На той далёкой, на гражданской.

Глава 21. Год 1916.

Уничтожение командного состава восьмой германской армии во главе с её командующим на какое-то время привело к неизбежному хаосу в управлении войсками. Этим обстоятельством не преминули воспользоваться армии Северного фронта. Короткий, но интенсивный артиллерийский удар сровнял узлы сопротивления, оборудованные на дюнах. Укрепления из брёвен в промежутках между дюнами, ряды колючей проволоки разметало и порвало на широком участке, в который хлынули части двенадцатой армии. Установившаяся погода позволила поднять в воздух несколько десятков аэропланов, которые расчищали продвижение бомбардировкой и пулемётами. Шестидесятый армейский корпус немцев был смят. Подключились другие соединения фронта, и наступление получило грандиозное продолжение. Враг побежал, не оказывая серьёзного сопротивления.

Шилова, вошедшего в приёмную командующего Северного фронта, адъютант узнал сразу. Он так резко вскочил из-за стола, что часть бумажных кип свалилась на пол. Не обращая внимания на листопад, капитан уставился на Василия с немым вопросом.

—Здравия желаю! —поздоровался Шилов. —Мне бы к товарищу генералу попасть.

—Его Превосходительство, к сожалению, отсутствует, —выказывая искреннюю печаль, произнёс адъютант и тут же взбодрился. —Но Вы можете проехать к нему. Транспортом я обеспечу.

—Так где же Николай Владимирович, и как долго он будет отсутствовать? — поинтересовался Василий, не понимая причины возбуждённости капитана.

— В бане, —расплылся в улыбке адъютант.

—В бане-е? —с удивлением протянул специальный представитель, но потом осадил своё замешательство.

«А почему бы и нет? Генерал что, не имеет права устроить себе банный день?»

—Удобно ли тревожить его в такой обстановке?

— Вы знаете, Его Превосходительство к подобным вещам относится спокойно. Он очень простой человек, —пояснил капитан.

—Ну если так, то давайте я проеду в баню. У меня, действительно, нет свободного времени, чтобы дожидаться.

Баня, в которую отправился генерал, находилась на закрытой, огороженной и охраняемой территории богатой усадьбы местного промышленника в парковой зоне на одном из притоков реки Великой. Летом, вероятно, виды открывались отсюда потрясающие.

Проверив у Шилова пропуск, выписанный адъютантом, охранник, усатый унтер, распахнул ворота и запустил автомобиль, на котором капитан отправил спецпредставителя. Получив объяснения, как проехать к зданию бани, шофёр плавно тронулся по чищенной от снега дорожке.

Рузский сидел в тёплом предбаннике за столом, уставленном неплохой закуской и одинокой, отпотевшей бутылкой водки. Денщик нарезал колбасу.

—Здравия желаю, Николай Владимирович, —поздоровался Шилов.

Генерал изумлённо приподнял бровь, но потом жестом пригласил гостя присоединиться к нему за столом.

—Здравствуйте, Василий Иванович, здравствуйте! — протянул он руку. —Не поверите, но я искренне рад Вас видеть. Приятно общаться с человеком, чьи слова не расходятся с делом. Премного благодарен Вам за подсказки по наступлению армий моего фронта. Ставка весьма довольна результатами, но была озадачена, когда выяснилось, что основные моменты озвучены побывавшим у меня представителем новой власти. Впрочем, генерал Гурко имел сведения от Брусилова, но, откровенно, не верил в реальность такой успешной операции.

Шилов разоблачился и остался в гимнастёрке. Он подсел за стол, напротив Рузского. Денщик проворно откупорил бутылку и наполнил стопки.

—Я рад, что мои... —Василий запнулся.

«Твои что? Послезнания о тех ошибках, которые были допущены ранее, и что следовало сделать соединениям фронта, чтобы их избежать? Вот так прямо и заявить генералу?»

— Мои предложения оказались полезными.

Рузский зацепил вилкой солёный огурец.

—Мне повезло... нам повезло, что Вы так вовремя оказались на нашем участке фронта, Василий Иванович! Давайте выпьем за победу. За то, чтобы как можно меньше мы теряли своих солдат и при этом наносили сокрушительные удары по врагу, имели успех.

Шилов поддержал тост генерала.

—Николай Владимирович, я собственно в Псков заскочил на минутку. Надо возвращаться в столицу. Но мне необходимо связаться срочно с контрразведкой. Вы разрешите воспользоваться Вашей линией?

—Конечно, конечно. Какой может быть разговор? Я немедленно с Вами проеду в штаб. Хайдаров, —обратился он к своему денщику, — закругляемся. Всё, выдвигаемся домой.

Унтер сноровисто помог генералу одеться, собрал закуску и водку со стола, уложив по-хозяйски всё в корзинку, и они вышли на крыльцо. Солнце уже зацепилось за макушки деревьев и раздумывало, держаться ли ещё или же стоит спокойно упасть и отправиться на покой. По времени до наступления даже предвечерних сумерек оставалось около двух часов. И чего это вдруг светило намеревалось отлынивать от работы? Весьма интересно. Но у небесной канцелярии ответа не получишь.

Воздух наполнился непонятными звуками. В небе тарахтели двигателями аэропланы. Василий задрал голову, провожая взглядом современные тихоходы. Медленно, даже величаво, пятёрка тянулась, выстроившись в плотный ромб. Один впереди, один в середине, два по бокам и один замыкающий.

«Закат уже на носу, а они полетушки тут устраивают. Или с задания возвращаются?» — подумал Шилов и опустил взгляд на Рузского.

Взметнувшаяся неподалёку земля и вдаривший по ушам звук взрыва заставили Шилова среагировать моментально. Он без церемоний толкнул генерала и упал сам. Все пять аэропланов одновременно вывалили свой бомбовый запас на территорию усадьбы. Взрывы ложились вокруг дома, бани и постепенно подбирались к не нашедшим укрытия людям. Непонятный, противный свист заставил Василия пренебречь безопасностью и посмотреть в небо. А между тем этот свист нёс смерть. Металлические стрелы-дротики, размером едва ли больше карандаша, отправленные в свободное падение сразу из трёх бомбардировщиков, набирая скорость неслись к земле, выискивая свою жертву. Флешетты обладали значительной пробивной способностью, пронзая без особого труда доски в полтора сантиметра толщиной.

«Вася, будь осторожен. Опасность сверху. Уходи вправо.» — раздалось в голове.

Шилов быстро перекатился за ствол дерева.

«А ты о налёте предупредить не мог?»

«Бомбометание твоей жизни не угрожало. Поэтому раньше времени поднимать панику смысла не было. Когда стало ясно, что флешетты могут угодить в тебя, я сразу тебе сообщил.»

Вражеская авиация улетела.

Почему налёт был совершён именно в это время и именно на этот парк с домом и баней, предстояло выяснить. Утекла ли информация из штаба о том, что командующий фронта находится в этом месте, или же отработали разведчики-наблюдатели противника - всеми этими вопросами будет заниматься контрразведка. Хотя, почему контрразведка? Он сам стал невольным свидетелем, участником бомбёжки, почему бы и не порыться в этом болотце.

Василий встал, отряхнулся и подошёл к Рузскому. Сообщать о том, что налёт закончился, и предлагать встать генералу не было смысла. В голове, в плечах и спине торчали стрелы-убийцы. Денщик лежал в трёх метрах так же пронзённый стержнями.

—Твою же мать! — раздосадованно хлопнул рукой по ноге Шилов.

«Ну вот, Чапай, полюбуйся! Всего этого могло не случиться, если бы ты меня предупредил!»

«Они не входят в круг моих забот.»

«Цинично звучит, тебе не кажется?»

«Зато честно.»

От ворот бежали охранники...

Как ни странно, но автомобиль, на котором Василий приехал в усадьбу, от авианалёта не пострадал. Шофёр, словно чуйка какая подсказала, отъехал метров на тридцать на боковую дорожку и копался в двигателе, когда с неба посыпались бомбы. Не закрывая створок капота, он заскочил в кабину и быстро отъехал к въездным воротам. По окончании бомбёжки транспорт вернулся к бане.

—Никому о гибели командующего не докладывать! —приказал Шилов унтеру, который ошарашенный лупал глазами, рассматривая лежавшего в окровавленном снегу Рузского. —Ты меня слышишь, солдат? —помахал перед глазами охранника рукой Василий.

— Так точно. Никому не сообщать. —заторможено протянул усач, —А почему? Надо штаб известить. — выходя из ступора, поинтересовался он.

—Я сам сообщу. Без телефонов. Нельзя, чтобы весть о генерале стала доступна врагу и, уж тем более, не дай Бог, повлияла на настрой в наших частях на фронте. Наступление идёт, вот и пусть идёт. О смерти скажем, когда придёт время. Понял?

—Не совсем понял, как о том, что Его Превосходительство погиб, может стать известно германцу, ежели я сообщу в наш штаб?

—Ну, не понял и не понял. Я тебя прошу: ни-ку-да, ни-ко-му, пока что не звонить. На территорию никого не запускать. Кроме труповозки, которую я отправлю. Уяснил?

Унтер потоптался на месте. Посмотрел на погибших.

—Хорошо. Пусть будет так. Хотя чую, по головке меня потом не погладят.

—И слова тебе никто не скажет. Разве что, только похвалят. Будь уверен.

Штаб жил своей размеренной штабной жизнью. Неспешно перемещались по коридорам между кабинетами офицеры, с документами в руках, стучала клавишами печатная машинка, кто-то ругался по телефону, а может просто громко кричал из-за плохой связи.

В приёмной командующего адъютант, изучая листы, раскладывал их по разным папкам. Заметив вошедшего Шилова, радушно улыбнулся, но тут же согнал улыбку на нет, обратив внимание на внешний вид Василия. Шилов, изучающим взглядом, пробежал по сторонам, увидел лежавший на столе ключ, подошёл, взял его и запер дверь. Капитан с удивлением взирал на все его манипуляции.

—Спокойно, капитан. Сосредоточься и отвечай чётко на мои вопросы. Кто знал, что командующий поедет в баню?

—Да многие знали, а что? —не особо понимая смысла вопроса, ответил адъютант.

—Конкретнее!

Капитан задумался.

— Ну, я знал, конечно.

—Ещё? Да не тормози ты, капитан, рожай быстрее! —закипая, резко выпалил Шилов.

Адъютант вздрогнул.

—Начштаба знал, потому что на время отсутствия Его Превосходительства занимается делами фронта... Начальник гаража... Да что случилось-то?

—Ты что, не слышал авианалёта?

—Почему? Слышал. Бомбили.

—А какой объект бомбили, ты в курсе? Баню бомбили. Целенаправленно. Генерал погиб.

Капитан замер, нервно потянув крючок на воротнике. Потом вскочил и хотел вроде бы выбежать из приёмной. Остановился, глядя в пол. Вернулся за стол и схватил трубку. Василий положил сверху свою ладонь, не давая воспользоваться аппаратом.

—Звонить никуда не надо... Пока что... Мы не должны вспугнуть предателя или немецкого агента раньше времени.

—Какого предателя? Вы о чём? —пришёл в себя адъютант.

— Тебе фамилию назвать? В том, кто он и где пристроился, я и пытаюсь разобраться... Так, капитан, — Шилов помял пальцами подбородок, раздумывая. —Один звонок ты сделать можешь. Но позвонишь ты на артсклад. Туда должны были уже подъехать мои хлопцы. Распорядись, чтобы их немедленно доставили сюда и сопроводили в кабинет командующего.

—Их здесь, у штаба высадили. Я отправил их в столовую, —пояснил адъютант.

—Вот спасибо, капитан, —обрадованно пожал ему руку Василий. —Слушай, тебя как звать-то, а то уже надоело капитаном навеличивать. Давай по простому.

—Кхм.. —смущённо покашлял в кулак адъютант.

— Что не так? —удивился Шилов. —Ну, не хочешь по имени, пусть будет по званию. Официальное, так сказать, общение-обращение.

—Да нет, —посмотрев Василию в глаза, произнёс капитан. —Имя у меня не из распространённых. Герасим Иванович.

—И что такого? —недоумевающе вскинулся Шилов. —Что в нём такого необычного? Отличное русское имя. Радуйся, чудило. Народное у тебя имя. Меня Василий зовут. Познакомились. Столовая у нас где?

—В соседнем здании.

—Ага, —Василий подошёл к окну и, распахнув створку, выглянул на улицу в сторону входа.

—Эй, архаровцы! Быстро поднимайтесь в приёмную! —крикнул он, увидев, что его группа уже топчется у крыльца.

—Тут такое дело... —запустив своих товарищей, начал сразу объяснять Шилов, —При авианалёте, под который попал и я, погиб командующий. Бомбардировка производилась целенаправленно по усадьбе. В чётко установленное время. Именно тогда, когда генерал непременно должен был там находиться. Включайте мозг, начинаем анализировать и высказывать свои мысли.

Офицеры задумались.

—Известно ли, где находится ближайший аэродром германцев? — обратился к адъютанту Харитонов.

—Таких данных не поступало, —ответил Герасим Иванович.

—Давайте посчитаем, —предложил Василий. —Судя по всему, использовались бомбардировщики Albatros C.III. Средняя скорость у них, примерно, сто сорок кэмэ в час. Запас полёта не более четырёх часов. От линии фронта, а учитывая тот факт, что мы неплохо продвигаемся в наступлении, у германцев времени должно быть не более полутора часов, максимум —час сорок. Чтобы вернуться не на последних каплях. Над усадьбой они были около пяти... Тэ-экс... Время на поиск цели, бомбёжку, повторный заход для сброса дротиков...

Шилов замолчал. Его никто не тревожил. Все видели, что Василий пытается что-то построить в логическую цепь.

—Капитан, —повернулся он к адъютанту, — Известно было с которого часа Рузский планировал находиться в усадьбе?

—Ну конечно. Гараж предупредили, что автомобиль следует подать к штабу к двум часам пополудни, а забирать Его Превосходительство обратно из бани в пять тридцать.

—Гараж когда известили?

— Командующий дал мне распоряжение в девять утра. Я позвонил в гараж сразу и в усадьбу, чтобы к приезду Николая Владимировича баня была протоплена.

Шилов прошёлся по приёмной, остановился у стола и постучал пальцами по столешнице.

—Ну что, други мои, вывод у меня такой: у германцев существует возможность отправления и получения срочных сообщений. Каким образом можно было передать сведения так быстро?

Присутствующие понимали, что вопрос адресован ко всем без исключения и что думать над этим нужно быстро.

—Василий Иванович, —поднялся со стула Харитонов. — Разрешите высказать свои соображения? Предположение, что использовались радиостанции, по типу искровых передатчиков, думаю следует исключить. Да, они могут обеспечить связь на дистанцию до двухсот пятидесяти километров, но в распоряжении штаба фронта их нет. Подобные имеются в кавалерийских дивизиях. Дивизии у нас сейчас все заняты в боях. Полевые станции «Телефункен», которые могли бы обеспечить связь на большое расстояние, у нас отсутствуют. Использовать рации шпион бы не стал. Дальность у них от двадцати до тридцати семи километров, это просто невозможно представить, какую цепочку связи надо было бы выстроить. Поэтому, я лично, прихожу к выводу, что применялись почтовые голуби.

Шилов заинтересованно посмотрел на офицера. Обвёл взглядом всех в приёмной.

— Точно! —обрадовавшись, что способ передачи информации раскрыт, воскликнул Василий. — Голубь летит со средней скоростью шестьдесят — семьдесят кэмэ в час... И получа-а-ается... И получается, братцы, что информацию почтарь успевает доставить вовремя, а у германцев остаётся приличный запас времени, чтобы подготовиться и долететь в нужный час к месту нахождения генерала. Теперь остаётся вычислить любителя птиц... Капитан, знаешь что-нибудь о местных голубятниках?

Герасим Иванович помотал головой.

—Значит, выходим на улицу, братцы и шерстим в разных направлениях. Радиус... —Шилов на мгновение задумался, —радиус берём по времени. От крыльца штаба до дома человек мог себе позволить потратить не более часа. Максимум.

—Командир, что мы впятером нашерстим? —выступил вперёд Земляной. —Да и стемнело уже. Что увидишь то?

Василий повернулся к адъютанту.

—Есть сведения о тех, кто снимает жильё в городе? Кто не в расположении ночует?

—Вообще-то Его Превосходительство выдавал разрешение офицерам разместиться в шаговой доступности от штаба, чтобы при необходимости их могли срочно вызвать на службу. Сейчас подниму список.

Капитан уверенно достал из стопок многочисленных папок одну и вынул из неё лист.

«Молодец. Отлажена у него работа. Всё по полочкам. И знает, где что находится», —с одобрением отметил для себя Шилов.

—Вот, —протянул список Герасим Иванович.

—Угу, —удовлетворённо промычал Василий, — всего восемь адресов. Офицеры, что указаны в списке, уже убыли из штаба по местам квартирования?

—Конечно... Разве что штабс-капитан Останин может быть ещё в телеграфной. Он постоянно повышает квалификацию своих подчинённых. Занимается с ними.

—Капитан, он на твоей совести... Мы уходим, а ты, под любым благовидным предлогом, задерживаешь телеграфиста в штабе до нашего возвращения. Придумай что-нибудь такое, что его не обидит, но и не вызовет ненужных подозрений.

Адреса находились не далеко и все на одной улице. Так что шли всей группой. Голубятню обнаружил Земляной. При чём он её не увидел, а вначале услышал воркование и шум крыльев и уже потом обнаружил и само строение.

—Командир, нашёл, —подбежал он к Шилову.

—И кто у нас тут обитает? — посмотрев в список, протянул Василий. —Ага, начальник гаража... Вот мне интересно, товарищи, а почему начгар не взволнован тем, что автомобиль генерала не прибыл в гараж? Это что, в порядке вещей? Как думаете?

—Чего тут думать? Возьмём и спросим, —высказал своё мнение Марков.

—Осматриваем вокруг подходы к дому и перекрываем все возможные варианты бегства крысёныша.

Дверь открыл мужчина возрастом под сорок лет, с благородным, дворянским лицом, по всей видимости хозяин дома, и вопросительно посмотрел на Лаврова, которого Шилов отправил вперёд.

— Господина поручика Его Превосходительство в штаб вызывают. Срочно.

— Его Превосходи-ительство? —изумлённо выдавил из себя мужчина. —А-а... Ну да, ну да, конечно. Сейчас приглашу.

Василий выскочил сбоку и вломился в помещение. Поручик сидел за столом в нательной рубахе. Вечерял вместе с хозяином. Бутылка была ещё полной, вероятно выпить не успели.

—Оставаться на местах! —крикнул Шилов, рыская глазами по комнате, высматривая, где находится оружие начгара.

Кобура лежала на стуле у кровати в спальне. Поручик растерянно хлопал глазами.

—Что происходит? —дрожащим голосом поинтересовался он.

—Крот, уведи хозяина в другую комнату, —кивнув на мужчину, приказал Василий. —А мы с поручиком —покалякаем о делах наших скорбных.

Он дождался, когда за Земляным и хозяином закроется дверь и опустился на стул напротив начгара.

— Советую отвечать на мои вопросы предельно честно. Первый, кому Вы передали информацию о том, что командующий в два часа поедет в баню и пробудет в усадьбе до половины шестого?

Поручик закрутил головой, глядя то на Шилова, то на Лаврова, и Маркова с Харитоновым.

— Не понимаю, —неуверенно произнёс он. — Я никому ничего не говорил.

—Что Вы делали после того, как получили от адъютанта генерала распоряжение о направлении автомобиля к двум часам в штаб. По минутам, начиная с девяти. Слушаю.

Начгар сморщил лоб, натурально напрягая память, силясь восстановить весь график в указанный промежуток времени.

— Приказал шофёру подготовить мотор и подать его к двум часам. Провёл инструктаж с механиками. Обнаружил, что жиклёрный ключ для карбюратора и магнетный ключ, которые получил накануне на складе, забыл дома. Сходил домой и принёс ключи. Около двенадцати...

—Подождите, —перебил его Шилов, —Вы отлучались из гаража домой? Как долго Вы отсутствовали?

Поручик задумался.

—Минут сорок, наверное, я не засекал.

—От гаража до Вашего дома максимум десять минут ходьбы. В развалочку, не спеша. Столько же обратно. Чем Вы занимались оставшиеся двадцать минут?