Рейварская невеста. Райрин
Касс тряхнула головой. Нет, вовсем остальном кормилица была права, значит, тут стоило поискать. Знать бы еще,что именно!
В растерянности Кассандра вновьшла вдоль полок, проводя пальцами по корешкам книг. Названия многих были ейзнакомы, какие-то девушка даже читала во время учебы в Академии. Но ни одно изпроизведений не вызвало отклика.
Касс прошлась у камина, замерла уокна, даже напольные часы осмотрела. Ничего. Все словно и знакомое, но какое-тонеинтересное. Не волнующее. Обычное.
Может, она слишком устала? Долгаябессонная ночь, дорога, переход через портал, да и на две магические защиты силушло много, наверняка это как-то сказалось на способностях леди Райтингем.
Нужно было отдохнуть и вернутьсясюда утром, и Касс уже разворачивалась к двери, как вдруг ожили часы.
Протяжный «бом» раздался такнеожиданно и оглушительно громко, что девушка вздрогнула, оступилась и успелаподумать лишь о том, каким же долгим оказался этот день. А упала, к счастью, втак удачно стоящее рядом кресло.
— Зан, что все-таки значит«райрин»?
Юная девушка лежала на ковреперед камином, а мужчина сидел в кресле. У обоих были книги, но ни один неуделял страницам должного внимания.
— Я ведь уже объяснял тебе,райрин.
Какое-то мимолетноевоспоминание, но Касс не успела за него ухватиться, поглощенная нынешним.
— Ты сказал отцу, что раз я –твоя райрин, то меня нужно многому обучать.
Райтингем смотрела на Заназадумчиво, а он склонял голову к плечу и улыбался немного насмешливо.
— Подслушивала.
Не вопрос – утверждение. ЮнаяКасс смущалась, пойманная на недостойном леди поведении, но почти сразу жезадирала нос.
— Вы сами не закрыли дверь!
Зан не спорил: соглашался иотпивал вина.
— Признаю, моя ошибка.
Мужчина молчал долго, девушкауже начала терять надежду на ответ. Тем неожиданнее для нее прозвучалиследующие слова.
— Там, откуда я родом,действительно есть птицы с таким названием. Они всегда живут парами, и эти парысоздаются один раз и на всю жизнь. Райрины – очень преданные создания, и, еслиумирает один из пары, умирает и второй – просто не выносит тоски по тому, комуотдал свое сердце. К сожалению, это очень хрупкие и слабые птички, и в дикойприроде они почти не выживают. Сейчас они живут только на территории дворцавладыки и находятся под личной опекой его величества.
— Иначе бы они вымерли?
Очередной подтверждающийкивок.
— В честь них в моем народеназывают особенных людей. Тех, кому дарят свое сердце и кого любят так сильно,что жизнь без этого человека теряет всякий смысл.
Обе версии Кассандры удивилисьподобному объяснению, но если юная сомневалась, то взрослая уже догадывалась,что услышит дальше.
— И ты зовешь меня райрин,потому что любишь настолько сильно?
От теплоты в глазах и улыбкеЗантариза болезненно сжималось сердце.
— Гораздо сильнее, чем тытолько можешь себе представить, моя маленькая райрин.
Как много искренних чувствбыло в этих словах! Так много, что маленькая райрин срывалась с места ибросалась в объятия своего покровителя.
И ее ответ звучал так жегорячо:
— И я люблю тебя, Зан. Оченьсильно.
Девушка улыбалась таксчастливо, что не остается сомнений: в кольце этих рук она чувствовала себяуютнее всего. Защищенной, любимой. Нужной.
Кассандра была уверена, что наэтом воспоминание оборвется, но она ошиблась. Двое все еще продолжали сидеть втом же кресле, крепко прижавшись друг к другу, а повзрослевшая Райтингемнаблюдала за ними со стороны.
— Моя служанка, Трейси,говорит, что, когда мужчина любит женщину, он берет ее в жены, — разрывалтишину девичий голос. — Значит, ты тоже на мне женишься?
Где-то в настоящем Кассзапретила себе даже дышать, понимая, что вот он: ответ на все ее вопросы. ИЗантариз из прошлого ее не разочаровал.
— Обязательно, райрин, — в егоинтонациях сквозила уверенность. — Через три года, как только ты подрастешь.
