Хроники ОРКС. Планета Форго-3, первый рубеж. Том 1.

Глава 10. Первые шаги

База в скалах, ещё недавно бывшая лишь грубо вырезанной пещерой, теперь обрела обжитой вид. Коридор у входа прикрывала маскировочная сетка, искусно имитировавшая выступ скалы. Даже опытный следопыт прошёл бы мимо, не заметив входа. Внутри стены были выровнены плазморезаком до гладкости, по ним тянулись полосы мягкого света — энергосберегающие панели. В комнате отдыха, над тактическим столом, мерцала голографическая карта Империи Скуторум и соседних государств. За два месяца она обросла множеством пометок: красные маркеры подозрительной активности, синие точки безопасных маршрутов, жёлтые знаки вопросов на местах, где требовалась дополнительная разведка. Рядом разместился небольшой кухонный модуль, пара походных кресел, ящик с припасами. Медотсек Су скрывался за плотной занавесью из местной ткани — оттуда едва уловимо пахло травами и антисептиком. Запах был сложный, многогранный: горькая полынь, сладковатый донник, что-то металлическое и что-то, чему названия не существовало ни в одном языке.

Вик стоял у тактического стола, изучая только что полученный пакет данных. Его зелёные глаза быстро пробегали по строкам аналитического отчёта, который Неферит отправила с «Феникса». На нём была простая туника из грубой ткани, кожаные сандалии на ремешках — одежда гладиатора, но уже с несколькими знаками отличия, говорившими о растущей репутации. Три серебряных полосы на плече — отметка «серебряного меча». Несколько ритуальных шрамов на предплечье, нанесённых по местному обычаю. В этой одежде, в этом теле, с этими шрамами он выглядел почти местным. Только глаза выдавали — слишком зелёные, слишком яркие, слишком древние для простого варвара с восточных земель.

Су сидела в углу на походном стуле, облачённая в скромное серое платье с капюшоном — одежду городской знахарки, не привлекающую лишнего внимания. Ткань была грубой, но чистой, а капюшон сейчас был откинут, открывая лицо с тонкой сеткой тёмных жилок. Руки держали чашку с травяным отваром, пар от которого поднимался тонкой струйкой в прохладном воздухе пещеры. Жёлтые глаза внимательно следили за Виком — она ждала, когда он закончит читать. В её взгляде читалось то особое выражение, какое бывает у врача, ожидающего результаты анализов: профессиональное любопытство, смешанное с толикой тревоги.

Дверной проём, завешенный маскировочной сеткой, колыхнулся, и внутрь вбежала Муо — запыхавшаяся, в пыльном дорожном плаще поверх красного комбинезона, с неизменным рюкзаком за плечами. На поясе позвякивал короткий меч и кошель с местными монетами. Щёки раскраснелись от бега, белые волосы растрепались, а голубые глаза сияли тем особым блеском, который появлялся у неё только тогда, когда происходило что-то интересное.

— Я успела? Данные пришли? Что пишет Неф? Она уже нашла грибницу? Она нас ругает за реку? — Муо на бегу чуть не споткнулась о порожек, но выправилась, ухватившись за косяк.

Вик не оторвал взгляда от голограммы. Его губы дрогнули в усмешке, которая означала, что он доволен, но не хочет показывать этого слишком явно:

— Успела. Садись. И не части — ты сейчас пар из ушей пустишь. — Он провёл рукой, увеличивая фрагмент отчёта. Голограмма послушно развернулась, заполняя пространство над столом. — Наша хвостатая тактик времени даром не теряет. День полёта, а она уже выдала анализ, который я бы делал неделю. Смотрите: анализ Геоидов, их связь с кристаллами и геологическими отложениями, рекомендации по поиску грибницы. И главное — она подтверждает: кристаллы ей знакомы. А это значит, что у неё теперь больше мотивации.

Су поставила чашку на край стола с тихим стуком и подошла ближе. Её лицо осталось спокойным, но в жёлтых глазах мелькнула тень понимания. И одновременно что-то ещё. Что-то похожее на... узнавание? Сочувствие?

