Хроники Арли. Книга 1. Где я? (Переиздание 2025)

– Я сделал! – прохрипел я, упав рядом с Вордо. – Все!

Тот как-то скептически окинул взором масштабы произведенного мной разгрома.

Поляна превратилась в филиал мясной лавки.

– Да уж, сделал, – хмыкнул он. – Все, да не все. Осталась еще одна голова.

Я грязно выругался и с ненавистью посмотрел на Вордо.

– За подмогой точно не успею?

– Если бы была хотя бы малейшая возможность обмануть смерть, ты думаешь я бы остался здесь? – криво усмехнулся Вордо. – Нет, парень, даже будь у тебя все хорошо со спиной, и то ничего бы не вышло. А так, умирать, конечно, у меня в планах не было, – он вздохнул и с показной бравадой выговорил несколько незнакомых слов.

Эти слова я так и не понял, но думаю, что вряд ли атаман так грустит по чаю.

– Тебе нужно двигать отсюда, – наконец сказал он. – Не хочется подыхать зря. Ты ведь выполнишь мою последнюю просьбу?

Я мрачно кивнул. Что-то мне подсказывало, что об этом еще пожалею, но долги следует отдавать.

– Не трогай эту штуку руками, – вдруг произнес Вордо, указав взглядом на сумку. – Кое-кто полагает, что такие вещи сохраняют образ человека на годы, если не навсегда. Тебе же будет спокойнее, если справишься со своим любопытством.

Я почувствовал, как на лбу выступает испарина. Значит, не зря сработала чуйка. Всегда знал, что длинный нос до добра не доводит. Не поручусь, что мне хватило бы выдержки не посмотреть «одним глазком» на предмет, ради которого погибло столько людей. И нелюдей, кстати, тоже. Но почему вдруг такая щедрость? Опять загадки. Уверен, Вордо не расщедрится на объяснение.

В благотворительность наемника мне не верилось. Ведь фактически Вордо подарил мне возможность уйти от своих людей. Напоследок решил проявить щедрость? Мол, я подыхаю, так хоть пацаненок выживет? И к чему тогда его слова, что он узнал, кто я?

Значит, есть подвох. А узнать, что приготовил для меня хитрый дядька, я уже не успею – времени нет.

– За заботу спасибо, Вордо, – я встал над ним, держась за рукоять эльфийского оружия. – Не забуду!

– Конечно, не забудешь, – вздохнул он, а затем поднял на меня взгляд. – Давай уже, не тяни. А то и в самом деле догонят…

Расколоть череп мертвецу – это одно. Юридически это и убийством-то не считается. Конечно, плевать моему воображению на юридические детали, и то, чем я занимался, спасая себя, останется со мной до конца жизни. Повторение, которое мать учению, постаралось на славу: со мной теперь и звуки, и вид, и запах – все намертво врезалось в память. Но вот то, что предстояло мне сделать теперь, означало совсем другое. Я стану убийцей не виртуально, в моей голове, а вполне себе душегубом. Готов ли я к этому? Мне не довелось послужить в армии, там к этому точно готовят, как и к тому, что настоящий мужчина должен отдать жизнь за родину. Сейчас же мне предстояло забрать чужую.

Наверное, выполнить необходимое мне помогло то, что психологически я был на грани срыва. Я занес над атаманом клинок, проклиная и его, и эльфов, и чёртова Васю. Вордо почти безучастно наблюдал за тем, как сталь вздымается все выше и выше.

Тут он внезапно посмотрел мне в глаза и произнёс, усмехаясь криво:

– Забыл предупредить, ушастым тварям не слишком понравится то, что ты сотворил с их сородичами. Конечно, у тебя не было выбора, но я на твоем месте не попадался бы им на глаза…

Долго ли коротко ли… По-моему, такими словами в сказках описывали любое путешествие. Вот и мой забег по ночной чаще близок к концу.

Лес кончился неожиданно, как будто его отрезали. Ещё секунду назад мне приходилось закрывать ладонью глаза, чтобы продвигаться вперед, и вот уже жуткое переплетение ветвей, корней и листьев колышется позади. Меня как будто вытолкнула наружу сила поверхностного натяжения. Я с недоумением оглядывался назад, не понимая, откуда вдруг взялось солнце.

Я не стал совершать типовую ошибку всех второстепенных героев – они гибнут за пару секунд до спасения, потому что им вдруг пришло в голову, что опасности больше нет. Ноги сами уносили меня все дальше. И только когда темная полоска, в которую превратилась почти непроходимая чаща, осталась далеко за спиной, комок внутри стал разжиматься, и мне наконец удалось выдохнуть: «Дошел!»

Вместе с облегчением навалилась усталость. Это сколько же я на ногах? Погоня, сражение и последующие события воспринимались, как будто бы все случилось не меньше года назад. Даже сама мысль о продолжении пути вызывала боль в натруженных мышцах. Я с трудом стянул с плеча мешок Вордо и следом за ним повалился на землю, пообещав себе не более десяти минут отдыха. Ошибка или нет, мне нужно перевести дух. Иначе, чую, вся эта беготня затеяна зря. Стоило так бежать, чтобы сдохнуть от изнеможения? От меча эльфа, или, как загнанная лошадь, – в дороге?

Мысли поневоле отмотали время назад, и перед глазами опять возникла картина побоища.

– Нет, лучше – в дороге, – пробормотал я себе под нос и с кряхтением принялся подниматься.

