Лили

Глава 2. Происшествие в поместье

Самым приятным в поездке в поместье Ростар оказались дороги. Все же граф был небеден — богаче бургомистра Кротса. Жрец Мередок не умолкал ни на секунду, и за то короткое время, что понадобилось экипажу, чтобы добраться до поместья, Рэй узнал о жителях славного городка всю подноготную. Наконец они свернули с главного тракта на проселочную дорогу (тоже хорошую) и совсем скоро перед ними предстал особняк графа Ростара. Рэймонд, который сам родился и вырос в достаточно обеспеченной семье, а потом часто гостил у откровенно богатых Виктора и Элен Карлей, не мог восхититься здешним поместьем — оно не выдерживало никакого сравнения с домами в том же Линоре. Однако среди местных особняк графа наверняка считался роскошным.

«Два этажа, одно крыло, слуг не больше двух десятков», — прикинул в уме Рэй, пока экипаж заезжал за ворота и останавливался перед крыльцом. Опытным взглядом он определил, что ступени давно просят ремонта. Элен бы не пережила, если бы ее дом содержался в таком состоянии.

Рэй только ступил на землю, чуть мокрую после вчерашнего дождя, как к нему, вернее, к ним, из дома бросилась женщина. Это была уже весьма почтенная дама, и ее нынешнее поведение никак не согласовалось с внешним видом, весьма опрятным.

— Жрец Мери! О, вы приехали! У нас такое горе! — вопила эта с виду степенная женщина, подбегая к ним так быстро, как позволяла ей старость и многочисленные юбки.

Рэй насторожился и окинул взглядом дом. Мысленно он обратился к богине, и кончики пальцев стало покалывать. Что-то плохое произошло совсем рядом.

— Мила, голубушка, что случилось?! — не менее эмоционально воскликнул жрец Мередок, тоже вылезая из экипажа.

— Мери, он умер! Наш хозяин! А хозяйка пропала! И мальчик! Там все в крови! Девочки в обмороке, стража совсем перепугалась! — взахлеб рассказывала женщина, вцепившись в местного жреца. Ее старческие скрюченные руки дрожали.

Не медля, Рэй прошел в дом, где встретил не менее встревоженного дворецкого. К счастью, мужчина оказался умнее и сдержаннее женщины, поэтому быстро определил, кто перед ним, и провел жреца Линора на второй этаж, попутно объяснив, что произошло.

— Вчера все было хорошо, — шепотом рассказывал немолодой дворецкий. — Только хозяин с хозяйкой опять ругались. Сегодня поутру я принес завтрак, все опять было хорошо. Обед отложили, хозяйка хотела провести время с сыном, хозяин заперся в кабинете. Часам к трем хозяин вышел и отправился к супруге. А в пять мы начали подавать на стол. Граф не спустился, он иногда забывал поесть, но графиня была разумной женщиной. Мы забеспокоились и поднялись к ним. Двери были нараспашку, граф… умер. Графиню и маленького господина мы не нашли, обыскали все поместье. Я уже собирался послать в город за помощью, и тут вы прибыли.

Голос дворецкого чуть дрожал, но хорошо вышколенный слуга оправдывал доверие погибшего хозяина и не терял присутствие духа.

Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж, где в коридоре толпилось несколько мужчин, наверняка охрана, и парочка старых слуг. Завидев жреца с медальоном третьей ступени, все почтительно расступились. Дворецкий тихо поведал товарищам, кто к ним пожаловал, а Рэй в это время прошел в покои графини. Они были обставлены с претензией на роскошь, но опытным взглядом Рэй подмечал проникающую бедность. Вот подставка для дорогих часов, но их самих нет. Вот пыльный след на полке, как будто здесь совсем недавно стояла шкатулка с драгоценностями. А вот новый комод, весьма дешевый, старый же, явно дорогой, если судить по следам от резных ножек, кто-то забрал. Не оставалось сомнений, что граф с графиней распродавали свое имущество.

