Магический университет Скандийской империи (МУСИ). Факультет хиромантии

Глава 7

День сменял другой, и я постепенно вливалась в новый мир. Знания вбивались в наши головы с таким усердием, будто от этого однажды действительно зависело спасение человечества. Первый месяц пролетел почти незаметно. Наверное, я и дальше продолжала бы грузить себя учёбой и повседневными заботами, стараясь не думать о Рике, если бы один день не изменил мой привычный распорядок до неузнаваемости. Да и вообще — с этого дня привычный порядок изменился у всех студентов университета.

К тому моменту уже шла третья неделя второго месяца обучения. Дни всё так же были заполнены лекциями, практикумами, домашними заданиями и бесконечными спорами с соседками о толковании линий судьбы. Вечера я всё чаще проводила с Эриком. Он помогал мне советами, я наблюдала за его тренировками, мы вместе искали информацию в библиотеке и всё так же ели в столовой.

Университет уже перестал казаться мне совсем чужим местом. Даже его каменные стены больше не напоминали бесконечный лабиринт — во многом благодаря Эрику, который успел показать мне столько тайных переходов, что я иногда подозревала: он знает об университете больше, чем некоторые преподаватели.

Маме я всё так же коротко рассказывала о событиях дня и очень радовалась её маленьким, тёплым сообщениям. Жизнь наконец стала какой-то... нормальной. Но это умиротворение продлилось недолго.

Сначала появились просто слухи. Они заставляли внимательнее вести себя по вечерам и не задерживаться в пустых коридорах. Говорили, что студент-водник с третьего курса не вернулся с практикума. Потом якобы исчез парень из некромантов. Ропот шёл по университету, как ветер по сухим листьям. С каждым днём слухи становились всё страшнее. Кто-то говорил, что студентов похитили. Кто-то — что они сбежали. А кто-то шёпотом утверждал, что в университете завелось что-то такое, с чем даже преподаватели не знают, как справиться.

Сначала преподаватели всё отрицали. Потом перестали. И вот тогда стало по-настоящему страшно.

В тот день мы с девочками возвращались из лавки с новой зимней одеждой и обувью. На днях обещали первый снег, а утренние морозы уже успевали ощутимо щипать щёки. Едва мы успели войти в главный зал, как стало понятно: нас собрали не ради очередного объявления об учебном расписании. Ректор поднялся на небольшое возвышение. Шум постепенно стих.

— В связи с последними событиями в университете вводится комендантский час.

По залу прошёл гул.

Ректор дождался тишины и продолжил:

— После девяти вечера студентам запрещено покидать общежития. Нарушение запрета будет считаться серьёзным дисциплинарным проступком.

После этого он активировал внешнюю защиту университета. По залу прошёл серебристый импульс. Где-то снаружи один за другим вспыхнули магические фонари. Я видела, как над территорией университета на мгновение проступили тонкие светящиеся линии — защитная сеть. Призрачные стражи появились у входов. Магические фонари теперь отслеживали передвижения студентов, а духи-хранители не должны были выпускать никого из общежитий после девяти.

Хотя, судя по всему, призрачная охрана была занята совсем не нами. Они искали кого-то. И от этой мысли становилось только хуже. С того дня смех в коридорах постепенно стих. Даже вечером студенты стали разговаривать тише. Воздух словно приобрёл горьковатый привкус страха. Каждый боялся стать следующим. И совершенно неважно, что мы понятия не имели, что именно произошло с пропавшими. Слухи решали всё.

Так потянулись новые дни. В тот вечер я сильно торопилась. После последнего практикума профессор по трактовке линий задержал меня и попросил помочь собрать наглядные пособия. Его лаборант заболел и не пришёл. Я старалась управиться как можно быстрее, но всё равно провозилась больше получаса. Когда наконец вышла из кабинета, коридоры уже погрузились в полумрак. Я хотела успеть в столовую. Поэтому воспользовалась одним из коротких путей, которые когда-то показал мне Эрик. На выходе из очередного поворота я споткнулась о развязавшийся шнурок.

— Вот же...

Остановилась, присела и начала завязывать его. И тогда услышала голоса. Из-под двери кабинета профессора Лавренция пробивался свет. А голоса... Я знала один из них. Слишком хорошо.

— Если она действительно носит метку, значит, всё изменится, — произнёс низкий мужской голос.

— Не стоит говорить об этом здесь. Даже у стен есть уши.

