Стань светом в темном море. Том 3
– Я тоже. При первой же возможности уволюсь отсюда на фиг.
– И я. Хочу выбраться отсюда. Здесь так страшно, так ужасно… А теперь еще волосы в крови. Вдруг тот мужчина чем-то болен? Вдруг я чем-то заразилась? Придется все отрезать.
– Серьезно? Прям все?
– У меня форма головы красивая, мне можно.
Шмыгнув носом, Туманако снова намочила волосы, намылила и ополоснула. Терла аккуратно, но было понятно – будь ее воля, она бы всю голову в раковину засунула.
Ноги казались тяжелыми, как каменные глыбы. Ухватившись за раковину, я с трудом поднялся, чувствуя себя поломанным роботом. Видимо, из-за перегруза организм просто сдался.
Глядя на Туманако, я попытался придать голосу бодрости и сказал:
– Спасибо, Туманако. Я выжил только потому, что ты помогла мне спрятаться.
– Все уже попрятались, а ты один в коридоре болтался. Места за автоматом не было, что ли?
– Нас там было четверо мужчин – слишком тесно.
– Ну и что? В таких ситуациях хоть обнимайся, хоть на головах друг у друга стой, но прятаться надо вместе. Что это вообще было?
Почему-то именно эти слова – «прятаться надо вместе» – будто согрели изнутри. Туманако говорила на английском, но я слышал их на корейском. И смысл от этого будто стал глубже. Когда сказано от души, язык уже не имеет значения.
Я вспомнил, как Пэк Эён каким-то чудом освободила для меня место, а Никита ни слова не сказала в упрек. Впрочем, я бы не обиделся, если бы они меня выгнали. Потом вспомнил, как Син Хэрян открыл огонь по автомату. Объяснить сложно, но почему-то мне стало легче на душе. А ведь он из тех, кто в такой ситуации, казалось бы, будет жалеть каждый патрон. Почему он стрелял? Ведь пули могли задеть кого-то рикошетом.
– Ты права, Туманако. Полностью права.
Слезы текли по лицу, и вместе с ними из меня вышло все, что я до этого держал в себе.
Туманако шумно высморкалась, ополоснула руки и ответила:
– Ладно. В следующий раз, если тебя снова попытаются выгнать, маши руками и кричи, что за автоматом кто-то есть. Понял?
Теперь на лице осталась только усталая улыбка. Ах… как же неловко. Расплакался, а теперь сижу и улыбаюсь как дурак. Подумать только, взрослый мужик, а эта проклятая станция в который раз довела меня до слез. Смешно. Раньше я таким не был. Но теперь, когда вижу добрых людей, почему-то сразу хочется плакать.
Вдруг мне отчаянно захотелось увидеть Ким Гаён. Если они с Ю Гыми откроют пекарню, я устрою стоматологический кабинет в том же здании. Буду захаживать к ним за булочками каждый день. Нет, трижды в день. Буду хорошо зарабатывать и помогать с пекарней.
Я снова умылся, кое-как вытерся и, ковыляя как столетний дед, вышел из туалета. Похоже, времени прошло немного – все были на прежних местах, разве что Такахаси и Сато теперь сидели на полу, связанные паракордом. Особенно досталось Сато: Со Чжихёк заткнул ему рот стропой, как кляпом, и, пока Син Хэрян листал что-то на планшете, с размаху ударил пленника по затылку. Раздался глухой звук – удар был от всей души.
Сато рухнул на бок и, лежа на полу, устремил на Со Чжихёка злобный взгляд. Тот обернулся к Такахаси и, будто ничего не произошло, спокойно спросил:
– Ты правда не видела нашу Чжихён? А нашего высокого зама? Не смотри на своего начальника, просто говори как есть.
– Не знаю.
– Подумай хорошенько. Может, мельком видела ее утром?
– Говорю же, не знаю.
