Вольный лекарь. Ученик. Том 3

— Какого рожна по трактирам ходить, если есть не собираешься? Мог бы и дома чаю попить, — за ней с силой захлопнулась дверь.

Я занял стол в углу и принялся ждать. Кухарка чай так и не принесла. То ли забыла, то ли намеренно не стала тратить на меня время, ведь чашка чая стоила всего пару копеек.

Просидел я не меньше часа, а Фекла так и не объявилась. А может, она нас увидела и сбежала через вторую дверь? Или сидит в одной из комнат и ждет, когда мы уйдем?

Взглянув на часы, висящие на стене, я понял, что ждать больше не могу. Мы договорились встретиться с Сергеем и Полиной в «Губернской библиотеке».

Я вышел на улицу, где увидел Семена, слоняющегося неподалеку.

— Ну что? Она там? — бросился он мне навстречу.

— В трактире ее не было. Больше ждать не могу. Надо возвращаться. Если хочешь, оставайся и карауль мачеху дальше.

— Останусь, — решительно кивнул он. — Уж я выведу ее на чистую воду и докажу отцу, что из нас двоих только она — лгунья.

Я велел держаться подальше и не привлекать внимание, если она появится, и двинулся в сторону дома. Город уже проснулся, поэтому дороги заполонили люди, лошади и различные экипажи. Вскоре ко мне подъехал наш сосед-охотник на телеге с впряженной старой лошаденкой.

— Тпру-у-у! — выкрикнул он и понатянул на себя вожжи. — Садись, знахарь, подвезу.

— О, спасибо! — обрадовался я, ведь идти оставалось не меньше двух километров.

Взобравшись на телегу, опустился на доску рядом с охотником.

— Волчью шкуру я скорняку продал задешево, но могу поделиться, — предложил он.

— Не надо, оставьте себе.

— Уже узнали, кто над вами так подшутил? — он с любопытством посмотрел на меня.

— Пока нет, — мотнул я головой, и при воспоминании о неизвестном недоброжелателе сразу испортилось настроение.

— Волк в капкан попался, там его и добили.

— Откуда знаете?

Сосед с насмешкой посмотрел на меня.

— Как же не знать, если с малолетства охочусь? Да и видно было сразу. Левая задняя лапа сломана, и раны остались от зубцов капкана. А добили чем-то тяжелым по голове. То ли камнем, то ли кувалдой. Одного удара хватило.

— Ясно, — кивнул я, хотя мне стало не по себе от таких подробностей.

Неужели кто-то целенаправленно пошел добывать волка капканом, чтобы потом подбросить под нашу дверь? Зачем? Что он хотел этим сказать? Загадка.

Сосед довез меня до дома. Я поблагодарил его и прошел в калитку. На крыльце сидела Алевтина и играла с щенком клубком шерсти.

— Как ты себя чувствуешь? — участливо спросил я.

— Хорошо, — еле слышно ответила она, даже не взглянув на меня.

— Есть хочешь?

— Хочу.

— Я сейчас приготовлю, и будем кушать.

Я зашел в дом и увидел недовольного Ерофея, который разжигал огонь в печи.

— Где шляетесь? Проснулся — ни одного, ни второго нет. Печь не топлена, — проворчал он, чиркая спичкой.

— Заняты были, — ответил я, перебирая мешки с крупами.

— Заняты, — передразнил он. — Все какие-то дела за моей спиной проворачиваете.

— Никаких дел. Просто у Семена проблемы дома, вот и пытаемся решить, — пояснил я.

— Ага, проблемы… а домашние дела сами сделаются, пока вы там с чем-то разбираетесь? Ещё и от девки в доме толку никакого. Могла бы помочь, пока вас нет, а то просто сидит, сложив белы рученьки.

Я не стал отвечать. Не хочу ничего объяснять этому человеку, все равно не поймет. Он делит людей на полезных и бесполезных, на богатых и бедных. Иногда мне кажется, что он никогда никого не любил и уже не полюбит. Слишком сухое и жесткое у него сердце.

Наскоро приготовив завтрак, покормил Алевтину и щенка, сам съел на ходу булку с молоком и поехал к библиотеке. Полина с Сергеем уже сидели в читальном зале.

— Мы тебя заждались, — недовольно сказал Сергей. — Я для тебя подобрал список литературы, обязательной к прочтению. Могут попасться вопросы по этим произведениям на экзамене.

Он указал на стопку книг, при виде которой я не смог сдержать тяжелого вздоха. У меня совсем нет времени на чтение, а уж такое количество книг я точно не одолею.