Пройдя через небольшую уютную гостиную, Рэй очутился в спальне. Именно здесь все произошло. Граф — мужчина лет тридцати — лежал на некогда белом ковре. Вокруг него натекла большая лужа крови, глаза мужчины застыли в ужасе, а пальцы правой руки сжались в бесполезной хватке. В комнате имелись следы беспорядка, словно кто-то дрался. Оставалось лишь удивляться, что слуги не услышали ничего. Впрочем, стены в поместье были толстые, так часто строили в провинции, чтобы сэкономить на каминах и отоплении.

Рэй обошел графа и присел возле его шеи. Опасения жреца подтвердились — под кровавой корочкой он обнаружил две небольшие отметины. Пальцы все еще покалывало. Рэй мысленно обратился к Пресветлой, прося помощи. Богиня откликнулась, даровав ему видение. Теперь Рэй знал, как выглядели убийцы графа — это были вампиры, двое мужчин. Что же, он предполагал нечто подобное. Правда, изначально он думал на вампиршу, те иногда пользовались своей красотой, чтобы соблазнять человеческих мужчин и получать то, что им нужно. Но убийство меняло дело. Это был стиль мужчины, а не женщины. Тем более оставалась еще похищенная графиня и ребенок. Унести их могли только мужчины, причем двое.

Быстро прокрутив в голове все эти умозаключения, Рэй еще раз обошел спальню, ища зацепки. Он знал, что нельзя полагаться только на божественную помощь. В итоге его поиски увенчались успехом: под кроватью он обнаружил раскрытую шкатулку, плоскую, как из-под ожерелья или колье. Стоило Рэю только коснуться бархатной подложки, как пальцы обожгло, а потом резко заморозило. Это могло означать лишь одно, и, признаться, это встревожило Рэя куда сильнее, чем убийство и похищение. Потому что до этого момента все еще можно было объяснить банальной ревностью, изменами и межрасовой любовью. А теперь нет, потому что в руках Рэймонд держал шкатулку, в которой еще пару часов назад лежала реликвия Безликого.

***

В их мире существовало две основные религии — поклонение Пресветлой богине и Темному богу. Первую почитали люди — особенно жрецы и инквизиторы, а второго — вампиры, некоторые оборотни и шмыги. Темные расы верили в своего бога, иногда приносили ему в жертву людей, из-за чего со смертными у них вышло несколько войн. Как таковых жрецов у Темного бога не было, но особенно сильные или старые вампиры и шмыги могли пользоваться его силой. С Пресветлой богиней была иная ситуация. Некоторые люди посвящали свою жизнь служению ей, их называли жрецами и инквизиторами. Первые являлись духовными наставниками и покровителями мирного населения. Иногда они, конечно, выступали и в роли защитников простых людей. За свою верную службу они получали от Пресветлой долголетие и возможность призвать свою богиню, получать от нее помощь, подсказку или исцеление. С инквизиторами была схожая ситуация, разве что рыцари богини предпочитали защищать население с мечом в руке, а не читать проповеди.

Отношения между почитателями столь разных богов всегда были натянутыми. После Полувековой войны, закончившейся победой людей и заключением Соглашения, расы старались жить в мире. Иногда, конечно, не получалось. Не все люди готовы были доверять вампирам, не все вампиры считали необходимым сдерживать инстинкты и щадить людей.

Особенно часто конфликты возникали, когда дело касалось реликвий Безликого — третье бога, чье имя и лик были неизвестны ни смертным, ни бессмертным. Никто никогда не поклонялся Безликому, но вещи, наделенные его силой, обладали особой привлекательностью для последователей Пресветлой богини и Темного бога. За них шла настоящая борьба. Сила Безликого была нейтральной, и ее могли использовать и темные, и светлые. Это открывало простор для интриг и приводило к столкновению интересов. К счастью, с древних времен осталось совсем немного реликвий Безликого, и большинство существ — как темных, так и светлых — не могли почувствовать их. Однако если подобная вещь появлялась где-то, то рядом обязательно начинали происходить страшные вещи.

***

Рэй аккуратно сложил коробочку и убрал во внутренний карман. После чего обратился к только что вошедшему коллеге:

— Отправьте в Кротс сообщение. Надо оповестить бургомистра, городскую стражу, а также послать в Линор ворона.

Мередок побледнел и впервые промолчал, но кивнул довольно твердо, а потом решительно вывел подоспевшую старушку и всех слуг.