— Так долго ждать…
Юной Касс почти девятнадцать.Теоретически, она могла выйти за Зана уже сейчас, но почему-то взрослаянезамужняя Касс не верила, что мужчина, так трепетно обнимающий девушку, будетторопиться.
— А ты знаешь, что происходит,когда пара заключает брак? Женщина становится частью рода своего мужа.
Кассандра молчала в объятияхлюбимого мужчины, но ее ответов никто и не требовал.
— Я не могу пока что на тебежениться, потому что ты не достигла совершеннолетия. Но я могу сделать кое-чтов доказательство серьезности своих намерений в отношении тебя. Позволишь?
Повзрослевшая Касс задрожала,когда увидела, как Зан осторожно приподнимал рукав платья и обхватывал девичьезапястье рукой. То самое запястье, где теперь леди Райтингем носила отпечатокчужой магии.
— Это – печать моего рода, –объяснял Зан юной Кассандре, не догадываясь, что у его объяснений был еще один,куда более нуждающийся в них свидетель. — С этого дня ты – моя невеста, райрин,и принадлежишь мне. Родовые чары моих предков будут защищать тебя даже тогда,когда меня нет рядом, отныне и до конца наших дней.
Не просто печать! Не простозашита! Принадлежность роду – вот что это было! Та, наивная восемнадцатилетняяКасс не понимала, но эта, выросшая, точно знала, когда именно подобная магияприменялась.
Зантариз в тот вечер провелпервую часть брачного обряда. Ту, которую совсем недавно в часовне Кассандрапыталась повторить с другим мужчиной. Теперь понятно, почему ничего не вышло:Касс была связана с Заном. Не только чувствами, но и магией – древней, как саммир.
А самое удивительное, что духичужого рода приняли ее, иначе печать не закрепилась бы на руке Кассандры.Значит, вторая часть обряда с клятвами и брачными браслетами уже не была нужна,и оставалась только третья: консумация брака.
Получается, Кассандра былапрактически замужем. За демоном. Уже пять лет. И об этом никто, кромеЗантариза, не знал.
Осознать это было сложно. Принять– вовсе невозможно. Касс подскакивала с места, зажимая рот ладонями, но дажеэто не заставило воспоминание остановиться.
— Получается, что мы… помолвлены?
«Нет!» — хотелось кричать ледиРайтингем из настоящего, но даже найдя в себе силы произнести это вслух, Кассничего бы не изменила.
— Именно так, моя леди, — удовлетворенноподтверждал Зан, но при этом радость его была совершенно искренней.
— На помолвку полагаетсякольцо. У меня тоже будет? — продолжала сыпать вопросами наивная счастливая девушка,даже не догадываясь, куда именно все происходящее ее заведет.
— Ты хочешь его прямо сейчас?
У нынешней Кассандры нескладывались отношения с кольцами – она их вечно теряла. И, если судить понасмешливым интонациям в голосе демона, у прошлой Касс были те же проблемы.
— Нет, я его потеряю. Потом, –подтверждала девушка, слишком увлеченная украшением на своей руке. А взрослаяРайтингем сейчас многое отдала, чтобы не видеть на своем запястье тех же линий.
— Будет, райрин, — еще одноуверенное обещание. — И кольцо, и платье, и праздничный бал. И все, чего тытолько захочешь.
Кольцо! Внезапная мысль пронзиласознание Касс яркой стрелой, и девушка даже не заметила, как воспоминаниепомеркло. Зантариз обещал юной Кассандре помолвочное кольцо, и именно такоеукрашение прятал в своей комнате. Разве могло это быть простым совпадением?
Девушка выудила находку изкармана и положила на ладонь, рассматривая теперь не просто как искусную работуювелира. От кольца исходил легкий флер силы, но никаких заклинаний Касс необнаружила. Это было просто кольцо, даже не накопитель вроде тех, что лединашла в своей детской спальне. Украшение, но явно украшение с историей.Родовое?
Кассандра внимательно осмотрелавнутреннюю сторону, почти сразу находя гравировку. Одно слово на языке демонов,которое Райтингем с легкостью могла прочитать.
Райрин.
Зан сказал, так называют тех, ктодороже жизни. И тогда в его словах звучало столько эмоций, что Касс непозволяла себе сомневаться. И это кольцо в ее руке… неужели тогда, в восемнадцатилетнейдевчонке он видел ту, с которой готов был связать всю свою жизнь? Так просто,не спрашивая ни у кого мнения и разрешений? Ведь были еще родители, неужели онидали согласие на брак с демоном?