— Не переживай. Если что-то не успеешь прочитать, я тебе вкратце расскажу, — улыбнулась мне Полина.

Я хотел сказать, что ей придется все книги мне пересказывать, но не стал пугать ее раньше времени.

Мы продолжили с Сергеем проходить арифметику. Он оказался довольно терпеливым учителем, и если я с первого раза не понимал, то повторял столько раз, сколько требовалось.

Через час, когда у меня от задачек уже начал закипать мозг, Полина, которая тоже готовилась к экзаменам, позвала нас прогуляться и перекусить. Мы согласились.

— А ты головастый, — с уважением посмотрел на меня Сергей, когда мы вышли на улицу и двинулись к ближайшему трактиру. — Думал, будет хуже, но ты схватываешь на лету. Молодец.

Я лишь пожал плечами, ведь не считал так. Каждый раз, когда признавался, что чего-то не понял, готов был под землю провалиться от стыда.

Мы сытно поели и вернулись в библиотеку. На этот раз Сергей, развалившись в кресле, читал какую-то толстую книгу, а к обучению приступила Полина. Она поставила передо мной чернила, перо и лист с расчерченными линиями. Если читал я более-менее сносно, то писал очень плохо. Именно с чистописания она и решила начать. Признаться, я не припомню, когда так сильно уставал. Каждая закорючка, выводимая неподготовленной рукой, давалась с трудом.

— Неплохо, — похвалила она, когда посмотрела на результат моего труда — исписанный лист. Я переписал отрывок из произведения Гомера.

— Завтра мы с отцом едем по делам в Ангарск. И нас не будет три дня, — сказал Сергей и захлопнул книгу. — Занимайтесь без меня.

— Завтра я тоже не смогу, — мотнула головой Полина. — Подруга пригласила погостить в их поместье. Вернусь только послезавтра вечером. Но тебе будет чем заняться, — она взглядом указала на стопку книг.

Библиотекарь, который торопился уйти на обед, обрадовался, узнав, что мы уже закончили. И даже отдал мне все шесть книг, хотя по правилам было разрешено только три. Он перевязал их бечевкой и торжественно вручил, будто это был кубок:

— Перед вами — ключ к новым мирам и знаниям. Пусть каждая страница вдохновит на смелые идеи и приведет к открытиям, которые изменят вашу жизнь. Желаю, чтобы эти книги стали верными спутниками в путешествии по просторам фантазии.

— Ага, — грустно вздохнул я, приняв этот «дар».

— Верните не позднее, чем через месяц. Иначе придется платить за каждый день задержки, — строго проговорил библиотекарь и обвел остальных взглядом. — Все, я ухожу на обед. Выметайтесь.

Кроме нас в библиотеке было еще два молодых человека, которые повозмущались, но вслед за нами покинули здание Губернской библиотеки.

Поблагодарив своих новых друзей, я сел на Гнедую и поехал домой.

Как обычно люди уже с нетерпением ждали моего возвращения. Алевтина выбежала навстречу и так же, как делал Семен, взяла лошадь под уздцы и повела к сараю.

— Сема еще не вернулся? — удивился я.

Девушка помотала головой и любовно погладила лошадь по морде. Гнедая шумно выдохнула и уткнулась носом ей в плечо. Похоже, они нравятся друг другу.

Прихватив с земли щенка, который так и норовил забежать лошади под копыто, я зашел в дом.

— И куда ты все ездишь? — раздраженно спросил Ерофей, застегивая халат. Наверняка в окно увидел, что я приехал и готовился начать прием.

— В библиотеку, — ответил я и поставил стопку книг на стол.

— Пф-ф-ф, что еще удумал? На черта глаза портить? Еще столько понабрал, что на год хватит, — он просмотрел корешки книг. — Ну и муть.

Я убрал книги в спальню и пошел за первым больным — женщиной с цветочным именем Лилия.

— Моя подруга сказала, что вы ее дом рунами обезопасили, — несмело произнесла она, обращаясь ко мне. — Сказала, что после этого у нее дела в гору пошли. Она с приезжим купцом познакомилась и собирается поехать к нему в гости в Воронеж.

— Рад за нее. А вас что привело к нам?

— Я замуж выхожу, — она вдруг покраснела и опустила глаза. — Не хочу, чтоб со мной было то же самое, что с ней. Можете мне сделать какой-нибудь оберег?

— От смерти обереги не помогут. Да и на судьбу никак не повлияют. С чего вы решили, что повторите ее судьбу?