Рэй еще раз осмотрел тело. Граф умер немногим больше двух часов назад. За это время вампиры не могли далеко уйти, тем более если у них на руках была женщина и ребенок. По-хорошему, сейчас Рэй должен был вернуться в Кротс, написать в Линор и ждать инквизитора, потому что именно последние занимались охотой на вампиров, нарушивших Соглашение. И если бы реальность соответствовала ожиданиям, Рэй покорно бы отошел в сторону. Но, во-первых, инквизиторов был так мало, что они занимались лишь архиважными делами (а единичное убийство и похищение к ним не относилось), а во-вторых, пока к Рэю прибудет помощь, вампиры успеют скрыться вместе с пленниками. Этого жрец точно не мог допустить — пока оставался шанс спасти женщину с ребенком, он должен был попытаться.

Рэй поднялся и посмотрел на столпившихся у дверей стражников. Обычная охрана поместья, в провинции, кишащей разбойниками, многие нанимали воинов для защиты. Это были простые люди, верные своему хозяину, но не привыкшие к настоящей жестокости.

— Вашего господина убили вампиры, — произнес Рэй, нарушая очередное правило Храма. — Они же похитили графиню с сыном. У нас есть возможность догнать и спасти пленников, пока они живы. Я отправляюсь по следу, и если кто-то захочет присоединиться ко мне, я буду рад. Мне не помешает помощь хороших воинов.

Мужчины переглянулись. Самый старший из них, брюнет лет пятидесяти, вышел вперед, положив ладонь на рукоять меча.

— Мы никогда не сражались с вампирами, жрец, но мы рискнем. Ради нашей госпожи и маленького господина.

Рэй кивнул и поспешил немного успокоить людей:

— Я смогу замедлить и даже ранить вампиров, так что наши силы равны. И все равно риск велик. Не отходите от меня и глядите в оба.

Стражники переглянулись и немного воспряли духом. Приезжий жрец производил более сильное впечатление, да и носил медальон третьей ступени — даже простые люди знали, что это высокое место в иерархии Храма.

Рэй оставил двух самых молодых стражников охранять поместье, а остальных взял с собой. Итого их импровизированный отряд спасителей насчитывал шестерых, включая самого жреца. Мокрая трава плохо хранила следы, к тому же вампиры были явно не дураки, но Рэя вела воля Пресветлой. Он видел тонкий темный след, словно черная нить, вьющийся меж деревьев. Рэй решительно шел по нему, не теряя бдительности. Наверняка вампиры ушли уже далеко, но никто не гарантировал, что их было всего двое в банде или что здесь не найдется кто-то еще. Глухие места, в таких как раз можно прятать то, что не стоило показывать Храму Пресветлой.

Несколько часов они шли молча. Никто так и не встретился им. Лес то редел, то густел. Под ногами то и дело чавкала грязь и мокрая трава. В Линоре уже вовсю гуляла жара, а здесь, чуть севернее, сезон дождей серьезно подпортил начало лета.

Идти по мрачному сырому лесу было не очень приятно. Рэй видел, как постепенно страх одолевает людей. Смертные, суеверные, боящиеся всего таинственного и непонятного. Если бы не жрец, который одним своим присутствием внушал в сердца надежду, стражники бы уже повернули назад. Они не верили, что их поход принесет результат. А вот Рэй, наоборот, твердо знал, что скоро они догонят вампиров. Те, как и предполагал жрец, шли небыстро — видимо, мешал живой груз. Рэй еще первое время гадал, зачем вампиры взяли с собой женщину с ребенком — если им нужна была реликвия, забрали бы только ее, — но потом пришел к выводу, что это всего лишь еда. Кровь детей была особенно питательна . Рэя передернуло от отвращения, но тут же все лишние мысли покинули голову, потому что он почувствовал присутствие темных. "Запахло" кровью и смертью. Как жрец, чья душа принадлежала Пресветлой, он особенно остро ощущал присутствие зла.

