Огромные ветви, как молнии, метались во все стороны. Они ломали кирпичную кладку, врезались в стены, вздымались к небу. Когда до хозяйки оставался всего метр, Данил уже собирался нанести удар, но одна из ветвей сбила его с траектории. Он ударился о стену, выбив из лёгких воздух. Тут же другая ветвь, извиваясь, как змея, обвилась вокруг шеи, натянулась с силой — и начала душить.
Аня подняла глаза — и застыла. Лаваль вместе с Серёжей болтался в ветвях, дёргаясь и пытаясь освободить Куклу. Данил был прижат к стене; толстая ветвь туго стягивалась на его горле.
А Айзек уже копался в своей огромной сумке, выбрасывая устройства, инструменты, провода.
— Нашёл! — воскликнул он, выхватывая штуку, похожую на автомобильный аккумулятор с двумя длинными проводами. — Аня, помогай!
Он сунул ей один из проводов — на конце блестела тонкая острая игла.
— Возьми обеими руками и с силой воткни в корень! Быстро! Я займусь вторым!
Аня кивнула, сжала провод ладонями и, подняв иглу над головой, с криком ударила ею по ближайшему корню.
Игла отскочила, словно от камня. Даже царапины не осталось.
Айзек ударил вторым концом — тот же результат.
— Продолжай! — закричал он.
Они вместе принялись долбить по коре, вгоняя острия снова и снова, пока в воздухе не повис запах горелого металла.
Тем временем Данил задыхался. Каждый вдох становился короче. Он зарычал сквозь стиснутые зубы, выронил посох, схватился за душащую ветвь и со всей силы попытался её разорвать. Ветвь не поддалась. Слишком крепко. Слишком мало времени. Он сделал ещё одну попытку — силы начали уходить. Руки повисли вдоль тела.
И вдруг — голос.
«Соб… ри…» — в динамике маски, сквозь шум помех, прорывался обрывок фразы. Данил вздрогнул.
«Собери…» — уже чётче. Помехи рассеивались.
«Соберись».
Голос звучал электронно, словно шёл издалека, но в нём проступали знакомая чёткость, стальной тембр, выверенность приказа. Данила передёрнуло.
— Что?.. — прохрипел он, почти теряя сознание.
«Соберись и действуй. Ломай стену за спиной. Делай».
Теперь голос звучал ясно. Он узнавал интонацию — холодную, жёсткую, такую, которой привык подчиняться.
— Степан?.. — выдохнул Данил — и тут же пришёл в себя.
Он собрал остаток сил. Развернул плечи. Откинул голову. И с рывком начал бить кулаками в стену за спиной. Камень дал трещину. Он бил снова и снова — кирпич крошился.
А ладони Ани горели. Кожа лопалась, мозоли мгновенно превращались в кровоточащие раны. Но она не останавливалась: с каждым ударом кора крошилась всё сильнее — и вот игла с хрустом вошла до основания.
— Готово… — выдохнула она, глядя на свои окровавленные, дрожащие руки.
— И у меня! — отрапортовал Айзек, оттолкнув Аню в сторону. — Отходи!
Он схватил устройство, повернул пару рычагов, нажал кнопку и с силой отбросил его от себя.
Сверкнула вспышка.
Дерево начало чернеть — будто горело изнутри, будто кто-то поджёг его в самом сердце. Хозяйка древа завопила ещё громче; голос сорвался в сиплый вой.
Ветви затрещали и начали осыпаться. Листья взвились вихрем, закружились в воздухе. Всё рушилось.
Лаваль с Серёжей сорвались с высоты и с криком рухнули вниз.
В этот же миг хватка ветви на горле Данила ослабла. Он жадно вдохнул, затем, собрав остаток сил, резко откинулся назад и мощным ударом проломил спиной стену. Камень осыпался — и он провалился в тьму за ней.
Аня тем временем помогала Айзеку впопыхах закидывать вещи обратно в заплечный мешок. И вдруг замерла — услышала:
— Сюда!
Данил высунулся из пробитой в стене дыры, потирая шею.
Аня и Айзек бросились к нему. Позади, прихрамывая и подгоняя ставшего почти прозрачным Серёжу, плёлся Лаваль.
— Не-е-е-т! Не-е-е-т! Убийцы! Вы убили его! Уб-и-и-или-и-и! — кричала хозяйка древа. Голос разносился по кирпичному колодцу, срывался, отражался от стен. — Отец уничтожит вас! Он уничтожит вас!
