РДКНД. Большое 'О'

Глава 3. Инцидент

Аня сидела, поджав колени к груди и уткнувшись в них лбом. Голос из динамика прерывался, и снова раздавалась сирена. В короткие паузы, она отрывала голову и оглядывала разрушенную лабораторию Айзека, залитую красным полумраком.

Данил метался по комнате, с усилием поднимая перевёрнутые железные шкафы и завалы оборудования. Он пытался найти Айзека.

— Может, поможешь мне?! — вскрикнул он, откидывая очередную груду металла и не находя следов товарища.

— Чем?.. — Ане не хотелось вставать. Хотелось просто сидеть и дождаться, когда всё закончится.

— Искать Айзека, конечно! — с досадой он пнул один из приборов. — Он не мог просто исчезнуть. Он бы точно пошёл тебя искать.

Аня поднялась. Тело не слушалось, ноги подгибались, руки дрожали. Осторожно переступая через искорёженные детали и разбросанные механизмы, она двинулась вперёд, стараясь хоть что-то разглядеть в тусклом мареве.

— Что произошло?.. — спросила она, поравнявшись с Данилом, который наклонялся над очередным завалом.

— Не знаю, — бросил он, не отрываясь от поисков.

— Раньше такое уже было? — Голос у неё дрожал. Вопросы срывались сами, один за другим.

— Нет, — коротко ответил он, сжимая кулаки.

— А что теперь будет?..

Очередной вопрос вывел его из себя.

— Да не знаю я! — выкрикнул он, резко поворачиваясь к ней.

Аня поджала губы. Даже в красном полумраке она заметила, как побледнело лицо Данила. Он боялся не меньше неё.

Данил выдохнул. Он увидел в глазах Ани тот же страх, что сковывал его самого.

— Прости, — тихо произнёс он и поднял взгляд к потолку, где всё ещё выл динамик. — Давай отключим эту штуку. От неё точно не легче.

Он опустил взгляд, наклонился и поднял с пола металлическую коробку. Прицелившись, Данил метнул её в динамик. Раздался хруст — пластиковый корпус лопнул.

Бросок вышел таким стремительным, что коробка лишь коротко сверкнула в воздухе.

Аня растерянно открыла рот. Такого она ещё не видела. Данил ничем не выделялся — обычный рост, обычная комплекция. Но скорость и точность броска заставили её замолчать.

— Как ты это сделал? — нарушила она внезапно воцарившуюся тишину.

— Спроси профессора Сейфуллина, если ещё увидишь, — смущённо отвёл взгляд Данил. — Уже два года сижу на его препаратах для Проводников…

— А это вообще безопасно? — с подозрением спросила Аня.

— Не уверен, — пожал он плечами. — Но сейчас это неважно. Давай лучше найдём Айзека.

В тишине они продолжили поиски хозяина лаборатории. Пространство было огромным, и, по прикидкам Данила, на это мог уйти не один час.

— Друзья… — вдруг откуда-то донёсся охрипший, но знакомый голос.

Аня и Данил замерли. Переглянулись. Начали оглядываться, вслушиваясь и пытаясь понять, откуда доносится звук.

— Айзек, ты где?! — Данил опустил взгляд к полу, на автомате пытаясь разглядеть источник.

— Я тут! Я наверху! — голос Айзека звучал слабо и жалобно.

Они одновременно подняли головы. Потолок терялся где-то в десятиметровой темноте. Сначала не было видно ничего — только мрак между выступами и опорами. Но затем, приглядевшись, они различили в высоте фигуру: Айзек, запутавшись в толстенных кабелях, висел, судорожно обхватив один из них и боясь пошевелиться.

— Прыгай, я тебя поймаю! — Данил встал ровно под тем местом, где должен был приземлиться Айзек, и расставил руки.

— Дорогой друг! — Голос Айзека дрожал. — Я доверяю тебе настолько же сильно, насколько, признаюсь к своему стыду, боюсь высоты!

