Купол из слёз. Страна, которую построила боль

Глаза предательски защипало. Если это так, то даже лучше. Родные смирятся и будут жить дальше, не ожидая без вести пропавшую. Да, надеюсь, что это так.

Вдох... выдох... ещё глубже, чтобы наладить ритм сердца. Сейчас нельзя позволить себе думать об этом. Поднялась с дивана и подошла к окну, где уже опустилась ночь. Это меня не сломит.

Расправила плечи, прошлась по немного растрепанным волосам, и гордой уверенной поступью двинулась обратно.

Первым мои глаза нашли Эйрена. Длинные тёмные волосы собраны сзади лентой. Весь в кожаной одежде, как Наибы при первой встрече, только черного цвета. Поверх накинут расшитый длинный кафтан с золотистой росписью. Накачанные руки открыты и отдавали приятным восточным земным загаром. Рост значительно выше моего — наверное, выше двух метров. Когда этот мальчишка успел так вымахать? Он выше Мансура, и только я остаюсь коротышкой при своем метре семидесяти. Ну ладно-ладно, два сантиметра округлила. При метре шестидесяти восьми. Не суть. Эти великаны явно отличались от меня и были безумно сексуальны.

Гость быстро почувствовал, что я смотрю на него. Не дав возможности кому-то из своих подойти первым, он быстро сократил расстояние между нами. Здесь не было каких-то особых знаков при знакомстве с главами стран, поэтому мои глаза удивленно округлились, когда Эйрен протянул руку к моей и, осторожно потянув на себя, поцеловал.

— Очень рад встрече, Ведьма Ноэль Первая, — протянул такой знакомый мужчина с красивой улыбкой, сверкнув белыми зубами.

Его голос завис в голове на какое-то мгновение, пытаясь вытянуть знакомое воспоминание.

— Я Эйрен Махара Лялэш, — продолжил жеребец, в то время как с моей стороны не поступало ни звука.

Почувствовала, что за спиной напрягся Мансур, и тут, так сказать, отпустило.

— Что ж, приятно познакомиться, Эйрен Махара Лялэш. Как могу к вам обращаться? — наконец выдавила из себя и невольно улыбнулась.

Краем глаза заметила ехидный смешок Байбы. Она стояла рядом с Наибами, внимательно вглядываясь в лицо названной матери.

— Для вас просто Лялэш, прекрасная Ведьма Ноэль.

Мне кажется, или в зале все совсем распоясались и просто пялятся на нас? Я вполоборота посмотрела на публику, и тут же пространство затопило звуками разговоров и музыкой. Безобразие.

— В таком случае прошу вас называть меня Ноэль, Лялэш. Будем знакомы, — вернулась к разговору и встретилась глазами с остальными участниками делегации.

Валд хищно мне улыбнулся, на что я, не заставив себя ждать, ответила тем же. Юрг захохотал, а третий Наиб что-то говорил Байбе. Она кивнула ему, и они тут же начали уходить от нас в сторону танцующих.

Мансур не успел взять меня за локоть, как Эйрен протянул руку с вопросом:

— Могу пригласить вас в круг?

Ох уж эти танцы — терпеть их не могу. Болтаешься по залу, как селёдка туда-сюда, никакого толка. В связи с чем приняла слабую попытку увильнуть:

— А вы знаете наши танцы?

На что мужчина только улыбнулся ещё раз и руку не убрал. Пришлось обхватить его запястье пальцами правой верхней конечности, и мы двинулись в сторону остальных пар. Там уже крутилась Байба и третий Наиб Дайн. Вижу по её лицу, что этот мужчина ей понравился. Она открыто улыбалась и смотрела ему в глаза, что-то тихо говоря.