Лаваль остановился у края проёма, обернулся и глянул на неё с холодной усмешкой.
— «Нет, нет, убийцы, вы убили его, убили…» — передразнил он, корча рожи. — Давай, иди, целуйся со своими дровами и углём!
Он плюнул на землю и шагнул в темноту за остальными.
***
Группа шла молча. Они оказались в коммуникационном тоннеле: вдоль стен тянулись трубы, от которых веяло холодом и сыростью, над головой рядами ползли провода, издавая монотонный гул.
Аня прятала содранные ладони под мышками. В ушах звенело, сердце стучало часто и больно, отдавая в голову.
— Какая эмоциональная оказалась дама, — прервал молчание Айзек.
— Эмоциональная?! — вспыхнул Лаваль. — Истеричная экоактивистка, драная кошка! Фу!
Лаваль ударил кулаком о стену и тут же как ни в чём не бывало спросил:
— И что это за Отец?
— Ни разу не слышал, — пробубнил Данил.
В голове до сих пор стоял голос Двадцать Четвёртого. Данил не был уверен, слышал ли его на самом деле, поэтому только мотнул головой и продолжил внимательно следить за маршрутом.
— А я думаю, она просто одинока, — сказала Аня, проигнорировав последний вопрос.
Перед глазами снова встали её дрожащие руки, браслет на запястье и взгляд, обращённый к дереву.
— Она и вправду одинока, — раздался глухой, чужой голос за их спинами.
У Ани по коже прошёл холод. Она медленно повернулась. Остальные тоже обернулись.
В середине, на поводке, стоял Серёжа. Он почти растворился после схватки с деревом, но теперь стоял, опустив руки, и смотрел сквозь них.
— Серёжа, это ты сказал? — после паузы спросил Лаваль.
— Я, — тем же чужим голосом ответил Серёжа. В тоннеле стало тихо.
— Серёжа, дружочек, а как ты… а почему ты… — Лаваль, кажется, впервые в жизни подбирал слова. — Ты нас понимаешь? Да, понимаешь… но как?
— Древо, — ответил Серёжа.
— Да, видимо, древо… что древо? — Лаваль повернулся к остолбеневшим спутникам. — Вот это — удивительно. А одинокая овца — неудивительно.
Он внимательно оглядел Серёжу. Тот не сдвинулся ни на миллиметр.
— Серёжа, иди за мной. Не отставай. Не теряйся. Ты уникален, ты… первая кукла, которая…
— Я не кукла, — отрезал Серёжа.
— Конечно нет, — быстро согласился Лаваль. — Конечно. Ты больше. Намного больше. Иди за нами, дружочек, иди.
Серёжа кивнул. Группа двинулась дальше, вглубь тоннеля.
***
— Очень похоже на блок «К», — задумчиво произнёс Данил, сидя на корточках и глядя сквозь решётку в полу.
Они петляли уже минут сорок. Тоннель проходил над несколькими блоками, и Данилу приходилось делать короткие остановки: приседать у решёток, всматриваться вниз, сверять коридоры, двери и разметку на стенах. После нескольких переходов он наконец решил, что они добрались куда надо.
— Ты уверен, дорогой друг? — вкрадчиво спросил Айзек и покосился в тёмный проём под решёткой.
Данил уже собирался ответить, но за его спиной раздался ровный, чужой голос:
— Да, это он.
Серёжа до этого молчал всю дорогу и просто шёл за Лавалем на поводке. Теперь он сидел неподвижно и смотрел в пол, будто видел сквозь бетон. Аня рядом вздрогнула. Айзек замер с приоткрытым ртом.
— Серёжа, дружочек, у меня к тебе столько вопросиков… — встрепенулся Лаваль. — Откуда ты это знаешь? Что ты ещё знаешь? Что помнишь?
Серёжа вместо ответа безмолвно смотрел на Лаваля.
— Ну… — начал Данил и снова перевёл взгляд на решётку. — Тогда идём, если никто не возражает.
Айзек открыл мешок и достал компактный электрический шуруповёрт. Несколько секунд — и решётка легко поддалась.
Данил осторожно выглянул вниз.
— Вроде чисто, — сказал он и, опираясь на края люка, ловко скользнул вниз.
— Только после вас, профэ-э-э-ссор Тотенберг. Только после вас. — С театральным поклоном пропустил Айзека вперёд Лаваль.
Айзек спрыгнул следом, захватив мешок. За ним спустилась Аня.
