Купол из слёз. Страна, которую построила боль

— Потому что ты — моя Кариад, — для него кажется всё очевидно.

То есть я должна, от святого духа догадаться, что это значит. Фыркнула и продолжила смотреть, требуя продолжения. Он мученически выдохнул и улыбнулся.

— Ты моя вторая половина.

И тут я расхохоталась. Истерика накрывала с головой. Все мысли о Мише, переживаниях и несостоявшихся надеждах вылились именно в это. Лялэш перестал улыбаться, наконец-то сбросив маску довольства.

— Вижу, ты не понимаешь всю серьёзность. Давай начнём по порядку. У тебя ведь нет своих детей? И зачать ни от кого из мужчин ты не можешь?

Смех как ветром сдуло. Липкий холод сковал горло.

— Какое это имеет отношение к тому, что я тебя «не вижу»? — голос проскрипел глухо.

— Прямое. Ты не можешь зачать ни от кого, потому что вы не подходите друг другу.

О господи, он начинал меня бесить.

— А с тобой мы, значит, отличная пара? Что-то не вижу изменений в своей энергии. А если мне не изменяет память, то кто-то кончил в меня. В связи с чем я бы уже была оплодотворена и цвет в районе живота стал бы другим. Но утром эта область сияла, как обычно. Не находишь это странным, моя вторая половина? — с сарказмом выплюнула ему в лицо.

Язык сейчас жил отдельно от головы. Это ведь совсем не то, что мне хочется сказать этому человеку напротив. Мужчина помотал головой и посмотрел в ответ, как на неразумное существо.

— То, что мы с тобой подходим, не значит, что ты будешь оплодотворяться каждый раз после соития. И тебе, и мне нужно этого захотеть. Даже больше — быть готовыми и душой, и сердцем. Только после такого слияния может родиться ребёнок.

Он всё ещё смотрел на меня как на не очень умную особь. Сейчас его глаза становились чужими, и страх опоясывал сердце.

— Это звучит слишком просто и глупо. То есть ты такой весь замечательный, подходишь мне во всех аспектах, я ложусь с тобой в кровать, мы трахаемся со страстными мыслями о детях — и вуаля, дитя готово? — может правда тупею, потому что ни хрена не сходится.

— Ты очень странно выражаешься, я понимаю не все твои слова... Но попробую объяснить. Насколько я узнал, когда мы сняли барьеры, здесь человеческое население плодится друг от друга благодаря сперме.

— Ой, вот только давай без историй про пестики и тычинки. Что с вами не так? — чувствовала, как поднимается раздражение и злость. В большей степени на себя.

— Опять же не понимаю, о чём ты, но если говорить про нас, то это история долгая, — он выразительно выгнул бровь.

Я опять закатила глаза.

— Как-нибудь переживу. Начни сначала. Почему вы оказались в Зазеркалье?

Собеседник вопросительно нахмурился. А сердце снова скакнуло вниз. Этот мужчина не знает моих слов, а значит, он не Миша...

— О господи, да за этим радужным энергетическим куполом!

Благо Лялэш не стал уточнять, при чем тут Зазеркалье. Меня и так трясло от накатившего разочарования.

Разговор получился долгим. Когда я закончила задавать вопросы и уложила информацию в голове, сопоставив с известными фактами, часы показывали шесть вечера. К нам заходили Ирма — принести легкий перекус, и Мансур — убедиться, что меня не расчленяют.

В общем, коротко получалось так. Хрен знает когда, очень давно — в летоисчислении мы не сошлись, — эти зазеркальцы начали вымирать. Они часто, как выразился Эйрен, смешивали кровь с другими народами. Силы их энергий уменьшались, начали рождаться люди «бочонки», с ограниченным резервом. Они пришли в ужас. Первоначальное население не имело резерва, черпало энергии из любых вещей. Чем из больших вещей могли черпать, тем сильнее считались. А когда появился резерв, они пересрали и бла-бла-бла. Какой-то умный предложил, что это вина остальных наций, надо очистить кровь. После небольших войн и споров все самые-самые были собраны на одной земле и спрятаны за куполом на веки вечные. Они называли себя Ведианы. Тот самый народ из древних рукописей, что мы нашли с Сиаром.

Задумалась глубоко. Я превосходила их силой, черпая энергии отовсюду, кроме трупаков. Но у них самыми сильными считались Наибы и Эйрен с Сабахом. Наибы черпали из одного источника. Эйрен из двух, Сабах тоже, но уж очень сильных — жизнь и смерть. То есть его братец мог забирать энергию мертвых. Интересненько.