— Как нам тебя спустить вниз? У тебя здесь есть лестница или…

Данил не успел договорить: в глубине комнаты раздался треск, и Айзек с диким воплем полетел вниз на оборвавшемся проводе, вцепившись в него, как в спасительную нить.

Он приземлился неуклюже: сперва на пятки, потом на спину, после чего мгновенно перекатился на бок, закашлялся и замер, раскинув руки.

Данил и Аня, перепрыгивая через груды покорёженного оборудования, подбежали к инженеру. Подхватив его под локти, они осторожно усадили его на пол, стряхивая пыль и поправляя одежду.

— Ты в порядке? — Данил старался разглядеть лицо Айзека сквозь красный мрак.

— Вроде да… Думаю, что да, — пробормотал тот, пытаясь встать. Но ноги не держали — он снова рухнул на пол. — О боже… Нет. Только не это!

— Что случилось? — Аня отдёрнула руки, испугавшись, что могла ему навредить.

— Мои чайные пары… — перед глазами Айзека рассыпались осколки: блюдца, чашки, чайник, покрытые пылью и остатками чайных листьев. — Это была уникальная серия ЛФЗ, с синей сеткой образца конца сороковых годов прошлого века… Какое горе. Какая утрата!

Данил с Аней одновременно фыркнули и поспешно отвернулись, чтобы не смутить Айзека и не принизить значимость его утраты. Данил прокашлялся в кулак, подавляя улыбку.

— Что всё-таки произошло? Это как-то связано с твоей лабораторией? — серьёзно спросил он.

— Разумеется, нет, — Айзек отвлёкся от разбитого фарфора и, поправляя треснувшие очки, окинул взглядом разруху вокруг. — Я здесь занимаюсь исключительно техникой. А то, что произошло…

Он нахмурился, чуть склонил голову и на секунду задумался.

— Это… физика в чистом виде! — потом поправился: — Ну, всё — физика, конечно. Но это, полагаю, связано с гравитацией, временем или чем-то в этом духе. Я не специалист по этим вопросам.

— И что теперь делать? — спросила Аня.

Она опустила взгляд. Весь день Данил легко общался с Лизой, Айзеком, даже с Лавалем, а она будто всё время стояла рядом с этой машиной безумия и не находила в ней своего места.

После того как их «взболтало» в лаборатории, это ощущение только усилилось.

— Ох! — Айзек словно только сейчас увидел, что стало с его лабораторией. — Какой кошмар… Столько работы уничтожено!

Он вскочил и почти наощупь начал копаться в груде разбросанного и покорёженного оборудования.

— С этим лучше разобраться позже, — Данил схватил инженера за рукав. — Надо понять, что происходит в ‘О’.

— Д-да, ты прав… — Айзек с тоской уронил на пол какую-то штуковину с торчащими проводами. И вдруг вскрикнул: — Лиза! Надо узнать, как там моя дорогая Лиза!

Айзек кинулся вглубь завалов, лихорадочно перебирая повреждённые приборы, выискивая что-то в их останках.

— Кажется, с ним сейчас бесполезно говорить, — вздохнул Данил, обернувшись к Ане. — Есть идеи?

Аня не знала, что они только что пережили и что Айзек так отчаянно искал в этой груде искрящегося хлама.

— Нет, — пожала плечами она, но спустя мгновение добавила: — Может, связаться с комендантом? Он же вроде как главный здесь?

— Ну да, ты права. — Данил кивнул, глядя на двери. — Если бы проблема была только у нас, сюда уже прибежали бы Псы. Или кто-то из верхушки. А так…

Все одновременно содрогнулись.

Во входную дверь, придавленную повалившимся шкафом, что-то ударило с неимоверной силой. Металл прогнулся. От удара по стенам разошлась вибрация, а с потолка посыпалась пыль.

На мгновение наступила мёртвая тишина. Только дыхание и слабый, прерывистый гул ещё работающих приборов нарушали паузу.

— Айзек, ты кого-то ждёшь? — прошептал Данил.

Он не успел получить ответ — раздался ещё один удар.

— Нет… — еле слышно откликнулся Айзек, отрываясь от своих поисков.

Данил двинулся к двери.