Профессора Лавренция я узнала сразу. Слишком часто слышала его на занятиях.

— Да ну. Ты лучше ответь... Ты уверен, что это она?

Несколько секунд молчания.

— Конечно уверен. Она так похожа на Ларини.

Я перестала дышать. Ларини?

— Но ты сиди тихо. Не смей вмешиваться, иначе всё разрушится.

— А исчезновения? Что с этим? Так и должно быть?

— Я пока не знаю.

В голосе Лавренция впервые прозвучала неуверенность.

— Но надеюсь, это не расплата за наше с тобой вмешательство.

Я медленно поднялась. Нужно было уходить прямо сейчас. Собеседники внезапно замолчали. Я отступила назад. Послышался тихий стук, будто кто-то закрыл книгу. Тревога мгновенно вспыхнула внутри. Я метнулась к ближайшему гобелену, скрывающему боковой проход, и прижалась к стене. Сердце колотилось так сильно, что мне казалось — его слышно за несколько метров. Исчезновения. Ларини. Какая-то она. Вмешательство. Расплата. Всё это почему-то казалось связанным Со мной. Я даже не могла объяснить почему. Я шагнула глубже в проход и почти полностью скрылась в темноте. Очень вовремя, потому что дверь открылась. Профессор и его собеседник прошли мимо меня, совершенно спокойно обсуждая какую-то совершенно обычную тему. Я задержала дыхание, подождала ещё немного и только когда шаги стихли, осторожно выглянула из-за гобелена. И со всех ног припустила к столовой.

Когда я наконец добралась до столовой, то немного успокоилась. За нашим столом девочек не было. Зато там сидел Эрик. Рядом с ним стоял второй поднос. Он явно кого-то ждал. Меня. Стоило мне сесть, как его лицо сразу изменилось.

— С тобой всё нормально?

Я замерла.

— Ты выглядишь напуганной.

— Я... я подслушала один разговор.

Я торопливо добавила:

— Случайно! Ты не подумай!

— Я пока ничего не думаю.

Он подался ко мне.

Я заговорила почти шёпотом:

— В общем, профессор Лавренций с кем-то что-то обсуждал. Я даже не совсем поняла что. Там говорили об исчезновениях, о какой-то Ларини, ещё была какая-то загадочная «она» и какое-то вмешательство, за которое, кажется, должна последовать расплата.

Я сглотнула.

— Я так испугалась. А собеседника вообще не узнала.

Эрик нахмурился.

— Ты думаешь, Лавренций связан с пропавшими ребятами?

— Даже не знаю.

Я посмотрела на него.

— Но думаю, что ключ в имени.

— В имени?

— Кто такая Ларини?

Эрик задумался.

— Не знаю, кто она.

А потом уголок его губ пополз вверх. И вот тогда я поняла: мне это не понравится.

— Но знаю, что делать, когда надо узнать правду.

— Что?

— Давай встретимся через полчаса в гостиной твоего этажа.

Я подозрительно посмотрела на него.

— И куда мы пойдём?

— В библиотеку.

В комнате я постаралась не привлекать внимания девочек. Переоделась в удобный костюм для медитаций и дождалась, пока соседки разойдутся по своим комнатам. Потом быстро выскользнула в коридор. Эрик, как и договорились, ждал меня в общей гостиной провидиц.

— Идём.

Мы снова крались по одному из тайных ходов. Минут через пять упёрлись в лестницу, ведущую вниз. Потом ещё минут двадцать плутали по тёмным тоннелям. Эрик освещал дорогу каким-то артефактом и очень аккуратно вёл меня за руку. Сначала я смутилась. Но он тихо объяснил:

— Держись ближе. Здесь легко потеряться.

— В смысле?

— В некоторых переходах стоят заклинания путанки.

Мне совсем не хотелось проверять, что это такое. Поэтому я послушно прижалась ближе. Наконец мы вышли в тёмное, глухое помещение и начали подниматься по лестнице.

— Где мы? — прошептала я.

Лестница уходила вверх по кругу и терялась во тьме.

— Какая ты нетерпеливая, Гатти.

Эрик тоже говорил почти шёпотом.

— Мы идём к тайной секции библиотеки. В обычной мы вряд ли найдём ответы. К тому же дух-хранитель нас сразу сдаст.