Я откровенно пыталась создавать видимость своей невозмутимости, когда внутри бушевала буря. Мужчина приобнял за талию, немного притянув к себе правой рукой, в ответ же положила свои пальцы правой руки ему на левую в районе локтя. Так здесь было принято танцевать с теми, с кем только познакомился и держишь дистанцию. Если партнёр приятен, нравится или вы просто давние знакомые, то позволялось положить правую руку на его плечо и немного на шею. Это значительно сокращает расстояние и показывает другой уровень близости.

Лялэш повёл нашу пару по залу. Не чувствовалось дискомфорта в его движениях, казалось, он не первый раз плывет в этом едва замудрённом танце. Ощущала его крепкое тело и стальные мышцы рядом с собой. Наконец он нарушил эту непонятную тишину:

— Вы немногословны. Хотите честно? Я представлял вас совсем другой.

Ни слова о моём недавнем «полёте», молодец. Приятный голос. Он звучал мужественно и цепко, с толикой хрипотцы. Я тихо выдохнула, пытаясь сбросить нарастающее напряжение, и усмехнулась.

— Ну, во-первых, раз уж мы перешли на имена, то прошу обращаться ко мне на «ты». А во-вторых, и какой же, интересно узнать, ты меня представлял?

Успела договорить и поняла, что почему-то музыка поменялась. Это не были привычные мне звуки, взгляд невольно упал в сторону, где сидели нанятые артисты. Но там уже маячил Валд и довольно ловко перебирал большими пальцами местный музыкальный инструмент — кифару. Благо коллектив, у которого Наиб решил отобрать хлеб, не растерялся и тут же подстроился под мелодию этого медведя. Во мне плескалась озадаченность. Все планы и речи куда-то улетучивались, и я терялась в этих знакомых шоколадных глазах.

— Надеюсь, что только у Валда скрытые таланты к музыке и остальные ваши Наибы не станут претендовать на другие места в моём Доме. Потому что, если тот же Юрг сунется на кухню, то Ирма хорошенько отходит его шваброй.

Мужчина расхохотался и, не спрашивая, повёл в новом танце. Мелодия была более живой, игривой и, безусловно, возбуждающей. Байба и второй Наиб вовсю кружились по залу. Спешу заметить, расстояние между ними было уже на второй стадии. Некоторые гости не отставали. Чем я любила жителей своего города, так это тем, что их невозможно смутить — они смело встречали всё новое и интересное. Кто-то же перешел на сторону наблюдателей. Многие с интересом следили за нами.

— Представлял тебя Холодной... И чужой.

Не сразу до моего повеселевшего сознания дошёл смысл сказанного. Показалось, что слово «холодной» он выделил и как будто произнес с большой буквы. Я почему-то расхохоталась. Некоторые гости тут же шеи свернули в нашу сторону. Особенно советники. Эти пройдохи редко видели меня смеющейся так откровенно.

— Кажется, сейчас на улице достаточно холода, чтоб ещё угощать им тебя здесь.

Такое ощущение, что я перешла на флирт. Сердце предательски колыхалось, когда он смотрел вот так, а тёплые крепкие руки уверенно держали женский стан. Казалось, что даже запах его любимой мятной жвачки «Стиморол» исходил при разговоре. Миша... Если это ты, то чувствую, как теряю контроль.

— И то правда. Хочу сказать, что безгранично рад. Не ожидал, что здесь меня может встретить Кариад.

Он притянул тело ближе, чем положено, и, конечно, моя правая рука легла ему на шею.

— Что такое Кариад? — чувствовала, что невероятно сильно во мне поднимается желание поцеловать мужчину.

При этом разум понимал - вижу именно этого персонажа впервые. Может, я ошиблась. У всех есть близнецы в параллельных вселенных, так почему бы и не в другом мире. От прямого вопроса удерживал статус, взгляды и моя душа... Страшно услышать, что это не он. Боюсь разочароваться, когда сердце уже трепещет только от его присутствия. Ведь столько лет ужесточения — и всё впустую, когда эти глаза напротив смотрят из-под длинных ресниц.