— Может, это помощь? — нерешительно предположила Аня.

Но в этот момент в дверь снова с грохотом ударило что-то тяжёлое. Потом ещё. И ещё.

Каждый новый удар был громче и злее предыдущего, будто по ту сторону металл пытались не пробить, а разорвать.

— Не похоже, — ответил Данил, всё равно продолжая двигаться к двери.

Мышцы напряглись, сердце застучало в ушах. Каждый шаг давался с трудом. Рука потянулась к двери — неосознанно, вопреки здравому смыслу.

— Данил, стой! — крикнула Аня.

Он успел обернуться лишь наполовину: шкаф развернуло на месте, а дверь с треском вылетела из проёма и пронеслась в полуметре от него. С грохотом она пересекла половину помещения, сшибая на своём пути покорёженное оборудование и перевёрнутые столы.

Внутрь хлынул ослепительный белый свет. Аня зажмурилась, Данил прикрыл глаза рукой, Айзек закрыл голову локтями.

На пороге, едва различимый в ярком сиянии, появился силуэт человека.

— Кто ты?! — щурясь, выкрикнул Данил.

Ответа не последовало.

Аня осторожно приподнялась и попыталась вглядеться в свет. Фигура стояла неподвижно, и в этой неподвижности было что-то знакомое. Она уже видела этого человека — безмолвного, одинокого, стоящего точно так же: на границе между светом и тенью.

Неизвестный вошёл в комнату. Прошёл мимо Данила, будто не замечая его, и тяжёлой поступью двинулся дальше.

Данил поёжился — от фигуры веяло ледяным холодом. Он попытался разглядеть лицо пришельца, но черты никак не складывались. Помехи — рябь, как на экране старого телевизора, — вились вокруг головы незнакомца, скрывая детали и затуманивая взгляд.

Аня ещё сильнее прижалась к стене. Неизвестный продолжал идти, медленно и неуклонно, расталкивая ногами разбросанные вещи.

Он шёл прямо к Айзеку.

— Здравствуйте?.. — промямлил инженер, испуганный не меньше Ани.

Фигура остановилась в двух шагах от Айзека. Медленно, почти неестественно, она повернула голову в сторону Ани.

Свет из коридора частично озарил лицо. Девушка вскрикнула и прижала ладонь ко рту.

Это был её сосед по комнате — пожилой мужчина, немного старше её родителей. Но теперь его лицо исказили ужас и паника. Глаза вылезли из орбит, рот застыл в немом крике. Поверх черт лежали туман и статические помехи: они то скрывали лицо, то вновь показывали его. Из тела мужчины, как наросты, торчали воткнутые устройства.

Он смотрел прямо на Аню — вытаращенными от ужаса глазами, с мольбой, с немым отчаянием. Губы медленно раскрывались и смыкались. Он пытался закричать, но не мог. Будто звал её на помощь.

Сосед резко повернул голову к Айзеку. Его рука, словно дёрнутая за невидимую нить, взметнулась вверх. Пальцы растопырились, вытянулись, как когти, и нацелились прямо в горло инженеру.

Резкий удар обрушился на голову незваного гостя. Данил, схватив попавшуюся под руку настольную лампу, бросился на соседа.

Айзека осыпало осколками стекла и кусочками пластика. Но сосед даже не дрогнул. Данил тяжело дышал, оскалив зубы, сжимая в руке покорёженный остов лампы.

И вдруг — рывок.

Сосед с нечеловеческой скоростью кинулся на Данила и сбил его с ног. Они рухнули на пол. Данил пытался увернуться, но нападавший оказался слишком силён. Он прижал парня к металлическому покрытию, которое скрипнуло под их весом. Холодные пальцы сомкнулись на горле Данила и начали сжиматься.

Айзек отшатнулся от схватки. Он заохал, но не бросился на помощь, а начал лихорадочно искать что-то в одном из перевёрнутых шкафов, откидывая в сторону всё, что попадалось под руку.

— Что вы делаете?! Помогите ему! — закричала Аня. Но Айзек будто не слышал: его руки продолжали перебирать обломки, лицо оставалось сосредоточенным.