Рэй остановился, подняв ладонь к плечу — люди тут же остановились, подчиняясь жесту. Несколько минут ничего не происходило, но жрец знал, что вампиры близко. А еще кто-то живой. Человек. Вампиры могли сбежать, а могли напасть. И Рэй ждал, готовый к любому исходу. Он хорошо знал вампиров и склонялся к первому варианту. Однако те, кто решился действовать столь грубо и убить графа…

Вампиры напали неожиданно. К счастью, они двигались не так быстро, как описывалось в легендах. Рэй не только успел поставить купол Света, но и вытащить из-за пояса кинжал, благословленный самой богиней. Люди тоже хоть и растерялись, однако сумели вовремя достать мечи. Вампиры явно переоценили свои силы. Или кровь графа, которую они испили, ударила им в голову. Вампиры налетели на купол, как мотыльки на паутину, и так же быстро завязли в нем. Старший охранник тут же бросился на одного из темных, пронзив его насквозь. Это хоть и не убило вампира, зато серьезно замедлило. Второй успел пройти через купол и кинуться на жреца. Люди бросились ему наперерез, защищая Рэя. Тот мысленно ругнулся и вместо кинжала использовал божественную силу. Всего три секунды молитвы, глас, обращенный к Пресветлой — и по лесу разошлась волна невидимого, но весьма ощутимого Света. Раны людей, которые успели нанести вампиры, исцелились, сами же темные заорали от боли. На их бледной коже появились ожоги. Пронзенный мечом вампир рухнул на землю, силы его закончились, а вот его товарищ сумел сбежать. Рэй бросился к первому, но не успел — люди уже отрубили ему голову.

— Сожгите его, — приказал жрец, досадуя на расторопность стражников, и отправился по следам второго вампира. Догнать он не надеялся, но хотел найти хотя бы пленников. Его расчет оказался верным — вампир не смог бы унести с собой свою еду. Он взял мальчика и реликвию, оставив окровавленную графиню в глубоком овраге. Даже в спешке вампир успел сделать свое черное дело. Но так как действовал он быстро, то вместо аккуратных ран попросту вскрыл женщине горло.

Рэй быстро, насколько ему позволяла мантия и человеческая неловкость, спустился вниз и склонился над графиней. Некогда красивую женщину теперь обезобразили жуткие шрамы от когтей вампиров, из шеи бил настоящий фонтан, кожа была мертвенно-бледной, но жизнь еще теплилась в этом измученном теле. Рэй приложил ладонь прямо к ране и произнес молитву. Как и всегда, Пресветлая откликнулась, но ее божьей милости было недостаточно, чтобы полностью исцелить графиню. Кровь постепенно остановилась, рана начала затягиваться — не до конца, но хотя бы женщина отошла от границы между жизнью и смертью.

Осознав, что скоро и его покинут силы — сражение с вампирами и лечение отнимало немало, — Рэй остановился и позвал людей. Те как раз успели развести небольшой костер, в котором сожгли вампира — в сыром лесу сложно было найти хороший хворост.

— Госпожа! Она жива! А малыш?! — вскричал старик, быстро спускаясь в овраг, за ним спешили остальные.

— Она жива, но серьезно ранена, — ответил Рэй. — Ее надо отнести в Кротс, в Храм. Жрица Сивила позаботится о ней.

Старший кивнул и принялся быстро отдавать указания, чтобы подчиненные соорудили носилки.

— А вы? — обратился мужчина к жрецу.

— Я должен спасти мальчика.

— Давайте я дам вас парочку своих ребят, они крепкие.

— Не стоит. Теперь сопровождающие будут меня замедлять, вам лучше позаботиться о графине и как можно скорее доставить ее в город.

Охранник хотел было поспорить, но тут женщина застонала, и людям стало не до этого. Слишком силен был их страх перед вампирами и вера в служителей Пресветлой, тем более они только что сами убедились, сколь мал их вклад в победу. А Рэй предпочитал действовать в одиночку, когда речь шла об опасном предприятии. Поэтому распрощавшись с людьми и получив точные указания, как выбраться из леса "в случае чего", он отправился по следу сбежавшего вампира. Мальчик еще был жив, в этом Рэй не сомневался, он чувствовал маленькую жизнью, бьющуюся в окружении тьмы. Но как долго это будет продолжаться? Рэй серьезно ранил вампира, тот успел выпить крови графини, но совсем немного. Скоро ему потребуется новый источник сил, а ребенок подходил для этого идеально. Значит, медлить нельзя.