Со Чжихёк устало выдохнул, а Такахаси вдруг слегка улыбнулась:
– Почему ты спрашиваешь у нас про свою команду?
– Хороший вопрос. – Со Чжихёк на мгновение замолчал, а потом продолжил: – Почему по дороге сюда вы вдруг начали ломать камеры? До этого носились по станции, как обезьяны, ни на что внимания не обращали.
– Не знаю. А. Сейчас вспомнила. Кажется, я все-таки видела Чжихён.
– Что? Где?!
– Кажется, она побежала в сторону Чхоннёндона.
– Правда?!
– Ага. Неслась, как кабан.
Со Чжихёк поморщился. На него упала тень – он обернулся и увидел рядом Син Хэряна, который молча смотрел прямо на него.
Чжихёк неловко усмехнулся и, хотя никто его ни о чем не спрашивал, поспешно пробормотал:
– Вы же сказали связать руки и заткнуть рот. Я почти закончил.
Он заткнул рот Такахаси кляпом из паракорда, повернулся к Син Хэряну и нетерпеливо проговорил:
– Такахаси сказала, что видела наших в районе Чхоннёндона. Может, они и правда там?
Син Хэрян посмотрел на полное надежды лицо Со Чжихёка и покачал головой:
– Мы бы увидели на записи. Как можно выбраться из Пэкходона, пройти Центральный квартал, оказаться в Чхоннёндоне и при этом не попасть ни на одну камеру?
– Может, кто-то помог… ну вроде меня?
– Кто?
– Не знаю. Какой-нибудь ублюдок, который умудрился обвести вокруг пальца и меня, и вас, и Пэк Эён и при этом похитил именно двух гражданских женщин, которые были с нами в команде.
– Позаботься о Санхёне и Чжэхи, – помолчав, коротко бросил Син Хэрян.
Владимир подошел ближе, пристально посмотрел на японцев, у которых были связаны руки и заткнуты рты. Молча погладил Такахаси по макушке, будто собаку, потом повернулся к Син Хэряну:
– Подарочная «упаковка» была совсем не обязательной.
– Мы забираем их с собой.
– В смысле забираем? Это они убили Дмитрия и Ирину, ты же сам слышал!
– Ты же сам слышал: это Ямасита их застрелил.
Я краем уха услышал объяснения Санхёна, тот рассказывал Карлосу, как Ямасита пристрелил Дмитрия «для тест-драйва»: хотел убедиться, что оружие работает. Он еще пытался что-то объяснить про «кирисутэ гомен» или как там его… понятия не имею, что это вообще такое.
Никита тем временем вытирала испачканное лезвие об одежду Ичиды. Глядя на его лицо, почти неразличимое под слоями крови, можно было подумать, что кто-то начертил на нем доску для игры в го. Я поспешно отвернулся.
– Задницей чую, он вешает нам лапшу на уши, чтобы не сдохнуть первым.
Владимир медленно наступил на ногу Сато, одновременно споря с Син Хэряном. Со Чжихёк, похоже, постарался на славу – японец не издал ни звука.
– Мы тоже лишились двух человек.
– Думаешь, они прибили и ваших, а потом спрятали тела? Может быть. Но японцев мы все равно забираем – у нас с ними свои счеты. Особенно с Сато. Его я подарю своей заместительнице.
Глава 174
Инженеры команды «на»
Часть 3
Сато улыбался глазами. Он что-то замычал, глядя на спорящих за него командиров, и Владимир, заметив это, слегка ослабил стропу, затянутую у него на затылке. Сато сплюнул монетку, которую все это время прятал за щекой, и облизал порезанный веревкой уголок губ. Мелькнули кривоватые клыки.
Син Хэрян метнул на Владимира осуждающий взгляд, как бы спрашивая: «Зачем развязал?» – но тот только пожал плечами:
– Зачем ему кляп?
– А ты как думаешь? Чтобы не болтал.
