Хроники Арли. Книга 1. Где я? (Переиздание 2025)
Когда мы остановились на очередной привал, от парочки не было ни следа. Кара, конечно, вскинулась, чтобы послать кого-то отыскать беглецов, но Вордо отрицательно покачал головой.
– Нет времени. Пусть идут, это их выбор, – мне стало понятно, что он уже выбросил беглецов из головы.
Подозреваю, они решили уходить в сторону от нашей основной группы в надежде, что наши преследователи не пойдут следом. Может быть, в такой ситуации я и сам бы так сделал. Но сейчас мои чувства кричали, что хоть какие-то шансы на выживание есть только рядом с Вордо. Он знал, что делал, а другие держались рядом.
Последнее время я почти не ощущал эмоций. Уже понемногу разобравшись с механизмом, я понимал, что обо мне забыли. Не отстает от других и ладно. Данный факт лишний раз подтверждал: я чувствую лишь то, что направлено на меня, а облачка над головой, видимые при дневном свете, – это отражение эмоционального состояния человека. Никакого чтения мыслей даже близко не было. За оружием массового поражения к долбаным книжным героям. Если на город сбросят атомную бомбу или случится обвал, я буду пребывать в счастливом неведении, пока шляпка гриба не долбанет мне по лбу.
С одной стороны, это не набор для супергероя, с другой, – грех жаловаться, могли не дать ничего. Как обычно в жизни, цени, что имеешь. Так как любые мои мысли сейчас крутились вокруг выживания, лишний шанс остаться в живых мне точно не помешает.
На сон в последний раз выделили два часа. При этом Вордо заявил, что это непозволительно много. Ну или я понял так его взгляд, брошенный в мою сторону. Наш предводитель воистину железный, он ухитрялся не только большую часть времени идти впереди колонны, но и время от времени исчезать, уходя в дозор. Подготовка у него будь здоров. Сколько за ним наблюдал, столько видел его уверенный шаг, размеренное дыхание и постоянную готовность к непредвиденным ситуациям. Вордо все видел, все знал и все контролировал.
Нас подняли, когда солнце еще и не думало просыпаться. В этот час лес оказался совершенно тих и спокоен. Наши командиры уже о чем-то спорили, при этом больше настаивала на своём повариха. Кара, несмотря на свои габариты, стойко переносила тяготы марш-броска. Потом он что-то долго втолковывала одному из своих, тот только согласно кивал, бросая косые взгляды на атамана. Вордо, не обращая внимания на подозрительные перешёптывания за спиной, подошел ко мне и, не глядя в мою сторону, бросил вполголоса:
– Когда начнется, держись рядом.
Я удивленно на него уставился, но он сказал все, что хотел, и его куртка уже мелькала шагах в десяти. Что он имел в виду? Я лихорадочно огляделся. Что начнется? Нас все-таки догнали? А как же те два дня, о которых он говорил? Несмотря на то, что глаза привыкли к темноте, взгляд проникал не дальше пятнадцати-двадцати метров, и воображение рисовало сотни нечетких фигур вокруг.
Мысли роились в голове безостановочно. Знает ли о происходящем кто-то еще? Судя по размеренным движениям людей и сосредоточенным сборам, вряд ли. Почему же Вордо предупредил меня? Означает ли это, что он надеется выжить и вытащить нас отсюда? Значит, все не так плохо? Множество вопросов, на которые не будет ответов.
Мои размышления оказались прерваны звоном стрелы, глубоко засевшей в дереве рядом с моей головой. На мгновение все вокруг замерло, чтобы взорваться криками людей, почуявших смертельную опасность. Мужчины хватались за луки, но в кого они собираются стрелять в такой темноте? Напрасно мы вглядывались в пространство между деревьями, откуда прилетела оперенная смерть: наши глаза не могли ничего различить.
Пятеро мужчин замерли, держа луки наизготовку. В руках Кары покачивалось короткое копье с повязанным у наконечника куском грубой веревки. Вордо спокойно ждал рядом со мной, даже не обнажая меча. Сдался? Знал что-то такое, чего не знали мы все?
– Опустить луки, – вдруг негромко приказал он. На него недоумевающе уставились несколько человек.
– Но, – неуверенно прозвучали чьи-то голоса.
– Я сказал, луки на землю! – в голосе Вордо скрежетнул металл. – Быстро!