К сожалению, Рэй, как и многие люди, не обладал вампирской ловкостью, да и по лесу ходил с трудом. Он потратил целых пять минут, чтобы вылезти с другой стороны оврага. И не успел он отдышаться, как услышал чье-то сдавленное всхлипывание. Он бы даже не поверил, что это живое существо, но чувствительность жреца опять дала о себе знать. Рядом кто-то находился. Точно не вампир-убийца, его след уходил дальше на север. Но и не ребенок. Кто же мог оказаться посреди дремучего леса, где на много миль не имелись ни деревни, ни какого-либо другого жилья? Даже тракт проходил намного западнее.

Мгновение поколебавшись, Рэй свернул к кустам, из-за которых доносился шум. Если кто-то пострадал и нуждался в помощи, жрец не мог пройти мимо. Даже когда речь о шла о жизни ребенка, потому что не в его силах оценить важность каждой задачи.

Кусты оказались особенно злыми и колючими, в итоге лицо Рэя приобрело несколько лишних царапин, не добавивших ему настроения. Кое-как выбравшись из зарослей, он огляделся.

— Кто здесь? — решился позвать он, доверяя своей интуиции. Зло он чувствовал всегда, и здесь притаился кто-то другой. Однако бдительности Рэй не терял.

Он прошел еще несколько метров, пока не увидел небольшой овражек, а перед ним — очередные кусты, на которых осталось кровь и обрывки багровой ткани. Видимо, кто-то упал.

Рэй поспешил на помощь, тем более всхлипывания усилились. Жрец продрался через очередные кусты (это невозможно!) и увидел ее .

Глава 3. Поиск похитителя, или Неожиданный спутник

На самом деле, вампиры хоть и отличались от людей, умели маскироваться, поэтому даже самые подозрительные из смертных не всегда могли определить, кто перед ними. Бледная кожа была свойственна и многим людям, а в остальном вампиры походили на своих слабых соседей: они также ели, дышали и спали. А то, что пили кровь, так кто за этим проследит? Тем более после Соглашения вампирам было запрещено насильно пить кровь людей, только если те сами согласятся, а в иных случаях темным приходилось довольствоваться животными. Ходили слухи, что эта замена их не очень устраивала, но кто захочет ссориться с инквизиторами и остальным Храмом? Полувековой войны хватило обеим сторонам, тем более что старейшие вампиры поддерживали мирную политику людей. Так что последние иногда не могли отличить собрата от притворившегося им темного кровососа. Конечно, честные вампиры жили открыто. Их было немало, особенно в крупных городах. Рэй сам знал нескольких и даже водил дружбу (относительную). Если же вампиру хотелось скрыться, он мог провести крестьянина или какого-нибудь суеверного провинциала. Но это точно никогда бы не удалось сделать с жрецом, потому что Пресветлая наделила своих почитателей исключительной способностью чуять зло и тьму в сердцах всех живых.

Поэтому, когда Рэй увидел девушку, упавшую в овражек, он сразу понял — вампирша. Но вот отреагировать как положено он не успел, хоть и осознавал, кто перед ним. Потому что девушка казалось ему слишком юной и невинной, она совсем не походила на знакомых Рэю вампирш. Невысокая, стройная, с рыжими волосами, рассыпавшимися по плечам, бледным личиком-сердечком, россыпью милых веснушек и ярко-голубыми, словно ясное небо, глазами — она была прекрасна и уязвима настолько, что даже у инквизитора сразу не поднялась бы рука на нее, что уж говорить о добродушном и доверчивом Рэе. Вдобавок девушка была ранена, на ее коже виднелось несколько ожогов — видимо, жрец задел ее, когда атаковал других вампиров. Поэтому она и упала.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросил Рэй, наконец-то опомнившись. Хорошо, что вампирша действительно не представляла угрозу и не стала нападать на зазевавшегося жреца.

— Я ехала в Элатош, — нахмурилась девушка, отчего стала походить на обидевшегося котенка. Голос ее — высокий и мелодичный, словно серебряные колокольчики — на миг зачаровал Рэя.

