Граф Суворов. Книга 16

— Значит, они получили задачку на порядок проще, — хмыкнул Пётр, листая снимки с разведывательных стратостатов. Но затем замер, рассматривая одно из фото. — А это ещё что такое?

— По докладам разведки, у Гибралтара сосредоточены все суда английской эскадры, проводившие эвакуацию с альбиона и ранее захватившие Бельгию и Нидерланды. Войска самой Франции, а также многих других европейских стран.

— Это шутка какая-то? — куда более мрачно спросил Мирослав, когда премьер передал ему снимки. — У них не может быть столько рабочих судов! Тут же… "Принц Карл", "Королева Виктория", три тяжёлых артиллерийских крейсера! Разбуди меня среди ночи, я их тебе по силуэту опознаю, а тут снимки!

— Боюсь, это не подлог и не дезинформация, — проговорил голос Леонида из динамика на столе. Будучи уже совершенно раскрытым, глава тайной канцелярии всё же умудрялся выполнять множество задач на выезде, хоть и обходился в большинстве своём анализом отчётов. Но не сегодня, так что ему предоставили закрытый радиоканал. — Англо-французская эскадра в самом деле сумела собрать больше пятидесяти кораблей.

— Это катастрофа… — выдохнул Мирослав, прикрыв глаза рукой. — Если они сейчас отправятся вглубь Евразии…

— …то потеряют её, и, слава богам, они это понимают, — возразил Багратион-старший, и военные, собравшиеся на совете, недовольно переглянулись. — По нашим сведениям, на этих трёх судах сейчас находятся все одарённые от второй ступени и выше, ранее проживавшие на территории европейского альянса. На прошлой неделе удалось подтвердить отъезд рейхсканцлера Круппа.

— Сможешь поднять крейсер? — тихо спросил Мирослав у Петра, и тот, поджав губы, покачал головой. — А орденцы?

— Если все вместе соберутся, то, может, и поднимут, — тихо проговорил премьер.

— Я бы обратил ваше внимание не на сами корабли, а на гербы на них, — подсказал Леонид, и фотографии начали рассматривать по второму кругу. — Раньше вы, скорее всего, таких не видели. Рядом с гербом королевского дома.

— Это что, орден Асклепия? Змея и посох?! — уточнил самый нетерпеливый.

— Только не посох, а катушка Тесла. Пока никаких официальных данных нет, но по косвенным признакам можно сказать, что орден Асклепия и совет Тесла стали действующей частью Лиги Наций, — пояснил Леонид, и несколько генералов не сдержали матюки. — Можно предположить, что они решили объединиться перед угрозой.

— Императору об этом уже доложили? — поинтересовался Пётр, помахав фото.

— Вы же его знаете, он помчится с шашкой наголо спасать весь мир. Да ещё и старшая супруга может настроить его на решительные действия.

— Да, Машка может… — выдохнул премьер, прекрасно зная свою дочь. — Значит, вначале полностью выяснить ситуацию и лишь потом докладывать?

— Совершенно верно. Торопиться некуда. Три корабля – это не та угроза, ради которой придётся разворачивать отдельный фронт, — заметил разведчик.

— А это и невозможно без воздушного флота быстрого реагирования, — возразил Суворов. — Можно попробовать их задержать, оборонять ключевые города и производства, но не более. Тут только превентивный массированный удар спасёт.

— Который в данный момент совершенно лишний, — вставил своё слово Леонид. — Пока они обороняют Гибралтар и используют суда только для артиллерийских обстрелов, это полностью соответствует нашим интересам.

— Его императорское величество Вильгельм запрашивал помощь? — нахмурившись, поинтересовался Пётр.

— Ни мне, ни его величеству таких запросов не поступало. Принцесса Тереза регулярно созванивается с родителями, в частности чтобы рассказать о своих успехах в учёбе. Так что я с уверенностью могу утверждать, что Германия задействовала протоколы акта о взаимопомощи.

— Девочку прослушиваешь? — хмыкнул премьер.

— Работа такая. К тому же она не девочка, а наследница престола, да и возраст скоро будет вполне подходящий. Но думаю, нашим бравым генералам это не интересно.

