Рейварская невеста. Райрин

В прочем, Зантариз обо всем могзнать намного больше Кассандры, но о чем именно его спрашивать в первуюочередь, леди просто не знала.

Кто ты такой? Что со мнойпроисходит? Почему внутри меня столько льда?

Действительно ли мы женаты?

— Что это за место?

Зан улыбнулся очень нежно, нокак-то печально.

— Дом, который я так хотел тебеподарить.

Касс снова вздрогнула отпронзающих ее чужих чувств, но мужчина не дал времени на то, чтобы осознать их.

— Но не смог.

От горечи и боли в его глазаххотелось плакать. Но Кассандра не плакала – она даже не помнила, когдапоследний раз делала это. В пансионе? Нет, вряд ли. Скорее, в те времена,которые остались похоронены в недрах ее памяти.

А сейчас хотелось рыдать. Молча,горько, глотая слезы и удерживая вой из самой глубины души. Глупо, как же этоглупо! И Касс резко отворачивалась, не желая показывать свое состояниеЗантаризу.

— Я нашла письма Шейны, — спустяминуту проговорила девушка, когда несвойственные реакции удалось задушить накорню. Кассандра смотрела на цветы, снова распускавшиеся несмотря на то, чтосейчас Райтингем стояла достаточно далеко от них. Этот вид успокаивал и дарилумиротворение. — Она часто говорит о том, что нам нужно вернуться домой. Онаимела в виду это?

Если на все предыдущие вопросыЗантариз отвечал сразу же, то сейчас взял паузу и молчал достаточно долго,чтобы Касс решилась бросить на него быстрый взгляд. Зан смотрел на нее оченьвнимательно и задумчиво, осматривая с ног до головы, и леди Райтингем не сразупоняла, что причиной стал ее неожиданный внешний вид.

На этот балкон Кассандраперенеслась именно в том, в чем лежала в постели, а это рубашка до серединыбедра и мужской камзол. Из-за того, что тактильные ощущения воспринималисьиначе, Касс даже не чувствовала холода босыми ногами, а сейчас инстинктивно поджималапальцы и запахивала плотнее полы чужой одежды. Какой стыд!

Но, к своему удивлению, Кассандране чувствовала в Зантаризе весьма ожидаемого вожделения или похоти. Он простосмотрел, как смотрят на водную гладь или картину, когда наслаждаются, но неболее. И свое наслаждение демон облачал в слова.