— Значит, наша миссия имеет для неё личное измерение. Это меняет дело. — Она обхватила чашку обеими ладонями, грея пальцы. — Личная мотивация — мощный двигатель, но и опасный. Я видела, как люди горели в бою, движимые местью, и сгорали быстрее, чем враг успевал нанести удар. Нужно будет следить за её состоянием, когда она прибудет. И за уровнем эфира особенно.

Муо тем временем забралась на свободный стул с ногами, поджав их под себя, и уже листала копию отчёта на своём планшете. Её глаза быстро бегали по строчкам, а губы шевелились, беззвучно проговаривая прочитанное:

— Ой, она там ещё пишет про нашу базу! Что мы пропустили реку в километре восточнее и возвышенность для ретранслятора! — Она хихикнула, и звук этот разнёсся по пещере лёгким эхом. — Пишет: «Рекомендую установить ретранслятор на возвышенности к северу от базы, это сократит задержку связи». И ещё: «Река не отмечена как источник воды, прошу уточнить, это намеренное решение или упущение разведки». — Муо подняла взгляд от планшета и улыбнулась. — Вредная она. Но умная. И пишет красиво. Как в книгах. «Намеренное решение или упущение разведки» — так вежливо, но так обидно.

Уголок губ Вика пополз вверх, и в тусклом свете пещеры блеснули его зубы:

— Умная — да. И надменная, как патрицианка, которой подали не тот сорт вина. Я с ней всего сутки провёл, а уже понял: эта женщина считает себя умнее всех в галактике. И, что самое противное, часто оказывается права. Ладно, с этим разберёмся. Су, что у нас по реке? Действительно упустили? Или было принято осознанное решение?

Су чуть склонила голову — жест, заменявший ей пожимание плечами:

— Я заметила реку на вторые сутки после высадки, но сочла, что брать воду из неё рискованно. Местная экосистема не изучена: могут быть паразиты, магическое загрязнение. У нас пока хватает привезённых запасов и системы рециркуляции — капсула рассчитана на тридцать суток полной автономии, а мы расходуем экономно. Но на будущее, если планируем оставаться здесь дольше, чем на год, — можно установить фильтрационную станцию с тройной очисткой. Я такой пользовалась уже, когда мы сидели в болотах. Работает безотказно. — Она помолчала, сделала глоток отвара. — Что касается возвышенности... Муо, сможешь скрытно установить там ретранслятор? Неферит права: задержка связи действительно сократится, если поднять передатчик метров на двести над уровнем базы.

— Легко! — Муо кивнула, и её короткие белые волосы запрыгали вокруг лица. — Сегодня же ночью сгоняю. Маскировочная плёнка у меня ещё есть, я её экономила как раз для такого случая. Оберну передатчик, замаскирую под старый пень — никто не заметит, даже маги, если они там есть. Даже днём пройдут мимо и не увидят. У меня, знаете ли, опыт. Я как-то на Арктуре-7 замаскировала целую антенну под дерево. Местные неделю ходили мимо и думали, что это просто кривая сосна. — Она уже прикидывала в уме маршрут, и её пальцы чертили в воздухе невидимые линии. — Только мне нужен час, чтобы дойти, и ещё час на установку. К утру вернусь. Су, дашь мне отвар от усталости на всякий случай?

— Добро. — Вик выпрямился и переключил голограмму на карту Империи Скуторум. — Теперь о главном. За два месяца мы многое узнали. Пора отправлять Неферит полный отчёт. Пусть анализирует и готовит план к нашему воссоединению через... — он прикинул в уме, — ...шесть или восемь месяцев по-местному. Или через полторы недели по-корабельному. Релятивистская хренотень, от которой у меня до сих пор мозги закипают. Муо, готова докладывать?

Муо выпрямилась на стуле, достала планшет и стала удивительно серьёзной — той серьёзностью, которая всегда появлялась у неё, когда дело касалось работы. Её лицо разгладилось, голубые глаза перестали сиять детским восторгом и загорелись профессиональным азартом

— Да! Записывай, командир. Или я сама надиктую для Неф?

— Давай по порядку. Я расскажу про арену и политику. Ты — про гильдию и разведку. Су — про местную медицину и слухи. Потом скомпилируем и отправим. Начинай, Муо. И постарайся уложиться — канал связи не резиновый, а Неферит, как ты заметила, любит точность.

