Верховный Магистр

– Честно говоря, я никогда не думал о таком, – слегка стушевавшись, признался парень, – я обалдуй. Я люблю музыку, море, рыбачить люблю.

Джар хмыкнул без какого-либо раздражения.

– Немагическую школу я закончил только сегодня и не слишком успешно, я не прошел испытания знаний весной, сегодня исправлял ошибки… Я не дурак, я лентяй, – продолжал мальчишка, – Мне нравятся корабли и парусный спорт, я видел все соревнования парусников, все-все!

– Значит, серфинг тебе тоже понравится, – усмехнулся Гай.

– Его не взяли бы в другую магическую школу Калантака, – резюмировал его отец, – когда мы с женой услышали, что вы берете слабых магов тоже, вы не представляете, как мы обрадовались. Ее родственники считают, она лишает сына будущего, держа его вдали от клана Шъир, а мы знаем, что он очень свободолюбив. Его нельзя в чистокровные правила.

– Весь в родителей, – лукаво усмехнулся Гай и Джар кивнул, соглашаясь, – Послезавтра приходите в Розовый торговый переулок, моя школа напротив кулинарной школы, – подвел итог Гай, – и, господин Джар, больше никому не рекламируйте мою школу в этом году. У меня там осталась лишь комната для двух девчонок.

– Спасибо вам еще раз, – поклонился Джар, встав с дивана.

Кирьяр последовал его примеру, после нырнув отцу под руку. Никакие правила и предрассудки чистокровного мира тут не действовали. Обычная семья ведьмаков, готовая на многое, чтобы жить лишь по велению собственных сердец.

Гай невольно улыбнулся. Труп его врага старательно плыл к нему. Он и сам уже поверил, что вскоре увидит его своими глазами. Чистокровные ведьмаки – просто ведьмаки, способные любить и учиться на ошибках прошлых поколений, а вовсе не закостенелые бесчувственные чурбаны, как рисовалось ему прежде.

* * *

В третий день месяца Сьер, после второго завтрака все будущие ученики школы Дольчевита, жившие в доме Кайлин и Ордъёраина, собрались в гостиной первого этажа для встречи со своим верховным магистром и официальным опекуном до достижения возраста полной силы.

Казалось бы, поводов нервничать не было и все же они волновались. Верховные Маги – Малика и Агелар спустились в гостиную вместе с ними, равно как лис Барт и всюду сопровождавший их последние дни пес Халиф.

В гостиной уже сидел дарик Дарк. Юмирш почему-то побаивался его. Слишком у того был спокойный, безэмоциональный, холодный взгляд и ироничное отношение ко всему. Дарк казался похожим по складу натуры на ведьмака, но был аркельдом, что делало его непредсказуемым во всех смыслах.

Не успели все рассесться по диванам, в гостиной объявились господа Дамард и Гай. Дамард мог переноситься одним желанием, равно как Дарк, Кайлин, Малика, Эвар и Эрмир.

– Так, господа, приветствую, – усмехнулся Гай, обводя взглядом своих «шуршеров».

Он казался усталым. Красиво и дорого одет, летний темно-бордовый форит, легкие черные хлопковые брюки, ботинки из тонкой кожи, такие стоили больше 25 ашинов и делались, как правило, на заказ. Это бывшие грабители хорошо знали. Именно по таким деталям они выбирали жертв для ограблений. Способные платить такие деньги за обувь не станут сильно переживать из-за потери кошелька и бежать в кантон жаловаться на вероятное ограбление. Гай был молод – это было видно и чувствовалось. Однако, кроме того, в нем безошибочно ощущалась мощь и непредсказуемость. Такого грабить никто из них не стал бы. Опасно. Такой мог легко убить на месте, не со зла, а не рассчитав и перепутав с тафом.

– Сегодня вы переедите в школу. Загостились, – продолжил Гай, – Я вам раздам списки предметов, которые есть в ваших комнатах и которые отныне будут принадлежать вам, пока не испортятся или не израсходуются. Это то, что у вас должно быть. Если что-то кончается, становится мало, рвется, портится, ломается, вы просто говорите об этом. Точнее, пишите на листе и передаете слуге каро или мне. Или идете покупать сами, если вдруг захотите потратить собственные деньги.

– Это как? – опешил Аримар, – Собственные деньги у нас?