На фоне гнетущего напряжения Сато совершенно невозмутимо вставил:
– Вот уж не думал, что вызову такой неподдельный интерес к своей скромной особе. Похоже, давно следовало наведаться в Пэкходон с винтовкой. Простите, что раньше не проявлял к корейцам и русским должного интереса.
Несмотря на то что почти все вокруг мечтали его прикончить, Сато и глазом не моргнул. На лице у него не отразилось ни малейшего волнения. Мне вспомнилась история о том, что инженерные команды получили свои названия по результатам партии в покер. Получается, команда «На» заняла второе место?[3] Мне и Син Хэрян всегда казался человеком довольно своеобразным, но этот Сато вполне мог потягаться с ним в странности.
– А я не думал, что ты будешь разгуливать по станции и стрелять в людей, – холодно сказал Син Хэрян. – Разве ты не собирался сегодня слушать какую-то симфонию? Генделя, если не ошибаюсь?
– Генделя, да. Господин Син, я ведь не потому стреляю, что мне это нравится.
– Судя по ранениям Дмитрия и Ирины, стреляешь ты из рук вон плохо. До этого когда-нибудь боевыми стрелял?
– Я тренировался в тире, стрелял по голограммам. Как выяснилось, толку от этого немного. Жаль, конечно. Так хотелось хоть разок попасть тебе в голову.
Син Хэрян никак не отреагировал на провокацию. Только хмыкнул и спокойно перешел к следующему вопросу:
– Инженеры из команды «Ра», которые сейчас в Чхоннёндоне, сейчас заняты тем же?
– Кто знает. Хай Юн тебе не рассказывала? Она же вроде как твоя подружка. Или ты предпочитаешь разделять работу и развлечения?
Насколько я помнил, Син Хэрян говорил мне, что они с Хай Юн не встречаются. Видимо, по станции просто ходили слухи, что между ними что-то есть.
Син Хэрян проигнорировал подколку Сато и спокойно продолжил:
– У нас пропали два человека. Вы их видели?
– Они сейчас в Хёнмудоне. У нас.
– Думаешь, я поверю? Если продолжишь нести чушь, отдам тебя Никите. Она еще не слишком ловко орудует ножом – вон полоски у Ичиды на лице получились кривоваты, – но все приходит с опытом.
Сато и Такахаси одновременно посмотрели на лежащего на полу Ичиду. Рядом с ним на корточках сидела Никита – вся в крови, с ножом в руках, – и в полном молчании наблюдала за двумя еще живыми японцами.
С тех пор как Никита увидела тело младшего брата, она стала заметно молчаливее. Раньше хотя бы изредка разговаривала с членами команды, могла улыбнуться… Теперь же, казалось, что в ней не осталось ничего, кроме злости и жажды крови.
Посмотрев на нее, Сато тяжело вздохнул и повернулся к Син Хэряну:
– Я говорю правду. Они молили о пощаде, вот я и сжалился – из уважения к тебе. Мы их раздели и оставили голыми в жилом блоке.
Со Чжихёк, который дежурил на другом конце коридора, резко обернулся. Неужели он слышал разговор даже оттуда?
Не успел Син Хэрян ответить, как вмешался Владимир:
– Да? А как насчет моих людей? Ко мне у тебя уважения не нашлось?
Он смачно ударил Сато по щеке. Тот впервые поморщился, будто от мигрени, и медленно сказал:
– Что касается Дмитрия и Ирины… мне искренне жаль. Я не собирался их убивать. Строго говоря, их смерть была несчастным случаем. Но вот что действительно интересно, как вы нашли тела? Мне казалось, мы надежно их спрятали.
– Жаль, говоришь? – Син Хэрян посмотрел на него с холодным презрением. – А как ты объяснишь то, что вы намеренно вывели из строя спасательные капсулы, чтобы мы погибли при попытке выбраться?