— Очень близко от дороги, — с иронией заметил жрец, не спуская с вампирши настороженного взгляда. На миг он даже решил, что она помогала парочке мужчин, но потом отверг это предположение. Ни он сам, ни Пресветлая не чувствовали ранее присутствие третьего вампира, девушки. Но и поверить в то, что темная случайно оказалась рядом с местом короткого боя, было сложно.

— Я почуяла кровь, — призналась девушка, неловко поднимаясь. Ожоги явно причиняли ей дискомфорт, но она почти не показывала этого. Рэй невольно скользнул взглядом по короткому темно-алому платью и черным ажурным чулкам. Одежда не очень подходящая для путешествия (даже по дороге), но вполне в духе вампирш. Они, кажется, принципиально не признавали юбки в пол. И о чем он думает?

— Ветер принес запах крови, — меж тем рассказывала вампирша, вынимая из светло-рыжих локонов хвоинки и листья. — Женской крови. И запах моих сородичей. А еще страх ребенка. — Вампирша нахмурилась. Несмотря на маленький рост и юный облик, она выглядела почти грозно. — Я не люблю, когда мучают детей, так нельзя. Решила свернуть. Шла-шла, а потом меня сбило с ног. — Она бросила на него обвиняющий взгляд, от которого у даже самого черствого инквизитора проснулась бы совесть. — Зачем так больно? Я ничего не делала!

— Я не тебя, — немного смущенно ответил Рэй. — Двое вампиров напали на поместье здешнего графа, убили его самого и похитили его жену и маленького сына.

Вампирша медленно моргнула, на миг скрыв от него свои милые голубые глаза, а потом принюхалась.

— Это ее кровь, она на грани смерти.

— Я исцелил ее, хоть и не до конца. Люди доставят ее в город. А мне нужно спешить. Так что прости, что ранил, у меня и в мыслях не было навредить кому-то, кроме убийц, но сейчас я тороплюсь, мне пора.

Он повернул в направлении, котором ушел вампир с мальчиком, и пошел, проламываясь через буреломы. Он старался идти быстро, но уже через минуту его нагнала хромающая вампирша. Кстати, раны на ней уже начали заживать. Интересно, сколько ей лет? Рэй только раз видел, чтобы вампир так быстро регенерировал.

— Я иду с тобой, — безапелляционно заявила девушка.

— Нет, — отрезал Рэй, даже не оборачиваясь. — Извини, но у меня нет времени спорить.

Она ускорилась, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Ты думаешь, если я вампирша, то мне безразлична судьба мальчика? Чтобы ты знал, у нас не принято пить кровь детей. Ни один приличный вампир на это не решится! Дети очень уязвимы, они умирают после укуса!

— Я знаю, и тем не менее…

Он осекся. Она выглядела такой… упрямой. Маленький барашек, упершийся в ворота и не желающий отходить.

Минуту поразмыслив, Рэй кивнул.

— Хорошо. Но будь осторожна.

Девушка лишь фыркнула, откинула со лба рыжую прядь и улыбнулась ему так, что он чуть не впечатался в ближайшее дерево. Ладно, чутье жреца ему подсказывало, что неожиданная спутница не таит зла и никого не убивала. От нее даже кровью "не пахло". Пусть помогает, в конце концов, у него действительно не было времени на споры.

Так как Рэй был человеком и не обладал грацией, присущей бессмертным, а девушка еще хромала из-за ран, то скорость их передвижения была примерно одинаковая. Несколько минут они шли бок о бок, молчали. Девушка то и дело поглядывала на него, а он не мог перестать чувствовать ее взгляд.

— Что ты здесь делала? — наконец не удержался от вопроса Рэй. Почему-то с маленькой вампиршей не получалось молчать так же легко, как и с людьми. — Я хочу сказать, в этих местах не привечают вашу расу.

На миг девушка побледнела еще сильнее, прикусила маленьким острым клыком губу, а потом призналась самым трагичным в мире голосом:

— Я сбежала из клана.

Рэй бросил на нее сочувственный взгляд. Он знал, как тяжело приходится вампирам-одиночкам. Клан давал им многое, в первую очередь — защиту от людей, особенно инквизиторов. Но клан же и заставлял их жить так, как им, возможно, не хотелось. Так что удивления новость не вызвала, скорее Рэй что-то похожее и предполагал.