– У вас. Я не собираюсь выдавать вам на мороженое для девушки всякий раз как вам приспичит, – хмыкнул Гай, – каждый пятый день месяца или около того, вы будете получать по двадцать ашинов, которые вольны тратить как вам угодно. Однако, если в течение следующего месяца вы сотворите какую-нибудь вопиющую дичь, я лишу вас этого подарка. Если же вы сотворите нечто хорошее и порадуете меня, например, блестяще сдадите экзамены или вас похвалит кто-то из преподавателей, могу прибавить к вашим 20 ашинам еще 10 или даже 20, смотря насколько обрадуюсь.

Мальчишки, казалось, не верили собственным ушам.

– Далее. Три непреложных правила жизни в моей школе – завтрак в 8 утра, обед в час дня, ужин в шесть вечера. Кто не пришел, проспал, опоздал, тот голодает до следующей трапезы. На кухню к каро не ходить, еда только в столовой. Принесли что-то из города, съели в столовой, принесли в запас коробку «ледяной пыли» – храните в комнате, ваше дело. Накрошили там – сами убираете, мне тараканы и склярии (слизняки из числа домашних паразитов) в здании не нужны. Или быстро учитесь очистительным заклинаниям или будете намывать свою комнату вручную за любую крошку, которую я там найду. Иногда буду заходить проверять, насколько у вас чисто.

Прозвучало сурово, но никто не испугался и даже не напрягся, для любого из этих парней это было само собой разумеющимся.

– После ужина и до 10 вечера вы сможете выходить в город, гулять, где вам заблагорассудится и делать что угодно, не нарушая трех законов Алаутара. В 10 вечера вы обязаны вернуться в школу. Если вы этого не делаете, слуга каро сообщает мне, и я вас ищу лично. Я не хочу этим заниматься, потому что вы безответственные болваны, я хочу себе спокойные приятные вечера дома. Почему ищу вас именно я, надо пояснять?

Юмирш и Сальер одновременно кивнули.

– Ваши чистокровные родственники могут иметь на вас некие собственные планы. Если вы не вернулись вовремя, я автоматически считаю, что вас похитили, держат в плену и т. д. Если выясняется, что вы просто шляетесь по кабакам, забыв о времени – вас ждет ночь в подвале на жесткой постели и штраф – минус сколько-то ашинов в следующем месяце. Понятно?

Мальчишки закивали. Многие только теперь осознали, что дело не только в правилах школы, но еще и в их безопасности. Особенно прониклись Эйдарад и Чакуриеш.

– Каро подают вам завтрак, обед и ужин, но на стол вы накрываете сами, постельное белье меняется раз в десять дней, каро просто забирают его у вас из комнат и кладут стопку нового, но именно вы снимаете и стелите его. Не сменили – остались спать на грязном еще на десять дней. Или пользуйтесь очистительными заклинаниями или стирайте сами, прачечная в подвале. Каро не убирают ваши комнаты, не носят вам наверх еду и не ищут по школе ваши вещи, понятно?

Вновь энергичные кивки.

– Вы живете по двое. Можете сразу решить, кто с кем. Эйдарад, ты помнишь, надеюсь, что твой брат тоже будет учиться в Дольчевита.

Эйдарад счастливо улыбнулся. Сальер потянул за рукав Юмирша.

– Ты же со мной живешь?

Тот лишь кивнул. Гордор хлопнул по ладони Аримара, как если бы они заключили сделку.

– Кроме вас в моей школе будут учиться Крейдар – брат Эйдарада, Викроуд, чистокровный калатари – Дариэль и Кирьяр – еще один чистокровный ведьмак. Все они заселятся только завтра.

– У нас школа для чистокровных? – осторожно спросил Чакуриеш.

– Видимо, да. Хотя я не планировал этого, – усмехнулся в ответ Гай, – что еще хочу сказать. К вам могут приходить гости. Встречаться с ними следует внизу в общей гостиной. Если решили показать свою комнату, убедитесь, что ваш сосед по комнате пристойно одет, не спит, ваши гости ему не мешают и готовы лицезреть его и ваш бардак. Вы живете не в одиночку.

Мальчишки захихикали.

– Если вдруг вы сотворили какую-то дичь в городе и Стражи Порядка вас заперли в подвале кантона – после того, как вас оттуда выпустят, вы на какое-то время переезжаете в подвал школы без права получения карманных денег на неопределенный срок. Особенно, если мне придется возмещать ущерб за сотворенную вами в городе дичь.

Опять же никто не удивился, правила им казались логичными, понятными и справедливыми.

– Некоторые занятия у вас будут в кулинарной школе рядом с Дольчевита и в Лаукаре на пляже.