Такахаси заметно занервничала, затравленно огляделась по сторонам, но Сато с наглой невозмутимостью пожал плечами:
– Ну… судя по тому, что вы стоите тут живые, план, очевидно, провалился. Между тем вы убили троих наших. Потерь у нас больше. Поздравляю, победа за вами.
Владимир уставился на Сато как на психа, а Син Хэрян поморщился:
– Я же говорил, что не хочу его слушать.
Сато окинул взглядом всех присутствующих, а потом посмотрел прямо на меня – я как раз проверял, дышит ли Ичида. Улыбнулся и сказал:
– Давненько не виделись, дорогой доктор.
Что это сейчас было? Брр. Я даже подумал, что ослышался. Ты чего здороваешься так, будто встретил лучшего друга, которого не видел лет десять? Мы, на минуточку, ни разу не друзья. Надеюсь, окружающие не подумают, что я заодно с инженерами команды «На».
Чон Санхён и Ким Чжэхи, которые стояли рядом со мной и смотрели в планшет, молча отошли. Прекрасно. Просто прекрасно.
– Да, с прошлого приема. По поводу брекетов мне, кстати, пока не ответили, – сухо сказал я, воздвигнув между нами невидимую стену.
А что еще тут скажешь? В голове пусто. Всем дежурным фразам вроде «Как поживаете?» или «Как вам погода?» самое место в мусорке.
Сато пожал плечами и ответил:
– Не знаю, чем вы отличились, доктор, но… вам стоит переживать не о моих зубах, а о том, как бы самому целым остаться.
Это что, угроза? Или дружеский совет? Оба командира тоже посмотрели на меня, и не сказать, чтобы их взгляды были доброжелательными.
– Если чем и отличился, то исключительно блестящей работой.
Шутки шутками, но если так подумать… Я ведь и правда ничем не отличился. Разве что позволил акуле цапнуть себя за бок, получил пулю в голову и хлебнул морской водички на годы вперед. Ну а по сравнению с Сато, который сломал капсулы и убивал ни в чем не повинных людей, я вообще святой. Лучше бы он волновался за себя: Владимир и Син Хэрян выглядели так, будто с каждой секундой все больше хотели его прикончить.
– Ну… многие с этим не согласятся, – хмыкнул Сато.
Син Хэрян махнул рукой Владимиру. Не знаю, что именно означал этот жест, но выглядел как: «Забирай, он твой». Сато посмотрел на Никиту, которая буквально пожирала его взглядом, и уставился куда-то поверх ее плеча – судя по всему, на стоявшую в стороне Пэк Эён. Потом лениво бросил:
– Если уж выбирать, то Пэк Эён нравится мне больше. В отличие от Иванова, я геронтофилией не страдаю.
Едва он успел договорить, как Син Хэрян молча без предупреждения врезал ему в челюсть. Сато развернуло на девяносто градусов, и он рухнул как подкошенный. Наблюдая за Син Хэряном со стороны, я понимал, что он сдерживался из последних сил, поэтому даже не удивился. Что ж… Для брекетов обычно нужно удалять зубы, но чтоб вот так, кулаком…
Владимир кивнул кому-то из своих, после чего Виктор схватил Сато за лодыжку и поволок куда-то в сторону. Такахаси испуганно наблюдала за происходящим. Похоже, она была уверена, что ее начальник попытается выкрутиться, будет умолять о пощаде, а вместо этого Сато выдал целую провокационную речь, проехался по всем, по кому только можно, огреб и теперь был без сознания. Такого развития событий Такахаси не ожидала. Сато же, судя по всему, с самого начала понимал, что легкой смерти ему не видать. И лишь теперь, глядя на его тело, Такахаси испугалась по-настоящему. До нее словно только сейчас дошло, что следующей будет она.
Син Хэрян кивком указал на тело Ичиды и сказал:
– Если тебя заберут инженеры из команды «Да», считай, что ты уже труп, Такахаси. Тебя не просто убьют – будут пытать до смерти.