— Думаю, что это ты. Ведь должно же мне воздаться за поиски.

Его голос. Мне всегда нравилась эта легкая хрипотца. Длинные волосы, лёгкая щетина и безумно сексуальная фигура. Я уже, мягко говоря, подзабывала, что это делегация из Зазеркалья, с которой надо заключить какие-то там договора, и вообще вижу их впервые в жизни.

Вечер прошёл прекрасно. А для меня — в тумане. Гостям вынесли наш новый бахус из второго сорта пепинко, которые диви вырастили в Иберском лесу в этом году. Напиток холодил горло и не тяжелил разум. И опять же был более женским, чем мужским, но это не мешало сильной половине скупать его с прилавков. Отдалённо напоминал земной персик с послевкусием ананаса.

После танцев собралась небольшая компания и разделилась на группы. Немного обсудили дела, но настроение у всех было бодрым и веселым, поэтому быстро перешли на отстраненные темы, обсуждая и сравнивая Ниалу и Махар. В нашем кругу находились я, Лялэш, три Наиба, моя Байба, Сигита и Мансур с той девушкой, которая тоже прибыла с делегацией северян. За разговорами плавно перешли за стол. Меня приятно грели взгляды Эйрена. Он то и дело брал за руку, поглаживая пальцы, убирал непослушные локоны за уши. А я позволяла. Казалось, махарцы принесли с собой что-то дружественное и личное. Не чувствовала угрозы, поэтому отпустила ситуацию и наслаждалась необычным вечером.

Ирма не подвела, ужин выдался безумно вкусным. Как-то получилось, что гости разбрелись кто куда. Наша же веселая и шумная компания осталась за столом до самой ночи. Мы громко смеялись и шутили. Новые мужчины охотно рассказывали о своей жизни. Оказалось, что у Валда есть жена и двое детей-мальчишек. Моё воображение сразу нарисовало подростков-крепышей и статную высокую женщину, похожую на мою Ирму. У Юрга семьи не было вообще. Отец и мать погибли, о чём он не стал рассказывать в подробностях, а свою Кариад так и не нашел. Я снова влезла с вопросом, кто такая Кариад, но мужчина смущенно опустил глаза. После чего остальные трое северян взорвались заразительным смехом, и тема снова сошла на нет.

Моя же лисица сидела рядом с Дайном. Он тоже, как оказалось, без семьи в том смысле, что рядом с ним не присутствовало постоянной женщины. Но у него маленькая дочь. Из недосказанности я сделала вывод, что он потерял возлюбленную. Но расспрашивать никто не осмелился. Лялэш не женат в земном понимании этого слова. Из родных только брат, который вместе с ним стоял у престола и имел титул Сабаха. На этом родственные связи заканчивались. Но, смотря мужчин, я поняла - их объединяет не только разделение власти и управление Махаром. Они тоже были как братья, и видно — это семья.

Девушка, прибывшая с ними, оказалась четвертым Наибом, что на некоторое время повергло меня в шок. Её звали Саулэ. Взрослая красавица с копной светлых жестких волос, что на фоне карих глаз и смуглой кожи выглядело потрясающе. Она как-то странно косилась в мою сторону весь вечер. Без ненависти, но изначальное недоумение быстро сменилось восторгом и надеждой, а потом вообще опалило ревностью. Сделала на задворках разума заметку - нужно будет с ней пообщаться. Только днём позже до разума дойдёт, что я «не видела» её и Лялэша на уровне энергий. Но в тот вечер не придала странному факту особого значения.

К четырем утра Ирма и мой смотрящий Индул начали разгонять засидевшуюся компанию. Мельком уточнила, что с остальными гостями. Меня успокоили и мягко направили на третий этаж.

Шла по коридору, чувствуя, как гудит голова от выпитого и переизбытка эмоций. Хотелось просто рухнуть в кровать и забыться. Но за спиной послышались шаги. Обернулась, сзади Лялэш. Он шёл за мной, и в его взгляде читалось нечто, от чего внутри все сжималось.