Она приземлилась рядом с Айзеком. Тот с трудом поднимался с колен, отряхивая пыль с халата и комбинезона — за время скитаний по тоннелям её накопилось предостаточно.
Последними, с кряхтением и звоном поводка, в коридоре оказались Лаваль и Серёжа.
— Туда. — Данил указал посохом вглубь коридора. — Пункт должен быть где-то там…
— Нет, не там, — раздался голос Серёжи.
Он поднял руку и указал в противоположную сторону.
— Там.
Данил посмотрел сначала туда, куда собирался идти сам, потом на Серёжу. Он коротко кивнул и пошёл туда, куда указывала Кукла.
И действительно — за углом обнаружилась массивная, запечатанная дверь с табличкой: «Управление». Металл потемнел, по кромке тянулись грубые швы, словно дверь закрывали не на замок, а на совесть.
Данил дёрнул ручку — заперто. Поднёс пропуск к валидатору — короткий писк, красный сигнал.
— Будем ломать? — спросил он, оборачиваясь к остальным.
Пальцы на посохе сжались сами собой. Слишком много времени уходило на чужие двери и чужие решения.
— Я бы для начала постучал, — возразил Айзек и размеренно постучал три раза.
За дверью послышались осторожные шаги. Кто-то пробормотал что-то неразборчивое.
— Здравствуйте? — позвал Айзек, но ответа не последовало.
Он прижал ухо к двери, закрыл глаза. Данил смотрел на него, не отпуская посох. Через несколько секунд Айзек выпрямился и кивнул: слышит.
— Если вы не откроете, — громко сказал он, — нам придётся выбить дверь, а этого мы хотели бы избежать!
В ответ — тишина.
В конце коридора прокатился рёв. Лампочки замигали, и тени на стенах дрогнули, будто по бетону прошла волна.
Аня вздрогнула. Данил сразу повернулся к тёмному тоннелю. Рёв повторился — ближе, яростнее. Данил развернулся и ударил каблуком в дверь. Айзек отпрянул в сторону, Лаваль бросился к двери и тоже навалился на створку.
На дальнем конце коридора показалась фигура. Кто-то бежал изо всех сил — спотыкаясь, почти падая, но не сбавляя темпа.
— Лиза? — прошептал Айзек, прищуриваясь.
В приближающейся фигуре проступал знакомый силуэт.
— Лиза! — выкрикнул Айзек, и тут же глаза у него расширились.
Лизу нагоняло нечто. Десятки одержимых слились в единый бесформенный поток, похожий на мифическое морское чудовище.
Их тела перетекали друг в друга, как внутри гигантской резиновой перчатки, и этот живой ком катился по коридору, подминая воздух и свет.
— К чёрту! — выругался Лаваль и, выхватив из-за пояса пистолет, сделал несколько выстрелов в район замка.
Данил едва успел отдёрнуться от рикошета. Металл звякнул, замок хрустнул — дверь открылась.
Первым в комнату управления влетел Лаваль, за ним — Серёжа. Аня на секунду замялась в проёме. Данил схватил её за плечо и втолкнул внутрь. Айзек уже рванул навстречу Лизе.
— Айзек, внутрь! — рявкнул Данил.
Инженер не слушал.
Лиза была уже рядом. Она махала единственной рукой, показывая им укрыться в комнате. Нечто оставалось в нескольких шагах от неё.
Данил схватил Айзека за воротник и швырнул внутрь. Затем в три прыжка добежал до почти обессилевшей Лизы, перехватил её за плечи и одним резким рывком выдернул из-под удара.
Они вместе влетели в комнату управления.
Дверь за их спинами с шумом захлопнулась.
Серёжа и Лаваль упёрлись в дверь всем весом, удерживая створку. Айзек и Аня уже тащили тяжёлый шкаф, чтобы забаррикадировать вход.
— Это что ещё за хреновина?! — заверещал Лаваль, прислушиваясь к булькающим звукам с той стороны.
— Не знаю… — задыхаясь, ответила Лиза. — Оно… оно… появилось, когда… я оказалась… в блоке «З»…
— Елизавета, как ты? Ты не ранена? — Айзек суетился рядом с ней. — Что случилось? Почему ты вдруг здесь?
Он продолжал засыпать её вопросами. Руки у него дрожали.
— Погоди… — Лиза сделала глубокий вдох. — Успокойся, Айзек. Просто успокойся.
Данил, тяжело дыша, перевёл взгляд на Аню. Она стояла в стороне; плечи всё ещё дрожали, глаза оставались широко раскрытыми.
