Печати Таузара Книга 1: Дочь Ак-Тау

— Напомни мне больше никогда тебя не злить.

— Можешь начать прямо сейчас.

Но её голос дрожал, потому что тварь под их ногами ещё дёргалась, а из разорванной пасти шёл не пар, а слабый дым, пахнущий золой и мокрым железом.

Впереди Иара добралась до маленькой тени. И тогда всё стало хуже. Потому что это был не Мусса. Не ребёнок. Даже не человек. Силуэт, который издалека казался мальчиком, распался, как сброшенная кожа, и из него поднялось нечто тонкое, гибкое, с длинными пальцами и лицом, на котором чужой детский плач всё ещё сохранялся, словно маска.

— ИАРА! — закричала Алья.

Сестра успела увернуться от первого удара, второй приняла на клинок, но туман вокруг неё стал гуще, и чем больше она отступала назад, тем дальше оказывалась от остальных, хотя расстояние между ними, казалось, не могло измениться так быстро. Кайран бросился к ней, но сразу две твари ударили сбоку, вынуждая его развернуться.

— В бездну Ак-Тау их всех. Почему моя печать здесь не работает?!

На одно мгновение Алья увидела его лицо. И в нём больше не было холода. Только ярость. Сдержанная. Жестокая. Почти нечеловеческая.

Один глаз вспыхнул золотом, другой стал черным как уголь, и одна из тварей, уже прыгнувшая на него, внезапно взвизгнула, будто почувствовала что-то, чего бояться должна была именно она.

Западники заметили это. Не все.

Но Дамир — да.

И Алья тоже.

Однако времени понять увиденное не было, потому что туман сомкнулся вокруг Иары, и оттуда донёсся её голос:

— Алья, назад!

Не крик боли.

Приказ.

Последний приказ старшей сестры. Алья бросилась вперёд, не помня ни про иглы, ни про страх, ни про то, что её платье цепляется за камни, ни про то, что кровь на снегу может принадлежать кому угодно. Кайран перехватил её за талию уже почти у самой белой стены.

— Нет!

Она ударила его локтем, но он удержал, и его хватка была такой горячей, будто сквозь одежду её коснулся огонь.

— Пусти меня!

— Если я отпущу, ты исчезнешь вместе с ней.

— Она моя сестра!

— Я не дам тебе умереть вместе с ней

Эти слова были жестокими, потому что были правдой, и Алья возненавидела его за это ещё сильнее.

Позади Дамир крикнул, что проход закрывается. Один из западников упал, и другой потащил его на себе; третья тварь ударила сверху, срывая со скалы ледяную крошку, а весь перевал начал гудеть так низко, что звук отзывался в зубах. Кайран отступал, не выпуская Алью, и сражался одной рукой, удерживая её другой, что само по себе казалось невозможным; он отбивал удары, уворачивался, тащил её назад, и каждый шаг от тумана ощущался предательством, за которое она ещё не знала, как ему отомстит. Последнее, что она увидела перед тем, как белая стена окончательно поглотила место, где стояла Иара, был силуэт сестры — прямая спина, поднятый клинок, тёмная коса на фоне серебристого тумана. А потом не стало ничего. Только Ак-Тау, дышащая за перевалом. И пустота там, где секунду назад была её сестра.