— Ну почему же, всегда полезно знать, что думает глава внешней разведки, сын которого так близок к императору, — улыбнулся Мирослав. Все знали, что несмотря на отстранение Константина от собственной безопасности и внешней разведки, он всё ещё оставался главой внутренней канцелярии, а скоро и вовсе мог сменить отца.

— Не более чем ваш, дорогой адмирал, — вернул укол Багратион. — Так что прошу вас продолжать. У нас ещё два фронта. Гренландский и Панамский.

— Они от нас ещё дальше. Гренландия отделена холодным океаном, — воодушевлённо сказал адъютант, сменив сводки на столе и раскрутив рулон с картой другого полушария на стене. — Погода там просто отвратительная, хуже, чем на нашем Крайнем Севере. Из-за нарушения работы Гольфстрима и других течений…

— Короче, — потребовал Мирослав.

— Враг мёрзнет и движется существенно медленней. Богатейшие американцы, сумевшие переправиться в Гренландию, скоро начнут страдать от голода. Рыба отравлена или пожрана, запасы зёрна и иного продовольствия должны закончиться в ближайшее время.

— Хорошо, надо будет сказать об этом Александру, — подумав, кивнул Пётр. — Продадим им излишки зерна и корнеплодов.

— А доставлять на чём будем? Флота-то всё равно нет, — недовольно буркнул Мирослав, которому остро не хватало кораблей.

— Если позволите… — вмешался адъютант. — У его величества был корабль, они его называли «Черепахой». Так что у Краснова должны были сохраниться чертежи.

— Не стоит отвлекать молодого человека, у него сейчас крайне важные задачи. Лучше сконцентрируйтесь на своих, — одёрнул его Леонид. — Давайте дальше.

— У панамского перешейка сконцентрировались все доступные войска Южного союза. Наземная их часть опирается на мексиканских и панамских ополченцев, они сражаются за выживание беженцев, а потому стоят насмерть. Но, в отличие от европейцев, у них нет обелисков, останавливающих рост твари.

— Мы должны поставить им резонаторы Краснова. Производство уже запущено, и я слышал, как император предложил послу КМНР бесплатно дать их в случае, если китайцы предоставят бомбардировщики, — сказал Пётр. — Нельзя позволить монстру распространиться на южное полушарие – там слишком много лесов, да и людей немало.

— Хорошо, поставим такую задачу перед посольством, — явно нехотя ответил Багратион-старший. — Через несколько минут у меня пропадёт связь, а я так и не услышал, что вы решили делать с нашими дружинниками, господа.

— Нашими? Это люди ордена, и нам не подчиняются. А потому мы не можем официально ни обеспечивать жильём беженцев, ни организовывать для них места питания и медицинского обслуживания, — сказал Суворов, откинувшись на спинку кресла и сплетя пальцы в замок. — И эта проблема наименьшая из тех, что касаются ветеранов Рубежа. Их слишком много, тех, кто боролся с тварями, и при этом не устроен в повседневной жизни.

— Учитывая, что все ниже четвёртого ранга разом лишились сил, дворяне и даже бояре оказались в очень щекотливой ситуации, — покачав головой, произнёс Пётр. — Того и гляди обученные убивать и знакомые с оружием простолюдины решат взять власть в свои руки. Так что вы правы, с этой проблемой надо что-то делать.

— Пока у власти Александр Четвёртый, Архангел, на неё вряд ли посмеют покуситься, а вот остальной аристократии придётся снова делом доказывать, что мы заслужили быть в привилегированном положении. И хорошо бы при этом не затопить страну в крови. С появлением Пожирателя это будет конец.

— Я с вами совершенно согласен, князь, но что вы предлагаете? Облавы и устранение недовольных? — спросил Пётр. — Если об этом станет известно, мы потеряем последний авторитет.

— Именно поэтому я считаю, что армия должна рассмотреть варианты работы для этих бывших добровольцев. С обучением и хорошим окладом, а главное – полной занятостью, чтобы думать времени не оставалось…

— Мы прерываем программу телерадиопередач для выступления императора всероссийского Александра, — проговорил диктор.

Как бы мы ни старались, но пришлось вмешиваться в эфир, хотя в большинстве регионов мы просто заменили часть новостей.

— Волею небес, славой предков и единого многонационального народа Российской Империи, объявляю о начале программы переселения в северные регионы, — стоя на фоне карты России, сказал я. Военный мундир, ставший неизменной частью моего имиджа, сидел как влитой, в глаза били софиты, а передо мной стояли с десяток микрофонов. — Все вы знаете, что вечная мерзлота начала таять, высвобождая несметные богатства и огромные территории нашей необъятной родины…

— …мы заложим пять новых городов, в том числе три на побережье ледовитого океана… — планов было громадьё, а людей для такого размаха не так много. Но, как я понял посылы Генерального штаба и тайной канцелярии, лучшего варианта занять и одновременно в корне улучшить условия жизни вернувшихся с рубежа не оставалось.

Социальное напряжение в городах нарастало, тут и там возникали мелкие стычки между жандармерией и младшими послушниками ордена. Хотя вернее было бы назвать их внешними, ведь большинство даже не прошло отбор, а просто помогало на фронте чем можно. Но именно для таких мы в срочном порядке создавали отделения по всей стране.

— …распашка вечной мерзлоты вместе с тёплыми ливнями позволит освободить из-под ледяных оков миллионы квадратных километров, сделав их пригодными для посевных… — продолжал я, а за моей спиной, на карте, узкая полоска обитаемой зоны расползалась на всю империю и уходила вверх.

Глобальное потепление, вызванное парниковым эффектом из-за единовременного выброса перегретого водяного пара, масштабы которого считали весьма условно и сходились на миллиардах тонн, стало для всего мира неожиданностью. Ещё большей стало то, что мировой океан обмелел, а не вырос, и в норму должен был прийти не раньше чем через пять-десять лет. Опять же по предварительным оценкам.

— …тысячи новых домов, детских садов и школ, достойно оплачиваемая и очень важная работа, которая не только принесёт вам и вашей семье достаток, но и моральное удовлетворение, — и оставалась лишь одна, но очень большая проблема — где взять нужное количество людей?

Сейчас мы были первой по территории, но двадцатой-тридцатой по населению страной в мире. Да что говорить, в крохотной Японии проживало почти столько же, что неминуемо вело к новым проблемам. И если раньше они заглядывались на китайские земли, разом умерив свои аппетиты после обрушения резонанса, то теперь на наши.

Объединённая Европейская Лига, в которую вошли не только страны, но и обновлённый орден Тесла, прижимала нас с запада. Империя восходящего солнца поднимала голову на востоке. КМНР жёстко блокировала на юге. А ведь ещё происходили непонятные движения в ближней Малой Азии.

— Возлюбленные мои подданные, каждого из нас ждёт достойное будущее, которое мы построим собственными руками. Вы знаете это потому, что каждый день на протяжении последних полутора лет видели, как я и моя команда трудились над сохранением нашей державы.

С сегодняшнего дня я вынужден прервать эти трансляции, ведь вы могли заметить, что из всего суточного эфира замыливание или наложение звука не используется лишь десять-пятнадцать минут за день. Увы, такова реальность правителя. Каждое совещание является важным не только для нашей страны, но и для наших врагов.

Я не прощаюсь с вами. Все заседания Боярской думы, все городские собрания и всё, что касается решений, принимаемых на местном уровне, будет по-прежнему появляться в эфире. Чтобы вы, каждый лично, могли оценить и поучаствовать в работе нашего государства.

— Закончили! — объявила довольная Ангелина, медленно поднимаясь с режиссёрского кресла.

— «Каждый поучаствовать в работе государства», — передразнила меня Мальвина. — Что ещё за народовольческие речи? Мы с тобой этого не обговаривали. Ты понимаешь, какой скандал это вызовет в высшем свете?

— А он остался, этот высший свет? — хмыкнул я, и супруга нахмурилась ещё больше. — Сколько у нас аристократов, владеющий стихийными конструктами в стране? Двадцать? Сорок?

— Тех, у кого продолжает работать резонанс – больше пяти сотен, — решительно ответила первая супруга. — И каждый из них уже имеет дворянское достоинство.

— И почти каждый проходил через нашу программу обучения, — возразил я, и Мария поморщилась. — К счастью, остальные тоже не идиоты, чувствуют, откуда ветер дует. Почти все дети боярские стали членами ордена. А остальные сознательно отказываются от статуса аристократии, переходя в купцы и магнаты.

— Долго их терпеть не будут, — пробурчала Мальвина и заметив, как к нам направилась Ангелина, ревниво взяла меня за руку. Только для того, чтобы любимая жена с улыбкой взяла под другую. — Без силы я чувствую себя словно голой.

— Как хорошо, что они у тебя сохранились, — легко сказала Лиса. — Ну не можешь ты закрыть своим куполом корабль, ничего страшного, зато можешь защитить себя и свою семью.

— Будто мы первые аристократы после инициации Тесла, — вздохнула Мальвина, создавая и развеивая над ладонью несколько крупных льдинок. А потом улыбнулась. — Зато теперь всем ясно, что мы точно избранные.

— Хорошо-хорошо, тренировки только не забрасывай, — напомнил я, и супруга уверенно кивнула. — Раскрытие чакр земли, воды и огня — долголетие, здоровье и…

— Реакция и резонанс, мы помним, дорогой, — прижавшись ко мне, проговорила Ангелина. — Но, если можно не сражаться, зачем это делать? Все враги заняты своими делами, страна наконец может жить в мире.

— Увы, это лишь кратковременное перемирие. Затишье перед бурей, — сказал я, заставив рыжую нахмуриться. — Нас обложили по всем фронтам, и времени у нас совсем немного. А надо успеть реформировать армию и флот и создать спец войска до того, как они решатся напасть.

— Надеюсь, у них хватит ума никогда этого не делать, — вздохнув, покачала головой Ангелина.

— Нет, такой надежды — нет, — возразила Мария. — У нас самая богатая и при этом очень малонаселённая страна, которая потеряла девяносто девять процентов своей боевой мощи. Как бы народное ополчение не пришлось собирать.

— Хм… к Иоану? — подумав, предложил я, но Ангелина покачала головой.

— Прости, дорогой, без меня, — улыбнулась любимая супруга. — Что-то наш богатырь пинается, мне нужно отдохнуть.

— Как скажешь, — легко согласился я, взглянув на жену в истинном зрении. Никаких осложнений у неё быть не должно, но ребёнок и вправду получался уж слишком большим. А ещё меня очень смущало, что он не просто тянул из супруги все соки, которые приходилось восполнять иногда совершенно непредсказуемыми сочетаниями, вроде ананасов с маринованными огурцами и селёдкой, но и прану из всех нижних чакр.

Доведя её до наших покоев, я влил столько силы, сколько для неё было безопасно, и закинувшая ногу на подушку девушка почти мгновенно уснула.

— Каким бы он ни родился, на трон взойдёт мой сын, — напомнила Мальвина, и я, кивнув, поцеловал её в лоб.

Повезло нам, конечно… Первые две девочки создали очень много вопросов, но своего решения о престолонаследии я менять не собирался. Разве что у нас вообще больше мальчиков не будет.

— Только после нашей с тобой смерти. А это будет ой как нескоро, — улыбнулся я, и супруга нехотя согласилась. Отказываться от цели всей жизни она не хотела, а мне порядок в семье был важнее отдалённой перспективы делёжки трона.

Мысли прервал стук в дверь покоев. Такое себе могли позволить всего несколько человек во всём дворце, так что…

— Войдите! — приказал я, посадив жену в кресло рядом с рабочим столом, и в кабинет вошёл Леонид. Несмотря на то что разведчик тоже начал обучение, а я регулярно правил его здоровье, сейчас он выглядел не лучшим образом. — Присаживайтесь. Судя по всему, у вас важные и не очень хорошие новости.

— Боюсь, что это так, ваше величество, — откинувшись в кресле и протянув ноги, сказал Багратион-старший. — И прошу простить моего сына, он не знал, куда смотреть, а я решил, что это не слишком важно, и поплатился.

— Это мы решим по факту, — мрачно ответил я, такое начало не вселяло оптимизма. Подойдя ближе, я без спроса положил руки на голову главы тайной канцелярии, и тот вздрогнул. Убрать спазм, не допустить кризиса, и мужчина чуть не растёкся в кресле от блаженства. — Говорите.

— Благодарю и ещё раз прошу прощения, ваше величество, — подобравшись, ответил Леонид. — Лаборатории вашей матери на Урале и здесь в центральной России уничтожены. Полностью. Боюсь, это моя недоработка. Когда проводили зачистку экстремистских сект детей господних, военные уничтожили их вместе с культом. А вот восточные были сожжены совсем недавно.