О куполе. Он образовался, когда сто дураков (простите это моё личное мнение) отдали добровольно себя энергетически. Сейчас купол подпитывают в каждом городе постоянно. Все жители обязаны приходить в Адал и насколько позволяет совесть отдавать энергию. Некоторые умудряются на этом зарабатывать — проходят сбор за деньги.

По мере рассказа мне хотелось покрутить пальцем у виска. Жили долго и счастливо много лет. Но всему приходит конец.

И тут мы подошли к Кариад. Эта раса может размножаться только от особи, которую не видит энергетически и не может повлиять — типа знак свыше, что вы созданы друг для друга с возможностью размножаться. У простого народа проблем нет, пары находятся быстро. А сильным плодиться сложнее. Бывает, ждут свою Кариад десятилетиями.

Нынешний Эйрен не мог найти свою Кариад столетия. Тут я чуть за сердце не схватилась — точной цифры добиться не удалось. В свои девяносто шесть иногда на тот свет хочется, а он живет много дольше. Жалость стрельнула по разуму. Такая же ситуация с некоторыми Наибами и Сабахом. Думали-гадали лучшие умы и решили попытать счастья за бугром — посмотреть, как мы здесь живём. Так наши женишки вышли на охоту. И удачно вышли, раз Лялэш в виде меня нашел свою Кариад.

Закономерный вопрос — мне оно вообще надо? Я могла бы сказать «спасибо за секс, чешите дальше», но... Действительно хотела ребёнка. Здесь у меня не было ни одного шанса забеременеть.

Голова кипела и начинала гудеть. Мы закончили разговор, и я предпочла уединиться в спальне. Лялэш не возражал. Смотря на него, казалось, мужчину ничего не волнует. Он был доволен и горд собой. Может, мне показалась эта нежность вчера? Или я обманула себя, желая увидеть совершенно другое?

Грузно завалилась на кровать, глаза сами закрылись. На сердце тяжело. В последнее время в моей жизни всё слишком гладко, поэтому судьба решила подкинуть очередную кучку говна? Или это будущее счастье? Мысли растеклись лужей, не желая принимать единую форму. Давно не чувствовала себя такой незащищенной и разбитой. Здесь, в Маклумате, я свила гнездо, любила его, расширяла и взращивала. Но ребёнок... Стоит ли этот шанс того, чтобы бросить всё это? А бросить придется, хотя бы на время, потому что великий Эйрен упёрся рогом. Ему приспичило утащить меня на свои земли.

В принципе, я не против посмотреть новые владения, других людей. Да и вообще — разве не об этом ты мечтала? Узнать, что скрывает купол? Почему он возник? Посмотреть, как они развиваются? И прекрасный бонус — возможность забеременеть. А также шоколадные знакомые глаза...

Услышала, как открылась дверь. Мансур. Посмотрев на мужчину, тяжело вздохнула. Почему-то хотелось расплакаться. Как давно я не испытывала такого чувства? Накатывала какая-то нерешительная безысходность.

Он скользнул на кровать и крепко прижал к себе. Не знаю, как этот пишачи чувствовал желания и читал мысли, но было приятно, что кто-то понимает меня до такой степени.

— Расскажешь? — через какое-то время проговорил он.

Я прижалась к нему ещё крепче и начала говорить. Слова лились потоком. Иногда перескакивала с мысли на мысль, но Мансур не перебивал, внимательно слушал, давая выговориться. Его тело было напряжено, а мои мысли путались всё больше. К концу рассказа уже не понимала, что говорю и кого в чём пытаюсь убедить. Расстроенно замолчала.

Молчал и он. Тишина повисла над нами серым облаком.

Чего я боялась? У меня уже есть власть, дом, мои люди. Есть место, в которое всегда могу вернуться. Сила Ведьмы даёт прекрасное подспорье не бояться никого и ничего. Сильный дух, опыт двух миров. Я смогу справиться со всем.

Но тоска уже брала в свои объятия.

— Я не поеду с тобой. Но... если хочешь узнать моё мнение — ты должна попробовать. Он — то, что ты искала, — наконец выдал Мансур.

Посмотрела в его рубиновые глаза и расстроенно кивнула. Конечно, не было смысла тащить своего любовника туда, где я буду пытаться построить подобие семьи и завести ребёнка.

Ещё какое-то время мысли кидались из стороны в сторону, пытаясь прийти к единому мнению, но в итоге только провалилась в беспокойный сон.

Снилась жизнь на Земле. В последнее время я часто вспоминаю о ней. Дни, когда жила с мамой, отчимом и братом. Отчима всегда звала папой и очень его любила. Он заменил мне родного отца, стал образцом мужчины. Больше всего я оплакивала свою семью. Как они сейчас? Живы ли? Время в этом мире и на Земле может течь совершенно по-разному. Быстрее — и тогда их скорее всего нет в живых. Или медленнее — тогда они оплакивают мою пропажу до сих пор. Сердце мамы точно разбилось, когда я исчезла. Очень надеюсь, что она смогла это пережить и не сдаться.

Во сне брат развернулся в компьютерном кресле и начал новую игру на мониторе, а я медленно вынырнула из дрёмы. На кровати больше никого не было. Чувство одиночества нахлынуло с новой силой. За окном стояла ночь.

Выскользнула в коридор босиком. Когда Мансур успел скинуть с меня обувь? Пол был прохладный, но не ледяной. Всё равно поёжилась и бесшумно продолжила путь вниз. В доме тихо. Вела правой ладонью по стенам — от них веяло теплом. Здесь я рассчитывала состариться и умереть, встречать Байбу с её мужем и детишками, принимать первую в истории Ниалы Ниаллериону Сигиту, возможно, пригласить в гости Сиара и Ристну... Смогу ли я всё это сделать здесь, или моя судьба и конец будут в другом месте? Тяжело отпускать то, что уже мысленно построил и прожил.

В раздумьях вышла на первый этаж и завернула в сторону кухни. Там горел свет. Меня встретила своей лёгкой улыбкой Ирма и молча развернулась, двинувшись к полкам с чаем, чтобы заварить его для меня. Я залезла на высокий стул и положила голову на руки, наблюдая за её размеренными движениями. Это успокаивало.

Ирма чуть младше меня, но выглядит старше. Её «бочонок» очень мал. Она предпочла развитие кулинарных навыков энергетическим, поэтому старела быстрее. Как-то раз я спросила, не жалеет ли она об этом. На что женщина улыбнулась и сказала: «Если бы я могла начать свою жизнь заново, зная, что меня ждёт, то начала бы заниматься любимым делом ещё младенцем». У неё была взрослая дочь, которая давно вышла замуж и жила в другом городе, намного меньше нашего. Муж Ирмы погиб. Точнее, его убили. В дом ворвались грабители, когда она была беременна. Муж защищал семью, но грабители взяли числом. Её не тронули, а его убили за сопротивление. Ирма как-то призналась мне, что винит себя в этом. Если бы она остановила его тогда и попросила остаться с ней, он не пошёл давать им отпор, и все остались живы.

Напротив плавно опустилась большая кружка с чаем на блюдце. Здесь почти не употребляли горячие напитки, поэтому такую посуду изготавливали лично для меня. Домашним нравились мои странности, и они активно их поддерживали, внедряя в свою жизнь. О чем и говорила вторая кружка с чаем, которую Ирма заварила себе. Мы молча потягивали горячую жидкость. Эта женщина нравилась мне тем, что с ней было спокойно молчать.

Я обвела взглядом кухню. Здесь очень много вещей, которых нельзя найти в других домах на Плероме. Домашние с удовольствием пользовались всем, что я притаскивала после разных экспериментов на производстве побережья. Бахши одобряли не всё, поэтому разные штуки оседали только в нашем доме. И как это всё оставить? Последние одиннадцать лет я действительно Жила.

Упустила тот момент, когда Ирма оставила меня в одиночестве. Её кружка осталась стоять рядом, создавая ощущение присутствия женщины. Чай уже был не таким горячим, но приятно пах. Этот сорт мы с Кроликом придумали одним из первых. Вспомнив о нём, опять тяжело вздохнула. Домашние... Кто позаботится о них?

Минут через двадцать выскользнула из кухни и направилась обратно наверх. В доме стояла всё та же тишина. Даже если гости в своих комнатах ещё не спали, я всё равно этого не услышу. Здесь хорошие стены, дзыки позаботилась об этом при строительстве.

Раньше было страшно в больших квартирах на Земле, особенно ночью. Я боялась темноты. Сейчас же спокойно шастала по тёмным коридорам. Здесь знакома каждая тень. Столько тепла и уюта исходило от окружающей обстановки.

Так, в воспоминаниях, добралась до своих покоев. Тихо прикрыла за собой дверь и чуть не уронила кружку от звонкого голоса Байбы:

— Мама, я думала, тебя украли! — хихикнула девица, развалившись на кровати.

Усмехнувшись, двинулась к ней и опустилась рядом. Рыжая тут же перекатилась ко мне, чтобы прижаться под бочком. Помню, как ещё маленькой она часто так засыпала, пока рассказывала ей земные сказки.

Откинувшись на подушки, погладила девушку по голове. Пальцы правой руки зарылись в рыжих волосах.

— Ты уезжаешь? — тихо произнесла она через какое-то время.

Я нахмурилась. Видимо, у кого-то слишком длинный язык, и это явно не Мансур.

— Пока не решила.

Или решила? Мне кажется, выбор был очевиден ещё в середине разговора с Лялэшем.

— Ты знаешь, как только я услышала всё от северян, то хотела бежать и удостовериться, что ты никуда с ними не собираешься. Но потом мы поговорили с Мансом, и я поняла, какой эгоисткой являюсь. Просто ты моя мама, и мне тяжело тебя отпустить, но... Хочу, чтобы ты была счастлива. И ... хочу братишку. Ну или сестрёнку в крайнем случае. Хотя девчонки противные. Лучше двух братьев. Или даже трёх. Много мужчин в семье не бывает.

Я засмеялась к концу пылкой речи и прижала Байбу к себе. Моя девочка, хоть и взрослая, но ещё такая маленькая. За ней нужен глаз да глаз.

— Хочешь поехать со мной? — задумчиво протянула.

Мансур останется здесь, и мне немного страшно отправляться в новое путешествие совсем без знакомых лиц.

— Хочу... Но не поеду. Кто-то должен присмотреть за всем этим безобразием. Возможно, позже присоединюсь к тебе. Ну или тебе там не понравится, поубиваешь их к чертям собачьим и вернёшься обратно.

Я усмехнулась и кивнула. Байба права. Нельзя оставлять город в чужих руках. Она знает всё и всех, а Мансур ей поможет. Но это и расстраивало. Оба близких человека не смогут отправиться со мной.

Ещё немного разговоров ни о чем — и обе провалились в тягучий сон. В этот раз не видела ничего. Такое ощущение, что просто закрыла глаза и плавала в темноте, пока тело не отдохнуло и я не вынырнуло в новый день.

Байба проснулась и ушла. В этот раз шторы плотно закрыты, никто не нарушил мой ежедневный ритуал. Горячая ванна, поиск одежды в гардеробе, легкие побрякушки для украшения — и я была готова к новому бою и тому, что он мне принесет.

Раннее утро. В доме уже не так тихо, но есть понимание, что часть гостей ещё спит. Домашние попадаются на пути и приветливо улыбаются, желая хорошего настроения. Внизу ожидает Лялэш с собственной персоной в компании Мансура, Саулэ и Сигиты. Замечаю, что четвертый Наиб напряжена и, как только я вошла в комнату, сразу же впилась в меня своими карими миндальными глазами. Мужчины же легко переговариваются о чем-то нейтральном. Сигита тоже повернулась в мою сторону, задумчиво скосив глаза. Кажется, женской половине этого общества есть что мне сказать.

Первой решила действовать северянка. Она плавно поднялась со своего места и двинулась ко мне.

— Желаю тебе тёплого солнца днём и яркой луны ночью, Первая Ведьма Ноэль, — официально обратилась ко мне эта красивая девушка.

— Давай только без вот этого всего. Просто Ноэль, — ответила ей.

Северянка встала у меня на пути, что ясно давало понять: она хочет поговорить лично, а не общаться в присутствии остальной компании.

— Что ж, я рада. Тогда прошу называть меня Улэ, так будет привычней, — мягко улыбнулась смуглянка, взяла меня под локоть и ненавязчиво потянула на выход.

Интерес плескался через край. Как только мы вышли, взяла инициативу в свои руки и повела её на террасу, которая занимала часть второго этажа. Во время пути девушка напряжённо молчала. Сложилось впечатление, что она борется сама с собой: говорить ли мне то, что крутится у неё в голове, или нет. По дороге я встретила одного из домашних мальчишек и попросила принести нам сладкие напитки и фрукты.

С террасы открывался прекрасный вид на город и Иберский лес. В месте расположения моего дома было ещё прохладней, чем внизу. Поэтому я захватила из библиотеки, которая и перетекала в террасу, пледы. Здесь уже горел небольшой авир — удобные приспособления для домашнего костра на воздухе. Мы расположились вокруг него, и я заботливо накрыла плечи гостьи, потому что девушка только молча кусала губы и косилась в мою сторону.