Из-за двери доносилось клокотание; даже с баррикадой, даже под весом Серёжи, створка время от времени вздрагивала.
Он подошёл и протянул флягу.
— Выпей.
Аня кивнула и приняла флягу, но пить не стала. Вместо этого огляделась по сторонам.
Данил тоже наконец рассмотрел помещение. Стены были увешаны десятками дисплеев; на экранах дрожали схемы, строки и кадры с камер. Посреди комнаты стояло кресло. На одном из подлокотников крепилась клавиатура.
Рядом с креслом лежал человек без сознания. По виску у него тянулась тонкая полоска крови, и под головой уже успела собраться маленькая лужица. Аня побледнела и отвернулась.
— Это ты его так? — резко спросил Данил у Лаваля.
Лаваль подошёл к лежащему и небрежно ткнул его кончиком ботинка.
— Да всё с ним в порядке, — бросил он и вытер остатки крови с рукояти пистолета. — Он первый начал. «Кто вы?», «Что вы тут делаете?», «Покиньте помещение»… Зануда.
Лиза выпрямилась. Айзек аккуратно, почти бережно помог ей подняться на ноги; колени у неё всё ещё дрожали после погони.
— Дорогая… моя дорогая… Что случилось? Почему ты оказалась здесь? Ты же могла погибнуть! — Голос Айзека сорвался.
— Выбор невелик, знаешь ли, — устало ответила Лиза. — Сидеть в замкнутом пространстве с Иванычем и кучей его подпевал, которые соревнуются, кто лучше поцелует его в задницу, или выбраться в это адское место… По-моему, выбор очевиден.
— Это глупость, — упрекнул её Айзек.
— А ты бы сидел, наверное, ровно, если бы я застряла в компании двух недомерков и старого клоуна посреди неизвестно чего? — Лиза обвела взглядом комнату управления и уставилась на куклу Лаваля. — А это ещё что?
— Серёжа, — ответили почти хором.
— Ну ладно. — Лиза несколько секунд смотрела на Куклу, потом коротко кивнула. — Хорошо. Так какой у нас план?
Аня перевела взгляд с Лизы на Серёжу и обратно.
— Сперва пошлём сигнал о помощи, доложим коменданту… — начал перечислять Данил.
— И по домам, — закончил Лаваль. — Я не собираюсь дальше гнить в этой дыре. Мы с Серёжей сваливаем.
— Не смеши. — Лиза щёлкнула ногтем по его наручнику. — С этой штукой ни ты, ни я, никто из нас далеко не уйдёт.
Лаваль прищурился и сплюнул. Данил посмотрел на свой браслет.
Айзек с Данилом оттащили бедолагу, попавшего под удар Лаваля, к стене и устроили его поудобнее: прислонили спиной к бетону. Айзек сел в кресло у пульта и принялся за работу.
— Сигнал послан, — отчитался он, когда на одном из экранов загорелся зелёный восклицательный знак. — Посмотрим, что вокруг…
Дисплеи замигали, и на каждом, один за другим, поплыли кадры с камер наблюдения. Айзек листал изображение за изображением, выискивая нужное.
По коридорам бродили одержимые. Нечто, преследовавшее Лизу, утекло в сторону блока «И», растворившись в темноте переходов.
— Часть камер не работает… — сказал Айзек, не отрываясь от экранов. — Но… Нужно только время.
Пока Айзек возился с настройкой, Данил опустился рядом с Аней. Она незаметно сползла по стене и сидела, обхватив колени руками, уставившись в пол.
— Как ты? — осторожно спросил Данил.
— Нормально, — ответила Аня, не поднимая глаз.
— Не переживай. Всё будет хорошо. Мы выберемся, и всё станет как раньше.
Аня в ответ промолчала.
— Знаешь, когда я впервые оказался в похожей ситуации… — продолжил Данил. — Когда мы со Степаном сбежали из Петербурга-6. Я тогда подумал, что уже не смогу жить по-старому. Что всё, к чему привык, за один момент превратилось в чужую жизнь.
Он постучал пальцем по маске.
— Но жизнь не остановилась. Просто вместо старых привычек и прежнего понимания мира пришли новые. Стало ли от этого легче? Нет. Счастливее я тоже не стал.
Данил крутил в руках посох, разглядывая его навершие.
— Я уже четыре года не видел брата. А последние три цепляюсь за любую возможность найти его… но иногда кажется, что я бьюсь об стену, и всё, что делаю, вообще не приближает меня к нему.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов