Магический университет Скандийской империи (МУСИ). Факультет хиромантии
— Если бы я не чувствовал твоего раздражения, — совершенно спокойно ответил Эрик, — я бы решил, что смутил тебя.
Я молча посмотрела перед собой. Он издевается?
— Но дело в другом, — продолжил он. — Я не могу успокоить свою вторую половину.
Я медленно повернула голову.
— Ему ты почему-то очень нравишься.
У меня дёрнулся глаз. Прекрасно.
— Пока я не пойму, как это исправить, тебе придётся потерпеть.
Он сделал небольшую паузу.
— Привыкай. И прекрати так официально со мной говорить. Зови меня просто Эрик.
Его тон был убийственно спокойным. И он действительно убил. Мою надежду на то, что всё это временное помутнение. Похоже, боги решили развлечься. За мой счёт. Я уже собиралась мысленно пожаловаться им на такое отношение, когда наконец увидела спасение. К нам приближалась огромная металлическая капсула вытянутой формы. Блестящий корпус, панорамные окна и магробот вместо водителя. Я едва не прослезилась от счастья. Наконец-то транспорт.
Магроботы были разработкой совсем недавней, и одно их присутствие говорило о том, что университет на своих студентах явно не экономит. Мы организовали очередь и начали заходить внутрь. Я решила действовать быстро. Затеряться среди студентов. Сесть подальше от Эрика. А потом добраться до общежития и больше сегодня его не видеть.
План был прекрасный. Почти идеальный. Я уже выбрала место у окна, когда вдруг поняла одну маленькую деталь. Мой чемодан всё ещё находился у Эрика. Я закрыла глаза. Конечно. В следующую секунду он вошёл в салон. Подошёл ко мне, взял за руку и усадил рядом с собой. С той самой безумно довольной улыбкой. Я вздохнула и отвернулась к окну.
Ладно. Признаюсь. Жаловаться было бы грех. Город за стеклом оказался великолепен. Столица Империи сияла, словно древняя легенда, переписанная магией. Магтехнические элементы не разрушали старинную архитектуру, а удивительным образом подчёркивали её. Серо-серебристый камень домов, зелень, цветы в окнах, яркие витрины и мягкий свет фонарей. Город постепенно погружался в величественный сумрак вечера.
Я настолько увлеклась этим зрелищем, что почти забыла о странностях своего соседа. Почти. Через полчаса мы достигли ворот МУСИ. Капсула остановилась, двери открылись, и нас буквально выплюнуло наружу. Она тут же скрылась вдали, словно боялась, что мы передумаем и заставим её везти нас обратно.
Далия собрала нас рядом и начала объяснять важные мелочи — как проходит распределение по общежитиям, куда идти и что делать первокурсникам. Я старалась слушать и не смотреть на Эрика.
— Первый курс, процедура простая, — сказала Далия. — Подходим сюда, кладём руку на сферу. Называем имя и курс. Белый свет означает, что система вас запомнила и будет пропускать.
В стене, окружавшей территорию университета, находилась небольшая выемка с магической сферой. Мы нестройным ручейком первокурсников потянулись к ней. Эрик прошёл на территорию раньше меня. Ещё до того, как Далия закончила объяснять процедуру. Я замерла, а потом внутри меня вспыхнула надежда. Он не первокурсник. А значит… Мы не будем пересекаться постоянно. А это значит — никакой лишней суеты, косых взглядов, неприятных слухов и странных драконьих крыльев. Я едва не улыбнулась. Вот теперь всё налаживалось. Ну ведь правда? Ага щас. Мечтать не вредно.
Мой багаж по-прежнему следовал за мной, послушно паря в воздухе и где-то за воротами мне махнул рукой Эрик. Всё так же безумно улыбаясь, он попрощался и направился в сторону мужского корпуса общежития.
До женского корпуса я добралась вполне спокойно. И уже начала думать, что, возможно, сегодняшний день наконец решил надо мной сжалиться. Наивная. Самые весёлые неприятности начались у входа.
У дверей общежития стоял призрачный гоблин-привратник. Судя по довольной физиономии, пакостить он любил не меньше, чем дышать. Передо мной он как раз успел развлечься с какой-то девушкой, которая, судя по её лицу, уже пожалела о своём решении поступать в этот университет.
Я невольно замедлила шаг. О, сейчас и мне достанется. Но нет. Гоблин только смерил меня странным взглядом и пропустил. Правда, смотрел при этом так, будто я была редким экспонатом, который он никак не мог понять, куда поставить. Я решила не выяснять. Спасибо и на этом. Однако расслабиться мне всё равно не удалось.
Я торопилась к коменданту, таща за собой чемодан, когда на повороте столкнулась с какой-то расфуфыренной девицей. Всё произошло слишком быстро. Я не успела затормозить. Чемодан по инерции вылетел вперёд и с глухим ударом врезался ей прямо в грудь. Мы обе замерли. Я медленно подняла глаза на девушку. Она посмотрела на меня. Потом на чемодан. Снова на меня. И почему-то мне показалось, что весёлые неприятности этого дня только начинаются.
Глава 4
Её визгливый крик разнёсся по всему коридору.
— Ты мелкая гадина! Как ты смеешь, тварь?! Я тебе такое не прощу! Как же мне надоели грязные поломойки, которых постоянно пускают в такие места!
Она продолжала визжать, переходя на всё более изощрённые оскорбления. Я уже собиралась извиниться. Правда собиралась. Но тут услышала:
— Шлюшье отродье! Ты поплатишься!
Я медленно выпрямилась. Так.
— Я случайно, дура ты крикливая! — выпалила я. — И оскорблять себя, а тем более мою мать я не позволю, будь ты хоть Императрицей! Да и как ты вообще смеешь так разговаривать с одарённой милостью Богини?
Девица на секунду замолчала. Потом вскинула подбородок.
— Плевать мне, кто ты! Хоть ты и права. Я пока не Императрица, но скоро ею стану!
Я даже не успела придумать ответ.
— Генриетта, оставь девушку в покое.
Голос раздался из-за моей спины. Я обернулась. В дверях стояла принцесса Маргарет.
— Я думаю, мои родители будут очень заинтересованы в том, как себя ведёт «будущая Императрица».
Лицо Генриетты мгновенно стало красным. Маргарет же совершенно спокойно подошла ко мне, взяла под руку и улыбнулась.
— Пойдём, дорогая. Кажется, тебя зовут Агата?
Я только кивнула.
— Составишь мне компанию до кабинета коменданта?
И мы пошли дальше по коридору, оставив позади гневную и раскрасневшуюся девицу, которая, похоже, слишком рано примерила на себя чужую корону.
Первые несколько минут мы шли молча. И ничего необычного не происходило. Мир не содрогнулся. Стены не раздвинулись. Судьба не соизволила послать мне очередной знак. А вот внутри меня происходило примерно всё сразу. Мысли метались в голове, словно испуганные птицы. Одна цеплялась за другую, сталкивалась с третьей и тут же выстреливала новой. Дракон Эрик. Его крылья. Его вторая половина. Его запах. То, как он смотрел на меня. То, как спокойно забрал мой чемодан. И почему, вообще, из всех людей именно со мной всё это происходило?
Я даже не заметила, как накрутила себя до состояния, в котором истерика уже стояла где-то за углом и терпеливо ждала, когда я останусь одна. Всё происходящее казалось каким-то неправдоподобным. После перелёта моё тело и разум вели себя так, будто я снова вернулась в ранний девичий возраст. В четырнадцать лет. Тогда чувства ещё не знали меры, а сердце не умело отличать тревогу от восторга. Последний раз подобный ажиотаж в голове, душе и нервах я испытывала именно тогда.
Причиной был молодой сын швеи, на которую работала моя мама. Разумеется, он меня не замечал. Я ему не нравилась. Мои чувства остались невзаимными и исключительно платоническими. Но метания были вполне настоящими. И сейчас ощущения были пугающе похожими. Только теперь я не была влюблена. Я просто очень, очень сильно нервничала. И накручивала себя. Не знаю, что стало бы со мной, окажись я в том коридоре одна.
К счастью, Маргарет, не утруждая себя ни сочувствием, ни расспросами, упорно и быстро тащила меня за руку вперёд словно якорь удерживающий меня от падения в пучину собственных мыслей. И именно её решительность меня спасла. Наконец мы остановились перед неприметной дверью. На ней висела небольшая табличка, сообщавшая абитуриентам, что именно здесь можно найти коменданта общежития.