Такахаси не поверила своим ушам – побелела, залепетала:
– Нет… я ведь… я ведь даже не стреляла по русским! Это Ичида с Ямаситой стреляли! При чем тут я? Почему я должна отвечать?!
– А камеры вы зачем по пути ломали?
Молчание.
– Ты видела моих людей?
– Они в Хёнмудоне, – после долгой паузы ответила Такахаси.
– А раньше говорила, что в Чхоннёндоне.
– Вы все равно отдадите меня русским! Даже если скажу правду!
Син Хэрян криво усмехнулся:
– Если вы расстреляли моих людей… Поверь, я могу быть куда страшнее, чем вся команда «Да», вместе взятая.
Такахаси на секунду застыла, а потом принялась лихорадочно озираться по сторонам, словно надеясь, что кто-нибудь встанет на ее сторону. Но безуспешно – не только инженеры из команды «Да», но и из команды «Ка» смотрели на него с холодом в глазах. Когда Такахаси поняла, что ни я, ни Туманако с Карлосом не станем за нее заступаться, лицо ее помрачнело.
– Я не убивала! Никогда никого не убивала! Кроме американского и канадского инженеров, нам попадались только шахтеры!
– А камеры?
– Нам приказали их ломать.
– Кто приказал?
Такахаси замялась, поморщилась и нехотя ответила:
– Представители религиозной секты. Они велели уничтожать все камеры на пути. Говорили, что через камеры можно всех отследить… Точно не помню.
– Из секты? Которая Церковь Бесконечности?
Такахаси уставилась на меня… и медленно кивнула.
Я понятия не имел, почему она так странно на меня смотрит, но внутри все сжалось от дурного предчувствия. Син Хэрян снова подал Владимиру знак, видимо означавший что-то вроде: «Забирай и ее». Николай и София подошли к японке и молча подняли за плечи. Руки у нее были связаны спереди, и сопротивляться она не могла.
– Подождите! Я думала, что пойду с командой «Ка», разве нет?!
– Если мои люди убиты, то я сам за тобой приду.
– Постой! Так нельзя! – закричала Такахаси, пытаясь вырваться, и в следующую секунду раздался выстрел.
Стрелял Со Чжихёк. Не раздумывая, я схватил за руки Туманако и Ким Чжэхи и толкнул на пол.
Глава 175
Требование
Часть 1
В конце коридора раздался крик, за которым последовал глухой звук. Со Чжихёк сорвался с места, и спустя несколько секунд по нам открыли ответный огонь. Поблизости не было ни укрытий, ни перегородок, за которыми можно было бы спрятаться. Вспомнив выставочный зал с драгоценностями, я подумал, что там по крайней мере стояли подиумы и камни, за которыми можно было укрыться. А здесь – открытое пространство. Оставалось только лежать на полу и ждать, пока перестрелка прекратится.
Выстрелы звучали со всех сторон. Похоже, Пэк Эён тоже открыла огонь. Но я не мог поднять голову, чтобы посмотреть. Как она умудрялась стрелять в такой обстановке? Видела хоть что-нибудь, прежде чем нажать на спуск? Как показал мой предыдущий опыт, в перестрелке невозможно уловить, кто стреляет, куда летят пули и вообще, что происходит. И теперь, во второй перестрелке в моей жизни, все было абсолютно так же. Только на этот раз я хотя бы не ревел от ужаса. Вот, пожалуй, и вся разница.
Все вокруг попадали на пол, обхватив головы руками и истошно крича. Туманако вопила так громко, что заглушала выстрелы, поэтому я подполз поближе и зажал ей рот ладонью. Через несколько секунд она поняла, что происходит, и замолчала. Я убрал руку.
Выстрелы хлестнули по ушам резкой очередью.
Ким Чжэхи повернулся ко мне и вдруг расплылся в кривой усмешке:
– Адреналина хоть отбавляй, да? Сегодня самый веселый день за все мое пребывание на станции!
Он находился достаточно близко, чтобы я услышал, иначе в этом грохоте было бы ни слова не разобрать: стрельба сливалась в один сплошной грохот. Казалось, что звук идет со всех сторон; если я сейчас приподнимусь, то точно словлю пулю.
Все еще сжимая голову руками – то ли в попытке защититься, то ли чтобы не оглохнуть, – я буркнул:
– А ничего, что тут пули над головой летают?
В следующую секунду что-то со свистом просвистело в сантиметре от моего плеча и ударило в пол. Черт. Еще чуть-чуть, и зацепило бы.
– В этом весь кайф, – донесся до меня непринужденный голос сквозь грохот выстрелов.
Да какой тут кайф?! Придавленная моим телом Туманако буквально тряслась от страха. Рядом, так же распластавшись, лежал Чон Санхён.
– Тебя слабоумие накрыло, хён?! – заорал он.
– А вот это уже обидно!
Я чуть приподнял голову и осмотрелся – и Син Хэрян, и Владимир тоже лежали на полу и стреляли. На другом конце коридора валялись тела в черной одежде.
С той стороны донеслось: «Прекратить огонь!» – и выстрелы мгновенно стихли. Спустя несколько секунд инженеры тоже перестали стрелять.
– Чон Санхён! – тихо, но многозначительно окликнул Син Хэрян.
– На планшете никого видно не было-о-о! – жалобно протянул тот.
Один из нападавших вдруг заорал по-английски:
– Кто вы, черт побери, такие?!
«А вы кто?» – подумал я.
По форме похожи на последователей Церкви Бесконечности, но откуда бы им здесь взяться? В прошлые разы они оставались на Второй и Третьей подводных базах.
– А сами вы кто, мать вашу?! – рявкнул в ответ Николай, тоже на английском.
На той стороне замешкались, но потом один из них раскрыл карты:
– Мы – последователи Церкви Бесконечности, захватившие Подводную станцию! А вы кто?
Ага. Значит, угадал. Но… погодите-ка. Зачем им было спускаться?
Николай, похоже, слегка растерялся – повернулся к своим и шепотом спросил:
– Что за Церковь Бесконечности? Что? Никто не знает? Да, я тоже не в курсе. – Потом он повернулся к своему командиру. – Что отвечать, шеф? Правду?
– Скажи, что мы японцы, – отозвался Владимир. – Здесь вроде только у японцев и китайцев есть оружие.
Син Хэрян, не обращая внимания на болтовню вокруг, медленно пополз в сторону одного из автоматов.
– Мы японцы! – заорал во все горло Николай.
На русском.
Боже мой.
Син Хэрян даже замер на секунду – кажется, не ожидал такого поворота, – потом тяжело вздохнул и пополз дальше. Ким Чжэхи прыснул со смеху, уткнувшись лицом в пол. Владимир весь покраснел и метнул на Николая такой взгляд, что воздух вокруг будто стал холоднее.
Откуда-то из угла Карлос вдруг рявкнул:
– Сдурел?! Зря я связался с этими русскими…
Николай озадаченно огляделся, не понимая, почему все вокруг так странно реагируют, а потом осознал, что слово в слово повторил фразу Владимира. Лицо у него вытянулось.
Я приподнял руку. Никто не выстрелил. Тогда я приподнял голову и осмотрелся. Вдалеке, укрывшись за колонной, сидел Со Чжихёк с оружием наготове и целился в противника. Поймав мой взгляд, он махнул рукой – видимо, хотел сказать что-то вроде «ползите сюда». Я вдруг подумал, что за все время с начала перестрелки они с Пэк Эён вообще не произнесли ни слова.
Я коснулся спины Туманако и указал на Чжихёка. Потом легонько похлопал Чон Санхёна по ноге, чтобы показать, куда двигаться. Тот недолго думая сунул планшет себе за спину и пополз вбок.