Аня сжала кулаки. В следующую секунду она схватила металлическую ножку от сломанного стола и, закричав, бросилась к нападавшему. Замахнулась и изо всей силы ударила соседа по спине.

Ножка в её руках отозвалась глухим звоном, будто удар пришёлся по железному сейфу. Металл отскочил, оружие вылетело из пальцев.

Но это сработало. Сосед ослабил хватку. Данил закашлялся и начал жадно хватать воздух.

Существо обернулось. Его взгляд остановился на Ане. Он потянулся к ней обеими руками.

Аня инстинктивно закрыла лицо локтями и села на корточки.

— Данил! — крикнул Айзек. — Лови!

Данил с трудом поднялся, ещё задыхаясь, но успел сгруппироваться: Айзек метнул в его сторону посох Проводника.

Рукоять, знакомая до мелочей, легла в ладони. Но одного посоха было мало — для активации требовалась маска. Следом Айзек швырнул и её: старую, потёртую, с разбитым окуляром в одной глазнице.

Данил одним движением надел маску и защёлкнул крепление на затылке.

Щелчок. Внутри всё стало другим: резкость, звуки, даже воздух. Он развернул телескопический посох — тот вспыхнул ярким синим светом. По навершию побежали искры, электрические разряды затанцевали в напряжении.

Не теряя ни секунды, Данил рванул вперёд. Он атаковал с размаху: сначала удар в подколенное сухожилие, заставивший врага согнуться, потом — скользящим движением — удар по голове.

Сработало.

Разряд пробежал по телу нападавшего, заставив его пошатнуться. Воткнутые в тело устройства зашипели. Тот издал странный, сдавленный звук и отступил на шаг.

Данил продолжал наступать. Аня отползла чуть назад, стараясь не путаться под ногами.

Девушка, широко раскрыв глаза, наблюдала, как Данил почти машинально орудует посохом, оттесняя противника и не давая ему приблизиться.

Если бы на месте врага был обычный человек, тот давно бы лежал без сознания. Но это существо почти не чувствовало боли. Только застывший ужас в его глазах напоминал: внутри всё ещё есть кто-то живой. Кто-то, кто не может кричать и сопротивляться.

Его волю сломали, тело подчинили, а сознание оставили в ловушке.

Противник начал перехватывать инициативу. Он угадывал движения, предвосхищал удары выдыхающегося Данила. Здесь увернулся, там отступил — и вдруг нанёс резкий удар кулаком в бок.

Кулак врезался в рёбра — Данила отшвырнуло назад. Он едва удержался на ногах, тяжело дыша сквозь маску.

Аня лихорадочно огляделась, на ощупь перебирая обломки и хлам вокруг, надеясь найти хоть что-нибудь, чем могла бы помочь. Данил долго не протянет.

Существо двумя руками перехватило посох Данила. Они застыли в клинче. Данил зарычал, пытаясь вырвать оружие, но хватка противника была мёртвой.

Руки Ани дрожали, но она продолжала искать. Не найдя ничего подходящего, она нахмурилась, подняла кулаки над головой и уже собиралась броситься на подмогу, как вдруг её остановил крик:

— Стой!

На полушаге её оборвал скрипучий, до боли знакомый голос.

— Серёжа, фас!

Аня застыла. Открыла глаза — и замерла.

Между ней и Данилом стояла высокая, невероятно худая фигура. Она двигалась неестественно: будто каждая конечность работала сама по себе. Переставляя ноги и водя руками, существо приблизилось к противнику со спины и так же плавно заключило его в объятие.

Мгновение — и обезумевший сосед исчез. Растворился в воздухе.

Воцарилась тишина.

Данил рухнул на спину и, задыхаясь, попятился от странного великана.

— Ну-у-у… теперь вы мне должны не только мой Кукольный дом, но и дачу в придачу. И «Приору» из салона, — раздался безошибочно узнаваемый голос.

Аня обернулась.