Муо активировала запись, прокашлялась и заговорила — уже не тем щебечущим голоском, каким просила сок в баре, а по-деловому, чётко, как настоящий разведчик. В пещере стало тихо, только её голос разносился под каменными сводами:

— Значит так, Неф. Привет тебе с Форго-3. У нас тут уже два месяца прошло, а у тебя, наверное, ещё пара дней. Странно это, да? Ладно, к делу.

Она переключила изображение на планшете, и над тактическим столом развернулась подробная карта Империи.

— Я вступила в местную гильдию авантюристов в Вектрополе. Она называется «Союз Ищущих» — что-то среднее между наёмниками, охотниками на монстров и курьерами. Берут всех: зверолюдей, полукровок, даже таких, как я, с подозрительной внешностью. У них система рангов: медный, бронзовый, серебряный, золотой, мифриловый. Чтобы получить следующий ранг, нужно выполнить определённое количество заданий и получить рекомендации от старших. Я пока бронзовая — выполняла простые задания, чтобы не привлекать внимания: сопровождение караванов, поиск пропавшего скота, зачистка подвалов от гигантских крыс. — Она поморщилась, и нос её забавно сморщился. — Крысы там реально гигантские. С собаку размером. И воняют. Но не монстры, просто мутировавшая фауна. Местные говорят, что это из-за магии, но я думаю, что просто экология такая.

Она увеличила фрагмент карты:

— Благодаря гильдии я получила доступ к картам и закрытым архивам. Империя Скуторум — вот она. Крупная держава, почти вся равнинная. Прерии, редкие леса, несколько горных гряд на севере, у границы с Тетоникусом. Климат тёплый, субтропический — у них тут вечное лето. Основные дороги: Via Principalis — главный тракт с севера на юг, соединяет столицу с портовыми городами. Ещё две дороги помельче идут от Вектрополя на восток — Via Orientis Minor и Via Meridiana. Остальное — укатанный грунт, в сезон дождей превращается в непролазную грязь. Местные используют лошадей, повозки и иногда ручных виверн для быстрой связи.

Она переключилась на детальную схему столицы и над столом поплыла огромная карта города, окружённого стенами:

— Вектрополь — огромный город. Население около полумиллиона, если верить местным записям. Есть стены высотой метров пятнадцать, акведуки, термы, форум, несколько рынков. И арена — Колоссеум Скуторис — вмещает до восьмидесяти тысяч зрителей. Там наш командир и машет мечом. — Она улыбнулась, но тут же снова стала серьёзной. — Деньги тут такие: медные ассы, серебряные сестерции, золотые ауреусы. Один ауреус — это двадцать пять сестерциев, а сестерций — четыре асса. Для понимания: буханка хлеба стоит один асс, комната в дешёвой таверне на ночь — два сестерция, хороший меч — около пятидесяти ауреусов. Раб-носильщик — от ста до пятисот ауреусов в зависимости от силы и навыков. Гладиаторы вроде Вика стоят тысячи, если они знамениты. Наш командир уже стоит около трёх тысяч ауреусов, если верить букмекерам. Я проверяла.

Она перешла к следующему слайду — карте сопредельных государств:

— Теперь о соседях. Сухопутная граница только на востоке. Там три страны: Королевство Тетоникус — горцы, суровые ребята, живут в крепостях на скалах, воюют с Империей каждые лет десять. Сплендорф — богатое королевство, славятся магами и алхимиками, у них там своя Академия, даже круче имперской. Моферунд — федерация вольных городов, торговая республика. С ними у Империи вооружённый нейтралитет: торгуют, но друг другу не доверяют. Между ними спорные территории, где никто не живёт, кроме монстров и разбойников.

Она сделала паузу, и голос её стал чуть тише — та часть доклада явно тревожила её больше всего:

— И самое интересное: монстры и нелюди. Местные называют их «проклятыми расами» или «детьми бездны». Есть зверолюди — их терпят, но не любят, часто обращают в рабство. Есть полукровки с демоническими чертами — этих боятся и стараются изгонять. Есть эльфы — но не такие, как в играх, а дикие, лесные, они почти не контактируют с людьми. И есть настоящие монстры: гарпии, мантикоры, виверны, гигантские пауки. Они живут в диких землях. Гильдия на них охотится за награду. Но, что важно — некоторые монстры выглядят как люди, только с неестественными глазами или движениями. Местные называют их «подменышами» и сжигают на кострах. Я пометила несколько случаев в восточных провинциях — надо будет проверить.

