Красные яблоки

–Да что же это за… – пробормотала я со злостью.

Телефон,скользнув между пальцев в третий раз, ради разнообразия отправился в свободноепадение на пол, а не в глубины сумки. Я уже на автомате сунула руку в сумку. Ввисок снова кольнуло, и я рефлекторно сжала пальцы, под которыми словно извоздуха материализовался некий предмет.

Передглазами потемнело. Потом темнота рассеялась.

–Поймал! – воскликнул Марк.

Яустало кивнула. Со зрением и с давлением у меня всё было в порядке – это Марк,проявляя чудеса ловкости и реакции, перекрыл обзор. Причиной усталостинаверняка стал откат после скачка адреналина – разбитый телефон добавил бы мнепроблем!

Яшлёпнула на стойку свою добычу и даже не удивилась тому, что ей оказаласьпаспортная карточка, а не ненужный уже пропуск в клуб. Забрав у Марка свойтелефон, я бросила его в сумку и кивнула в знак благодарности.

– Всёв порядке, – смягчившимся голосом произнесла медсестра, выкладывая на стойку моюкарточку и один единственный лист для Риты.

Яодарила медсестру не самым ласковым взглядом. Ради этой жалкой бумажки пришлось…Я усилием воли прервала нытьё, затолкала документы в сумку и выдавила из себяулыбку, в попытке переключиться с волны раздражения на более конструктивную.

–Проводить?

Я кивнулана предложение Марка и направилась к двери на лестницу. Марк отстал от меня, притормозивперед лифтами. Краем глаза я увидела, как он протянулся к кнопке вызова.

–Что за… – Марк опустил руку.

Лифтыснова встали.

–Чертовщина какая-то! – возмутилась медсестра за стойкой и с силой застучала покнопкам телефона. Как только стук стих, она зарычала в трубку: – Вы чем тамзанимаетесь?!

Маркбыстро сориентировался в ситуации и успел открыть для меня дверь. Я ещё разблагодарно кивнула. Если Марк иногда общался улыбками, я, кажется, осваивалаязык кивков.

Вмолчании мы спустились на один этаж. Я обернулась, сама не зная зачем, иувидела побелевшее лицо Марка. Прижав руку к груди, он пятился к стене.

– Чтос вами? – спросила я.

Маркпытался сделать вдох, но безуспешно.

Мы находилисьв больнице, и позвать на помощь было так естественно и правильно, но я это несделала. Я ощутила непоколебимую уверенность в том, что Марк умирает, но врачине смогут ему помочь. Эта иррациональная уверенность породила страх, но даже онне заставил меня закричать или броситься за помощью. Моё тело налилосьневероятной тяжестью. Единственное, что я могла, – это смотреть. Мой взгляд вопрекимоей воли скользнул по руке Марка, которой он держался за сердце. Я зачем-топрищурилась и сквозь кружево ресниц увидела, как между пальцев Маркапротискивается, извиваясь полупрозрачными щупальцами, нечто чёрно-бурое. Я сужасом поняла, что в субботу в ресторане наблюдала не игру света и теней, а вотэто! Чем дольше я смотрела, тем более материальным становился объект. Я широкораспахнула глаза в надежде, что морок рассеется. Не помогло.

Маркмедленно сполз по стене на пол.

– Тыбудешь стоять и смотреть, пока он не умрёт? – раздался позади приятный женскийголос, от которого моя кожа покрылась мурашками.