Маргарет постучала. Скорее из вежливости, чем из необходимости. И, не дожидаясь ответа, открыла дверь.
— Заходим.
Я последовала за ней.
Комната оказалась небольшой, но продуманной до мелочей, строгой и почти аскетичной. Современный ремонт, мебель из настоящего дерева, письменный стол, добротное кресло, обитое тканью шоколадного цвета, множество шкафов и полок.тИ странное сочетание порядка и хаоса. Аккуратно расставленные папки соседствовали с пиалами, наполненными кристаллами, амулетами и какими-то совершенно непонятными предметами. Словно сама магия решила здесь обосноваться и совершенно не считала нужным прятаться.
За столом сидела женщина средних лет. Полноватая, но с идеальной осанкой — такой, какую не подделаешь ни корсетом, ни дисциплиной. Её волосы переливались оттенками алого и золотого, будто в них навсегда поселился закат. Синяя форма персонала удивительно ей шла, а россыпь веснушек подчёркивала сапфирово-синие глаза. Почему такая невероятная женщина работает обычным комендантом общежития, осталось для меня загадкой.
Но моё любопытство могло подождать. Почему-то одного взгляда на неё хватило, чтобы мои мысли наконец начали возвращаться на свои места. Я неожиданно вспомнила, кто я. Взрослая студентка университета, прибывшая с другой планеты ради учёбы. А не нервная девочка, которая за один день умудрилась попасть в несколько совершенно невероятных ситуаций. Пока я приходила в себя, Маргарет уже заговорила:
— Здравствуйте, мадам Грено. Мы на заселение. Нам бы получить всё необходимое, а то ужин пропустим, да и спать очень хочется.
При виде её высочества мадам Грено заметно помрачнела. Не сказав ни слова, она выдала Маргарет синий шёлковый мешочек, кристалл-компас и ключ-карту. После чего посмотрела на меня.
— Имя, курс, статус обучения?
— Агата Сагасас. Первый курс. Хиромантия. Статус…
Я замялась. Какой ещё статус? Вопрос был мне незнаком.
— Бюджетница она, мадам, — спокойно вмешалась Маргарет. — Представляете? Настоящая провидица со знаком Богини.
И сказала она это так, словно речь шла вовсе не о формальности. То ли о приговоре. То ли о благословении. Мадам Грено словно озарил свет самого Бальдира. Она вдруг тепло улыбнулась мне и без лишних слов выдала такой же набор, как Маргарет. Только моя ключ-карта была серебряной.
— Держи, деточка. Заселю тебя к твоим. Комната двести вторая, левый корпус. На ключ следует капнуть своей кровью для активации. Потом приложишь к двери и она откроется.
Она на секунду задумалась.
— Утром зайдёшь ко мне. Дело к тебе есть.
Я только успела кивнуть.
— А теперь ступай.
Она махнула рукой и снова углубилась в ведомости, от изучения которых мы её так бесцеремонно оторвали. Никаких объяснений странного отношения к Маргарет я не получила. Как и причин, по которым мадам Грено так обрадовалась моему дару. Мы с её высочеством молча дошли до лестницы. Там так же молча разошлись по своим этажам. Я не стала настаивать на разговоре. Тишина казалась спасительной. Хотя странности сегодняшнего дня никуда не делись.
Общежитие встретило меня длинными серыми коридорами, освещёнными фонарями. Редкие окна, немаркие ковровые дорожки болотного цвета и ряды тёмных деревянных дверей. В конце каждого коридора находилась общая гостиная. Здание делилось на правый и левый корпуса. Студентов с простым происхождением селили слева, а аристократов — справа. Этажи распределялись по направлениям магии. У знати — по рангу. А для принцессы, как я позже узнала, выделили целый этаж.
Когда я наконец дошла до своей двери, то вспомнила одну маленькую деталь. Я не активировала карту.
— Прекрасно.
Пришлось остановиться и искать в сумке булавку. Наконец я нашла её — прикреплённую к подкладке. Уколола палец и выдавила каплю крови на карту. Та мигнула красным светом, и на её поверхности проявилась надпись:
«Агата Сагасас. Комната 202. Левый корпус».
Я даже не удивилась. Для человека, выросшего в эпоху техномагического прогресса, подобные вещи давно перестали быть чудом. Я приложила карту к замку. Дверь открылась и я вошла. Передо мной оказалась просторная, светлая и поразительно девичья гостиная. Четыре белые двери, бежевая мебель, мягкий ковёр, три кресла, столик и комод-прихожая.