В проёме, облокотившись на дверной косяк, стоял Лаваль. От его руки тянулся длинный кабель, как поводок, уходивший к спине странной фигуры. Кабель заканчивался у лопаток — точно вшитый в плоть.

— Данилка, Анечка и… — Лаваль прищурился, злобно прошипел по слогам: — То-тен-берг… Р-р-р, как же я теб ненавижу.

Он усмехнулся и гордо шагнул в комнату, приподняв подбородок.

— Скажите кукле Серёже спасибо. Мой проект только что спас ваши никчемные шкуры. И душонку этого презренного нытика Тотенберга.

Лаваль театрально поклонился.

Аня тяжело дышала. Данил не пытался встать — он всё ещё лежал, нацелив навершие посоха на Серёжу. Айзек стоял неподвижно, глядя то на Лаваля, то на его «куклу».

***

— Так… Думаю, этого должно быть достаточно, — задумчиво проговорил Айзек, нажимая на кнопку пожелтевшего системного блока. Загудела система охлаждения, раздался уверенный писк встроенного динамика.

Монитор перед инженером вспыхнул.

Айзек щёлкнул тумблером — свет в помещении переключился. Под потолком вновь загорелись редкие, дрожащие белые лампы, возвращая лаборатории хоть какое-то подобие порядка.

После того как Лаваль помог справиться с существом — как он выразился, растворившимся во времени от объятий Серёжи, — Данил и Аня завалили единственный вход в лабораторию тяжёлыми несгораемыми шкафами.

Лаваль поставил Серёжу на «стражу» у входа, не выпуская из рук тонкий кабель — «поводок».

Айзек тем временем молча собирал по частям то, что уцелело после «встряски». Провод за проводом, панель за панелью — он восстанавливал систему, надеясь получить доступ к сети.

— То-тен-берг, — сквозь зубы процедил Лаваль, вцепившись в пульт. — И как, прости господи, это нам поможет? Или ты просто изображаешь бурную деятельность, чтобы мы подумали, будто ты хоть на что-то способен? Не утруждайся. Мы и так знаем, что ты — бесполезный кусок мяса. И…

— Лаваль, — прошипел Айзек сквозь зубы, не оборачиваясь. — Помолчи. Я хочу выйти на связь. Ты мешаешь.

— О, посмотрите-ка! Он хочет выйти на связь! — воскликнул Лаваль, раскинув руки. — Да какие у тебя могут быть связи? Ты — жалкий счётовод, которого я заменю счётами и обезьянкой.

— Лаваль, заткнись! — взорвался Айзек, ударив кулаком по столу. Тут же зашипел от боли: ладонь пронзила резкая пульсация.

— Ахах, бедолага повредил свою самую рабочую руку, — завопил Лаваль с насмешкой. — Хочешь, я тебе подорожник принесу…

— Да хватит вам! — вспыхнул Данил, не выдержав.

Аня и Данил стояли в стороне, наблюдая за нелепой перепалкой. Данил возился с маской, пытаясь её снять, но замки не поддавались. Аня не отрывала взгляда от Серёжи — куклы, безвольно замершей у двери.

Этот день всё больше походил на кошмарный сон, который вот-вот должен закончиться. Но стоило Ане снова взглянуть на вытянутое, неестественное лицо Серёжи, как её бросало в дрожь.

Сон не заканчивался.

Кукла стеклянными глазами смотрела в сторону. Затем медленно подняла голову — и уставилась прямо на Аню.

Аня сделала шаг назад, но Серёжа продолжал следить за ней, плавно поворачивая голову. Потом поднял ногу и тяжело шагнул вперёд.

— Серёжа, место! Серёжа, фу! — завопил Лаваль, судорожно нажимая кнопки на пульте его поводка.

Но кукла не реагировала. Она приближалась к Ане, будто что-то внутри неё отключилось от внешнего контроля.

— Да чтоб тебя! — выругался Лаваль и вытащил из-за пояса толстую, туго свёрнутую инструкцию. Подбежав к Серёже, он начал стучать инструкцией по его ногам, еле дотягиваясь даже до пояса куклы.