— Не знаю, просто боязно мне. Я даже свой кулон принесла, чтобы вы на нем руну нарисовали, — Лилия сняла с шеи цепочку и протянула мне. — Пожалуйста, мне так будет спокойнее.

Ерофей прислушивался к нашему разговору и с интересом наблюдал за моими действиями. Я взял цепочку с кулоном, нарисовал руну и вернул владелице.

— И все? Так просто? — удивилась она.

— Да. Ничего сложного в этом нет.

— Сколько вы с меня возьмете?

— Десять рублей! — вмешался Ерофей. — Это уникальная руна, которая спасет вас от всех бед и несчастий. С ней вы можете не только замуж выходить, но и в путешествие отправиться — с вами ничего не случится.

Он говорил с жаром и так убедительно, что и я бы поверил.

— Десять рублей? — задумчиво переспросила Лилия и полезла в вязаную сумочку за кошельком. — Столько у меня с собой нет. Могу отдать шесть рублей тридцать четыре копейки. Остальное завтра принесу.

Я возмущенно уставился на лекаря, который снова сует нос не в свои дела. Мы же договорились, что я определяю стоимость услуг. Однако лекарь даже не посмотрел в мою сторону.

— Давайте сколько есть. Но не забудьте донести остальное, — Ерофей уже двинулся к ней, протягивая руку, чтобы взять деньги, но я резко встал со своего места и преградил ему путь.

— Нисколько не надо.

— Что? Почему? — женщина переводила напряженный взгляд с меня на Ерофея и обратно. Лекарь же недовольно поджал губы, но промолчал.

— Как я уже сказал, руна не сможет повлиять на судьбу, но удачу привлечёт. Пусть это будет от нас свадебный подарок.

— О, спасибо! Я вам так благодарна! — обрадовалась она и поспешила к выходу. — Я так и знала, что вы — честные и благородные люди. Только таким могут быть подарены такие сильные магические способности. Огромное вам спасибо!

— Милочка, отправьте к нам своих подруг и родных! Мы и им поможем! — крикнул ей вслед Ерофей.

Когда дверь за женщиной закрылась, лекарь тут же изменился в лице.

— Что ж ты, дурень, такие вещи забесплатно раздаешь? Ты хоть знаешь, сколько денег мы можем срубить, если будем продавать кулоны и амулеты на удачу, богатство и здоровье? Это же золотая жила. Век ни в чем нуждаться не будем.

— Таких амулетов не существует. По крайней мере, мне о них ничего не известно.

— Ну так, а кто будет проверять? Главное, чтобы поверили.

— Нет. Я не буду заниматься обманом. Я отвечаю за все, что делаю, — холодно проговорил я. — А если в следующий раз снова будете свои цены устанавливать, то я вообще людей принимать не буду. Принимайте сами и обманывайте, как хотите. Но и ответственность за все вы будете сами нести.

— Ишь, разошелся, — недовольно пробурчал он. — Я ведь для всех стараюсь.

— А ещё мне стало известно, — продолжил я, проигнорировав его слова, — что вы за моей спиной с людей ещё деньги берёте. Прекращайте! Иначе вообще лечить не буду! — пригрозил я, буравя его взглядом.

Он хотел что-то ответить, но в это время входная дверь скрипнула, и в проходе показался интеллигентного вида худой старик с длинной белой бородой, с котелком на голове и с тростью в руке.

— Можно зайти? — несмело спросил он, подслеповато щурясь.

— Проходите, любезный. Что вас беспокоит? — поспешил к нему навстречу Ерофей, взял под руку и провел в приемную.

— Даже не знаю, как сказать, — замялся он.

— Говорите как есть. В остальном мы сами разберемся, — заверил его лекарь и усадил на лавку.

— Ну раз так… — старик принялся поглаживать свою бороду. — Видения у меня начались с полгода назад. Тогда я куском сала подавился и чуть не умер, а когда откачали - тогда и начал “видеть”.

— Что еще за видения? — нахмурил брови Ерофей.

— Вижу, что с человеком станет. Вот посмотрю на него — и все вижу.

— Странно, но ладно. А к нам-то зачем пришли?

— Так ведь боязно мне. Бывает такую жуть увидишь, что потом спать не можешь.

— И что же такого вы видели? — заинтересовался я, хотя слабо верил в то, что старик действительно видит будущее.

По моему мнению — это невозможно, ведь будущее не может быть предопределено. Каждый день мы принимаем множество решений, которые влияют на то, что произойдет в дальнейшем. Мы сами творцы своей судьбы.