Я не торопилась начинать разговор. В голове было достаточно своих мыслей, чтобы лезть в чужие.

— Не... — начала было говорить блондинка, но её прервал мальчишка из домашних, который принес перекус. Он довольно улыбался и резво накрывал маленький столик между мной и гостьей, которая обиженно поджала губы. Как только он ушел, снова повернулась к ней, побуждая девушку говорить.

— Не уверена, что стоит говорить этом вам... — протянула гостья.

Я лишь пожала плечами:

— Тогда не говори. Вариантов-то собственно немного. Либо да, либо нет.

— Но это, возможно, мой единственный шанс! — воскликнула блондинка, чем заставила брови поползти наверх. Данная персона не создавала впечатления экспрессивной личности, поэтому её возглас удивил.

— Шанс в чём? — наконец выдавила я.

Блондинка опять нахмурилась.

— Даже не знаю, с чего начать...

О господи, и долго мы будем топтаться на месте?

— Начни с начала, — философски посоветовала и отпила сладкой воды из пепинко.

И тут же об этом пожалела. Потому что слова северянки заставили подавиться.

— Велик шанс, что ты моя Кариад, — выпалила девица.

Вода из горла перетекла в нос, и я некрасиво закашлялась. Она тут же подскочила, заботливо вытирая салфеткой остатки сладкого фонтана. Я же во все глаза уставилась в озабоченное лицо напротив.

— Вы сговорились, что ли? — выдал мой сиплый голос.

Блондинка только рассеянно улыбнулась и присела на корточки рядом, хватаясь за мои руки, как за спасительный круг.

— Так и есть. Ты ведь тоже это почувствовала, прекрасная Ноэль. Я знаю. Там, в столовой ты пыталась пробиться ко мне, но не смогла. Как и я к тебе. Чуть сердце не остановилось в тот момент. Я ищу Кариад уже... много лет. И тут — ты. Это просто счастье какое-то. Очень надеюсь, что мы пройдем второй этап и сможем быть счастливы. У нас получатся самые красивые дети.

Заберите меня в земную дурку, что ли. Я кажется плавно схожу с ума, начиная со вчерашнего дня.

После того как удалось усмирить пыл нового «мужа» в лице северянки, выяснилось следующее. В их нации не было такого понятия, как гомосексуализм. Ты мог встретить свою половину как среди женщин, так и среди мужчин. Размножались они не оплодотворением в моем понимании. Их уровень управления энергиями вывел нацию на новый виток развития. Ты находишь подходящего партнера благодаря особым признакам, и во время соития у вас происходит обмен определенного рода импульсами — аля инь и янь, — которые образуют единый зародыш. В случае пары двух женщин выносить плод может и та, и другая. В паре же традиционной, в моём смысле, роль инкубатора только у женщины.

И здесь интересный момент. То, что вы нашли свою потенциальную Кариад, совсем не значит, что это сто процентов твоя пара. Чтобы убедиться, надо пройти несколько этапов. Первый и основной — это то, что двое не могут повлиять при первой встрече на энергии друг друга. Так длится только какое-то время. В среднем месяц. Это своеобразный период для знакомства, романтики, познавания друг друга. Данный момент создан для того, чтоб никто и ничто не помешало вам притереться. Далее вселенная и ваши организмы понимают — момент настал, и тут внимание! — вы начинаете видеть ту особую энергию партнера, с которой должны слиться.

Здесь я конкретно подвисла, потому что, со слов блондинки, мы попали в уникальный случай. Обычно никаких исключений нет. Ты встретил человека, на которого не можешь повлиять, вы ждете и радуетесь жизни вместе, позже светитесь — и вуаля, можете плодиться и размножаться. Практически все пары — на всю жизнь.

Но тут переходим к этому «практически». Когда Лялэш при нашей встрече понял, что не может меня видеть и писал кипятком от счастья, он ещё не знал, что тоже самое почувствовала и Саулэ. На следующий день он похвастался своим Наибам, что нашел то, что искал, и тут-то оказалось —не всё так просто. Блондинка заявила свои права, и получился конфуз. Они держали совет и вспомнили, что действительно такие случаи бывали в истории их нации. Очень-очень редко. Здесь как раз всё просто: остается подождать какое-то время, и будет понятно, кому в итоге я достанусь. Естественно, эти оба были уже полностью уверены, что нашли свою Кариад, и строили радужные замки в голове.

Санта-Барбара какая-то.