Вот, что дает непререкаемый авторитет, – люди с неохотой, но опускали оружие, кто-то принялся убирать в колчаны уже подготовленные для врага стрелы. Негромким ворчанием они выражали свое недовольство, но подчинились. Кто-то прошептал, что теперь у них нет шансов спастись. Может, Вордо рассчитывал на милость преследователей? Если так, то он пребывал в одиночестве.
Тьма шагах в тридцати зашевелилась. Сумрак сгустился, явив собой высокую, больше двух метров, фигуру. Она медленно приближалась к нам, и я подумал, что, пожалуй, только так и нужно изображать смерть. Уверен, каждому из нас хотелось оказаться как можно дальше отсюда. Я же подумал, что пошли последние минуты моей жизни. По-моему, кто-то рядом пытался молиться. Кара сыпала проклятиями, только крепче сжимая древко копья.
Смерть стала ближе еще на десяток метров, и я, наконец, смог разглядеть ее в мельчайших подробностях. Это определенно был эльф! Наши фильмы очень точно описывали детали. Кто-то реально их видел? Или они жили инкогнито среди нас и сами снимали про себя фильмы? Вполне рабочая гипотеза, если учитывать мой случай. Острые уши, длинные волосы – все как полагается. Из сюжета выбивался лишь очень высокий рост.
Одежда на нем оказалась настолько сложной, что поначалу я решил, что на него надето все, что только можно. Здесь переплелось все: и хаки-комбинезон, и официальный костюм, и парадная форма. Как описать то, чему в русском языке нет названия? Удивительно другое: как во всем этом эльф умудряется преспокойно ходить по лесу? Причем, видимо, не только ходить.
Эльф свысока оглядел всех нас, на его лице, утопающем в предрассветной тьме, без труда разглядеть можно было только презрительную улыбку. Он безошибочно выделил взглядом главного среди нас и обратился к Вордо.
– А ты знаешь наши обычаи, – и голос его вполне соответствовал описанию в книгах: мелодичный, струящийся, холодный, как лед. Эльф оказался источником новых слов. – Но это вам не поможет. Сегодня наши мечи с радостью напьются кровью животных, – дальше его речь забралась в какие-то дебри, так что мой переводчик «заглох».
– По правилам дома Л`Ворг, – вдруг произнес Вордо, – враг, нанесший семье смертельное оскорбление, должен быть взят холодным оружием. Только глаза в глаза и никак иначе, – мой хозяин с виду был безмятежен, чего нельзя сказать обо всех остальных. – Затем ему следует отрубить руки и ноги, а после – язык и голову. Лук можно использовать только в том случае, если эльфу угрожают тем же оружием.
Вот тебе и наёмник! Откуда у него подобная информация? Впрочем, откуда бы ни была, – он явно пытается выиграть время. И кстати, только я заметил, что речь Вордо разительно изменилась? Мне стало гораздо сложнее его понимать – слишком много незнакомых, по-видимому, высокопарных слов. Мой встроенный анализатор тут же принялся давать сбои. Впрочем, общий смысл понятен: сейчас будет рукопашная схватка.
Не знаю, как там с душевным равновесием, а с вниманием у эльфа все было в полном порядке. Вордо подвергся самому тщательному осмотру. Оценивающий взгляд ушастого исследовал, казалось, каждый миллиметр на теле вставшего на его пути человека. Эльф по-прежнему ни на йоту не усомнился в своих силах, но на этот раз в голосе его сквозила немалая толика удивления.
– Кто ты, так много знающий о моем доме, враг? Открой свое имя!
Вордо лишь усмехнулся в ответ.
– Зачем тебе мое имя, эльф? Если я тебя одолею, оно тебе ни к чему. Если ты меня, – обо мне вряд ли кто вспомнит. Ты хотел драться, так не теряй время.
– Мы все равно узнаем его, зачем рисковать? – удивился эльф, выделяя голосом последнее слово, которое я не понял.
– Так давай поглядим, – Вордо отцепил от пояса ножны и неторопливо обнажил меч. – Кто и чем здесь рискует.
А дальше все закрутилось.
Как и было велено, я держался за спиной Вордо и не встревал в драку. Да, признаться, мне и не особо хотелось. Что я мог продемонстрировать? Чудеса неуклюжести? Этого добра тут хватало и без меня.