— Ты устала? — он остановился напротив двери в мою комнату.

— Более чем, — надеюсь Эйрен поймет намёк.

Не понял или сделал вид.

Шагнул ближе, непозволительно сокращая расстояние. Я упёрлась спиной в дверь, а он навис сверху, прожигая этим своим шоколадным взглядом. Тем самым, который выворачивал наизнанку, потому что напоминал о Мише.

— Лялэш... — начала, но он резко перебил.

— Я не могу отпустить тебя просто так. Не после этого вечера, как нашёл тебя.

— Ты меня не нашёл. Я просто здесь живу, — попыталась отшутиться, но голос предательски дрогнул.

Его рука легла на стену рядом с моей головой. Следом вторая. Тело моментально оказалось в ловушке. И, чёрт возьми, часть Ведьмы хотела быть пойманной.

— Посмотри на меня, — попросил он тихо.

Подняла взгляд, пьяному разуму ослушаться сложнее. Эти глаза... Они снились мне годами. Я оплакивала их, помнила ласковое тепло, их смех приправленный обещания счастливого будущего. И сейчас они горячо смотрели в упор.

— Поцелуй меня, — не спросил, а приказал.

— Это безумие, — выдохнула, собирая растёкшиеся мысли. — Мы знакомы один вечер. Я вообще не уверена, что ты — это ты. То есть, что ты тот, за кого я тебя принимаю. То есть...

Он не дал договорить. Резко наклонился и поцеловал сам.

Горячие и настойчивые губы жадно прижались к моим приоткрытым. Замерла на секунду, а потом... потом моё тело предало разум. Я ответила, хоть и нехотя. Потому что так пахло морем и домом. Иллюзии быстро создали запах парня, похороненного много лет назад.

Он целовал глубоко, не оставляя шанса на передышку. Его руки уже забыли про стену о стену и сжимали мою талию, вжимая в себя. Я чувствовала каждую мышцу сильного тела с каменным прессом. А уверенные движения бёдер уводили всё дальше от правильного решения.

— Лялэш, подожди... — попыталась вздохнуть в перерыве между поцелуями.

— Не хочу ждать, — прорычал он мне в губы. — Я ждал слишком долго. Ты даже не представляешь насколько.

— Я не... — снова попытка остановить этот поезд, несущийся под откос.

— Ты хочешь меня, — он отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть в глаза. — Я чувствую. Твоё тело мелко дрожит от предвкушения. Сердце колотится на запястьях и жилке на шее. Ты хочешь.

Неоспоримая правда. Моё тело хотело его. Оно предательски горело от лихорадки вожделения. Но разум...

— Это неправильно. Ты — чужой. Из другого мира купола. Я не знаю тебя.

— Ты знаешь меня, — его голос стал тише, интимнее. — Я видел это в твоих глазах, когда ты смотрела на меня в зале. Ты видела кого-то другого? Кого-то потеряла?

Невольно вздрогнула от слишком точного предположения.

— Не твоё дело.

— Моё. Потому что сейчас я здесь. А тот, другой — где он?

— Его нет, — горькая правда вылетела наружу почти неслышно.

— Тогда позволь мне быть здесь. Хотя бы на эту ночь.

И снова поцелуй, но мягче с попыткой уговорить. Языком он провел по моей нижней губе, легонько прикусил и потянул. Ведьма позорно сломалась.

Сама не заметила, как открыла дверь, чтобы мы ввалились внутрь, а одежда полетела на пол. Он был везде — его руки блуждали, а горячие губы молили. Я тонула в этом, забывая, кто я, где я и почему позволяю этому происходить.

Он толкнул меня на кровать, нависая сверху. Медленно развел мои ноги коленом и вошел резко, без предупреждения, заставив выгнуться и застонать. Двигался жестко, как будто хотел выпить до дна.