— Я видел смерть, — зловещим шепотом проговорил он. — Ведь накануне пропажи Миши Протасова я его встретил в трактире. И увидел его без головы.

Мы с Ерофеем переглянулись. То, что семью Протасовых нашли у подножья сопки без голов, обсуждали на каждом перекрестке.

— От нас-то вы что хотите? — спросил Ерофей.

— Сделайте что-нибудь, чтобы я больше не видел всего этого ужаса. Ведь самому страшно. Из-за этого я в зеркало не смотрюсь. Боюсь собственную смерть увидеть.

Ерофей встал и двинулся к двери, махнув мне рукой. Мы вышли из приемной и прикрыли дверь.

— Сумасшедший какой-то. Надо выпроваживать его отсюда, — шепнул мне Ерофей.

— Почему вы так думаете?

— Ты его хоть слушал? — с недоверием посмотрел он на меня.

— Я встречал уже много всякого необычного и мистического, поэтому не стал бы утверждать, что он сумасшедший. Надо его осмотреть.

— А-а, — махнул он рукой, сел за стол и подтащил к себе тарелку с квашеной капустой. — Делай что хочешь. Я этот бред слушать не собираюсь.

Я вернулся в комнату и опустился напротив встревоженного мужчины.

— Что-то очень страшное со мной творится? — спросил он.

— Пока не знаем. Вам надо раздеться. Хочу осмотреть вас.

— Да-да, как скажете. Я слышал, что вы духогляд, — он снял кафтан и принялся стягивать сапоги. — Говорят, духоглядов почти не осталось. Не подскажете, где живут ваши родные?

— Моих родных уже нет. Они умерли, — ответил я, осматривая голого мужчину «вторым» зрением.

— Умерли? Как жаль. Получается, что вы сирота, — он с сочувствием посмотрел на меня.

— Получается, что так, — кивнул я и велел: — повернитесь.

Старик послушно повернулся. После случая с Алевтиной я осмотрел его со всех сторон, но, кроме мелких заболеваний, ничего не обнаружил.

— У меня для вас хорошие новости. Я не обнаружил ничего плохого. Возможно, у вас открылись способности, — предположил я.

— Что же мне делать с этими, как вы говорите, способностями? Ведь страшно мне, — с мольбой прошептал он и взялся за штаны, лежащие на лавке.

— Руна «Чистоты» поможет немного взбодриться и прийти в себя. Заодно подлечит ваши болячки. Но больше я ничем помочь не могу, — честно признался я.

— Как же так? Совсем-совсем ничего с видениями сделать не можете? — переспросил он и заметно расстроился.

— К сожалению, это не в моих силах.

— Ну ладно, делайте, как лучше. Я в этом ничего не понимаю, — согласился он, понурив голову.

Я нарисовал на его руке руну и, взяв за прием пятьдесят копеек, пошел провожать. Однако, как только взялся за ручку двери приемной, старик меня остановил:

— У меня есть для вас плохая новость, — прошептал он и с сочувствием посмотрел на меня.

— Какая? — удивился я.

В голове замелькала вереница предположений, прежде чем старик снова заговорил.

— Ваш дядька, — он бросил взгляд на дверь. — Он скоро помрет.

— С чего вы так решили?

— Я увидел на нем печать смерти.

— Что конкретно вы увидели? Как она выглядит? — насторожился я.

Однако ответить он не успел: дверь открылась, и в проходе показался Ерофей.

— Ну что? Есть болезнь? — спросил он меня.

— Нет.

— Ну тогда не надо задерживать остальных, — грубо сказал он старику. — Когда совсем плохо станет — идите в богадельню.

Старик еще раз с сочувствием посмотрел на меня и неторопливо двинулся к выходу.

— Ты с него хоть сколько-то взял?

— Пятьдесят копеек.

— И то хорошо. А то столько времени зазря занял.

Прием продолжился. К вечеру вернулся Семен. Он явно был в плохом настроении.

— Ну что? — подошел я к нему.

— Ничего. До самого вечера в постоялом дворе просидела, а недавно вышла и поперлась домой. Вот что она там делала?

Я лишь развел руками. Проголодавшийся Семен набросился на еду, а я вышел на улицу, чтобы покормить лошадей. В это время к забору подъехал извозчик, и показался Илья.

— Степа, поехали! — крикнул он.

— Куда?

— Дом смотреть. Я нашел подходящий. Только что оттуда.

Я крикнул Семену, чтобы тот покормил лошадей, и поспешил к экипажу. Ну наконец-то нам больше не придется ютиться в этом маленьком старом доме. Начнется новая жизнь.