На этой фразе мальчишки остолбенели.

– Да, господа, я собираюсь учить вас серфингу, – со своего дивана поднялся Дарк, – Это полезно для здоровья, развития координации и навыков понимания ветра и волн.

– Это потрясающе, – еле выговорил от шока Гордор.

– Серфингу? Нас? В Лаукаре? – Аримар задохнулся от полноты чувств.

– Примерно раз в пять дней, да, вас, серфингу, в Лаукаре, – спокойно повторил Дарк.

Дамард и Гай понимали, что их друг с трудом сдерживает смех. Они его давно знали, однако мальчишки видели лишь спокойствие и невозмутимость.

– На занятия по серфингу вас нужно будет доставлять в Лаукар, поэтому опаздывать к месту встречи не рекомендую, – договорил Гай, – А вообще, о занятиях мы еще поговорим не раз, пока скажу лишь, что ваши занятия будут с девяти до часу утром и с двух до пяти-шести во второй половине дня. Расписание я вам раздам позже. Сейчас вернусь к бытовым вопросам. Ваши личные вещи должны жить в ваших комнатах. Все раскиданное и забытое в гостиной, столовой, купальне, ванных и классных комнатах имеет право считаться потерянным и ничейным, то есть я могу это выбросить вам в назидание или забрать себе. Также любой нашедший чужую вещь имеет законное право в дальнейшем считать ее своей, нечего кричать потом, что вас ограбили. Однако, если кто-то украдет чужую вещь у кого-то из комнаты, считайте, остался без карманных денег на полгода. Воровство невыгодно. Вы должны это хорошо усвоить. Я легко узнаю, имело ли место воровство или нет. И последний момент, – вспомнил Гай, – возможно, у вас появятся друзья или подруги в городе. Вас будут приглашать в гости. Это не возбраняется. Вы можете даже оставаться в гостях на ночь, если заранее в письменном виде представите мне согласие хозяина дома, куда вас пригласили, принять вас у себя. Даже если вас приглашает Эрмир на мою дачу в Лаукаре.

– Сам будешь писать согласие? – все же не выдержал, хихикнув Дарк.

– Именно. Я же забуду сорок раз, если не заставлю себя это где-то записать.

Все смеялись, кто-то вслух, кто-то про себя. Мальчишки расслабились.

Спустя пять минут Дарк, Дамард и Малика перенесли Гая и всех его подаванов ко входу в недавно перестроенное и отремонтированное здание. Вверху, под самой крышей, крупными буквами из цветной плитки было выложено слово – Дольчевита. Само здание теперь было облицовано черным мрамором с яркими светло-голубыми прожилками. Цветные буквы названия школы были хорошо заметны. Эрмир решил, что названия домов на материке Шард – отличная идея и Гай с ним согласился.

В холле будущих учащихся встретила Арикарда, доделывавшая камин в гостиной и три слуги каро. Слуги поклонились и немедленно удалились. Арикарда обняла Гая и тоже попрощалась, они с Дарком планировали походить по магазинам перед скорым переездом на зиму в Лаукар.

Малика и Дамард отправились в кулинарную школу, у них были свои дела.

Гай провел своих учеников по всей школе, все показал, все объяснил. Три этажа и четвертый подвальный. В подвале теперь, помимо кухни и квартир каро, была ведьмацкая купальня – четыре душевых комнаты, выходящие к бассейну, а также комната наказаний – крошечная каморка-спальня с примыкавшей не менее крошечной уборной, закрывающаяся на железный засов, который почему-то был приделан так, что легко открывался как снаружи, так и изнутри. Всем мальчишкам ведьмакам эта комната показалась обычной спальней в подвале. Они прекрасно поняли, едва заглянув туда, что наказаний в привычном им смысле слова в школе не подразумевается. Сидеть в подвале за серьезную провинность в комнате, которая даже толком не запирается – это чисто аркельдская версия наказания.

На первом этаже разместилась просторная общая гостиная, она же библиотека – большие удобные диваны, книжный шкаф, кресла у огромного камина. Юмирш и Сальер сразу углядели на низком столике у витражного арочного окна коробки с настольными играми. Чакуриеш ухватил из книжного шкафа книгу о «кулинарных путешествиях», а Гордор ахнул от восторга, заметив сразу несколько книг Юны.

В столовой был только стол на шестнадцать персон и огромный шкаф с посудой, столовыми приборами и всевозможными салфетками. Еще на первом этаже обнаружился кабинет верховного магистра и небольшая уборная между гостиной и лестницей наверх.