А я позволяла, потому что закрывала глаза и видела Мишу. Хриплый и срывающийся голос, звучал так знакомо.

Оргазм накрыл неожиданно, выкручивая каждую мышцу. Крик Эйрен успел поймать губами. Сам кончил следом, глубоко вбиваясь последний раз, и прижав к себе так, что рёбра затрещали. А потом откатился в сторону и притянул обратно, укрывая одеялом. Лежа в его объятиях, не могла понять — что я наделала.

Утро встретило ярким светом. Кто-то посмел открыть шторы. Поморщилась, перевернулась и... замерла.

Лялэш стоял у окна. В одной руке книга, в другой бокал с остатками вчерашнего бахуса. Расслабленный, уверенный зверь, как-будто так и надо.

— Проснулась? Как спалось? — голос слишком бодрый для человека, который завалился спать под утро.

Села на кровати, придерживая одеяло, и почувствовала, как краска заливает щеки. Все тело ныло — приятно, но напоминая о каждой минуте прошедшей ночи.

— Что ты здесь делаешь? — спросила хрипло.

— Жду, когда ты проснешься. — Он улыбнулся. Так легко, будто мы сто лет знакомы.

Меня это разозлило и напугало. Сердце неприятно бухнуло и забилось усиленно.

— Я не просила ждать.

— Знаю. — Лялэш поставил бокал и книгу на подоконник, подошёл к кровати. — Но мне это показалось правильным.

Он сел рядом и протянул руку, чтобы коснуться моего лица. Я дёрнулась назад.

— Не надо.

Эйрен замер. В глазах мелькнуло что-то... Напряжение или обида?

— Ты жалеешь о прошлой ночи?

— Я... — замолчала, пытаясь собрать мысли. — Не знаю. Это слишком быстро. Ты — чужой.

— Вчера я не был чужим.

— Вчера я была пьяна и... — осеклась.

— И? — он смотрел пристально, не отпуская.

И ты похож на того, кого я любила. А закрывая глаза, представляла, что это он. И это неправильно, неправильно, неправильно. Вслух слова не прозвучали, просто покачала головой.

— Мне нужно, чтобы ты ушел.

Он помолчал. Потом кивнул и встал.

— Хорошо. Но мы поговорим позже. Ты — моя Кариад. И это не изменить одной ночью или твоим смущением утром.

Мужчина ушёл, а я ещё долго сидела на кровати, обхватив голову руками. Что ты наделала Ведьма? И почему его уход оставил после себя облегчение и пустоту?

Внутри поселилось смятение. Мне казалось, что утро должно было сложиться иначе. Совсем иначе. На языке всё ещё вертелись вопросы, но я поступила как всегда — сбежала от них, нажав кнопку вызова прислуги. Через какое-то время в дверь постучали.

— Войдите, — мой голос прозвучал резче, чем хотелось.

На пороге возник Мансур. Его лицо редко выражало яркие эмоции. Спокойный взгляд с вопросительно приподнятой бровью. Пишачи молча ждал распоряжений.

— Прекрасно... — ситуация окончательно ускользает из-под контроля. — Мансур, будь добр, проследи чтобы Гость нашёл свою комнату. И попроси Ирму организовать завтрак. Потом зайди ко мне.

Развернулась и почти сбежала в ванную, боясь признаться себе, как болит сердце. Как оно вообще смеет стонать из-за мужчины, которого я вижу первый раз в жизни на Плероме? Данная ночь не должна была случиться.

Открыла вентиль, чтобы набрать полный резервуар. Следом насыпала душистую соль и добавила пену с запахом пепинко. Заныривая в горячую воду с головой, надеялась, что она смоет липкое чувство растерянности. Но вынырнула растерянно, откидывая голову на бортик и прикрывая глаза.

Ночь... Она оставила после себя не нежность, а горькое послевкусие. Я позволила себе растаять, чужим шоколадным глазам сломать все барьеры, которые выстраивала годами. Сейчас, на трезвую голову, это казалось предательством по отношению к себе.