Она закончила запись и посмотрела на Вика, ожидая его части доклада. Её глаза снова стали огромными и немного испуганными — роль разведчика давалась ей хорошо, но каждый раз, когда она думала о том, с чем они могут столкнуться, в душе просыпался тот самый маленький запуганный демон, каким она была когда-то.

Вик поднялся, обошёл тактический стол и начал диктовать — медленно, размеренно. В этой части пещеры голос его звучал глухо, но каждое слово было весомым, как камень, уложенный в стену:

— Неф, слушай внимательно. Я внедрился в гладиаторскую школу, одну из крупнейших в Вектрополе. Моя легенда: варвар с далёких восточных земель. Мои способности позволяют не скрывать неуязвимость — здесь это принимают за благословение богов или мощную магию. Местные уже шепчутся, что я любимец бога войны. За два месяца я прошёл путь от новичка, которого все списывали со счетов, до «восходящей звезды». Сейчас мой ранг — «серебряный меч», скоро будет «золотой». Если всё пойдёт по плану, через месяц я буду уже рядом с императором.

Он остановился у голограммы арены, которая развернулась над столом — огромный овал, окружённый ярусами зрительских мест. Схема была детальной: ложи патрициев, императорская трибуна, выходы для зверей, подземные камеры для гладиаторов.

— Арена — это не просто развлечение. Это политический инструмент. Император Нерон Клавдий Скутор — да, его правда так зовут, и нет, это не смешно, особенно когда он рядом, — использует игры, чтобы контролировать плебс и демонстрировать силу знати. Патриции соревнуются, чьи гладиаторы лучше, тратят целые состояния на их подготовку. Я уже привлёк внимание нескольких влиятельных домов: дом Флавиев — военная элита, дом Корнелиев — старые деньги и землевладельцы, и дом Валериев — новая знать, разбогатевшая на торговле. Через них я получаю доступ к закрытой информации. Флавии обсуждают войну с Тетоникусом. Корнелии шепчутся о странных смертях в сенате. Валерии предлагают мне контракт на следующий большой турнир. Всё это — ниточки, за которые можно потянуть.

Он переключил голограмму на схему императорского дворца — величественного здания с колоннадами, внутренними садами и лабиринтом коридоров.

— Император — фигура противоречивая. Не молод, около пятидесяти, амбициозен, но подозрителен до паранойи. Постоянно меняет советников, казнит приближённых по малейшему подозрению. В прошлом году казнил своего лучшего полководца Марка Корвина за «сговор с Тетоникусом». Все знали, что Корвин был предан Империи до мозга костей. Это похоже на паранойю... или на то, что кто-то из окружения императора нашептывает ему ложь. Возможно, Геоид. Нужно копать глубже. Я планирую попасть на приём во дворец после следующего турнира — как только выиграю, а я, конечно, выиграю, меня пригласят.

Он вернулся к карте Империи, увеличив сектор с сельскими территориями:

— Рабство здесь основа экономики. Треть населения — рабы или вольноотпущенники. Рабы работают на полях, в рудниках, в домах знати, на арене. Гладиаторы тоже рабы, но с особым статусом: мы ценный товар, нас кормят, тренируют, лечат. Успешный гладиатор может выкупить свободу и стать вольноотпущенником. Многие потом остаются в школе как тренеры или уходят в наёмники. Я планирую добиться этого через пару месяцев, чтобы иметь больше свободы передвижения. Сейчас каждый выход в город это согласование с ланистой. Свободный гладиатор может ходить куда угодно.

Он сделал паузу и переключился на бытовые зарисовки:

— Быт простого люда: крестьяне живут в деревнях из глинобитных хижин, питаются кашей из полбы, овощами, иногда рыбой или мясом. Городские плебеи ютятся в инсулах — многоэтажных доходных домах, где на первом этаже лавки, выше — квартиры. Богатые патриции живут в домусах — особняках с внутренними двориками, фонтанами, мозаиками. Термы — общественные бани, центр социальной жизни. Форум — рынок и место собраний. Религия — пантеон богов. Есть ещё культ «Нерождённого Бога», но о нём пусть Су расскажет.