– Чтоб никто не обосрался, пока бежал до второго этажа, – глубокомысленно прокомментировал Аримар, тут же получив пинок от идущего с ним рядом Гордора.

Гай хрюкнул от смеха, но решительно проигнорировал как это замечание, так и действие другого своего ученика.

На втором этаже были две учебные аудитории, еще одна уборная, гимнастический зал, он же для отработки заклинаний и занятий с оружием. Тут были шкафы с тренировочным оружием и сложенные стопкой в углу матрасы, для смягчения падений. Следующий зал оказался для занятий музыкой. Тут стоял настоящий рояль, стоивший Гаю целое состояние за скорость изготовления, на полках под стеклом лежали скрипки, альты и гитары. Тут мальчишки застряли надолго. Гай их не торопил. Чакуриеш вцепился в гитару, Аримар засел за рояль, Юмиршу больше понравилась скрипка, а Сальеру альт, Гордору и Эйдараду нравилось абсолютно все.

«Зачем их вообще учить музыке?» – усмехнулся про себя Гай, услышав довольно сложный и красивый перебор клавиш, очень похожий на настоящую, полноценную мелодию от того, кто пять минут назад впервые увидел рояль.

– Мы будем этому учиться? – восхищенно воскликнул Юмирш.

Гай лишь кивнул. Только спустя полчаса они вернулись к осмотру школы и прошли на третий жилой этаж. Жилые комнаты получились достаточно просторными. В каждой стояло по две кровати, по два письменных стола, соответственно, по два стула, с обеих сторон двери разместились встроенные шкафы с зеркальными дверцами. Между кроватями стояла длинная тумбочка-комод с многочисленными ящиками, с каждой стороны которой лежала коробка с мелкими бытовыми вещами. На стенах у кроватей висели светильники, и часы-будильники.

Все жилые комнаты были одинаковые, кроме одной, с сиреневым потолком и витражным окном с рисунком птиц.

– У нас будут жить еще и девчонки? – удивился Чакуриеш.

– Когда-нибудь, но не в ближайшее время – пожал плечами Гай, не уточнив, что просто перепутал рисунок витража, и вместо обычного нейтрального заказал «птичек», каких часто делали в своих апартаментах молодые девушки.

Кроме шести жилых комнат на третьем этаже обнаружились три небольшие, но удобные ванные комнаты, совмещенные с уборными.

– Никто не обосрется, туалетов навалом, – едва слышно усмехнулся Аримар и вновь получил тумак от приятеля.

– Если кто-то все-таки сподобится, сам будет убирать, – с убийственной серьезностью предупредил Гай.

После того, как все выбрали себе жилье, Гай показал им, где в шкафу лежат одеяла, комплекты постельного белья, полотенца и выдал им еще и по коробке с канцтоварами.

Потом все вновь спустились вниз, осмотрели небольшой закрытый двор для тренировок на воздухе, прошли в кабинет верховного магистра, где получили огромный ворох одежды и по четыре пары обуви: летние полуботинки, зимние сапоги, кроссовки и домашние туфли. Все это наставник немедленно подогнал каждому по размеру.

Этого мальчишки тоже не ожидали. Гордор, Сальер и Эйдарад признались, что никогда прежде у них не было такого количества одежды. Целых пять отличных рубашек, по два форита, по два жилета и по пять брюк. Ужас, как много. Остальные промолчали, видимо, не посчитав это количество «отчаянной роскошью», однако качеству тканей удивились абсолютно все мальчишки. Таких дорогих вещей не было прежде ни у кого из них. Еще больше поразило то, что всем теперь полагались личные леталки – гиры.

Когда эмоции улеглись, Гай потащил весь свой ученический состав показывать дорогу от школы до своего дома. Долетели на этот раз на гирах, медленно и подмечая все улицы и ориентиры, разделяющие Дольчевита и дом верховного магистра.

– Я хочу, чтобы вы знали, куда бежать, если у вас что-то случается, – объяснил Гай, – я не буду жить в школе, но это не значит, что вам не к кому обратиться за помощью. Мало ли что…

– Вдруг родня вспомнит, – зло хмыкнул Чакуриеш.

– Особенно в этом случае, – подтвердил Гай, – Я не для того все это затеял, чтобы кто-то мешал вам дальше жить. Я ваш опекун и больше никто никаких прав на вас не имеет. Всех, кто не согласен с этим, я смогу переубедить. Потому мне важно знать, что вы найдете дорогу к моему дому в нужный момент.