Он просто похож на Мишу. Просто чертовски похож! И тело откликнулось на знакомую картинку раньше, чем разум успел вмешаться. А он... поспешил воспользоваться моментом. Был настойчив, напорист, чтобы добыча не успела опомниться. И я позорно быстро сдалась. Потому что на одно безумное мгновение мне показалось, что снова дома на земле.

Глупо, до слёз глупо.

Печально выдохнула, когда в ванную бесшумно вошёл Мансур. Я даже глаз не открывала — знала, что это он. Его энергия всегда действовала на меня успокаивающе, как тёплый плед в холодную ночь.

— Что прикажешь? — голос пишачи вплелся в тишину, разгоняя тяжелые мысли.

Молча повела плечом. Мы достигли того уровня, когда слова излишни. Он понял.

Одежда полетела на пол, и через мгновение его тело скользнуло в воду позади меня. Длинные ноги обхватили мои, руки притянули к ещё одному крепкому торсу. Пальцы приятно зарылись в волосы, массируя голову. Я выдохнула, позволяя себе расслабиться в его объятиях.

С Мансуром всё было просто и понятно. Никаких иллюзий, никаких призраков из прошлого. Он знал, с кем я провела ночь, а я знала, что он не скучал в одиночестве. Мы не принадлежали друг другу, но между нами было нечто большее, чем просто постель — доверие.

— Не думай об этом, — прошептал он, спуская руки к женской груди.

Пальцы мягко сжали полушария, чуть сильнее зажимая соски. Я тихо выдохнула и запрокинула голову, потянувшись за поцелуем. Его язык умело скользнул в рот, привычно пригласив в древний танец. Стон вырвался непроизвольно.

Рука Мансура ушла дальше вниз по животу, пальцы прошлись по складкам лона и нырнули внутрь. Я выгнулась, тело задвигалось быстрее, но этого было мало. Развернулась сама, села на его член до конца. Вода расплескалась через край, а он обхватил мои бёдра, насаживая на себя всё сильнее и глубже. Я задыхалась от жарких движений, и от того, как правильно и привычно всё было с ним.

Оргазм накрыл раньше, чем его. Пишачи кончил следом, наполняя горячей спермой женское лоно. Обессиленно рухнула ему на грудь. Он дал нам выдохнуть пару минут, размеренно смывая остатки удовольствия. А после подхватил на руки и перенёс на кровать. Растёр мягким полотенцем, укутав с головой и прижимая к себе.

— Мансур... — пробормотала, блаженно вытягиваясь.

Стало стыдно. Я использовала его, чтобы очистить голову и заглушить хаос, поселившийся внутри после Лялэша.

— Мм? — он коснулся пальцами моих губ.

— Не хочу спускаться вниз.

Пишачи усмехнулся, притягивая ближе.

— Тогда давай попросим Ирму принести завтрак сюда и останемся в постели до вечера.

Я прижалась к нему, утыкаясь носом в плечо. Если бы утро началось иначе... Если бы я не чувствовала себя такой растерянной и чужой в собственной шкуре...

В дверь громко забарабанили.

— Я, конечно, понимаю, что Манс может накормить тебя собой вдоль и поперёк! — весёлый голос Байбы разрезал тишину. — Но не всем так везет. Если через десять минут вас не будет в столовой, то поведу гостей на экскурсию в твои покои!

И тишина. Девица ушла, довольная своей угрозой.

— Она правда может так сделать? — пишачи усмехнулся, целуя меня в губы.

— Она может всё.

Пришлось одеваться. Чёрные вельветовые штаны в обтяжку, полусапоги на каблуке, бежевая блуза с широким рукавом, а поверх серебристый жилет. Из украшений серьги с линдом, да кольца из крамра. Волосы небрежно перекинула за спину. Вроде готова.

