отведи меня туда, я обещаю, что буду вести себя хорошо!

– Тогда пошли знакомиться с твоим воспитателем, – Дейв подает ребенку руку и встает, она цепляется за его пальцы и, вместе с Эммой и Майклом, проходят через ворота. Охрана на пару минут останавливает их, а затем отпускает.

Боковым зрением замечаю, что ко мне подходит Алесия, держа на руках дочку, которая мирно сопит на ее плече.

– Боюсь, вечерами я не смогу забирать Эрию с садика, – она просто не захочет возвращаться домой, – говорит мне девушка и наблюдает за Эрией, которая, ступив на зону детского сада, понеслась к горке.

Я улыбаюсь.

– У вас такого не было? – спрашиваю я и перевожу взгляд на Алесию, та качает головой и отвечает:

– В нашем поселении Грэймонда было больше взрослых, нежели детей. Родители сами берутся за обучение.

– Насколько я знаю, помимо Грэймонда во всех городах открылись школы, и наша была первой из всех.

– А как с преподавателями? – Алесия смотрит на меня.

– На эту должность берут всех, кто способен обучить детей. Многие метисы перебрались в разные города, чтобы помогать с этим, так, как нас больше.

Алесия приподнимает брови, и я усмехаюсь.

– Да, сейчас не принято называть нас такими, но я привыкла к этому, и мне легче изъяснять свои мысли.

– Прости за такой вопрос, но сейчас же можно избавиться от этого, почему не сделаешь?

Я несколько лет задумывалась над этим, даже подумывала стать подопытным, которым предоставляли услугу бесплатно, под полным наблюдением специалистов. Но я опоздала с этим. Группу набрали. Сейчас же это всё стоит денег, которые вернулись в наш мир, и этому поспособствовал Эмбервуд, где, собственно, открылся первый банк. Ну, как банк, – это люди раньше его называли таковым, а там – отделение, которое платит деньги за работу. Ходят слухи, что Дэймон Черн нашел залежи этих бумажек, которые когда-то хранил у себя какой-то там Кристиан Рэй. Вроде как в Риверфорде пытаются начать печать купюр, которых уже не хватает на всех выживших.

– Сейчас это стоит денег, а на роль подопытных, которые проходят процедуру бесплатно, стоят километровые очереди, – отвечаю я, ни капли, не настроившись на заданный вопрос Алесией.

– У тебя, как и у Дейва, тоже есть способность? – задает девушка следующий вопрос, и я улыбаюсь и качаю головой. – Что? А почему? Насколько мне известно, Шепард умеет вызывать щит… А еще после…

Девушка мигом замолкает, словно сболтнула лишнего, и смотрит на Дейва, а я слежу за ее взглядом и вижу, как он разговаривает с воспитателем, а Эмма и Майкл увлеченно их слушают.

– У него появилась еще одна способность? – любопытствую я, тем самым привлекая к себе внимание. Алесия бросает на меня взгляд и кивает.

– Не знаю, насколько вы близки с ним…

– Мы никогда не были близки, – сразу перебиваю я. Алесия осматривает мое лицо, будто ищет на нем эмоции, которые я пытаюсь скрыть ото всех. – Впрочем, мне не интересно.

Я прислоняюсь к машине спиной и опускаю взгляд в землю, продолжая чувствовать то, как на меня смотрит жена Майкла.

– Прости. Не следовало мне говорить о нем.

– Все нормально, – я слегка приподнимаю уголки губ и поднимаю голову.

– Нам нужно обязательно встретиться и посидеть девочками, если, конечно, ты не против моей компании.

– Не против.

Перевожу взгляд на идущих к нам Майкла и Эмму, они весело о чём-то разговаривают, а следом за ними, попрощавшись с воспитателем, следует Дейв. Эрия весело машет ему рукой и уносится играть с детьми.

– Я слушаю, Горан, – на ходу отвечает Шепард на звонок и останавливается вместе с Майклом, не дойдя и пары шагов до нас.

– Если ты закончил свои дела, приезжай ко мне, есть разговор.

– Что-то случилось?

– На месте поговорим.