В двух креслах уже сидели девушки. Перед ними стоял чайный сервиз и целая тарелка сладостей.
— Здравствуйте, — осторожно сказала я. — Я Агата. Буду с вами жить.
— Привет! Проходи, не стой на пороге, — бодро отозвалась круглощёкая блондинка с удивительно голубыми глазами. — Я Алиса. А это Лириана.
Я перевела взгляд на вторую девушку и зависла. Низкая, стройная, кудрявые тёмные волосы, золотисто-коричневая кожа и глаза цвета живых рубинов. Я смотрела на неё, забыв даже моргнуть. Полукровка элементаля огня. В её чертах угадывалась кровь восточных оборотней, а сама она казалась скорее сказочным существом, чем настоящей девушкой. Я знала, насколько редки подобные союзы. Элементали почти никогда не связывали свою судьбу с другими расами. Их энергия была слишком опасной. А любовь могла стать разрушительной. Поэтому я просто стояла и откровенно её разглядывала. Лириана вздохнула.
— Ну вот. Ещё одна зависла.
Я мгновенно покраснела.
— Прости! Я просто… впервые вижу элементаля.
— Я заметила.
— Обещаю вести себя нормально.
Лириана посмотрела на меня уже чуть внимательнее. Я попыталась улыбнуться.
— Если можно спросить… а как так вышло, что ты провидица?
В её лице что-то изменилось. Она ответила не сразу. История оказалась одновременно простой и сложной. Потомственный дар, обман, любовь и судьба. Когда Лириана закончила, то попросила сохранить её историю в тайне. Я пообещала. И, кажется, именно после этого неловкость наконец исчезла.
Алиса оказалась дочерью купца и единственной провидицей в своём роду, отмеченной Богиней. Я слушала их и постепенно ловила себя на странном ощущении. Словно всё это было правильно. Будто я действительно должна была оказаться именно здесь, с этими девушками, в этой комнате. В этом университете. Только тогда, впервые за долгое время, я позволила себе подумать: Кажется, у меня будут подруги.
На ужин я не пошла. После всего, что произошло за этот день, моя голова категорически отказывалась думать и работать дальше. Поэтому следующими моими действиями стали душ, постель и сон. Я даже не успела как следует укрыться. Голова коснулась подушки — и мир погас.
Глава 5
Магический университет
Каким может быть первое учебное утро в высшем магическом учебном заведении? Самым обычным, скажете вы. И будете в чём-то правы.
Для тех, кто учится здесь давно, привык к эхам коридоров, шелесту мантий, запаху свечей и к тому, что портреты на стенах иногда позволяют себе комментарии без приглашения к беседе, это утро, скорее всего, действительно было самым обычным. Но для первокурсника первый учебный день может стать одним из самых волнительных дней в жизни. Ведь, как говорится, встречают по одёжке. И совершенно не важно, что потом ты покажешь себя способным учеником или проявишь редкий дар. Первое впечатление никто не отменял.
В первый же день можно так громко попасть впросак, что однокурсники будут вспоминать тебя с усмешкой, а преподаватели — с приподнятой бровью. И, увы, вовсе не факт, что это внимание окажется приятным. Собственно, именно поэтому я начала волноваться ещё с вечера. Вы наверняка думаете, что девушка должна беспокоиться о совершенно других вещах. Но сейчас вы всё поймёте. Я не переживала из-за одежды. И уж точно не боялась, что мне нечего надеть. За несколько дней до начала семестра мы с девочками успели обойти столько лавок, что торговцы, должно быть, уже узнавали нас издалека и мысленно готовились к очередному нашествию.
Мне особенно понравилась канцелярская лавка. Там пахло бумагой, чернилами и чем-то удивительно спокойным, будто сами стены старались тебя успокоить. Худенькая девушка за прилавком с вечным чернильным пятном на щеке спросила меня о факультете и курсе. Услышав ответ, она без лишних вопросов выложила передо мной целую стопку тетрадей, самописные чернильные ручки, чернила, цветные карандаши и особенный атлас с ладонями. Видимо, для занятий по профилю. Потом появились стирающие карандаши, мягкие брусочки из сока лавантии и ещё целая куча вещей, назначение которых я узнала только после объяснений продавщицы.