Он посмотрел прямо в записывающее устройство, и его зелёные глаза вспыхнули тем самым светом, который Неферит видела в первую ночь у костра.

Су поднялась и сменила Вика у записывающего устройства. Она отставила чашку, поправила платье и встала так, чтобы её лицо было хорошо видно на записи. Её движения были плавными, как всегда, а голос — спокойным и размеренным, словно она диктовала медицинский протокол. И в каком-то смысле так и было.

— Я обосновалась в квартале знахарей под видом травницы и алхимика. Моя легенда: целительница из Сплендорфа, путешествующая в поисках знаний. Местная медицина примитивна: кровопускания, припарки из грязи, молитвы богам, иногда ампутации без наркоза. Мои методы — травы, настойки и немного «магии», на самом деле, синтез простых лекарств из окружающей среды — быстро принесли мне репутацию искусной лекарки. Ко мне приходят и бедняки, которым нечем платить, и слуги патрициев, которым нужна деликатность. Через них я собираю слухи. Очень много слухов.

Она вывела на голограмму несколько изображений — травы, схемы магических кругов, анатомические зарисовки местных жителей.

— Местная магия существует, и она действительно связана с эфиром, хоть и называют её иначе — «поток», «искра», «дар богов». Маги здесь не редки, их обучают в Академии Арканум в Вектрополе, под строгим контролем Империи. Неконтролируемых магов называют «дикими» и либо уничтожают, либо принуждают к службе в имперских легионах. Маги здесь специализируются: огонь, вода, земля, воздух, ментальная магия, иногда — исцеление. Но их понимание эфира фрагментарно, они действуют через ритуалы и заклинания, а не через прямую волю, как ты. Я заметила, что у некоторых одарённых есть аномалии, похожие на эфирное истощение: дрожь в пальцах, неконтролируемые выбросы, быстрая утомляемость. Возможно, кристаллы уже где-то прорастают, отравляя магический фон.

Она показала карту города с красными отметками.

— Слухи о «подменышах» участились в последние полгода. В основном в бедных кварталах и пригородах. Люди пропадают на несколько дней, а потом возвращаются «другими» — так говорят соседи. Изменяется походка, голос, привычки. Я проверила два случая. В одном, вероятно, просто психическое расстройство: женщина пережила смерть мужа и потеряла рассудок. Но во втором... — она сделала паузу, и её голос стал жёстче, — ...во втором случае женщина двигалась странно: слишком плавно, слишком механически. Её кожа была неестественно гладкой и холодной на ощупь, как полированный камень. Я не успела взять образцы — её сожгли до моего прихода. Толпа. Суеверия. Соседи сказали, что она «смотрела сквозь них».

Она сделала глоток остывшего отвара и продолжила — теперь с тенью тревоги в голосе:

— Ещё один важный момент: в Империи существует культ «Нерождённого Бога». Подпольная секта, верящая, что истинные хозяева мира придут из-за звёзд и изменят реальность. Их пророчества говорят о «каменных ангелах», которые спустятся с небес и очистят мир от скверны. Они поклоняются кристаллам, которые называют «слезами богов» или «искрами творения». Думаю, это прямое влияние Геоидов или их агентура, работающая с местным населением. Секта запрещена официально, но имеет последователей даже среди знати. Я пытаюсь внедриться через пациентов, но осторожно — они параноидальные и проверяют новичков. Одна женщина рассказала мне, что на собраниях они пьют какой-то раствор и «видят истину». Скорее всего пыль, вызывающая галлюцинации и привыкание. Возможно какая то новая технология контроля.

Она закончила запись, и в пещере повисла тишина — густая, наполненная тревожными мыслями. Отвар в чашке совсем остыл, но Су не замечала этого. Её жёлтые глаза смотрели куда-то в темноту.

Вик объединил все три доклада, добавил карты, схемы, пометки. Его пальцы быстро скользили по голографической панели, компилируя итоговый пакет. Красные маркеры — подозрительная активность. Синие — безопасные маршруты. Жёлтые — требуется проверка. Зелёные — подтверждённые данные. Карта пестрела, как лоскутное одеяло.