Эльфов оказалось трое. Звено. Главный, так же, как и Вордо, остался стоять на месте. По его знаку из темноты в нашу сторону метнулись две гибкие фигуры в темных комбинезонах, ростом ничуть не уступавшие своему предводителю. Навстречу им, бессвязно крича, бросились люди. Шестеро против двоих – численный перевес был на стороне людей, и поначалу мне казалось, что мы накостыляем ушастым. Видимо, также думали и разбойники: нас много, их мало, нас больше – мы победим! Эту ошибку большинство из них осознать не успело. В руках эльфов мельничными крыльями замелькали мечи, и первой, разбрызгивая кровь из глубокой раны на шее, упала Кара. Ее глаза что-то искали, она судорожно пыталась закрыть порез, но лезвие меча эльфа зацепило артерию. Кровь толчками вырывалась сквозь плотно сведенные пальцы, унося с собою жизнь этой жестокой женщины.
Мне доводилось видеть кровь умирающего. Года полтора назад я стал свидетелем драки, в которой с самого начала не было правил. В ход шли любые подручные материалы. Возможно, кто-то из участников был под кайфом, потому что ни до, ни после я не видел такой ярости, с которой люди бросались друг на друга, словно грызлись две своры диких собак. Как я ее пережил? Достаточно спокойно, потому что смотрел на все из окна, а вид крови никогда не вызывал у меня каких-то особых чувств. Конечно, не очень приятно видеть разбитые до кости черепа, но взращённые на фильмах Тарантино подростки привыкли и не к такому.
Как же все изменилось! Люди умирали в двух шагах от меня. Инстинкты чужого тела выли, как сигналы тревоги на подводной лодке во время экстренного погружения. Возможно, в тот момент мне еще не приходило в голову, что венцом столкновения станет моя смерть, но бывший владелец тела отчаянно рвался к его управлению. Бежать! Мне с огромным трудом стоило не сорваться в лес, где меня ждала непременная смерть.
В мои годы о костлявой не думаешь, кажется, что ты будешь жить вечно. Я бросал отчаянные взгляды на Вордо, но тот спокойно стоял и смотрел, как тает, словно снег на солнце, его отряд. Вот осталось четыре, теперь уже три человека. Люди кричали от страха и ожидания скорой, но отнюдь не легкой смерти. Каре в чем-то повезло – она умерла первой и быстро. Остальным не удалось ускользнуть так просто. Эльфы не убивали мгновенно. Они рубили руки, ноги, иногда это не удавалось с первого раза, и тогда следовала еще одна попытка, третьей – никому не досталось. Глядя на этот праздник крови, я из последних сил сдерживал рвущиеся наружу внутренности, – к такому не готовят в фильмах, – но заставлял себя смотреть, запоминая все в мельчайших деталях. Мне нужно это видеть, потому что я знал: если каким-то чудом выберусь отсюда живым, у меня в этом мире будут враги.
У разбойников не было никаких шансов. Эльфы были быстрее, опытнее и владели оружием на каком-то непредставимом, запредельном, с моей точки зрения, уровне. Мечи мелькали с такой быстротой, что во время удара я видел только смазанную полосу. Человек в это время уже был мертв. Но почему Вордо стоит на месте? Он не сделал даже попытки помочь своим. Боится? Я не видел его лица, но в его позе не ощущалось страха. Он стоял и просто ждал, когда все закончится.
Я не мог поверить в то, что человек готов безучастно наблюдать, как чужаки убивают твоих соплеменников. Я знаю, что говорю. Мы готовы драться друг с другом. Нам не привыкать рвать глотку родственникам и друзьям. Но стоит прийти кому-то извне, как бывшие враги объединяются в монолит, которым можно разбить голову любой твари, посмевшей поднять на нас руку и встрявшей в чужие разборки.
Когда последний из людей лишился жизни, оба эльфа неторопливой походкой направились к нам. Нас разделяло не более четырех метров. Вокруг лежали разрубленные тела, руки отдельно от туловищ. Отрубленные головы и кровь повсюду проступали сквозь муть предрассветной мглы. Я словно со стороны наблюдал за фабрикой смерти. Две фигуры, с ног до головы залитые чужой кровью, казались богами жестокости – свободная, танцующая походка, чуть насмешливый взгляд и полные презрения глаза.
Такими они и умерли. Я не смог разглядеть движения, а оба длинноухих уже валились на землю. Глаза на прекрасных лицах изумленно блестели, затуманенные поволокой, а тела уже валились на землю.
Вордо неподвижно замер напротив первого эльфа, лишь чуть-чуть изменив стойку. Фигура наемника оказалась на несколько шагов к нему ближе. В его руке плавно покачивался его любимый клинок, секунду назад спокойно лежавший в ножнах. Неуловимым движением он стряхнул капли крови с меча. Вот и все, что осталось от гордых и презрительных воинов.