— И это важно, потому что?

— Нам очень нужны исследования резонанса и всего, что с ним связано. Жизненно необходимы. Пока сведения были неполными, я не хотел вас беспокоить, но теперь ясно, что обновлённое общество Тесла располагает технологиями, позволяющими им создать корабельные усилители.

— Ясно, — хотелось материться, но я привычным волевым импульсом пропустил прану от чакры души и взял эмоции под контроль. — Когда они смогут собрать достаточное количество судов, чтобы атаковать?

— Это мне тоже неизвестно, — покачал головой Леонид. — Но есть вещи, которые проверены и можно использовать. В частности, точное расположение лабораторий в других странах.

— Если это шутка, то дурная, — зло прервала его Мальвина. — Любое поползновение в эту сторону будет рассматриваться как повод для начала войны, а у нас, по-вашему же уверению, нет флота, который смог бы защитить страну.

— Вряд ли кто-то станет претендовать на территорию, поглощённую сейчас немёртвым морем, — покачал головой глава внешней разведки.

— Ты что, старик, моего мужа прикончить хочешь? — взвилась Мария, и я едва успел развеять её конструкт. — Что? Это ты?

— Сядь и успокойся, дорогая, — попросил я, а затем, дождавшись, пока она исполнит сказанное, поднял трубку. — Позовите Константина. Да, срочно.

— Хм. А его-то зачем? — нахмурился Леонид, но спорить не стал. Пока мы ждали прихода Багратиона-младшего, я прогнал прану по меридианам Марии, успокаивая девушку и повышая её концентрацию.

— Звали, ваше величество? — вытянувшись по стойке смирно, спросил вошедший в кабинет молодой мужчина. Сейчас он и в самом деле выглядел молодо, хотя ещё полгода назад чуть не на сорок с лишним тянул. Хорошо, что я всё же заставил Константина налечь на духовные практики, и теперь он мог с лёгкостью оперировать чакрами земли и воды, что не только стабилизировало гормональный фон и замедлило старение, но и значительно улучшило его работоспособность.

— Звал, — кивком указал я на кресло. — Ты выполнил поручение, отданное мною на прошлой неделе?

— Выполнял в данный момент. В архивах вашей матушки во дворце и на кристаллах было обнаружено множество документов, по которым работает сформированная следственная группа. С вашего разрешения были привлечены несколько братьев ордена, для оперативной группы, — начал быстро, но чётко докладывать Константин, — Найдено несколько тайников с кристаллами памяти. Лаборатории, в которых проводились опыты над гомункулами. Взяты под контроль трое учёных…

— Меня больше волнуют архивы отца, — спокойно заметил я.

— С этим возникли определённые трудности. Всё же прошло больше пятнадцати лет. Мы проводим обыски и сканирование всех мест, где род Романовых мог расположить свои самые сокровенные тайны, но, боюсь, готовили их тоже не идиоты. Они могут находиться в любом из регионов России. В том числе самом отдалённом.

— Вот как… — я на минуту задумался, откинувшись в кресле. А ведь в самом деле, земель, принадлежащих роду, было более чем достаточно – миллионы квадратных километров, и спрятать на них даже хорошо защищённый комплекс не составило бы труда.

— На вашем месте я бы сконцентрировался на двух категориях локаций. Первое — куда могут добраться лишь наследники Романовых, территории с тяжёлым фоном диссонанса или экстремальными условиями, — вмешался в разговор молчавший до этого Леонид. — А второе – места, куда императорская чета летала вместе, когда увлекалась исследованиями до рождения вашего величества.

— Я недоволен вами, господа. — сухо сказал я, заставив обоих подобраться. — Разведки не должны конкурировать ни в чём, кроме эффективности. У вас чётко обозначенные рамки ответственности и круг задач. И если отец не может доверять сыну и наоборот, то я даже не знаю, кому доверять можно.

— Виноват, ваше величество, сила привычки, — поднявшись с кресла, поклонился Леонид.

— Виноват. Исправлюсь, — склонился Константин.

— Очень на это рассчитываю. Идите и сделайте всё необходимое, — приказал я и, дождавшись, пока Багратионы выйдут, вздохнул. Тяжела шапка Мономаха, но хоть есть на кого опереться.