Лавантия — южное растение, сок которого после застывания становился тягучим, но упругим. И, как выяснилось опытным путём, прекрасно впитывал мелкие пятна.
В лавке для гадателей нас встретил замечательный приземистый гном — мсье Гровас Громт. Он выдал мне крючок, тонкие золотые нити, золотую и красную краску и кристалл-пальмир. Стоило взять его в руку, как он воспроизводил увеличенную проекцию ладони. Мсье Громт говорил об этом с таким благоговением, будто вручал мне не учебный инструмент, а древнюю реликвию.
Сама лавка больше напоминала музей предсказаний. Там были чаши, карты, руны, маятники, травы, свечи и даже настоящий хрустальный шар.
После этого мы с девочками отправились в университетскую библиотеку. Под неё выделили отдельное величественное здание, снаружи больше похожее на храм. Фраза «храм знаний» здесь обрела буквальный смысл. Трёхэтажное строение с высокими колоннами, несколькими башенками и массивной деревянной дверью, обитой металлом с растительным узором. Внутри библиотека оказалась ещё больше. Очевидно, здесь хорошо поработали с пространственной магией. Лестницы уходили вверх на высоту всех этажей, заканчивались балконами и небольшими эркерами, предназначенными для уединённого чтения или работы. Везде стояли стеллажи с книгами. А в центре возвышалась огромная полукруглая стойка. За ней сидела худощавая женщина средних лет. Мы быстро прошли идентификацию и получили учебники. Библиотекарша не показалась мне особенно дружелюбной, но и равнодушия к нам не проявляла.
Тогда я ещё не знала, что мадам Гарота Лимантер была духом-хранителем библиотеки. Когда-то она сама работала здесь и посвятила жизнь книгам. А после смерти завещала библиотеке свой дух, пожелав не расставаться с любимыми книгами даже после смерти.
Возможно, вы думаете, что после всего этого я должна была начать переживать о внешнем виде. Но и это меня почти не волновало. Всем студентам выдавали мантии, которые полагалось носить поверх повседневной одежды. Моя была длинной, почти до щиколоток, и больше напоминала плащ с широкими рукавами. Так что даже если бы я захотела покрасоваться нарядами с родной планеты, особо развернуться мне всё равно не дали бы.
Единственное, что действительно вызывало у меня тревогу, — необходимость влиться в огромное общество. И вот этого я боялась.
Я проснулась очень рано. На часах было пять утра. Солнце ещё даже не думало показываться над горизонтом. На Савсан оно вставало поздно, а темнело рано. И, насколько я поняла, это почти не зависело от времени года. Я долго лежала, глядя в потолок. Пыталась понять, откуда взялась эта тревога и успокоиться. Но она не исчезала. Наоборот, будто удобно устроилась поудобнее где-то внутри груди, запуская когти в сердце.
Наконец из общей комнаты послышались голоса. Девочки уже проснулись. Значит, пора вставать и мне. Когда я вышла из комнаты, солнце уже освещало улицу. Девочки были полностью собраны и о чём-то тихо переговаривались.
— Доброе утро, Агата, — первой заметила меня Алиса. — Поторопись, пожалуйста. Нужно успеть позавтракать до общего сбора.
— Я смотрю, не одной мне не спалось?
Я направилась в ванную. Посмотрела на своё отражение. Оно меня совершенно не обрадовало.
— Вовсе нет, — донёсся из-за двери голос Алисы. — Вообще-то всем надо рано вставать, чтобы успеть поесть. Иначе до часу дня еды не перехватить.
В её голосе отчётливо слышалось недовольство.
— Поторопись, Агата, — лаконично добавила Лириана.
В общем, под недовольное ворчание Алисы и спокойные комментарии Лирианы я собралась примерно за пятнадцать минут. Уже в общей комнате накинула мантию.
Цвет мантии зависел от специальности. У стихийников — красный, синий, серебряный или зелёный. У лекарей — белый. У некромантов — чёрный. У магов разума — серый. А у нас, прорицательниц, мантии были красивого сине-фиолетового цвета с серебристыми и золотистыми линиями, складывающимися в узоры, похожие на линии ладони.