Тут-то я и струхнул по-настоящему. Куда это я попал? Точнее, во что же вляпался? Какие торговые караваны и разбойники? Вот же она, расовая междоусобица во всей красе! Война в тени деревьев и во мраке коридоров, не менее, а зачастую более жестока. Битва, до полной безоговорочной победы одного и бесследного исчезновения другого. Бесчеловечная и безжалостная бойня, свидетелем которой я только что стал. Нужны кому-нибудь такие свидетели?
Тем временем от спокойствия эльфа не осталось и следа. Его взор пылал ненавистью, а лицо превратилось в звериную маску.
– Мастер меча! – выплюнул он сквозь зубы. – Аллиец, проклятый Светом!
Мой переводчик дымился из-за обилия слов.
Вордо молча поклонился, развел руками, как бы извиняясь за правоту собеседника. Ты, мол, оказался прав, что тут поделаешь.
– Ты украл…! – рявкнул эльф какое-то слово, и вся музыка голоса длинноухого вмиг превратилась в рычание тяжелого рока.
– Я мог бы сейчас рассказать, каким образом она появилась у вас, но не буду, – Вордо качнул мечом в сторону врага. – Мне не хочется отдавать то, что я получил с таким трудом. Ты собираешься ее вернуть? Что ж, твое право. Предлагаю не сотрясать воздух зря и решить наш вопрос немедленно! Тем более у нас есть…, – последнее слово я не разобрал, а Вордо насмешливо оглянулся, остановившись на моем лице взглядом. – Когда еще парень увидит, как дерутся мастера боя?
– Я убью тебя! – эльф внезапно успокоился, но меня своим вниманием так и не удостоил, а мне в копилку, наконец, упал перевод слова «свидетель». Оно не слишком нравилось мне и раньше, стоит ли говорить, насколько не в восторге от него я теперь.
– Возможно, – кивнул Вордо, – на все воля…, – он бросил взгляд вверх.
– Сначала я покончу с тобой. Потом убью его, – эльф плавным движением извлек из-за спины оружие в виде двух сабель, скрепленных общей длинной рукоятью, – Вы оба пожалеете, что появились на свет!
Вы видели когда-нибудь соревнования по спортивному фехтованию? Спортсмены расходятся в разные стороны, шпаги замирают в салютующем приветствии. Затем стойка, правая рука направлена в сторону противника, кончик шпаги отплясывает перед маской. Резкий рывок вперед, финт, укол. Крик судьи фиксирует касание шарика на острие шпаги груди твоего оппонента, удар засчитан!
Не знаю, сколько ударов требуется для победы, я тогда случайно оказался на выступлениях, потому что мой приятель выступал спонсором. На этот раз передо мной разыгрывался совсем иной приз. Только сейчас я до конца осознал, что, проиграй Вордо свой поединок, и жить мне останется пару ударов сердца.
В эти секунды я страстно желал Вордо победы. Ничего и никогда я не хотел сильнее. Я был готов простить ему все прошлые и будущие унижения, лишь бы ему улыбнулась удача. При этом, судя по тому, как он подобрался, победа не будет лёгкой. То, с какой легкостью он расправился с двумя эльфами, которые до того с не меньшей быстротой разделались со всеми его людьми, ничуть не успокаивало. Думается мне, с той стороны противник, как минимум, не слабее.
Смертельные враги застыли напротив друг друга, их разделяла полоска земли, залитая кровью людей и эльфов. Она дымилась в лучах пробивающегося сквозь листву солнца, словно поверхность лесного озера. Едва ли больше трех метров, но это расстояние отделяло жизнь от смерти. Мою жизнь от моей смерти. Где-то высоко просыпались птицы, неуверенно сообщая своим товаркам о начале нового дня, а внизу шел поединок, завершавший очередную главу моей жизни. Очередную ли?
Глава 8
Какими бы эльф ни бросался словами, с какой ненавистью ни буравил Вордо взглядом, стоило ему взяться за оружие, как вся его горячность и пафос растаяли без следа. Рассвет почти разогнал утренний сумрак, подарив мне прекрасную возможность рассмотреть все в деталях.