Дальше мы шли молча. Наконец перед нами появились массивные деревянные двери. Но Эрик даже не попытался их открыть. Он отошёл на пару метров влево, приложил ладонь к стене и быстро начертил руну. Послышался тяжёлый шорох. Камень двинулся. Стена отъехала в сторону.

— Идём, Гатти.

Эрик уверенно вошёл в образовавшийся проход. Я поспешила следом. Едва я пересекла границу, стена с тихим шорохом вернулась на место. Мы оказались в полной темноте. Посередине комнаты стояла какая-то статуя, но разглядеть её я не успела. Эрик уже просматривал каталог.

— Так... Книга по генеалогии старых родов должна быть в пятой секции.

— А с чего ты взял, что нам нужна именно она?

— Имя знакомое. Я точно читал его в какой-то старой генеалогической книге. Правда, мельком и не обратил внимания на текст.

— Ясно. Но как искать кого-то просто по имени?

— Я помню герб рядом с именем. Поэтому будем искать по гербам.

— Ладно.

Эрик повернулся ко мне.

— Постой тут. Я сейчас вернусь.

Он ушёл в темноту, оставив мне маленький светлячок. Минут пять я просто стояла. Потом мне стало скучно. Я начала листать какой-то старый журнал. И вдруг остановилась. На пустой странице проступали буквы. Я нахмурилась. Чернила появились сами собой.

«Та, что ищет истину, должна искать во тьме.»

— Что?..

Светлячок погас. Комната полностью погрузилась во тьму. Я зажмурилась.

— Эрик?

В ответ — тишина. А потом я услышала шёпот. Он был одновременно совсем рядом и где-то далеко. Сначала я не могла разобрать слов. Потом голос повторил:

— Иди вперёд... и найдёшь свои ответы.

Вы скажете, что я дурная. Возможно, но я сделала шаг. Потом ещё один. Я вошла в один из рядов стеллажей. Шла мелкими шагами, вытянув руки перед собой и прислушиваясь к каждому шороху. Что в темноте у меня получалось отвратительно. В очередной раз я споткнулась.

— Ай!

Чудом не упала, ухватившись за полку. Вместо этого мне на голову свалилась какая-то увесистая книга.

— Да что же это такое?!

Потерев шишку на затылке, я подняла книгу с пола. И кто тут вообще раскидал столько книг? Я уже собиралась возвращаться, когда столкнулась с Эриком.

— Вот ты где!

Он выглядел одновременно раздражённым и облегчённым.

— Я же просил сидеть на месте. Куда ты в темноте ходила?

— Да там... книгу какую-то нашла.

Я протянула ему том.

— Или она меня нашла.

В свете нового светлячка мы рассмотрели название.

«Древние фамилии. Провидицы Ийрилас».

Эрик посмотрел на меня. Потом на книгу.

— Ну, видимо, книга и вправду тебя нашла.

— Почему?

— Потому что я тоже нашёл то, что искал.

Он забрал у меня книгу.

— Ларини — провидица из древнего рода. А в твоей книге, наверное, можно найти подробности. В геральдической только общее описание рода.

— Давай искать?

— Давай.

Следующие пятнадцать минут мы искали провидицу по имени Ларини. Книга вообще не имела содержания, поэтому пришлось листать её вручную. На восемьдесят шестой странице нам наконец повезло. Эрик провёл пальцем по строкам.

— Вот.

Я наклонилась ближе.

— Ларини дер Волтер, единственная наследница семьи герцогов Волтер, наделённая сильнейшим в истории провидческим даром...

Он продолжил читать:

— Дар и все тайны юной герцогини утеряны вместе с семьёй и новорождённой дочерью Альмой. Семья погибла в пожаре двадцать четвёртого дня десятого месяца 2537 года от создания нового календаря.

Он перелистнул страницу.

Пусто.

— Всё?

— Всё.

— То есть как ничего?

— Вот так.

Эрик показал мне книгу.

— Остальное, видимо, вырвали.

Я нахмурилась.

— Но зачем?

— Не знаю.

Он вдруг поднял голову.

— А вот сейчас нам пора уходить.

— Почему?

— Сюда кто-то идёт. Мой маячок в коридоре сработал.

Он быстро положил книгу обратно.

— Идём.