И тут, спустя несколько секунд тишины, один из последователей Церкви Бесконечности вдруг закричал:
– Инженеры из команды «Да»? Раз у вас оружие, значит, отобрали у команды «На»?
– Спаси-ите-е-е!! – во все горло закричала Такахаси, умудрившись выплюнуть кляп.
Державшая ее София то ли была ранена в перестрелке, то ли просто не могла с ней справиться, – японка вырывалась изо всех сил. Ее истошный визг мгновенно наполнил Центральный квартал, и Никита без раздумий всадила ей нож в шею. Ким Чжэхи остановился и затрясся от смеха, будто происходящее его искренне развеселило.
Крик оборвался, и в коридоре снова повисла гробовая тишина.
– Похоже, и правда отобрали, – неуверенно сказал кто-то из сектантов. – Господин Сато еще жив?
Кажется, вон то тело возле Виктора и было господином Сато. Я снова похлопал Ким Чжэхи по ноге, но он не отреагировал. Тогда я постучал по спине.
– Чжэхи! Эй, Чжэхи!
Он повернул голову, взглянул сначала на меня, потом на Чон Санхёна, который уже уполз далеко вперед, оценил обстановку и последовал за ним.
– Считайте, что мертв! – крикнул Владимир. – Зачем вы захватили станцию?
– Не ваше дело! Мы кое-кого ищем! Хотите жить – сотрудничайте!
Ответ от тех, кто минуту или две назад палил по нам без остановки, прозвучал как ультиматум.
Владимир, не сдерживая злость, рявкнул:
– Да пошли вы!
Я тем временем добрался до колонны, за которой укрывался Со Чжихёк, и заметил, что он ранен: левый рукав насквозь пропитался кровью.
– Вас задели?
– Царапина, – спокойно ответил Чжихёк, не отрываясь от прицела. Потом повернулся ко мне и вдруг спросил: – Вы, случаем, не умеете оперировать огнестрел?
Как они все представляют себе обычного корейского стоматолога? Конечно же не умею.
– Нет.
– Ясненько.
– А что случилось?
– Там, за автоматом с печеньем, должна быть Эён. Но она не откликается и не выходит.
Так вот почему Син Хэрян направился в противоположную от Чжихёка сторону, – он искал Эён.
Чон Санхён спрятался за Чжихёком и спросил:
– И что нам теперь делать, хён?
– Что-что… – устало пробормотал Со Чжихёк. – Валить надо. На камерах что-нибудь видно?
– Похоже, японцы разбили все камеры в Центральном квартале. На экранах все черное.
– А где не разбили?
– Эм… ща, подождите.
– И отмотай назад те, что целы. Вдруг там засада.
Пока Чон Санхён лихорадочно листал изображения на планшете, один из последователей Церкви Бесконечности закричал:
– Среди вас есть человек по имени Пак Мухён?
У меня чуть сердце не остановилось. Я даже не сразу понял, что услышал, – настолько абсурдно это прозвучало. Что?.. Почему я?!
Туманако, Ким Чжэхи и Чон Санхён дружно уставились на меня. Только Со Чжихёк как ни в чем не бывало продолжал целиться из винтовки.
Теперь я прекрасно понимал, почему несколько минут назад Николай растерялся. Сложно быстро соображать, когда на тебя орет террорист из религиозной секты.
Я тоже не нашел ничего лучше, кроме как спросить у остальных:
– Как лучше ответить?
Первым порывом было крикнуть, что я здесь, но в следующую секунду до меня дошло: а точно стоит светиться? Оно мне надо? Удивительно, но в этот момент моя уверенность в себе испарилась без следа.
Туманако быстро зашептала:
– Может, скажем, что тебя здесь нет? Сомневаюсь, что они пришли обниматься.
– А если скажем, что нет, и они снова начнут стрелять?! – вмешался Чон Санхён.