Граф Суворов. Книга 16

— Поэтому на этих уроках мы в первую очередь будем говорить о собственном здоровье, об энергии души и прочем. Я не учитель, так что нужно будет сформировать общую программу, пусть этим займётся министерство образования.

— Записал, — тут же встрепенулся профильный министр.

— Здесь же мы для того, чтобы окончательно решить судьбу орденов, о которой будет объявлено народу. У кого-то есть возражения? — обвёл я всех взглядом. — Отлично, в таком случае до следующего понедельника жду от вас списки командного состава, штурмовых рот и так далее. На начальной стадии всё это будет проходить мою верификацию, а как устоится — передам управление вам. Вопросы? Нет? Тогда приступайте.

Как я и ожидал, борьба за таланты разгорелась в первые же часы. Главы орденов спорили до хрипоты, пытаясь выбить в основной состав лучших. И ведь было с чего.

Вот, как пример — сам Таран. Сирота, сын военных, погибших на фронте, официальная вчерашняя чернь, стал графом и боярином. Если бы надо было распределять его, то куда? Или обратный пример — князь Нарышкин-младший, который всю войну Рубежа отсиделся у себя во владениях, но, потеряв силы, мгновенно «уверовал» и захотел присоединиться к ордену. Что с ним делать? Оставить в послушниках? Князя?

Но, конечно, самые жаркие, до хрипоты, споры шли по поводу основного состава ТУФ и первых братьев ордена, почти поголовно достигших титула мастеров. Каждый бывший простолюдин оказался настолько ценным, что к спорам подключился Рублёв, решивший заиметь на этом свой маленький гешефт.

Даже интересно, это в нём еврейская кровь проявилась или просто такая прямая аналогия, что если человек умный, изворотливый и постоянно думающий о своей прибыли, то сразу вспоминается конкретная народность?

Несколько дней нам понадобилось только для того, чтобы окончательно сформировать основной состав, при этом не обделив ни один из орденов наставниками. Мне лично пришлось взять дополнительное шефство над каждым. А уж когда начали нарезать задачи и формулировать работу подразделений, обозначать необходимую технику и так далее… это грозило затянуться на долгие месяцы.

К счастью, я смог вытащить из Змея и собственных воспоминаний одну интересную и важную штуку — плановое производство. Не для всей страны, для четырёх орденов. Ведь есть вещи стремительно изменяющиеся, а есть те, что остаются почти неизменными на протяжении десятилетий: форма, предметы личной гигиены, сухпайки, личное огнестрельное оружие.

Независимо от специализации каждый орден должен был получить. Первое — штаб-квартиру со зданиями общежитий, учебными корпусами, общепитом, складами и хозяйскими постройками.

Второе — технику общего назначения: грузовики для доставки продовольствия и боеприпасов, автобусы для личного состава в мирное время, внедорожники для патрулирования и учений, плавсредства в ассортименте, от надувных лодок до речных катеров. В конце концов, у нас страна рек и лесов, так что они пригодятся даже без стихийных бедствий и спасательных операций.

Третье — личное обмундирование. Резонансные доспехи для мастеров, стандартные общевойсковые бронежилеты, шлемы, защитные очки, берцы со вставками и, наконец, форму, летнюю и зимнюю. Автоматы, пистолеты, снайперские винтовки, пулемёты и гранатомёты. Со всеми прилагающимися боеприпасами.

Большинство из этого можно было взять на армейских складах, причём достаточно оперативно, и перекинуть заказ на уже существующие предприятия Демидовых. А вот дальше шла экзотика, для каждого ордена своя. И не всегда в стране она вообще была в наличии или даже думали о её выпуске.

В первую очередь встал вопрос о транспортно-эвакуационных машинах, передвижных госпиталях и мобильных операционных для ордена Богородицы. Раньше всю медицину брали на себя врачи из ордена Асклепия, и, ознакомившись с ней, я понял, что в Россию завозили далеко не самые лучшие экземпляры и не в полном объёме. Хорошо хоть медикаменты первой помощи мы уже выпускали сами, как и инструменты.

Вторым стал вопрос снабжения штурмовых частей на базе Сынов империи. Несмотря на то что в развитии чакр не было никаких пределов, кроме существенных травм, изначально стало ясно, что среди сирот мы вряд ли найдём обладателей природного большого резерва или сродства со стихией. Тот же Таран по силам и пиковому выходу вполне соответствовал княжеским показателям четвёртого-третьего ранга. Но даже признаков стихийных конструктов не проявлял.

А значит, единственное, что мы можем гарантировать таким ребятам, упорным и талантливым — работа на самых опасных участках. В штурмах, в которые я сам ходил при любой возможности, чтобы спасти как можно больше жизней своих солдат. Но я не мог разорваться на несколько фронтов одновременно, а значит, эту роль придётся взять на себя одарённым, полностью раскрывшим чакру земли, в тяжёлых штурмовых механизированных доспехах. Их броня должна была стать толще, автоматические противоснарядные пушки точнее и быстрее, а щиты прочней.

Следующим по очереди, но не по значению, стало снабжение ордена «Доблести и чести» лёгкими флаерами. Максимально облегчённая конструкция, которую предложил Краснов, должна была соединить в себе универсальность флаера и истребителя китайцев. Стой лишь разницей, что в случае необходимости наши парни и девушки смогут поставить щит, хоть пару раз за бой. Ну и обойтись без топлива, если оно закончится.