Эрик взял меня за руку и повёл между стеллажами. Стена снова бесшумно пропустила нас в коридор. Но вместо того чтобы идти обратно, Эрик потянул меня в нишу за очередным гобеленом. Я уже открыла рот, чтобы спросить, что он делает, но он приложил палец к моим губам. Я замолчала. Послышались шаги. Несколько человек. Они явно не пытались скрываться и что-то тихо обсуждали, но моё сердце билось настолько громко, что я не слышала ни слова. Шаги приближались. Ещё немного. И наконец стихли. Послышался скрип тяжёлых дверей. Потом — звук закрывшейся створки. Я выдохнула. И только тогда поняла, насколько узкой была ниша. Эрик стоял слишком близко. Его палец всё ещё касался моих губ. Я подняла глаза. И обалдела. Его глаза светились тёплым янтарным светом. Как два маленьких фонаря в темноте. Я раньше такого не замечала. Даже в библиотеке.

— Что такое, Гатти?

В его голосе появилась едва уловимая усмешка.

— Ты наконец поняла, что я неотразим?

— Что?

Я моргнула.

— Нет, конечно. Просто у тебя глаза светятся.

Эрик тихо рассмеялся.

— Ах вот оно что.

Он убрал палец от моих губ.

— Ничего такого. Просто момент такой... волнительный.

— Это ты о чём?

Он посмотрел на меня с невинным выражением лица.

— О том, что нас чуть не поймали в запрещённом месте после комендантского часа.

Я несколько секунд смотрела на него. А потом до меня дошло.

— О Боги!

Я почти подпрыгнула.

— Эрик! Комендантский час! Как я попаду обратно в комнату?!

— Да не бойся ты.

Он улыбнулся.

— Пошли скорее.

Обратно мы шли тем же путём. Мрачные коридоры, переходы и лестницы. На этот раз Эрик вёл меня быстрее и увереннее. Через какое-то неопределённое время я окончательно потеряла счёт переходам. Впрочем, часть пути я вообще не замечала. Мысли всё ещё возвращались к той нише. К его руке и глазам. К этому дурацкому «волнительному моменту». Наконец мы вышли в гостиную моего этажа.

— Беги в комнату.

Эрик оглянулся.

— Светляки ещё минут пять не смогут пройти в ваш коридор.

— А обсудить?

— Завтра.

Он улыбнулся.

— Всё завтра. Иди уже. Спокойной ночи, Агата.

Наверное, я никогда не привыкну к такому Эрику. Когда он так улыбался, становилось понятно, почему он пользовался такой популярностью среди студенток. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль о Рике. Я так и не узнала, как он улыбается. И тут же сама себя одёрнула. Ему есть кому улыбаться. А мне надо торопиться.

— Спокойной ночи, Эрик.

Я бежала как испуганная лошадь и едва успела. Вот только стоило мне открыть дверь в общую комнату, как я поняла: рано радоваться. Посреди комнаты за столиком сидели мои драгоценные соседки. И обе буравили меня глазами.

— Агата!

Алиса выглядела так, будто собиралась лично вынести мне приговор.

— Где тебя носило? Комендантский час начался больше часа назад, а ты где-то ходишь!

Обычно весёлая и задорная Алиса сейчас совсем не напоминала ту девушку, которую я знала. Лириана, как всегда, молчала предоставляя Алисе возможность возмущаться за них обеих.

— Дееевочки...

Я попыталась изобразить максимальное удивление.

— А что вы тут делаете? Почему не спите?

— Ждём тебя.

Я подошла к столу и села. Нужно было срочно придумать объяснение.

— Я просто...

Я замялась.

— Гуляла.

Алиса уставилась на меня.

— В смысле ты гуляла?

— Ну...

— Сейчас негде гулять! Сейчас никто не гуляет!

Она сразу всё поняла. Я начала лихорадочно искать другой вариант.

— Ну то есть я прогулялась до общей гостиной. Долго там сидела и... заснула.

Лириана медленно прищурилась.

— Ну да.

Она окинула меня внимательным взглядом.

— А драконом от тебя пахнет потому, что просто так?

Я замерла.

— Давай признавайся.

— Ну как сказать...

Я вздохнула.

— Нет, конечно. Девочки, я не могу сказать.

— Почему?

— Это секрет.

Алиса вдруг просияла.

— Да что тут говорить! Этот дракон вскружил тебе голову и решил показать свою спальню?

— Нет! Нет-нет!

Я замахала руками.

— Никаких спален!

Алиса уже едва сдерживала улыбку.

— Я правда была с Эриком. Он позвал меня на свидание, но ничего предосудительного мы не делали.

На слове «свидание» Алиса буквально расцвела. Лириана скептически приподняла бровь.

— То есть он всё-таки тебя дожал.

— В смысле дожал?

— В прямом.

Лириана неожиданно оживилась.

— Он столько тебя обхаживал. А ты ничего не замечала. А теперь, видимо, заметила.

Она наклонилась ближе.

— И что? Даже не поцеловались?

Я уставилась на неё. На секунду я даже заподозрила в ней романтический интерес. Но увидела азартный блеск в её глазах и поняла: нет. Ей просто интересно.

— Ничего мы не целовались.

Я решила, что лучшая ложь — это полуправда.

— Мы просто попили чаю и обсудили некоторые темы, не касающиеся обучения. Он такой милый, — добавила я, сама удивившись своим словам. — И улыбка у него обворожительная.

— И что можно два часа обсуждать?

— Почему два часа?

Я нахмурилась.

— Я же выскочила за дверь в половине десятого.

— Ну почти два, — поправилась Алиса.

— Да ничего такого.

Я махнула рукой.

— Мы говорили о любимых вещах, книгах и доме.

Я встала.

— Девочки, давайте потом обсудим. Я так устала.

Они переглянулись так... Понимающе. И почему-то очень загадочно.

— Ладно, — протянула Алиса.

Девочки разошлись по своим комнатам. Я не стала задерживаться ни в гостиной, ни в ванной. Быстро умылась и легла. Надо будет встать пораньше, чтобы доделать задание на завтра. Это были последние мои мысли. День получился слишком насыщенным. Я уснула почти мгновенно. Пусть девочки и дальше думают, что это было свидание. Может оказаться так, что правда станет для них опасной.

У окна стоял молодой мужчина. В руках он держал амулет, мерцающий серебристым светом. Он смотрел в ночное небо и тихо произнёс, будто разговаривал сам с собой:

— Всё идёт по плану.

Пальцы чуть сильнее сжали амулет.

— Только бы нити не оборвались в самый неподходящий момент.

Из темноты донёсся женский голос:

— Надеюсь, Лавренций, мальчик мой. Надеюсь.

Мужчина резко обернулся. Но в комнате уже никого не было. Женщина исчезла так же внезапно, как появилась. Амулет погас. Лавренций снова посмотрел в окно. На его лице появилась грустная улыбка.

— Она уже начала поиски...

Он на мгновение прикрыл глаза.

— Уже совсем скоро.

Пауза.

— Скоро пророчество свершится.

Глава 8

Мрак.

Не ночной, не тот, что приходит после того, как гаснут свечи и за окнами исчезают последние отблески фонарей. Это был мрак по ту сторону снов — густой, вязкий, чёрный, как застывшая смола.

Я висела в нём, не чувствуя ни пола под ногами, ни собственного тела. Будто меня опустили в чернильную воду и забыли там. Поначалу я даже не испугалась. Ну мрак и мрак. Во сне всякое бывает. А потом впереди появился свет. Сначала едва заметный, тусклый, словно кто-то зажёг свечу за толстой стеной. Он медленно приближался, становился ярче, и вместе с ним начали проступать очертания комнаты. Я нахмурилась. Комната была похожа на нашу Но не совсем. Всё выглядело так, будто я смотрела на неё через мутное стекло или воду. Стены слегка плыли, мебель казалась неправильной, линии изгибались. Но чем дольше я смотрела, тем сильнее становилось неприятное ощущение узнавания. Это было общежитие МУСИ. Я точно знала.

По полу ползли тени. Они двигались сами по себе, клубились, собирались в завихрения, словно были живыми. Потом одна из них резко вытянулась вверх. Из темноты выросла фигура. Высокая, закутанная в длинный плащ, будто сотканный из самого мрака. Края ткани не касались пола — они стекали вниз дымом и снова поднимались, растворяясь в воздухе. Лица я не видела. Только капюшон и маску, похожую на человеческое лицо, вылепленное из пепла. Тени вокруг существа словно узнали хозяина. Они потянулись к нему, зашевелились у ног, ласкаясь к чёрной фигуре. Почему-то мне было совершенно ясно: если я двинусь, меня заметят. И, к моему удивлению, стоило мне только сосредоточиться, как изображение стало чётче.

В этот момент дверь бесшумно открылась. Вошла девушка. Я не успела рассмотреть её лица — она почти сразу встала ко мне спиной. Но её силуэт показался знакомым. А когда она заговорила, сомнений не осталось. Я знала этот голос. Вот только где слышала его? Точно не у Алисы и не у Лирианы. Их голоса я узнала бы из тысячи. А эта девушка... Кто она?

— Доброй ночи, Ваше темнейшество, — произнесла она. — Рада вас видеть. У меня всё идёт как надо. Никто даже не заподозрит, что все эти убийства могла совершить хрупкая девушка.

Фигура в капюшоне едва заметно кивнула. И в этот момент пол под ногами обеих мигнул. Я вздрогнула. По комнате, словно из ниоткуда, начали появляться серебристые нити. Они тянулись по полу, поднимались в воздух, переплетались и исчезали. Одна из них протянулась прямо к девушке. Я увидела, как серебряная нить вошла ей в спину и исчезла где-то внутри груди. А вокруг фигуры в капюшоне нити будто расступались, обходили её. Словно не смели коснуться. Я моргнула и всё исчезло.

— Хорошо, — произнесло существо. — Но ты помнишь: малейшая ошибка — и всё, что я строила столько лет, рухнет. Все мои старания перестанут приносить плоды. А я не готова начинать сначала.

— Я понимаю.

Голос девушки прозвучал тихо.

— Убедись, что пророчество не сработает. Избранная не должна ничего понять. И уж тем более — вмешаться.

У меня внутри всё оборвалось. Избранная. Почему от этого слова стало так холодно? Я невольно отступила. Сердце тут же забилось так сильно, что мне показалось — его стук слышен на всю комнату. Тук. Тук. Тук. Я даже подумала, что существо сейчас обернётся.

Так и произошло. Мрак вокруг фигуры зашипел, будто его потревожили. Тени на полу вытянулись в мою сторону. А затем существо подняло голову. Я увидела его глаза. И оно посмотрело прямо на меня.

— Ты...

Голос стал ниже, тяжелее. Будто сам воздух вокруг меня вдруг загустел.

— Ты здесь!

Я застыла. Между нами повисла пауза. Тяжёлая, как удар кузнечного молота. Фигура двинулась ко мне. Шаг. Ещё один. Я не могла пошевелиться.

— Ты не помешаешь мне! Не в этот раз...

Она остановилась. И голос вдруг стал почти шёпотом.

— Дорогая сестра.

Слово пронзило меня. Сестра. Почему мне стало так больно? Не просто страшно. Именно больно. Будто я когда-то давно знала это существо. Будто потеряла его. Будто между нами уже происходило что-то ужасное, о чём я не могла вспомнить. Фигура резко отвернулась от меня и приблизилась к девушке. Теперь она нависала над ней, словно грозовая туча.

— Найди мне эту Избранную.

Девушка молчала.

— И лучше избавься от неё, пока она не вошла в силу. И не смей забывать про план.

Голос зашипел.

— План важнее всего.

Девушка медленно кивнула. А потом комната пошла рябью. Стены поплыли. Тени задрожали. Фигура исчезла, оставив после себя только чёрные разводы на полу. Я хотела закричать. И проснулась.

— А-а-а!

Я резко села на кровати. Сквозь окна уже пробивались утренние лучи. Никакой тьмы. Никакой фигуры в капюшоне. Только я, мокрая от холодного пота, и сердце, которое никак не желало успокаиваться. Я прижала ладонь к груди. Тук-тук-тук-тук.

— Ну замечательно...

Голос прозвучал хрипло. Я несколько секунд сидела неподвижно, пытаясь понять, сон это был или нет. Но почему-то внутри уже знала ответ. Не совсем сон. По крайней мере, не обычный. И времени разбираться с этим у меня не было. Я опаздывала. Я вскочила, кое-как привела себя в порядок и практически выбежала из комнаты. Завтрак пришлось забыть. Да и есть я всё равно не смогла бы. После такого сна мне кусок хлеба в горло не полез бы.

Кабинет предсказаний совсем не походил на обычную аудиторию. Вдоль стен стояли узкие столы, накрытые бледно-синим полотном. На каждом горела стеклянная лампа, отбрасывая мягкий серебристый свет. Потолок был расписан кругами. И, если смотреть на них слишком долго, казалось, что они медленно вращаются. Я постаралась больше туда не смотреть. В воздухе пахло травами — сушёной мелиссой, полынью и чем-то ещё. Едва уловимым. Профессор Лавренций уже раздавал указания.