Майкл машет нам, чтобы мы все загрузились в машину, и сам вместе со своим другом идёт к дверям. Я показываю Эмме, что пройдусь пешком, но она хватает меня за руку и буквально впихивает в салон, где я опять оказываюсь под боком Дейва.

Я начинаю злиться. А всё потому, что не хочу находиться с ним на таком близком расстоянии.

– Нас подкинут в центр, оттуда я на работу, а ты домой, – шепчет мне Эмма.

– Я могла бы и пройтись. Зачем я вообще увязалась за вами?

– Ты моя компания, сиди и молчи.

Закатываю глаза, и Эмма шлёпает меня по ноге.

Майкл, тронувшись с места, выезжает на другую улицу и прибавляет скорость. Мы проезжаем часть спального старого района, который был построен с самого начала, как только появился Грэймонд. Здесь, кроме обычных домов, ничего не было, за исключением открывшихся продуктовых магазинов. С приобретением новых земель за пределами города Горан настроил теплицы, которые кормят нас. Также появились небольшие фермы, где вот уже почти пять лет пытаются разводить скот. В первые несколько лет урожай выходил плохим из-за отсутствия условий, удобрений и чистой воды, пока люди не построили скважины. Сейчас, конечно, всё немного изменилось в лучшую сторону – не без помощи других городов.

Сигнал клаксона вырывает меня из мыслей. Я смотрю на дорогу и на взмах руки Майкла, который начал ругаться на детей, выбежавших на дорогу. Мы медленно подъезжаем к дому лидера и видим, что он стоит вместе с отрядом Рэйнарда и говорит с моим другом. К ним присоединяется ещё один командир – рыжеволосая Ава, стерва редкостная и такая же падкая на любого мужика, которого только способна найти. Бросаю взгляд на Шепарда и мысленно закатываю глаза, прекрасно зная, что эта девчонка обязательно залезет ему в штаны.

– О, и эта тут! – комментирует Эмма и смотрит на меня. – Главное – не ведись на её провокации, ок?

К этому времени парни уже вышли из машины, поэтому к нам поворачивается Алесия и хмурится, услышав слова Эммы.

– Долгая и неинтересная история, – кривлюсь я. – Я с Авой не сошлась характерами. Когда я пыталась пробиться в стражу города, она, как видишь, за эти десять лет теперь имеет свой отряд. И не абы какой, а самый приближённый к Горану.

– Мы с Луной ушли в врачебное дело после войны, а Ава осталась, и теперь при любых ситуациях напоминает Лилу о том, что она трусиха. Редкостная сука! – комментирует Эмма, и мы видим, как Майкл машет нам рукой, подзывая к себе.

Я и подруга выскакиваем из салона, оставив Алесию в машине, и спешим к толпе у Горана.

– Что случилось? – интересуюсь у Майкла, пока Горан разговаривает с Дейвом.

– Отправляют нас за ворота. Вчерашний патруль попал в стычку с дикарями, есть пострадавшие, и им нужна помощь, пока не прибудет вертолёт из Риверфорда. Горан договорился с Коулом о транспортировке раненых к ним, так как в больнице тут нет мест.

– Что на этот раз? – интересуется Эмма.

– Территория дикарей, что ближе к Грэймонду, усыпана «бракованными». Как я понял, их лидер держит мутантов как собак и спускает с цепи, когда кто-то приближается.

– Луна! – слышу голос Горана и поворачиваю голову. Все, кто стоит с ним рядом, оборачиваются, и я спешу к нему. – Кайлан сказал, ты в отпуске, значит, возглавишь медицинский штаб и поедешь с отрядом дожидаться, когда прибудет помощь от Коула.

– Поняла, – киваю я и уже берусь за браслет, чтобы позвонить своей команде, но тут же вспоминаю: – Сколько раненых?

– По первым данным – около тридцати человек, – отвечает Горан.

– Я еду с тобой, – рядом со мной оказывается Эмма.

– Хорошо. Я созвонюсь с Гассом и Сарой и вместе с ними выезжаем.

– Поезжайте вместе с Дейвом и Майклом, остальные пусть подтягиваются, – говорит Горан и переводит взгляд на Дейва, который отдаёт распоряжения Рэйнарду и Аве.