Я не мог видеть лица человека, потому что находился у него за спиной, зато его враг предстал, как на ладони. Эльф в своих непредставимых одеждах. Расслаблен и сосредоточен одновременно. Идеальной формы лицо выглядело словно посмертная маска, в глазах не осталось ни капли чувств: ни ненависти, ни презрения, ни жестокости – все ушло, сгинуло, уступив место доведенным до автоматизма рефлексам. Вступи он в бой без разговоров, история могла пойти по-другому.
Я тоже замер, кусая губы. Какой поединок меня ожидал? Какие вершины мастерства покажут сейчас эти два воина? Картинку, несомненно, оценили бы на Востоке. Несмотря на понимание того, что моя жизнь может вот-вот оборваться, я невольно залюбовался. Сейчас начнется пение схватки, обманные финты, сменяющие друг друга, жесткие блоки и удары, за которыми может с трудом уследить взгляд. От противников невозможно было отвести глаз. Но они оставались неподвижны, ни один мускул не дрогнул у них на лице.
Я так и не уловил момент, когда они сделали шаг вперед. Какие финты? О каких блоках речь?! Я даже моргнуть от изумления не успел! Вот они стоят на месте, а спустя мгновение один, покачиваясь, зажимает рукой левый бок. Второй бесформенной грудой оседает на землю. Бой закончен.
Я не разглядел ни одного удара, только с ужасом осознал, что на земле в нелепой позе замерло тело Вордо. Мой взгляд наткнулся на эльфа. Тот, словно почувствовав мой страх, поднял руку с оружием. На губах у него играла кривая усмешка. Вторая рука медленно ползла по груди вверх, шурша одеждой, по которой проходила ладонь. Его глаза обещали мне жуткую смерть. Я замер в странном оцепенении, наблюдая, как он делает шаг в мою сторону. Бежать я и не думал, а ноги, словно приросли к месту.
– Хватит стоять столбом, – раздался слабый голос Вордо из-за спины эльфа. – Лучше помоги мне.
– А… он? – от удивления забыв про ужас, дрожащим пальцем я указал на по-прежнему ухмыляющегося длинноухого.
– Ему уже не нужна твоя помощь, – хмыкнул голос, прервавшийся стоном.
Эльф сделал еще полшага, в глазах его появилось недоумение, и он сломанной куклой упал лицом вниз прямо у моих ног. От неожиданности я тупо смотрел на неподвижное тело, не в силах оторвать от него изумленный взгляд.
– Ты там еще не помер со страху? – сварливо поинтересовался Вордо, и тут я опомнился, бросившись помогать человеку.
Удивительно, но Вордо тоже лежал лицом вниз и не делал ни малейшей попытки себе помочь. Крови ни на лице, ни на его куртке не было видно, но он не двигался, валяясь на земле, словно марионетка без кукловода. Я с трудом перевернул его и, подхватил под руки. Несмотря на невеликий рост, ноша показалась мне почти неподъемной, так что пришлось волочь его по земле, чтобы облокотить спиной на ствол дерева.
Кругом лежали мертвые тела, мне приходилось растаскивать трупы, чтобы исполнить задуманное. Все это время его голова болталась из стороны в сторону, и я слышал, как он щедро сыпал проклятиями, кляня и мою неуклюжесть, и еще что-то, о чем мой встроенный переводчик предпочел умолчать.
– Вы убили его! – прохрипел я, прислоняя непослушное тело Вордо к корням. Наёмник, несмотря на свой рост, весил, наверное, не меньше центнера, ну, или мне так казалось.
– Убил-убил! – прохрипел он. – Длинноухая тварь слишком много болтала, – он добавил что-то еще, но мой анализатор опять помалкивал.
Сообразив, что я не слишком хорошо его понимаю, Вордо демонстративно вздохнул, закатывая глаза.
Мне показалось, что я только что тащил не человека, а наковальню. У меня перехватило дыхание, и почти минуту у меня ушло на то, чтобы отдышаться. Все это время Вордо молчал, а я сидел рядом с закрытыми глазами и пытался унять скачущее в груди сердце. Даже шевелиться было трудно, и мне пришлось сделать усилие, чтобы открыть глаза.
– Вы ранены! – воскликнул я, потому что первое, на что упал взгляд, оказался залитый кровью рукав.
Вордо еще некоторое время молчал, а потом тихо выругался.
– Хотел бы я, парень, чтобы это было так, как ты говоришь, – мой «хозяин» всё ещё лежал неподвижно.
Я непонимающе на него посмотрел.
– Но вы же не умерли, – аргумент в моем исполнении звучал не очень уверенно, но голос пока Вордо ничем не отличался от того, что обычно.