– Я запомнил. Я точно найду, – кивнул Аримар, – Я найду любое место, если однажды там побывал.

– Он мастерски ориентируется везде, – подхватил Эйдарад, – никто как он не может.

– И это отлично, – подытожил Гай.

На следующий день он объяснял школьные правила пришедшим в школу с родителями оставшимся ученикам. Дариэля привели за руку Эвар и Даника. Вместе с Кирьяром пришли его мать и отец, Викроуда привел отец, а Крейдара семья его матери.

Было много слез и трогательных слов. Эйдарад повис на матери и долго не мог отлепиться от нее, та плакала от счастья. Мать Кирьяра горячо поблагодарила Гая за «бесценную неоплатную услугу». Родители близнецов и Кирьяра прошли с ними на третий этаж и долго еще беседовали с детьми в их комнатах. Отец Викроуда, осмотрев школу, по-настоящему успокоился. Дариэль легко вписался в ведьмацкую «тусовку». Эвар и Даника взяли на себя роль его покровителей, настоятельно порекомендовав обращаться к ним за любой помощью. Гай по просьбе Эвара оформил Дариэля как временно опекаемого. А самого Эвара и Данику как официальных представителей ребенка, отдающих его под временную опеку верховному магистру школы. Заодно Эвар и Даника оплатили обучение за год и сделали «добровольное, анонимное, безвозмездное пожертвование» в 10 тысяч ашинов. Над словом «анонимное» в шапке расписки, переданной Эваром Гаю в руки, все трое смеялись особенно громко и долго.

Таким образом, Викроуд, Крейдар и Дариэль могли свободно покидать школу на неучебные дни и каникулы, Кирьяр тоже, но под письменное разрешение на это Гая. Однако всем без исключения своим нынешним студентам Гай решил выделять карманные деньги и оплачивать целиком все вещи из списка необходимых, в том числе одежду, обувь и леталки.

Викроуд и Дариэль обрадовались, узнав, что их все же будут учить воинскому мастерству. Викроуд поселился в комнате с Чакуриешем, они оба были самые взрослые из учеников Дольчевита. Кирьяр оказался в одной комнате с Дариэлем и оба остались тем довольны.

Родители Крейдара, Кирьяра и Викроуда быстро познакомились, и, ни о чем друг друга не спрашивая, сразу поняли все друг о друге. Все личные семейные истории в чистокровном мире были широко известны. Мать Крейдара и Эйдарада из клана Лайя знала историю загадочного происхождения детей Ноюры из клана Крист, «восставшей из мертвых» три года назад и сразу заключившей брачный союз с немагом из клана Шуари, из-за которого когда-то якобы погибла. Отец Викроуда знал о побеге Эйдарада с Шарда, Джар и его жена знали о злополучной школе, организованной бывшими пиратами, они общались с сестрой Киарда, тоже из клана Крист, порвавшей когда-то отношения с большей частью чистокровного мира. И все они знали о Гае – одиозном аркельде, глубоко увязнувшем во всех аспектах чистокровного сообщества, благодаря наличию у него ученика – чистокровного ведьмака Эрмира, воплощения Мертвого Ветра.

Мальчишки познакомились друг с другом и не обнаружили «непримиримых противоречий». Неожиданно выяснилось, что Аримар много знает об особенностях жизни и традициях чистокровных калатари на земле Хахад. Аримар вообще знал слишком много для ведьмака, кажущегося всем грубоватым и простым балбесом.

Остаток дня прошел в бесконечных разговорах. Гаю удалось выставить вон родителей своих учеников только ближе к девяти вечера. Сам он еще возился какое-то время с бумагами об опеке, расписанием занятий, и прочими «магистерскими делами». Домой отправился только в десять, навесив на дверь магический замок, чтобы «шуршеры не разбежались в ночи». На самом деле, этот замок предупредил бы его обо всех попытках влезть внутрь тоже, особенно, о злонамеренных.

Дома Эрмир заставил его подробно рассказать обо всем, что было днем, и сам поделился новостями из Сайнз: о друзьях, занятиях и сплетнях. У Коромэлла вновь в семье было горе. Лис-старичков больше не осталось, все ушли друг за другом «на радугу», розовый сад опустел.

Волрклар решил написать о своих лисах книгу, чтобы никогда не забывать, какими они были – его первые магические лисы Эфирного леса.