Лес пугал, даже простая полоска. Мне нужен подходящий ночлег, и чем дальше он будет отсюда, тем лучше. Вордо, конечно, уверял, что ушастые не пойдут дальше опушки, но, кто его знает, был ли атаман со мной до конца откровенен? К тому же его слова не давали покоя. Что ушастые сделают, когда обнаружат тела? Не поручусь за других, но произойди с моими друзьями подобное, я бы точно не спустил виновнику с рук. Информации недостаточно, но учитывая то, где я оказался, вряд ли стоит рассчитывать на снисхождение.

Солнце палило немилосердно. И если совсем недавно в душе пылала радость от простора вокруг, то спустя полчаса я уже принялся искать, где бы укрыться. К счастью, впереди простиралась не только голая степь. Справа, вдалеке, виднелись холмы, слева тоже что-то темнело. Кроме того, Вордо говорил, что-то где-то здесь пролегала дорога, и, чтобы попасть, куда надо, мне хорошо бы ее отыскать.

Сначала – дорога! Несмотря на жару и адский вес мешка за плечами, шагалось легко. Сейчас я забирал левее, передвигаясь зигзагами. Так мне казалось, меньше шансов, что-нибудь пропустить. Несколько раз оглянувшись, я убедился, что темная полоска почти скрылась из виду. Шкала настроения уверенно поползла вверх, да и на душе полегчало. Меня все чаще посещали мысли, что делать дальше. Лесная гонка отняла столько сил, что до этого я и не думал, что будет, когда доберусь до цели. А теперь казалось, как будто все проблемы исчезнут разом.

Не исчезли. Постепенно приходило понимание, что обязательства, которые я на себя взвалил, вполне способны привести к довольно печальным последствиям. И решимость непременно сдержать данное слово представала совсем в ином свете. Появился соблазн все бросить. Так ли уж надо рисковать жизнью, когда, наконец, судьба предоставила второй шанс? Эти мысли я поспешил отогнать, потому что раньше никогда не считал себя малодушным. Риск, естественно, был, но покривишь душой раз, и вот уже тобой управляет страх. Не так я себя представлял в новом мире.

С первых же шагов начинать с предательства – не самый лучший вариант зарабатывать репутацию. А похоже, именно она и будет той валютой, которая вытащит меня с самого дна. Пусть даже о моем поступке никто не узнает. Мне важно, чтобы я сам не падал в своих глазах. Самоуважение – краеугольный камень уверенности.

Приняв решение, я словно подрос на несколько сантиметров. Где-то там, впереди, меня ждал Рогон, и чем быстрее его увижу, тем раньше смогу избавиться от данного слова. Уж слишком тяжелая ноша сейчас на моих плечах.

За спиной болталась кожаная сумка-ранец, а в ней лежало то, ради чего много людей лишились свои жизней. Не хотелось обесценивать эту победу.

С дорогой вышла промашка. По моим прикидкам, я ошибся на три километра. И это притом, что мне показали точное направление. Не самый плохой результат, если учитывать, что следопытом я никогда не был. Говорят, неопытные путешественники забирают в сторону, когда нужно идти по прямой. А тут еще и проклятая хромота. Но, если бы не помощь Вордо, я бы так и кружил по лесу. Но теперь, выйдя на открытое место, нужно всего лишь следовать ориентирам. Отыскать город по дороге, если знаешь, что она где-то тут точно есть, уже дело времени.

Вордо довольно точно описал мой маршрут. Я узнал три холма вдалеке. По его словам, Рогон расположен на одной из возвышенностей. Впрочем, выбираться из кустов на дорогу мне не хотелось. Одинокий путник вызывает слишком много вопросов. Лучше потерять несколько часов, чем попасться кому-нибудь на глаза.

Потратив по ощущениям час в засаде, я вынужден был поменять план. За это время мимо меня галопом пронеслась лошадь. Седока разглядеть не вышло – он так низко пригибался к шее животного, что даже понять, мужчина это или женщина, не удалось. Еще полчаса ожидания – и ничего. Так и не придя к каким-либо выводам, я всё-таки решил, что идти по дороге опасно. Поэтому я перебрался через дорогу и пошел параллельно накатанной колее.

Идея, казавшаяся по-началу разумной, очень, очень скоро показала свой недостаток. Вдоль дороги густо росли кусты. Да и трава оказалась гораздо выше. Пробираясь сквозь очередной бурелом, я невольно сравнил его с лесной чащей, и мне даже показалось, что по лесу идти было проще. Кроме прочих неудобств, скорость продвижения упала до минимальной, и я почувствовал, что надолго меня не хватит, так что в конце концов мне пришлось уходить левее, оставив наблюдение за дорогой.

Солнце уже садилось, когда я, наконец, добрался до одного из холмов. За все время, как я ни прислушивался, навстречу не попалось больше ни единого человека.

– Перемудрил, – уныло промямлил я, взбираясь в гору. Ночевать рядом с дорогой было опасно. Лучше забраться подальше и рисковать уже на свежую голову.

На вершину холма лезть не хотелось. День выдался слишком длинный, и на ногах я держался только на силе воли. Выбирая маршрут, старался избегать резких подъёмов и обходил кусты. Когда уже мне стало казаться, что для ночлега содойдёт любое более-менее ровное место, удача наконец мне улыбнулась. Протиснувшись между колючек, в изобилии росших повсюду, я оказался на небольшой поляне.

В свете заходящего солнца я разглядел бревно и явно рукотворный шалаш с противоположного края. Словно на автомате, дотопал до потухшего кострища, упал на колени и на карачках вполз под широкий навес. Мысль о том, что здесь может оказаться хозяин, мне в голову не пришла. Да у меня вообще не было никаких мыслей – одни инстинкты. Мне дико хотелось спать, другое не волновало. Последнее, что запомнилось, – то, как я подтягиваю мешок Вордо под голову. Занавес.