Кроме цвета, направления различались символами. Каждому студенту полагалась серебряная брошь со знаком его специализации. У стихийников и некромантов боевого факультета были скрещенные мечи. У природников — символы их стихии: волна, пламя, растение или поток воздуха. Лекари и некроманты носили знаки с рунами жизни и смерти. А у провидиц общий символ был один. Веретено. Знак Богини Феригг. Им обозначали все направления гадающих и ведающих.
Мы с Алисой и Лирианой успели везде. И в столовую, где успели позавтракать до основного потока студентов и в главный зал, где должны были собраться все первокурсники. Здесь каждый год первому курсу дарили знак факультета, поздравляли с началом учебного года, представляли деканов, кураторов и новых преподавателей.
Через полчаса после нашего появления зал полностью заполнился. И вдруг прямо на сцене из облака серебристо-голубой пыли начали появляться преподаватели. Последним вперёд вышел ректор.
— Дорогие наши студенты!
Его зычный голос совершенно не подходил внешности. Невысокий мужчина преклонных лет, с седеющими висками, короткой стрижкой, военной выправкой и очень цепким взглядом.
— Я рад приветствовать вас сегодня. Весь преподавательский состав желает поздравить вас с началом учебного года…
Дальше последовала речь о том, что мы должны не опозорить прежние учебные заведения, хорошо учиться, уважать преподавателей и ещё о множестве вещей, которые обычно говорят на подобных мероприятиях. После этого ректор начал представлять деканов.
Деканом кафедры прорицания оказалась красивая женщина неопределённого возраста с очень глубоким и печальным взглядом. Магистр Ралина Фрейр. Пышная невысокая шатенка с доброй улыбкой и руками, спрятанными под перчатками.
Куратором нашего курса оказался магистр Лавренций лер Феррийнор. Эльф-полукровка. Очень нудный и дотошный, как выяснилось позже. Он преподавал историю прорицания и создание предсказаний. И, как ни странно, его дотошность совершенно не мешала ему прекрасно объяснять материал.
Когда все выступления закончились, наступил момент дарения знаков. Ректор произнёс короткое заклинание. Перед каждым первокурсником возникла брошь и сама собой прикрепилась к левой стороне груди. На этом церемония закончилась. И нас отправили на первую пару.
Если бы нас не вёл магистр Лавренций, мы бы, скорее всего, заблудились. Университет оказался огромным. Мы шли по коридорам, сворачивали, поднимались по лестницам, снова сворачивали… И наконец услышали звон колокола.
Первой парой был предмет магистра Лавренция. Мы расселись, приготовили тетради и перья.
— Итак, дорогие мои первокурсники, — начал он. — Сегодня мы начнём с темы «Древние предсказания и пророчества».
Он оглядел аудиторию.
— Кто-нибудь знает хотя бы одно предсказание древнее ста лет?
Тишина. Лавренций медленно поднял бровь.
— Нет?
Никто не ответил.
— Ну вы меня совсем разочаровываете. Что, никто не додумался подготовиться к первой паре?
Я спрятала улыбку.
— Ясно. Значит, к следующей паре каждый напишет об одном из древнейших пророчеств. Кто найдёт самостоятельно — тому поставлю дополнительный балл за старания.
Он развернулся к доске.
— Так. Записываем. Древнейшие предсказания, найденные современным поколением, были обнаружены в старинном храме Богини Феригг на Борсельских островах…
В общем, преподаватель был не самым приятным человеком. Но рассказывал он действительно хорошо и увлекательно. Минут через тридцать я уже перестала записывать под диктовку. Перо само выводило слова на бумаге, а я огляделась. Из-за огромного количества первокурсников — точнее, первокурсниц — аудитория казалась тесной. Хотя вместила около пятидесяти человек. Стены украшали витражи с изображениями раскрытых ладоней. По линиям ладоней пульсировал мягкий зеленоватый свет. На подоконниках стояли свечи и вазы с сухими травами. В воздухе смешались запах воска и трав. Я смотрела на витражи и вдруг услышала… Шёпот. Тихий, едва различимый. Будто сам воздух пытался мне что-то сказать. Я нахмурилась. И только тогда поняла, что магистр Лавренций уже ходит по аудитории. Он медленно поднимался вдоль моего ряда. Я подняла глаза. Он смотрел прямо на меня. Его глаза цвета тёмного янтаря казались почти неподвижными. А голос был низким и ровным.
— Вы пришли сюда не только изучать линии на руках.