– Ты прав, но, к сожалению, только отчасти. Это всего лишь амулет, парень. Эта штуковина не раз меня выручала, но везение не может длиться вечно. Как только он опустеет, Аид приберет и меня, – он опять выругался, не сдержавшись. – Ну, кто бы мог подумать, что здесь окажется этот проклятый magormegil, – Вордо произнес слово на каком-то певучем наречии.
Я повторил за ним незнакомое слово, и мой хозяин криво усмехнулся.
– Это что-то вроде «мастер меча» на языке ушастых ублюдков. Всегда мечтал помериться с ними силой, но боги восприняли мое желание слишком буквально.
Лицо Вордо перекосила еще одна кривая усмешка.
– И что, никто не в силах тебя излечить? – спросил я, насилуя свою память, и выковыривая оттуда все «словечки», которые когда-либо слышал.
– Лекари?! – хмыкнул Вордо. – Им под силу разве что вылечить голову после пьянки.
– А ещё кто-нибудь? – растерялся я.
– Имеешь в виду, может ли маг поднять меня на ноги? – он скривился. – Может, конечно, только где его сыскать в этой глуши?
Вот тебе и раз! Маги! Переводчик даже не сбился с ритма, когда «угадывал» это слово. Я почти что не удивился. Почему бы и нет? Других сказочных персонажей тут хватает, чем волшебники хуже?
– Я могу сбегать, – предложил я.
– Не стоит, – Вордо поморщился. Спасибо за заботу, но амулета надолго не хватит, да и других причин… достаточно. Так что придется тебе, парень, поработать за нас обоих.
– Поработать? – повторил я за ним, а в голове стремительно раскручивалась новая мысль. – А что нужно сделать?
Если бы не вновь обретённые умения, я бы ничего не заметил, но по тому, с какой скоростью изменился эмоциональный окрас мыслей Вордо, мне стало понятно: «хозяин» насторожился, но виду не подавал.
– Принеси сюда мой мешок, – ровным голосом произнёс он, и теперь уже мне стало не по себе. Что он задумал?
В самой просьбе ничего не обычного не было, поэтому пришлось через силу подняться. Ноги то ли от напряжения, то ли после «отходняка» слушались, словно чужие. Как на зло на пути постоянно попадались корни и ветки, норовившие намертво вцепиться в меня и повалить. Падать не хотелось – поляна превратилась в скотобойню, повсюду валялись отрубленные руки и ноги. Вываляться в крови – от этой мысли начинало мутить. И так я старательно отводил взгляд, чтобы желудок не вывалился наружу.
Мешок Вордо валялся вместе с остальными вещами. Я сразу его заметил: рыжая кожаная сумка с петлёй вместо ручек. Нагнувшись, чтобы потянуть за нее я ощутил дикую волну радости, исходящую от «хозяина», и в последний момент отдернул руку. Что-то здесь было нечисто. С чего бы он обрадовался прямо сейчас?
– Тащи ее сюда! – последовал окрик, но повиноваться я не спешил.
Вместо этого вернулся к месту, где лежал Вордо и внимательно на него посмотрел. На губах «хозяина» кривилась злая усмешка.
– Что в мешке? – от него не укрылось, как я шарахнулся в сторону от его вещей, как будто увидел змею.
– Его надо доставить моим друзьям, – он пытался говорить с прежним дружелюбием в голосе.
– Это я уже понял, – мне тоже спешить было некуда. – И все же?
Вордо долго меня изучал.
– Зачем тебе ненужные знания, парень?
– Все зависит от того, кто и как их использует, – произнёс я, глядя ему в глаза, а затем сел рядом, прислонившись к его плечу.
– Просто отнеси его, куда я скажу, и получишь награду, – голос Вордо по-прежнему звучал искренне, его чувства улеглись, и мне даже захотелось поверить ему на слово, но в этот момент я громко чихнул. Первый раз за все время, проведенное здесь. «Только простуды мне сейчас не хватает», – пронеслось в голове.
Ну, да, стоило испытать все то, что я испытал, и простыть здесь и сейчас. Нашел время. Но, что странно, никаких других симптомов пока не чувствовалось. Хм.
– И что за награда? – устало поинтересовался я.
– Свобода! – уверенно приговорил Вордо, и я чихнул во второй раз. – Ведь ты же этого хочешь?
Свободы я хотел, но почему-то предложенный способ меня не устраивал.
– И что, я принесу им твою сумку, и меня сразу отпустят? – я повернулся к нему.