— Плохой Серёжа! Плохой! А ну марш назад, к двери! — Лаваль с грохотом швырнул инструкцию в сторону, выхватил из-за пояса пистолет и, взведя курок, приставил оружие к бедру куклы. — Не вынуждай. Иначе снова придётся принимать таблетку.

Кукла подчинилась. Она отвернулась от Ани, попятилась и снова встала у входа — точно на то же место.

— Это какое-то безумие… — выдохнула Аня, наконец осознав, что происходило в лаборатории Лаваля в их первую встречу и в кого на самом деле был сделан выстрел.

Но сильнее её поразило другое: ни Айзек, ни Данил почти никак не отреагировали. Появление ручной куклы, подчинявшейся командам, будто не вызвало у них ни удивления, ни страха.

У Ани сложилось гнетущее ощущение: все в этой комнате уже настолько привыкли к странностям, что перестали обращать на них внимание. Чем абсурднее и страшнее становилось происходящее, тем обыденнее оно для них казалось.

— Чёрт, не получается, — пробормотал Данил, снова дёрнув защёлку у основания маски. Металл будто прирос к коже. От натуги по позвоночнику пробежала дрожь, и он отдёрнул руку, выругавшись сквозь зубы.

Он вытащил из ящика тусклое зеркальце в пластиковой оправе, посмотрел в отражение под углом и вдруг застыл.

— Айзек… — произнёс он медленно, будто сам не верил увиденному. — Это… Это же маска Двадцать Четвёртого.

Он развернулся и поднял голову. Взгляд у него был напряжённым.

— Я узнаю её, вот вмятина здесь, на щеке, разбитая линза. Айзек, откуда она у тебя? Я же только вчера принёс её с маршрута!

Айзек не сразу отреагировал — он был целиком сосредоточен на попытке восстановить интерфейс на экране. Но, услышав номер, застыл; пальцы зависли над клавишами. Медленно, с опаской, он повернул голову к Данилу:

— Мне её передали сегодня утром. Псы. Я отправлял сотни заявок на учёт техники, извлечённой из внешнего мира. И сегодня в списке — вот она. Пришла с почтой, как обычный артефакт.

Данил отступил на шаг, глядя в отражение, будто впервые увидел то, что было у него на лице.

Он помнил, как снял её с тела своего старого друга. Тот лежал, вцепившись пальцами в брусчатку, будто пытался удержаться в этом мире до последнего. Помнил, как осторожно отстегнул защёлки, ощущая ледяной металл, словно тот ещё хранил следы чужого страха.

А потом — как подключил и собрал все данные, которые успела зафиксировать маска. Всё это он передал Лизе всего лишь вчера вечером.

Как маску силой забрали Псы на пункте контроля и синхронизации Большого ‘О’. И теперь эта самая маска была на нём. И не хотела сниматься.

— Она не снимается, — хрипло сказал Данил, всё ещё глядя в зеркало. Он потянулся к защёлке ещё раз — теперь осторожно, как будто боялся потревожить что-то чужое, что могло проснуться. Металл не поддался.

— Дорогой друг, — вмешался Айзек, заметив дрожь в голосе Данила. Он говорил мягко, но быстро, будто торопился отвлечь его. — С этим мы легко разберёмся. Сейчас главное… я почти получил доступ к сети…

Он нажал последние команды, и с хриплым писком вентиляторов экран ожил. На нём вспыхнула зелёная надпись: СИНХРОНИЗАЦИЯ УСПЕШНА.

— О! Есть контакт! — с облегчением выдохнул Айзек, но взгляда с Данила не сводил.

Данил, оставив тщетные попытки избавиться от маски, встал позади Айзека. Аня подошла следом и остановилась чуть поодаль. Лаваль же, не стесняясь, буквально навис над инженером, чуть ли не усевшись ему на колени, стараясь разглядеть, что тот делает.

На столе рядом с монитором лежало небольшое устройство, похожее на старое радио, от которого тянулись провода к системному блоку. Айзек перебирал пальцами по клавиатуре — с выверенной точностью, лёгким покачиванием плеч и сосредоточенным, почти вдохновлённым выражением лица.