Спустились в столовую под негромкий рассказ Мансура о том, кто из гостей где ночевал. В зале повернулось множество пар глаз. Я хищно улыбнулась:

— Доброго дня всем и приятного аппетита.

Свои привычно ответили, а гости озадачились. Ну да, не привыкли они к моим земным причудам.

Лялэш встал, чтобы отодвинуть стул рядом с собой. Приглашал. Я скривила губы уже в кислой улыбке и двинулась к столу. Мансур последовал за мной. В итоге оказалась зажатой между ними — вчерашней ошибкой и сегодняшним утешением.

Эйрен уплетал пироги Ирмы с таким видом, будто ничего не произошло. Будто не было этой напористой ночи с моей слабостью. Я впилась зубами в пепинко, надеясь, что кисло-сладкий вкус перебьет горечь внутри.

Разговор тёк ровно, как ни в чем не бывало. Кто-то обсуждал минувшую ночь, кто-то планы на день. В компании нас было человек пятнадцать: я, Мансур, четверо северян, Байба, Сигита с братом, две иберки, глава вахшей, шантрап из йорты, пара скифов.

И Лялэш, который сидел слишком близко и смотрел слишком откровенно. Он одним своим присутствием заставлял энергию внутри меня сходить с ума. Я не знала, что с этим делать. И это бесило больше всего.

— Мы сможем поговорить после наедине? — обратился Эйрен, вытирая руки о салфетку.

Задумчиво кивнула и вернулась к пепинко, которое догрызла почти до конца. Пальцы дрогнули. Волнение и тошнота накатывали волнами. Из-за чувства назойливого взгляда повернулась влево и увидела, что на меня пристально смотрит четвертый Наиб Саулэ. Девушка нахмурилась, но не отвернулась. И в этот момент до меня дошло — я не вижу цветных всполохов вокруг неё.

Усилила напор — ничего. Все остальные сияли разными красками. По очереди проверила всех северян и, когда дошла до Лялэша, ситуация повторилась. Пустота.

В чём дело? Ещё не встречалось мне существо, которого я не могу увидеть на уровне энергий. Да, чужаки не так просты, это было понятно ещё по прошлой встрече и их браслетам. Но сейчас браслетов не было, и три знакомых Наиба сияли ярко, передавая каждый свои энергии. А Эйрен и девушка-северянка были просто пусты. Смотря на них, мне казалось, что я вернулась на Землю.

Мансур тронул за локоть, вопросительно выгибая бровь. Я стрельнула глазами в сторону Саулэ, уже вернувшейся к трапезе, и Лялэша, сделав большие глаза, а потом нахмурившись. Мужчина посмотрел на выделенных персонажей дольше, чем требовалось. Они уже увлеченно беседовали с соседями. Напряглась и потянула немного энергий отовсюду, перерабатывая и пытаясь пробить этих двоих. Снова ничего. Казалось, всё, что я скидываю, просто растворяется в никуда.

— Нам стоит отлучиться на разговор прямо сейчас, — холодно проговорила, вставая и тронув за руку главу Махара. Мужчина усмехнулся, но сразу же извинился перед соседом — моим вахшем — и пошёл следом.

Я шла несвойственно резко, буквально влетела на второй этаж в библиотеку, даже не проверив, идёт ли он следом. Но Лялэш не отстал. Закрыл за собой дверь и без приглашения прошёл к креслам. Помещение небольшое, со светлыми арочными окнами в пол. Книги хранились на тёмных стеллажах под амсером. Я собирала эту библиотеку годами.

— Ты любишь читать, — проговорил мужчина.

Нахмурилась ещё больше.

— Почему я тебя не «вижу»?

Не о книгах же позвала его говорить. Снова лёгкая дрожь по телу. Внутри возились всполохи энергии, нарушая привычный ритм. Эти шоколадные глаза сведут меня с ума. Он не стал делать вид, что не понял.