Меня это приводило в ступор. Конечно, за годы становления Сиара я видела многое. Тем более это только на словах все были такие традиционные, а на самом деле однополых отношений хватало. Но они, конечно же, не могли иметь детей друг от друга. Здесь же всё совсем по-другому. Я реально могу забеременеть от женщины!? Не поддерживаю, так как очень странно.

С лица северянки после разговора ушли все тучи. Она светилась, как медный натёртый таз. Я же угрюмо покосилась в её сторону. Везёт им. Для этих людей всё просто и обычно, а я не собираюсь свыкаться с мыслью, что у меня уже два потенциальных партнера для размножения, и один из них женского пола. С другой стороны, оба варианта не были плохи. Как и Лялэш, Саулэ занимала не последнее место в управлении страной. Имела статус, деньги, образование, красоту — прошу заметить, просто восхитительную — и покладистый характер. В практичном плане всё замечательно.

Но бедная я. То ни одного оплодотворяющего персонажа, то аж целых два.

Девица не хотела отпускать, но мне нужно было время снова собрать себя воедино. Что-то жизнь решила конкретно поиздеваться. В коридоре нас встретил Мансур. Я передала ему гостью, которая отчаянно пыталась увязаться за мной, и попросила организовать северянам экскурсию в город. Маклумату было что показать. Я, кстати, очень рассчитывала наладить с новыми землями торговлю. У нас ближнее сообщение по воде и земле. Поэтому будет кстати показать все самые злачные места нашего прекрасного города.

Поспешила наверх переодеться, предварительно передав через Кролика, чтобы мне приготовили чёрного сариака. Это быстроногий аналог лошадей в этом мире. По строению они ближе к земному семейству кошачьих, только с плоской мордой и мягкими ушами. Очень волосатые с большими глазами и маленьким зрачком. Приходилось вычесывать животных почти каждый день, чтобы шерсть не лезла и не спутывалась. Их преимущество в более длинном теле и ногах — они заканчивались упругими лапами с практически безволосыми пальцами. Благодаря этому звери проворно лавировали как в лесах по земле, так и по скалам. В моем животном гарнизоне таких особей было пять. Ими пользовались и домашние, и я.

Быстро накинув тёплый жилет с длинным рукавом и более удобную кожаную обувь на меху и плоской подошве, пошуршала в стойло. Внизу с правой стороны дома находился отдельный вход и помещение для сариаков. Мой красавчик уже готов и нетерпеливо топтался на месте. Смотрителем здесь был Дзин. Ему перевалило за сотню лет. «Бочонок» мужчины был слишком крохотный, поэтому родители даже не отдавали в детстве мальчика на обучение для управления энергиями. Но у него другой дар. Он ладил с любыми животными. Даже самые дикие слушались его с полуслова. Где я его откопала, спросят меня? А нигде. Мужчина сам подошел ко мне на рынке, когда замок ещё строился, но мы уже задумывались над приобретением животных, в том числе и сариаков. Он представился и сказал, что хотел бы работать у Ведьмы. Байба быстро раздобыла о нём информацию, и с того города мы отбыли втроем. Если подумать, то все, кто находится рядом в Доме, сами нашли меня. Я никого не искала специально. Моя маленькая и своеобразная семья.

Дзин помог закрепиться на животном. Здесь немного другие сёдла, не как для лошадей. В связи с тем, что скорость у сариаков высокая, а маневренность больше, требовалось что-то крепкое. Аналог уздечки крепился на передние лапы. Не нужно прилагать особых усилий, иначе животное могло споткнуться. Само седло фиксировалось четырьмя ремнями под пузо. Наездник дополнительно крепился ремнями к седлу, чтобы при резких поворотах не слететь со зверя. Чёрного сариака звали Лаки. Такая кличка была у моего земного кота. Я очень скучала по этим животным, жаль, здесь таких нет.

Мы выдвинулись со зверем быстрее гостей. Я не хотела пересекаться с городской делегацией, потому что держала путь к диви. Нужен совет. Этот народ вообще сторонился всех, и удивительно, что я могла спокойно их посещать. А у них жила старушка Квет, которая обладала даром прорицания. Не сказала бы, что это был прям дар. Она искусно взаимодействовала с энергией от растений и деревьев. Долгими часами эта диви сидела в своем коконе и растворялась в ней. В итоге её разум синхронизировался с сущим, и она считывала историю, которую видели или слышали безмолвные свидетели. Квет обитала в каком-то трансе и общалась с окружающими очень редко. Она же и привела их народ в Иберский лес в свое время под моё крыло.