Нет, тут что-то не сходилось.Граф Райтингем явно не одобрял подобных мезальянсов, вон как отчаянно старалсядержать Касс подальше от рогатых. А еще лорд Лерси… как он тогда сказал? «Ихсвязь никуда не делась». Значит, они с отцом догадывались, что между Заном иКассандрой что-то происходило, но не знали, что родовая защита на ней – не простоохранное заклинание?
От этих мыслей резко заболелаголова. Как же все сложно! Нужен магистр Кастэ – Касс просто обязана кому-торассказать то, что узнала. Но бумаге такое не доверишь, а писать сейчас спросьбой приехать поскорее – глупо, ведь на дворе уже глубокая ночь. Оставалосьтолько ждать.
Но это кольцо… Касс не знала, чтос ним делать. Опасения и догадки, вот что крутилось у нее в мыслях, покаукрашение лежало на раскрытой ладошке. Убрать? Примерить? И в том, и в другомслучае вероятность потерять одинакова, но терять подарок как раз-таки нехотелось. Так все же спрятать?
Только соблазн проверитьсобственные предположения был слишком велик, и Кассандра осторожно надевалакольцо на безымянный палец левой руки. Ничего. Как болталось, так и болтается.Признав эксперимент провальным, Касс уже готова была убрать кольцо обратно вкарман, как вспомнила рассказ леди Грат:
— Во многих западных государствахсуществует традиция, по которой женщина – не только хранительница семейногоочага, но и поддержка мужа во всех начинаниях, в том числе военных. Там с малыхлет девочек учат держать оружие, причем, левой рукой, объясняя это так: правоймужчина защищает свой дом мечом, а левой держит правую руку супруги, котораясжимает оружие своей левой рукой и прикрывает спину мужу. Поэтому обручальныекольца они носят на разных руках: мужчины – на левой, а женщины – на правой,чтобы, переплетая пальцы, становиться отражением друг друга.
Кассандра тогда думала, что этоочень красивая традиция, хоть леди Грат высокомерно радовалась, что их подобная«варварская» привычка обошла стороной.
— Место женщины – у семейногоочага, дело женщины – сохранение брака и воспитание детей, — любила повторятьее светлость, а потом обязательно бросала презрительный взгляд на ледиРайтингем. — А не мечами размахивать.
Тогда Касс не задумывалась обэтом, но империя демонов располагалась как раз на западе. Так может ли быть,что с выбором места для украшения она ошибалась?
В этот раз тянуть леди не стала,одним быстрым движением водружая кольцо на правую руку. И там, несмотря на то,что украшение было крайне широким, металлический обруч крепко обхватил палец,садясь как влитой. Касс подергала, проверяя ощущения, но заранее знала, чтокольцо снять не удастся.
Первое обещание, которое демонЗантариз выполнил спустя годы: он обещал своей райрин кольцо, и она егополучила, даже несмотря на то, что ничего уже не желала.
Как Кассандра вернулась вкомнату, она не помнила. В ее мыслях творился какой-то сумасшедший балаган издогадок, размышлений, недовольства и воспоминаний, которые вроде бы были ее, ноощущались подсмотренными, украденными. И это раздражало больше всего.
На постель леди завалилась, дажене откинув одеяла. Навести порядок в голове было сложно, и спустя минут десятьКасс бросила это занятие, закрывая глаза и запрещая себе думать. Она дома,наконец-то, в месте, где ей ничто не угрожало, и…
Вернуться домой. В своих письмахШейна так часто употребляла эту фразу, что Кассандра просто перестала обращатьна нее внимание, предполагая, что речь шла именно про поместье. Но сейчасосознала, что старуха всегда разделяла эти два понятия: сначала призывалавернуться за воспоминаниями, а уже после – домой. И вместе, кормилица частоговорила, что отправятся туда они вместе, хотя сама застряла у границы.
Так что же имела в виду Шейна?Какое место считала домом и для себя, и для маленькой госпожи? Неужели…
Кассандра резко дернула головой иперевернулась на живот, пряча лицо в подушках. Даже думать об этомбессмысленно, империя демонов не может быть ей домом! Касс ведь даже не былатам ни разу! Это даже Йохан подтвердил – в детстве Касс не покидала пределовпоместья, а в более позднем возрасте она себя уже помнила.
И все же при мыслях о доме сновапроявлялось то зовущее чувство, которое тянуло леди Райтингем в путь. А ещепечать едва ощутимо источала тепло, будто поощряя странные желания. Кассандранакрыла запястье другой рукой, пытаясь притушить неуместные реакции, и глазажмурила сильнее в попытке провалиться скорее в сон. Но тот, как назло, не шел.
Касс ворочалась с боку на бок, ив итоге залезла под покрывало. Там ощутимого прогресса так же не достигла, ивылезла, избавляясь от одежды. Оставшись в одной нательной рубашке, девушканырнула обратно, но почти сразу стала мерзнуть. Забавно это: не бояться зимнейстужи, но дрожать от малейшего сквозняка. Однако именно это Кассандре сейчас имешало.
Несмотря на близость лета, поночам все еще было прохладно, а согревающее заклинание в доме в отсутствиехозяев явно никто не активировал. Холод шел и от окон, и от стен, и от пола, иКасс очень пожалела, что в этих покоях нет камина. Попыталась согреть себязаклинанием, но все, что было связано с огнем и теплом, давалось леди из руквон плохо. И как назло свой заговоренный плащ вместе с сумкой Кассандраоставила в углу на кухне! Так и пришлось подниматься и идти на поиски ещеодного покрывала.
Увы, в ящиках комода в гардеробнойничего полезного не нашлось. Кассандра повернулась к вешалкам и попыталасьсреди маленьких платьев найти что-то вроде накидки или шали. Но чем дальшепогружалась в недра девичьей одежды взрослая Райтингем, тем меньше полезногопопадалось ей в руки. И тем больше раздражалась девушка.
В дальний угол леди залезлаисключительно потому, что не привыкла сдаваться, а еще от нежелания идти черезвесь дом за плащом, и там, в самых недрах шкафа, к своему огромному удивлению,обнаружила черный камзол.
Он определенно был мужским, измягкой ткани, украшенный вышивкой и позолоченными пуговицами. С легким, едвауловимым запахом кардамона и имбиря. После ярких красок девчачьих платьев исорочек он выглядел чернильной кляксой, совершенно не соответствующей обстановке.Да и как в гардеробе юной леди мог оказаться подобный предмет?
Ответ у Кассандры был, но оназапретила себе озвучивать его даже мысленно, и без лишних раздумий просунуларуки в рукава. Теплее стало сразу же, а запах пряностей, пусть и едва заметный,в миг притушил недавнее раздражение. Удовлетворившись находкой, Касс вернуласьв постель, плотнее кутаясь в покрывало. Печать снова напомнила о себе теплотой,но девушка мигом накрывала ее прохладной ладошкой.
О странных реакциях, увиденныхвоспоминаниях, найденных письмах и дальнейших планах она подумает завтра.
И о странном доме, где ее такждут.
С этой мыслью Касс и провалилась в сон, уже незамечая, как изображенная на ее руке птичка вспыхнула ярким светом, чтобы сразуже погаснуть.
Глава 10
Это было странное ощущение.Кассандра точно помнила, что спала. Ощущала вокруг себя мягкую бесконечность,медленно парила на ее волнах, черпая силы из этого неведомого ничто, каквдруг девушку настойчиво потянуло куда-то в сторону. Буквально протащило сквозьтемный тоннель, а потом оставило здесь, в темноте.
Леди Райтингем хмурилась, вновьпривыкая к ощущению тяжести собственного тела. Двигаться не хотелось, но иоставаться в неизвестности было глупо, поэтому девушка все же выставляла рукувперед и делала неуверенный шаг. От этого простого движения тьма резворасползалась по сторонам, обнажая спрятанный под собой каменный пол.
Кассандра попыталась осмотреться,и вслед за ее взглядом проявлялось все больше деталей. Серый пол упирался встены того же цвета, плавно перетекал в перила, увитые каким-то растением.Балкон, это определенно был балкон, и Касс придвинулась к краю, пытаясьрассмотреть обстановку вокруг.
Далеко внизу простирался сад.Кассандра видела дорожки в неярком свете уличных фонарей, угадывала очертаниякустов, клумб и деревьев, но нюансы все еще оставались во мраке.
Зато побеги вокруг перил быстрозаполнялись бутонами – пышными, голубыми, но закрытыми. Красиво, но такхотелось увидеть больше, что девушка не удержалась и потянулась к ближайшемуцветку.
А он взял и расцвел.
Широкая кувшинка с множествомголубых лепестков, а в центре – кроваво-красный шарик.
Касс вздрогнула и отступила,цветок сразу закрылся. Но стоило девушке вновь приблизиться, и тот сноваразвернулся, представ во всей красе. Кассандра перенесла руку к следующемубутону, но не успела и его коснуться, как все повторилось вновь. И со следующим,и еще с одним. Теперь вокруг девушки была целая стайка голубых цветов скрасными серединками, и все они были точной копией рисунка на руке самой ледиРайтингем.
Рейвар. Определенно, Кассоказалась где-то в империи демонов. Но как?
На полноценное перемещение небыло похоже: Кассандра все еще чувствовала себя немного бесплотной, хотя вполнемогла дотронуться до чего-то и ощутить холод камня или шероховатость листьев.Но ощущения от прикосновений были приглушенными, словно не реальность, авоспоминания.
Леди Райтингем попыталасьпризвать магию, и у нее ничего не вышло, хотя силу своего внутреннего источникадевушка прекрасно ощущала. И хмурилась. Так где же она, в прошлом илинастоящем?
В первом случае Касс не могла бывлиять на предметы, а цветы совершенно точно реагировали именно на нее. Ночтобы в настоящем времени пересечь столь огромное расстояние и оказаться вимперии демонов, потребовалось бы пройти через портал, а следов его присутствияКассандра не находила. Да и собственные ощущения молчали, хотя послестандартного переноса девушка всегда мучилась головокружением и легкойтошнотой.
Одно было ясно совершенно точно:она не найдет ответов, стоя на этом балконе.
Кассандра отворачивалась от перили делала шаг в темноту, даже не сомневаясь, что за ней прячется что-то еще.Чернота расползалась медленнее, чем раньше, словно нехотя, но все же являлавзору широкий проход, занавешенный светлой шторой. Света за ним не было – либослишком поздно, либо выходившая сюда комната была нежилой. Но выбирать Кассбыло не из чего, поэтому она решительно шагала к едва трепещущей ткани.
Только дотронуться до нее ледиРайтингем не успела: нижний край резко отлетел в сторону, раскрывая дорогувысокому мужчине.
Мужчине с волосами цвета красноговина и глазами оттенка спелой вишни.
Зантариз. Тот самый, изподсмотренных воспоминаний, в этом не было никаких сомнений. И пусть в виденияхКасс никогда не видела четко черты его лица, сейчас она точно знала, что передней замирал именно Зан.
Овальное лицо, острый подбородок,тонкие брови. Можно сказать, утонченное лицо, и все же оно казалось нежеманным, а мужественным. Возможно, дело во взгляде или ауре силы, котораясейчас окутывала Кассандру со всех сторон.
Это мгновение, когда они смотрелидруг на друга, растянулось на целую вечность. Всего миг, когда взглядыстолкнулись и увязли друг в друге, заставляя весь мир вокруг остановиться.Занавески за спиной Зантариза перестали колыхаться. Распущенные волосы Касс недрожали на ветру. Даже шелест листьев смолк, в отличие от сердца, которое поодной ему ведомой причине заходилось сейчас в стремительном беге.
Никакого страха не было.Удивление – самую малость. Волнение – определенно. Но совсем не они заставлялиледяной купол в груди Кассандры сейчас покрываться тонкими трещинами, абезумная тоска, помноженная на радость от долгожданной встречи. Долгожданной дажедля той Райтингем, которая узнала лорда Зана лишь сегодня.
— Райрин.
Одно слово полушепотом, с такимчувством, что Касс невольно вздрагивала. Нет, в воспоминаниях оно звучало нетак, совсем не так! Там не было такого надрыва, такой безграничной грусти инесгибаемой веры. И все того же чувства, которое Кассандра никак не моглапонять.
А самое ужасное, что те же эмоциинаходили свое отражение и в глазах цвета ночного неба. Радость и печаль,ожидание и надежда, любовь и боль. Такое невозможно сыграть.
Кассандра должна была что-тосказать, но слова не шли. Да и что тут можно ответить, когда на тебя смотрелитак, что душа выворачивалась наизнанку? А ты не понимаешь, чем именно этозаслужила.
Леди Райтингем была уверена, чтопосле узнанного сегодня все, что она будет испытывать к Зантаризу, уместится взлость или раздражение, ведь этот демон сделал ее своей женой практически безразрешения! Но смотрела на него, видела столько нежных чувств в свой адрес, иненавидеть мужчину не удавалось.
Собственное сердце безумно тянуловперед, туда, где в широкой мужской груди за светлой рубашкой билось другоетакое же, связанное незримой нитью толщиной с целый канат. И ради этойнепонятной, но явно существующей связи Кассандра пыталась заставить себя вспомнитьхоть что-то. Что-то от себя, а не того, что ей показали вещи в родовомпоместье. Хотя бы одну минуту, проведенную с Заном, одну улыбку илиприкосновение. Одно чувство, которое могло бы все это оправдать.
Но несмотря на то, что панцирьизо льда в душе представлял собой уже не твердую броню, а заметно истончившийсякупол, он все еще стоял на месте, оберегая под собой то, что Касс хотела и нехотела найти.
И, судя по всему, Зантариз этотоже понимал.
— Ты не помнишь меня.
Еще один шепот с плохо скрываемымотчаянием. Во рту девушки появился привкус горечи, словно это она смотрела наЗана влюбленными глазами, а он не мог ее вспомнить. Пришлось сглотнуть, всемисилами отгоняя от себя вину за разрушенные ожидания.
— Как я здесь оказалась?
Кассандра не могла большевыносить тишину, которая так оглушительно кричала о чужих чувствах. Нужно былочем-то себя отвлечь, и Касс решила заняться прояснением некоторых моментов, разуж так повезло столкнуться лицом к лицу с одним из главных действующих лиц.
— Связь между нами позволяетвыстраивать ментальные мосты, — без лишних пауз отозвался Зантариз. Он говорилтихо, словно за его спиной был кто-то, кого он не хотел потревожить. Кассандрабоялась представить, кто именно это мог быть, поэтому запретила себе дальшеразвивать мысль. — И переносить собственных дух сюда.
Касс кивнула – про нечто подобноеона читала, но на переброс духа способны только очень одаренные менталисты.Себя к таким леди Райтингем не относила, но вот Зантразиз вполне подходил подэто определение. Возможно, его способностей и их связи было достаточно длястоль сложного волшебства.
— Но почему именно сюда?
Для таких переходов всегда нужнымаяки или якоря достаточно сильные, чтобы притянуть сознание в нужное место.Для многих это был собственный дом или то, с чем связаны сильные душевныепереживания, как плохие, так и хорошие. Но для Кассандры этот балкон не был нитем, ни другим.
— Потому что здесь хранилищенашей силы, льдинка.
Воздух в легких резко закончился.Касс убеждала себя, что это исключительно из-за неоднозначности ответа, а непропитанного чувствами обращения.
— Нашей?
Она чувствовала себя глупойдевочкой, которой опытный маг пытался объяснить что-то очень простое иестественное, но до нее никак не доходил смысл. Наверное, любой другой ужевспылил, но Зантариз не демонстрировал никаких признаков раздражения, тольковсе тот же невыносимый букет сложных эмоций.
— Нашей, — он кивал и прятял рукиза спину. — Здесь находится наш родовой источник.
Кассандра едва не хлопнула себяладошкой по лбу. Могла бы и сама догадаться, что с силой Зантариза иметьродовой источник – это вполне логичная вещь, ведь демон явно принадлежал ккакой-то сильной родовой ветви. И раз она – почти его жена, да еще и принятаядухами рода, разумно, что источник так же признал леди Райтингем. Но это никакне объясняло, почему мужчина так уверенно объединял свой дар и дар Кассандры водин, общий? Касс почти решилась озвучить свой вопрос вопрос, но Зан началотвечать на него заранее:
— Потому что ты – моя райрин.Истинная, обещанная. Та, с кем я разделил душу, сердце и магию.
Что это значит? Какой-то ритуал?Обряд? Проклятие? И может ли это все быть связано с печатью на руке молодойледи?
— Не понимаю, — хмурясь,признавалась Кассандра.
— Я… — начал было Зан, даженаклонился чуть вперед, но замер, словно вспомнив о чем-то. — Это очень сложнообъяснить, льдинка. И нужно много времени, а ты пока не можешь удерживать свойдух далеко от тела так долго.
Наверное, он был прав – до этойвстречи Касс вообще не представляла, что способна на контролируемый переноссознания во время сна. Только что-то в словах Зана заставляло убеждаться, чтоэто далеко не первый визит младшей Райтингем сюда в таком состоянии. А, значит,и о продолжительности подобных встреч демон мог знать намного больше.